Богородск-Ногинск. Богородское краеведение

«Представляется - о здоровье и даже жизнеспособности общества свидетельствует, в первую очередь, отношение к людям, посвятившим себя служению этому обществу»
Юрий Ивлиев. XXI век

Мы в социальных сетях:
 facebook.com/bogorodsk1781
 vk.com/bogorodsk1781
Дата публикации:
01 марта 2005 года

Народное хозяйство / Промыслы Богородского уезда / Металлические промыслы

Е.Н.Маслов

Народное предание говорит о медном промысле в Гуслице – в Загарье, как существовавшем «исстари» , но каких либо достоверных свидетельств на этот счет нет. Документальная история промысла, как и многих других, начинается с 1812 – «французского» года. Несколько крестьян дер. Крупиной работали около этого времени в московских медных заведениях и среди них выделялся сноровкой, сметливостью и степенностью Кондратий Семенович Русаков. Наполеоновская война резко повысила спрос на солдатские пуговицы и эфесы, московские заведения не справлялись с заказами, и Русаков, рассчитавшийся с хозяином в Москве, вернулся к себе на родину, устроил в Крупино небольшую кузницу и приступил к самостоятельной работе. Качественность продукции и соблюдение сроков изготовления расширили для Русакова рынки сбыта. По окончании войны и сокращении спроса на солдатскую амуницию заведение Русакова перешло к выделке шандалов, кадильниц и других предметов церковного обихода. Медный промысел быстро распространился на все селения Новинской волости в большей степени благодаря тому, что вся волость являлась вотчиной Самариных и это облегчало сношения между кустарями.

Мастерской медного заведения, если работает одна семья, обычно служила та же крестьянская изба, инструменты не сложны и не громоздки, само же производство не мешало нормальной жизни семьи. Большие заведения – Каталова в дер. Крупиной, например, где 50 работников, помещались уже в нескольких зданиях.

При изготовлении литых медных вещей нужны кузница и печатня. Кузница обычно имела самое первобытное устройство.

Орудия труда почти исключительно ручные, даже для привода токарного станка чаще использовался человек, чем лошадь, она обходилась хозяину заведения дороже. И только то, что человек нередко бывал недисциплинированным и мог оставить производство, вынуждало хозяев отдавать предпочтение лошадиному приводу.

В заведениях, где изготавливались литые вещи, производство начиналось с приготовления формы. Печатник клал перед собой опоку и наполнял ее землей, которую чуть-чуть для большей цепкости смачивал. В наполненную землей опоку мастер клал медную вещь, которая служила формой, и на нижнюю опоку накладывалась верхняя. Соприкасающиеся поверхности опок посыпались сухим углем или мелкой земляной пылью, чтобы они не склеивались. Обычно одна опока служила для нескольких вещей – для 5 пар донышек для подсвечников, 20–40 пар трубочек, 2 больших образов или 3 малых. Теперь приступал к работе отливала. Он брал готовые опоки с выдавленными в них формами, просушивал их, чтобы земля в них не рассыпалась и закалилась. В это время в печи уже стоял горшок с медным ломом. Медь обычно расплавлялась через 3 часа, отливало снимал нагар и приступал к отливке вещей. В опоку, укрепленную в станке, через трубочку вливался расплавленный металл, который по бороздкам, боковым канальцам заполнял формы. Когда опоки простыли, их разбирали, землю высыпали и вещи готовы. Им останется только пройти отделку.

Вообще же товары из металла, изготовлявшиеся в уезде, были очень разнообразны: кузнецы делали подковы, колуны (ими славилась деревня Смолево), долота, ухваты, сошники и т. п. Медники выделывали маленькие дешевые латунные ночники, полоскательницы, рукомойники, большие подсвечники – шандалы, самовары (в д. Митиной и Перхуровой), шпажные эфесы (в д. Новая), ковчежцы с позолотой для храмов (в с. Никольском), массу церковных вещей. Две семьи в д. Левкиной занимались промывкой меди из сора после пожаров или мусора фабричных поселков и городов.

Деревня Беливо славилась своими топорами. На Всероссийской выставке 1882 года в Москве беливский крестьянин Епифан Гаврилович Батулин за представленный им плотничный топор получил «Почетный отзыв» .

