Богородск-Ногинск. Богородское краеведение

«Представляется - о здоровье и даже жизнеспособности общества свидетельствует, в первую очередь, отношение к людям, посвятившим себя служению этому обществу»
Юрий Ивлиев. XXI век

Мы в социальных сетях:
 facebook.com/bogorodsk1781
 vk.com/bogorodsk1781
Дата публикации:
28 января 2015 года

Древние пути восточного Подмосковья

Алексей Симонов

Древние пути восточного Подмосковья

К истории села Рогожи

 

Первыми упоминаниями о древнем предке города Ногинска – селе Рогожи считают духовные грамоты Московского князя Ивана Калиты, составленные около 1327-1328 гг. либо около 1336-1339 гг. Однако на научной основе пока никто не доказал идентификацию упоминаемого в грамотах населённого пункта с предком города Ногинска. Говорить об этом можно лишь как о краеведческой версии.

Иногда связывают село Рогожи с упоминаемыми В.О. Ключевским «рогожскими полями» через которые в 1155 г. прошёл князь Андрей Боголюбский на пути из Вышгорда через Москву во Владимир. Данный факт может рассматриваться как весьма косвенное свидетельство, так как доподлинно неизвестно где были эти поля.

Ссылаясь на Энциклопедический словарь Плюшара, говорят что первоначальное поселение на месте Рогожи утвердилось во времена Ивана Грозного вслед за покорением Казани, т.е. после 1555 г (1).

В краеведении принято связывать возникновение села Рогожи как ямского поселения на Владимирском тракте, известного с 1506 г. (2). Однако, как мы выяснили, дорога на Владимир через Рогожи была проложена в 90-е годы XVI в., т.е. почти сто лет спустя. На каком же пути находился «Старый Рогожский оставленный ям»?

Ямской Приказ упоминается в разрядных книгах в 1516 г. Время учреждения ямской службы относят к правлению Ивана III (Судебник 1497 г.)

Утверждают, что ямская служба на Руси была организована по монголо-татарскому образцу и отсюда тюркское название. Ям по-тюркски – остановка.

Но система сообщения существовала на Руси и в домонгольский период. Ямская служба – не порождение ордынского периода. Это усовершенствованная езда с подставными лошадьми, которую широко применяли на Руси. Владимир Мономах (1053-1125) ехал из Чернигова в Киев «за один день до вечера», а это около 140 км. (3).

Да и само слово «ям» не всегда связываю с тюркским происхождением. Так, в церковно-славянском словаре: «Ямщик – возница, кучер; санскритское jam – управлять, а в сложных словах – ездить на чём-нибудь. От этого глагола в санскрите происходят japa – повозка, jantr –возница» (4).

Интересно отметить расположение «ямских» топонимов в окрестностях города Ногинска. Одни из них – это село Ямкино, в семи километрах севернее города. А другой – Ямские леса, расположенные в сторону городов Электросталь и Павловский Посад. Данные топонимы – древние свидетели, связывающие происхождение населённых пунктов и местностей с путями сообщения, с дорогами.

В книге Н.С. Стромилова «Александрова слобода. Слобода до Грозного» говорится, что в актах XIV в. с целью ямской повинности в отдельных княжествах указаны особые места: селения, местности, урочища, преимущественно при переездах через реки (5). Не являлось ли основанием для села Рогожи место переправы через реку Клязьму при пути с севера на юг?

В актах феодального землевладения и хозяйства указывается, что в середине XVI в. рыбу для митрополита Макария с Волги в Москву везли: «или крестьяне с рыбою и со всяким митрополичим запасом зиме на санех, а лете на телегах, или водным путём в лотках с набои, Волгою и Окою на Клязьму, а Клязьмою до Гороховца, и до Стародуба Ряполовского, и до Володимеря, и от Володимеря до Рогожу, и назад…» (6)[15] Речной путь по Клязьме от Владимира уже в глубокой древности был судоходным лишь до села Рогожи. Возможно, что далее в верховьях Клязьма судоходной не была никогда. В конце XIX в. река Клязьма начинала быть судоходной в 16 верстах ниже города, в районе нынешнего города Павловского Посада (7). Да и древний Бронницкий тракт XVI в. вёл, как было сказано выше, из Бронниц к переправе через Клязьму в селе Рогожи. Побережье Клязьмы в районе нынешнего города Ногинска заселено людьми было уже в период неолита. По сведениям Р.Л. Розенфельдта 1960 г. территория стоянки разрушается рекой. Керамика лепная, предположительно льяловской культуры, кремневые орудия неолитического облика (8). Из приведённого отрывка видно, что в 1547г. Рогожи служили конечной точкой пути по которому везли рыбу с Волги. Далее, вероятнее всего, рыбу разгружали и везли дальше сухим путём. Куда? Так как рыба предназначалась митрополиту Макарию, то скорее всего в Москву, но может быть и в Троице-Сергиеву лавру. Возможно, что прямой сухой путь от Рогож до Москвы существовал уже тогда. Примерно в это же время в Москве возникает Рогожская ямщицкая слобода, которая получила своё название по селу с которым было прямое сообщение. Ибо если из Рогож в это время ездили в Москву через Ямкино и далее по Стромынке, то соответственно в Москву ехали через район нынешних Сокольников, а не Рогожской слободы.

Вот что по этому поводу пишет С.К. Романюк: « Рогожская ямская слобода находилась на востоке Москвы, располагалась по улицам Николоямской и продолжавшей ее до заставы Камер-коллежского вала Вороньей. Название слобода получила от села Рогожи (потом город Богородск, или Ногинск), расположенного в 64 верстах к востоку от Москвы. В этом селе находилась впервые упоминаемая в 1506 г. ямская слобода, откуда, вероятно, и выселились ямщики в Москву (9).

