Богородск-Ногинск. Богородское краеведение

«Если мы не будем беречь святых страниц своей родной истории,
то похороним Русь своими собственными руками»
Епископ Каширский Евдоким. 1909 г.

Мы в социальных сетях:
 facebook.com/bogorodsk1781
 vk.com/bogorodsk1781
Дата публикации:
09 декабря 2019 года

Рогожские древности. Продолжение

Алексей Симонов (г. Ногинск)

Истомкино и Клюшниково

Вниманию читателей предлагается краеведческий экскурс, посвященный истории Рогожского стана[1] и входящих в него селений. Документы, цитируемые в статье, относятся, в основном, к эпохе XV-XVII веков. Таким образом, мы углубимся в историю наших мест почти на 600 лет!

В сборнике «Акты, относящиеся до гражданской расправы древней России» опубликованном в 1865 году за № 173 имеется документ (1), который повествует о земельном спорном деле, территорией которого являлась земля, ныне входящая в черту города Ногинска. Анализ нижеследующего документа дает нам представление о древности дошедших до нас топонимов, древней географии, а также имена владельцев наших мест в далеком прошлом. Цитирование основного документа дается в кавычках, цитирование других документов дается с указанием источника в скобках.

25 мая 1695 года дьяк Артемий Степанов написал челобитную московскому Патриарху Адриану[2] в которой указывал: «Вотчина, Государь, у меня в Московском уезде в Рогожском стану пустошь Арефинская, пустошь Клюшникова смежна с твоею, Государь, святительскою домовою вотчиной, что владел дому твоего Прокофей Гневышев, а после ево Пркофья владеет Гаврило Сурмин, деревни Васильцовой, Истоминская Чаадаева тож»[3]. Далее из документа следует, что Артемий Степанов обвиняет Гаврилу Сурмина в том, что он захватил часть, принадлежащей Степанову земли. «И ту старую межу при их Прокофьеве и Гаврилове владенье крестьяне их запахали… и завладел многою моею землею до Могилицкого врагу…».

5 июля 1693 года, по словам дьяка Степанова, Гаврила Сурмин со своими людьми приезжал на сенный покос в районе спорной земли и «людишек моих били ослопьем[4] и шапки сбили, а сена свезли на 10 рублев». «А ныне, Государь, и с той ево деревни Васильцовы гоняют скотинное и свиное стадо на ту мою пустошь Клюшниково, и на лугу траву потравили…» В результате Артемий Степанов просил измерить земли, осмотреть запаханную межу, сделать чертеж «и по тому досмотру свой святительский указ учинить». Уточнение заявителя о том, что обидчики «и шапки сбили» видимо указывает на причинение особой обиды или оскорбления. В древности отношение к головному убору было особое, вспомним хотя бы боярские головные уборы.

30 мая 1695 года Гаврила Сурмин «бьет челом» Патриарху Адриану, пишет встречную жалобу. «Поместьецо за мною холопом твоим в Московском уезде в Рогожском стану сельцо Васильевское, Истоминское и Чаадаево тож, с пустошьми смежно дьяка с Артемьевою вотчиною Степанова с пустошью Арефинскою, да с пустошью Клюшниково, и по тому смежью он Артемий того моего сельца Васильевского, Истоминского и Чаадаевского и пустошей к тем своим пустошам завладел многою моею землею и сенными покосы насильством своим… и будто ево Артемьевы Клюшниковской земли за старою межею до Мостиляцкого врагу владею». Далее Гаврила Сурмин пишет, что обвинения в его адрес напрасны. Так как у Артемия Степанова «по писцовым книгам написано земли малое число, а ныне по владению у него будет много и излишней земли не против ево дачь». Кроме того «он Артемий и люди ево и крестьяне похваляются на меня холопа твоего всяким дурном и смертном убивством».

Для пояснения приведенного выше отрывка сделаем небольшое отступление в историю русского права. Истец обращается за судом к Патриарху в связи с тем, что земли ответчика находятся во владении церкви, а сам ответчик является служителем Московского Патриарха. Церковные земли раздавались на правах жалованных вотчин или поместного владения людям, выполнявшим служилые функции для церкви. Право собственности на землю было регламентировано в Соборном Уложении 1649 г. Так, право владеть вотчинами стало принадлежать не всем свободным лицам, как это было раньше, а преимущественно лицам, которые служили на царской службе, либо лицам, состоявшим на службе у духовных властей в высших должностях. (2)

Ниже, по тексту документа, следуют в хронологическом порядке выписки из вотчинных и писцовых книг, касающиеся указанных спорных землевладений.