В 80-х годах прошлого века уровень оплаты труда в металлических промыслах составлял: токарь 3 руб. в неделю, подсобный рабочий – подносчик или обслуживающий ворот токарного станка (чаще для этой работы брали слепых людей) – 50 руб. в год, «отливалы» от 80 до 150 руб. в год, паяльщики, пресовщики (обычно эта работа доставалась детям) – 25–50 руб. в год, коваль от 80 до 120 руб. в год.

Доходы промысловиков были не велики и зависели во многом от возможности быстро и по хорошей цене продать товар. Часто такую возможность предоставляла Нижегородская ярмарка. Играло большую роль и то как выстраивались взаимоотношения продавца и покупателя. Если продавец привозил в московскую лавку большую партию товара, не торопил лавочника с расплатой, становясь его кредитором, и получал деньги только с новой партией товара, снова оставаясь по отношению к лавочнику кредитором, то такой сбыт был производителю более выгоден, так как не ставил его в зависимость от покупателя. Менее же крупные производители, не имеющие к тому же и свободных денег для оборота, требуют от покупателя немедленной оплаты хотя бы части товара. Коль скоро торговец чует, что производителю нужны деньги, он всячески начинает прижимать его, настаивая на скидке. Часто торговцы для того, чтобы снизить оплату за Загарские (вся местность так именовалась по селу Загарье) изделия, приводили в пример Тульские изделия: «Ты, братец, на тульскую вещь посмотри: она много лучше твоей, до нее тебе, братец, как земле до неба далеко» . В Туле было массовое производство медных изделий и хотя по прочности Загарские изделия не уступали Тульским, дешевизной и красочностью они были выше Загарских. И все же за Загарскими медниками признавалось и много способностей, торговцы в Москве говорили: «дайте загарцу хоть в щелку посмотреть на какое-нибудь изделие, хоть одним глазом приметить его, и он точно такое у себя дома сделает» .

На Всероссийской художественно-промышленной выставке в Москве (1882г) среди экспонатов были представлены медные канделябры, подсвечники, пепельницы, колокольчики, изготовленные братьями Большаковыми из д. Крупиной, за которые им была присуждена Серебряная медаль. Крестьянин И. И. Тарасов представил на выставке медные литые образа «очень чистой работы и дешевой цены» , а В. С. Тяпков из д. Перхуровой – самовары, подсвечники, рукомойники.

В 1902 году на Всероссийской кустарно-промышленной выставке в Санкт-Петербурге, которая впервые широко представила изделия кустарей и была проведена под покровительством императрицы Александры Федоровны, богородские медники из дер. Крупиной были представлены продукцией:

•  Большаковых Ивана Степановича и Тимофея Васильевича, работали с 1887 г.: чернильные приборы, подсвечники, колокольчики, пепельницы и др;

•  Комарова Козьмы Ивановича, работал с 1899 г.: медные принадлежности для хомутов;

•  Омелина Матвея Михайловича: медные решетки разных рисунков;

•  братьев Суховых, работали с 1856 г.: эфесы драгунские, пехотные и штатские;

•  Юдина Константина, работал с 1889 г.: подсвечницы и спичечницы;

•  Юдина Матвея Тимофеевича, работал с 1901 г., медные вешалки.

Федор Фролов из дер.   Новой представил на этой выставке кресты медные.

Во времена НЭПа в селениях Аверикево, Алферово, Данилово, Дергаево, Загарье, Крупино, Левкино, Митино, Новое, Перхурово, Пестово и Шебаново кустари не прекращали работу, общая численность медников по уезду составляла 738 чел. Или почти 75 % от губернского числа. В дер. Крупино с 1924 г. работало объединение «Кустарь» (126 чел.), в Загарье с 1921 года – артель «Литейщик» (28 чел.).

Значительным был медный промысел среди старообрядцев Гуслицы, которые отливали по древним образцам кресты, иконки, складни сначала медные, а когда с медью стало хуже, то – бронзовые.

 

 

 
При использовании материалов сайта ссылка категорически приветствуется.
© Богородск-Ногинск. Богородское краеведение. 2004-2019
Политика конфиденциальности
Яндекс цитирования Check PageRank
На верх страницы