В выписке из крепостной вотчинной книги Великих Князей и Великих Государей, Царей, преосвященных митрополитов и Патриархов московских сказано: «се аз, Василий Константинович, дал есмь святей Богородице соборной на Москве и господину своему Фотию[5] митрополиту Киевскому и всея России в дом свою вотчину сельцо Васильевское на Рогоже, да деревеньку Перегаровскую, да пустошь Гнездинцово....».

Цитируемая выше выписка без даты является выпиской из грамоты «Василия Константиновича Гуся Добрынского митрополиту Фотию на сельцо Васильевское, деревеньку Перегаровскую и пустошь Гнездилцево Московского уезда» датируемою 1410-1425 гг. (3) Здесь позволим сделать некоторое уточнение по локализации места и данных о владельцах. Как выясним мы дальше, речь идет о нынешнем районе города Ногинска Истомкино, который в прошлом был одноименной деревней. Итак, «деревня Васильцова, Истоминская, Чаадаева тож». Все три названия происходят от имен владельцев и относятся к разным историческим периодам. Самым первым владельцем, по имени которого селение получило название Васильевское, являлся Василий Константинович Гусь Добрынский. Краткие сведения о нем находим в «Ономастиконе» С.Б. Веселовского. (4) Вероятно он являлся братом Федора Константиновича Добрынского, воеводы великого князя в 1425 г. Фамилия происходит от названия села Добрынского, которое находится в Юрьев-Польском районе Владимирской области. Добрынское принадлежит к древним поселениям Юрьев-Польского района и в старинные времена было вотчиной великих князей и царей Московских.(5)

Следующие далее в документе выписки из старинных писцовых книг имею точные датировки.

В 1501 г. при митрополите Симоне (? -1512) «в московском уезде на Рогоже у Клязьмы реки блиско деревня Васильевская, а в ней двор прикащиков, четыре двора крестьянских, пашни две сохи[6]». Данная выписка соотносится с жалованной грамотой 1504 г. тарханно-несудимой[7] великого князя Ивана Васильевича (1440-1505) митрополиту Симону на села и деревни Московского уезда с подтверждениями 1508, 1512 и 1522 годов. «Се яз князь великий Иван Васильевич всея Руси отца своего для Симона митрополита всея Руси, пожаловал есми тех его христиан, которые живут … в митрополичьих селах … да в Рогожском уезде в селе Васильевском и в деревнях». (6) В выписке 1501 г. указан «двор прикащиков». В следующей грамоте 1506 г. митрополита Симона указывается конкретно, кто является его «прикащиком». «От Симона митрополита всея Руси на Рогож Семену Ожерельеву. Как сиа моя грамота к тебе приидет, и ты бы ехал часа того в мой в Антоньев монастырь да переписал бы еси монастырское все серебро…». (7) Отсюда мы понимаем почему в документах Васильевское именуется селом, а не деревней. В начале XVI в. там был двор владельца, который там поселился и, вероятно, постоянно проживал.

В 1597 г. 12 марта Патриарх московский в всея Руси Иов[8] пожаловал боярина Степана Афанасьева сына Рагозина в московском уезде на Рогоже на реке на Клязьме «сельцом Васильевским, что было в поместье за Истомою, да за Булгаком, да за Чегодаем Ожерельевыми, с луги и лесы и со всеми угодьи по старине; а по книге письма Семена Никитина с товарищи 94 году[9] написано в том сельце пашни 30 четей». После Семена Ожерельева селом Васильевским владели, видимо, сыновья последнего: Истома, Булгак и Чегодай. Владение могло перейти к ним вместе со службой Патриарху московскому. Отсюда новое название села Истоминское, Чаадаево тож. Интересно то, что имя Истома является славянским по происхождению, а имена Бугак и Чегодай – тюркоязычными. Тут можно предположить, что либо Семен Ожерельев был крещеным татарином, либо был женат на татарке, либо имел какие-то другие связи с выходцами из Орды.

В 1623 и 1624 годах в писцовых книгах письма и меры Семена Колтовского и подъячего Анисима Ильина в Рогожском стане в свободных землях записано: «Митрополичья сына боярского Истоминская вотчина Констянтинова пустошь, что была деревня Васильцово, Истоминское и Чаадаево тож, а в ней пашни паханные середние земли 3 чети…» Здесь мы встречаем уже четвертое название будущего Истомкина – «Констянтинова пустошь». Возможно, до Василия Константиновича Гусь Добрынского этим местом владел его отец – Константин. Но если вспомнить, что не далеко от «Констянтиновой пустоши» упоминается выше «пустошь Арефинская», то возникает следующее предположение. В духовной грамоте великого князя Ивана Даниловича Калиты (около 1339 г.) среди московских волостей и сел, завещаемых старшему сыну Семену, указаны: «село Костянтиновское, село Орининское». (8) Трудно сказать о каких местах упоминается в грамоте Ивана Калиты. Можно лишь предположить, что речь идет о местах близких нынешним Истомкино и Клюшниково.

В 1635 г. пустошь Васильевская из Поместного Приказа была продана в вотчину Богдану Приклонскому.

В 1639 г. пустошь у Богдана Приклонского взята и отдана Патриарху московскому в всея Руси Иосафу (?- 1640) в домовые вотчины «по крепостям и по сыску», т.е. возвращена в законное владение.

Кроме того к данному делу дьяк Артемий Степанов подал в Патриарший Дворцовый Приказ выписки из книг московского уезда с 1620 по 1624 годы о поместьях, где указаны бывшие владельцы земель в Рогожском стане. Среди указанных владельцев известный по другим документам Степан Суков, владевший в XVI в. пустошью Тарасовой. (9) Эта пустошь в 1628 г. была продана из Поместного Приказа Федору Васильевичу Нестерову и по построенной последним в ней церкви стала называться селом Благовещенским, ныне район г. Ногинска. Также указан среди владельцев земель Пешко Жуков. Сразу два населенных пункта - рядом с городом Ногинском и в черте города можно идентифицировать с данным именем. Деревня Пешково, существующая и поныне на другой стороне реки Клязьмы напротив Истомкино. А также деревня Жуково, памятью об этой деревне являются 1-я и 2-я Жуковские улицы. Также упоминается пустошь Ляпино, находившаяся там, где сейчас район Северный города Электросталь. Упоминаются деревни Подвязново и Доможирово, эти названия хорошо знакомы, так как дошли до нашего времени.

Среди перечисленных пустошей упоминается пустошь «Демидова, а Булково тож», которая ассоциируется с деревней Малое Буньково, памятью о которой являются Малобуньковские улицы в районе Ногинска Старое Торбеево.

Упоминаются также пустоши Пашутино и Мякишева, Мишуково тож, которые достаточно смело можно идентифицировать с современными деревнями Пашуково и Мишуково. Кроме того, упоминаются еще около двадцати пустошей, местонахождение которых в настоящее время определить не удается.

Но вернемся к нашим спорщикам. 15 июля 1695 г. святейшим Патриархом на место для решения спора был направлен дворецкий Дмитрий Иванович Сурмин. Ему было поручено встретиться с Артемием Степановым «и по ево Артемьевым крепостям пашенной земли и сенных покосов и лесных всяких угодий досмотреть и сметить и измерить и учинить чертеж и тот чертеж и сметную роспись привести к Москве и подать святейшему Патриарху».

Интересным в заключении Д.И. Сурмина для нас представляется описание земель и мест, которые легко узнаются и теперь, более 300 лет спустя.

«В деревне Истомкине по мере земли, с Москвы едучи, по правую сторону большой Володимерской дороги от межи деревни Подвязнова, что Доможировых, и до Могиленского врага, что межа с Семеном Жуковым, и до земли, что спорит дьяк Артемий Степанов, 75 десятин, да дробных 155 сажен».

«По левую сторону Володимерской дороги от тогож Подвязновского рубежа и подле реки Клязьмы и подле большой дороги и до межевого врага, что за Семеном Жуковым, 39 десятин без трети, да дробных 32 сажен».

Фрагмент карты Шуберта 1860 г. Внизу указана пустошь Ляпина. Просматривается овраг между Истомкино и Клюшниково. Возможно, это упоминаемый «Могиленский враг».

Овраг, называемый в документе Могиленский или Могилецкий, угадывается и теперь, как низменность между современным Истомкиным и бывшей деревней Жуковой (район МОГЭСа) в районе улицы Ключик. А пустошь Перегаровская находилась где-то между современным Клюшниковым и Истомкиным, но, как указано в источнике, за оврагом от Клюшникова.

В результате рассмотрения дела святейшим Патриархом было определено: «а что дьяк Артемий Степанов домовой пустоши Перегаровской отселок и многою домовою землею спорил и называл своею землею к деревне своей Клюшниковой, и ему от той земли отказать, и вперед ему тою домовою землею владеть не велеть, а владеть ему Артемию своею землею по писцовым книгам и по дачам по Могилицкий враг, а за тот Могилецкий враг ко сельцу Перегаровскому владеть ему не велеть, и сей указ Артемию сказать».

 

Выводы, которые можно сделать из сказанного выше.

  1. Датой первого упоминания села Истомкино (Константинова пустошь, Васильевское, Чаадаево) можно считать 1425 год.
  2. Можно предположить, что упоминаемые в духовной грамоте Ивана Калиты 1339 г. села «Костянтиновское и Орининское» географически могли соответствать упоминаемым в документе местам: «пустошь Костянтиновская» и «пустошь Арефинская», т.е. нынешнему Истомкино и местом близким к Клюшниково.
  3. Прилегавшие к Истомкину деревня Перегаровская и пустошь Гнездинцево, вероятно, находились между Клюшниково и Истомкино, за Могилицким оврагом, служившим межой.
  4. Первый известный владелец Истомкино – Василий Константинович Гусь Добрынский. Боярин, возможно брат воеводы Федора Васильевич Добрынского, упоминаемого в 1425 г. как воевода Великого Князя, уроженца или владельца села Добрынского Юрьев-Польского района Владимирской области.
  5. Возможно, первый владелец деревни Жуково и Пешково – Пешко Жуков. Упоминается и его потомок - Семен Жуков.

Источники

  1. А. Федотов-Чеховской. Акты, относящиеся до гражданской расправы древней России. Т.2. Киев, 1863. Столбец 693-704.
  2. Н.А. Алексеева. Субъекты церковного землевладения в XV-XVII вв. // www.gramota.net/materials/3/2013/8-1/html.
  3. Акты феодального землевладения и хозяйства XIV-XVI веков. Ч.1. М., 1951. С.56.
  4. С.Б. Веселовский. Ономастикон. Древнерусские имена, прозвища и фамилии. М., 1974. С. 92, 97.
  5. https://ru.wikipedia.org/wiki/ Добрынское (Юрьев-Польский район).
  6. Акты феодального землевладения. С.75.
  7. Акты феодального землевладения. С. 128.
  8. Духовные и договорные грамоты великих и удельных князей XIV-XVI вв. М., 1950. С. 7.
  9. В. и Г. Холмогоровы. Исторические материалы о церквах и селах XVI-XVIII ст. Вып. 6. Вохонская десятина. М., 1868. С.89.

[1] Стан – историческая административно-территориальная единица на Руси (в России).

[2] Патриарх Адриан (1637-1700) – последний Патриарх в первый патриарший период, с 24 августа 1690 г. Патриарх Московский и всея Руси.

[3] При цитировании документа частично сохранена старинная орфография.

[4] Ослоп - слега, жердь, дубина, колья для драки, обороны.

[5] Митрополит Фотий (? – 1431) митрополит Киевский и всея Руси с 1409 г.

[6] Соха - единица податного обложения на Руси с XIII века по XVII век. Соха делилась на четверти примерно равные 2731,35 м² = 0,273135 га.

[7]Тарханно-несудимая грамота- разновидность русских публично-правовых актов XII-XVII вв., определявшая объем финансового и судебного иммунитета феодала. Тархан – слово монгольского происхождения. Имеет значение свободный от податей, благородный, художник или мастер.

[8] Патриарх Иов (ок. 1525-1607) – первый Патриарх Московский (1589-1605).

[9] 1586 год от Р.Х.

Мининское. Новгородский след

В известных исторических материалах Холмогоровых есть следующее указание: «В начале XVII ст., в Московском уезде, в Рогожском стану находились в «порозжих землях» пустоши: Тарасова и Мининская, принадлежавшие изстари Степану Сукину и Федору Мячину. В 1628 г. эти пустоши были проданы из Поместного Приказа в вотчину Федору Васильеву сыну Нестерову; он поселил на пустоши Мининской крестьян, которая и обратилась в деревню, в ней чистлилось в 1646 г. 3 двора задворных людей и 3 двора крестьянских, а потом близ этой деревни на пустоши Тарасовой поставлен им же, Нестеровым, для себя двор и здесь же построена была деревянная церковь во имя Благовещенья Пресвятой Богородицы с приделами, от чего пустошь и стала называться по церкви селом Благовещенским, Тарасово тож». (1)

Места, указанные в данном сообщении хорошо известны. Бывшее село, позднее сельцо Благовещенское это нынешний поселок Благовещенье, входящий в черту города Ногинска. По устному преданию старожилов деревянная часовня во имя Благовещенья Пресвятой Богородицы, на месте некогда бывшего храма, существовала вплоть до 30-х годов XX века. О деревне Мининской жителям напоминал Минский проезд, который сейчас называется улицей Никанорова.

Из приведенного выше отрывка из материалов Холмогоровых ясно, что пустоши Тарасово и Мининское образовались на месте существовавших в XVI в. деревень. Как и большинство деревень, в начале XVII в. Тарасово и Мининское вымерли и пришли в запустение в результате голода и Смуты. Обратим внимание на владельцев этих селений. С XVI в. известно в Москве Сукино болото – историческая местность, располагавшаяся на территории современных районов Печатники и Текстильщики в Юго-восточном округе. Предполагают, что принадлежало болото некоему Сукину, боярину Ивана Грозного. Дворянский род Сукиных внесен в VI часть родословных книг Новгородской и Ярославской губерний. Древней вотчиной дворян Сукиных было село Ворота, в настоящее время, располагающееся в черте поселка Оредеж Ленинградской области, территориально ближе к Великому Новгороду. Наиболее известны из Сукиных XVI в. это: Борис Иванович – дьяк, воевода и «царский печатник» (1573) и его сын Василий Борисович (ок. 1550-1612) – думный дворянин, третий сибирский воевода, основатель Тюмени. Таким образом, владельцем деревни Тарасово в XVI в. был представитель дворянского рода Сукиных – выходцев из района Великого Новгорода.

Вторым владельцем, вероятно деревни Мининской, был Федор Мячин. Упоминания о дворянском роде Мячиных отсутствуют. Но, этимология происхождения фамилии такова. Происхождение фамилии Мячин связано, скорее всего, с дефектом речи первых ее носителей, глагол «мячить» означает «неразборчиво, невнятно говорить». Глагол зафиксирован В.И. Далем в псковском и тверском говорах. (2) Прозвище Мяча, согласно документам 1495 года, носил некий новгородский крестьянин. (3)

Далее коснемся происхождения названий. И если происхождение названия Тарасово от личного имени вполне понятно и не скажет нам ни о чем, то с Мининским не все так просто. Похожее название встречается в соседнем Орехово-Зуевском районе. Деревня Минино на берегу реки Сеченка - правый приток реки Нерская - левый приток реки Москва. Археологи относят время существования селища к XI-XIII, XIV-XVII векам. Известный археолог А.А. Юшко связывает селище с остатками одной из деревень землевладения боярского рода Мины. (4) В некоторых источниках указывают на существование новгородского рода Мины с 1495 г. Одним из старейших храмов Старой Руссы считают церковь во имя святого великомученика Мины, основание которой относят к XIV веку. В сфрагистике[1] известны печати князя Мины Ивановича (новгородский тысяцкий, князь Суздальский, упоминался до 1227 г.) (5)

Печать князя Мины Ивановича. Лицевая сторона: изображение св. Мины в полный рост, держащего в руках крест. Вокруг точечный ободок.

Так или иначе, но две фамилии владельцев: Сукин и Мячин и название деревни Мининская в той или иной степени могут быть связаны с новгородской землей. Случайно ли это? И если нет, то, как объяснить эту взаимосвязь?

В первой части данной работы упоминался так называемый «Ростовский путь». Летописные известия XIV в. указывают на существование пути из Коломны в Переславль-Залесский минуя Москву. Предполагают, что великий князь владимирский Всеволод Большое Гнездо в 1177 г. с дружиной шел на Москву от Переславля-Залесского вдоль реки Шерны, через летописный Шерна-городок. Надо полагать, что именно здесь произошла, описанная в летописи, встреча князя с новгородцами. (6) Именно здесь на селище Могутово-2 археологами были обнаружены вислые печати XII века, шесть из которых атрибутируются новгородским князьям. Известный археолог доктор исторических наук С.З. Чернов по этому поводу писал: «Поражает не только сам факт обнаружения печатей новгородских князей на территории, которая во второй половине XII в. располагалась в пределах Владимиро-Суздальских земель, но и их изобилие, присутствие печатей, датирующихся в широком хронологическом диапазоне (от 30 до 40 лет) …» (7) Реконструируя путь 1177 г. из Переславля в Москву, С.З. Чернов указывает направление от Шерны-городка к селу Стромынь и далее к переправе через реку Ворю в районе села Громково и далее на Москву, т.е. к участку Стромынской дороги. Но, учитывая сообщения летописей XIV в. о существовании пути из Коломны в Переславль-Залесский минуя Москву (8), можно предположить, что и в XII-XIII вв. существовал этот путь. Объяснить это можно тем, что возвышение Москвы происходило с начала XIV в., когда Москва стала центром притяжения новых земель. Предполагается, что от Шерна-городка кроме пути на юго-запад в сторону Москвы мог быть и путь на юг вдоль реки Шерны к переправе через реку Клязьму и далее на юг к Коломне и Рязани. Неурожайность северных земель заставляла Великий Новгород искать торговые пути на юг. Кульминацией борьбы за узловые пункты южного пути явились войны новгородцев с владимиро-суздальцами – Липицкие битвы 1176 и 1216 гг. Исследуя проблематику присутствия новгородцев на землях владимиро-суздальских князей в XII в. С.З. Чернов писал: «Было бы весьма странно, если новгородцы, закрепившись на Волоке Ламском, на устье Сходни в р. Москву и в Шерне, не владели бы местом перехода Киевско-Ростовской дороги через р. Москву (где бы точно оно ни находилось)». (9) По схеме, предложенной С.З. Черновым, переправа через р. Москву могла быть в районе нынешнего города Москва. Но, если дорога шла от Шерны-городка на юг к реке Клязьме, то переправа через Клязьму могла быть в Рогожах или в том месте, которое впоследствии назвали Рогожами. А далее путь шел через Вохну в Коломну, где могла быть переправа через реку Москва. С 1571 года известен также путь Ивана Грозного, минуя Москву, по маршруту: Серпухов – Бронницы – Ростов.(10) Недалеко от города Бронниц археологами было обнаружено и исследовано городище Боршева, которое относят к XI-XIII, XIV-XVII векам. (11) Одним из вариантов происхождения топонима «Бронницы» считают слово «бродницы», т.е. от брода – мелкого места на реке. Указывают на новгородское происхождение топонима. (12) Город впервые упоминается в 1453 г., когда жена великого московского князя Василия Дмитриевича Софья Витовтовна завещала село Бронниче, своему внуку Юрию Васильевичу Дмитровскому. Местоположение села было очень удобным – на полпути между Москвой и Коломной, по соседству с речной пристанью и имевшимся в те времена бродом через реку Москву, по которому проходила дорога с Касимовского на Каширский и Серпуховской тракты. Академик С.Б. Веселовский (1876-1952) прямо указывал, что древнейшие города Подмосковья Радонеж, Коломна и Хотунь были древними селениями новгородцев в северо-восточной Руси. Несколько селений с такими же названиями находим в настоящее время в Новгородской области. (13)  

Есть ли основание предполагать направление «Ростовского пути» от Шерна-городка на Рогожь- Вохну-Коломну, а также от Рогож до Бронниц (Боршева) в XII в.? Такие основания есть и они следующие:

  1. Густая заселенность в домонгольский период бассейна реки Шерны почти на всем течении до впадения в реку Клязьму, согласно исследованиям А.А.Юшко. (10)
  2. Наличие в домонгольский период общинного центра на Шерне – Жилино-Горки. И наличие общинного центра Вохна в районе нынешнего Павловского-Посада.
  3. Наличие археологического материала XI-XIII вв. в районе нынешнего города Ногинска. (11)
  4. Исады - пристань на реке Клязьме, бывшая в районе поселка Успенское, основание которой можно предположительно отнести к XII-XIII вв.
  5. Деревня Мининское. Происхождение топонима возможно от личного имени новгородского рода Мины.
  6. Рогожа. Два таких же топонима находим в бывшей новгородской земле. Оба на водных путях новгородцев в древности. Рогожа на реке Сяси бывшей Иссадской волости. Река Сясь впадает в Волховскую губу Ладожского озера. И Рогожа на озере Селигер. Первые упоминания о Селигере встречаются в русских летописях XII-XIII вв. В то время озеро, называвшееся чаще Серегер, входило в состав оживленных путей новгородской земли. Эти передвижения и отражены в летописях. Так, в 1199 году, на пути из города Новгорода во Владимир, на Селигере скончался новгородский архиепископ Меркурий. Под 1216 годом сохранилось известие, что новгородцы «ходили Серегером на верх реки Волга».

На основании изложенного выше возникает множество вопросов, основные из которых:

  1. Возможен ли в XII в. участок Ростовского пути  по следующему маршруту: Шерна-городок – Рогожи – Вохна – Коломна?
  2. Имеют ли отношение выходцы из Великого Новгорода к этому пути?
  3. Не являются ли топонимы Рогожи на Клязьме и Мининское новгородским следом XII в.?

Может быть, в следующем очерке нам удастся в какой-то мере прояснить поставленные вопросы?

 

Источники

  1. В.и Г. Холмогоровы. Исторические материалы о церквах и селах XVI-XVII ст. Выпуск шестой. Вохонская десятина (Московкого уезда). М., 1868. С. 89.
  2. В.И. Даль. Толковый словарь живого великорусского языка. М., 2003. Т. 2. С. 312.
  3. С.Б. Веселовский. Ономастикон. Древнерусские имена, прозвища и фамилии. М., 1974. С. 211.
  4. Археологическая карта России. Московская область. Часть 3. М., 1996. С. 44.
  5. Сфрагистика. Вислые печати. Журнал коллекция.// www.clubic.ru
  6. ПСРЛ. Л., 1926. Т.1. Стб. 382, 383.
  7. С.З. Чернов. Сфрагистический комплекс из Могутова и его значение для изучения предыстории Московской земли в первой половине XII века. Первые опыты интерпретации.//Древняя Русь. Вопросы медиевистики. М., 2003. №2 (12). С. 5-33.
  8. ПСРЛ. Продолжение по Воскресенскому списку. СПб., 1859. С. 32. ПСРЛ. Т.XV. Вып.1. С. 77.
  9. С.З. Чернов. Там же.
  10. Р.Г. Скрынников. Великий государь Иоанн Васильевич Грозный. Смоленск, 1998. С.435.
  11. Археологическая карта России. Московская область. Ч. 3.М., 1996. С.69.
  12. Е.М. Поспелов. Географические названия Московской области. Топонимический словарь. М., 2007. С.170.
  13. С.Б. Веселовский. Подмосковье в древности. М., 2002. С. 27.
  14. А.А. Юшко. Московская земля.
  15. Археологическая карта России. Московская область. Ч. 3.М., 1996. С.14.

[1] Сфрагистика - вспомогательная историческая дисциплина, изучающая печати (матрицы) и их оттиски на различных материалах.

 

 
 
При использовании материалов сайта ссылка категорически приветствуется.
© Богородск-Ногинск. Богородское краеведение. 2004-2020
Политика конфиденциальности
Яндекс цитирования Check PageRank
На верх страницы