Рогожская ямская слобода в Москве возникла в конце XVI в. близ деревни Андрониха на левом берегу Яузы, когда в местности, позднее названной - «Рогожка» стали селиться ямщики, занимавшиеся «ямской гоньбой» (доставкой государевой почты) и перевозками товаров из Москвы во Владимир и другие города. В 1697 г. (по другим сведениям – в 1642 г.) жители образовавшейся Рогожской ямской слободы построили церковь Николая Чудотворца в Ямах, которая была снесена в 1950-х годах (10).

Необходимо отметить, что «селиться» или «выселиться» ямщики не могли. Ямщицкая служба являлась строго регламентированной государственной службой. Грамота 1548 г. на Тотьму говорит: «на яму было три должности: ямщик, дьячёк и дворник». Все они избирались всей округой, наместниками, подьячими, игуменами, попами, дьяками, городскими людьми и сельскими, а по избрании с поручными записями отравлялись в Москву к казначеям, где приводились к крестному целованию. Ямщики пользовались как землёй, так и доходами с приданных к яму деревень лишь во время своей службы. Этот доход шёл вместо жалованья. Вероятно, ямщики передавали свою службу, а следовательно и права на неё от отца к сыну и естественно в глазах всех, в том числе и писцов, право пользованию землёй отождествлялось с правом наследственной собственности. Ямские земли освобождались от всех сборов и повинностей (11).

При поступлении на службу с ямщиков бралась подписка: «жить на яму с женами и детьми и со всем животом, и с яму не сбегать, никаким воровством не воровать, и зернию не играть, ни корчмы, ни блядин не держать, ни татинною, ни разбойною рухлядью не промышлять, ни татоже ни разбойникам и всяким лихим людям приезду не держать» (12).

Вероятно, с прокладкой в середине XVI в. прямой дороги из Москвы до села Рогожи (а в конце XVI в., как мы выяснили, был проложен участок от села Рогожи до Владимира) рогожские ямщики останавливались для отдыха и ночлега в районе будущей Рогожской слободы. Со временем, т.е. уже в конце XVI в. данный участок земли был закреплён за ямщиками на законодательной основе и часть рогожских ямщиков поселилась в Москве, либо имели земли и в Москве и в Рогожах.

Таким образом, участок сухопутной дороги от Москвы до Рогож в 1547 году можно признать фактом. А вот во Владимир из Рогож в это время ездили, вероятнее всего, через Ямкино по Стромынке, либо по зимнику по Клязьме. Трудно сказать, почему делали такой объезд. Но можно предположить, что либо ниже по течению форсирование Клязьмы было связано с трудностями. Либо переправа в Клязьме была единственной и содержание второй неподалёку было для казны накладным. Либо преследовались какие-то экономические интересы в виде налогов или сборов при переправе. Или просто прокладка прямого пути до времени считалась бессмысленной тратой.

Известно, что новгородцы в XIII в. были заинтересованы в контроле за районом вокруг Переславля-Залесского. Переславль уже существовал в 1152 г. (13). Ещё до официального основания города эта земля в круговорот исторических событий. Двигались ли войска или купцы сухим путём из Киева в Ростов, плыли ли по рекам из Новгорода Великого в Суздальщину и далее, им было не миновать этих мест. Провести суда можно было не иначе как по реке Трубеж до последнего волока, за которым начиналась Нерль Клязьминская. Кто владел Переславлем, тот прочно держался на Ростово-Суздальском столе и мог влиять даже на волю Новгорода Великого, закрывая путь привозу хлеба на север. Так, князь Юрий Долгорукий отстаивал своё право от притязаний новгородского князя Всеволода Мстиславовича (14). Причина Липицких битв 1177 г. и 1216 г. между новгородцами и владимирцами также кроется в установлении контроля над районом Переславя-Залесского и Юрьева-Польского. Б.А. Рыбаков указывал: «Основными товарами, обращавшимися на внутреннем рынке, были соль и рожь. Почти все сведения о покупке ржи относятся к Новгородской земле, где малейшее нарушение урожайности ставило Новгород в зависимость от более южных хлеборобных земель. Страшным оружием голода пользовались владимирские князья, отрезавшие пути в Новгород. Можно думать, что и в обычные годы, при среднем урожае, Новгород и Псков покупали рожь. Редкие же годы, когда хлеб был дешёв, псковский летописец радостно отмечал это на страницах летописи. Рожь возили в ладьях и на возах» (15). Город Коломна в этот период известна как посредник в торговле с чернозёмным югом. Отсюда становится понятным, кто был кровно заинтересован в прямом сообщении Коломны и Переславля-Залесского. Понятна встреча новгородцев с Великим князем Всеволодом Большое Гнездо в Шернском лесу в 1177 г. А также объяснимой становится находка в районе археологического памятника Шерна-городок или Могутовское городище 28 печатей и пломб, большая часть которых относится к концу XI - середине XII в., шесть из которых атрибутируются новгородским князьям (16).

Как выяснили мы в предыдущем очерке, путь из Переславля-Залесского в Коломну и Рязань пролегал по Шернскому лесу и переправа через Клязьму, вероятнее всего, существовала в районе Рогожи-Успенское.

Отсюда можно предположить, что изначальное народное поселение на месте села Рогожи, позднее города Богородска (Ногинска), связано с переправой через Клязьму, которая, как видимо, существовала уже в 1177 году.

И если предположить, что новгородцы возили рожь из Коломны в Переславль-Залесский сухим путём, то становится объяснимым происхождение самого названия народного поселения при переправе через Клязьму – Рогожи. Ведь рогожа в древней Руси – это мера ёмкости, куль, употреблявшийся для измерения соли и ржи. «Соли (во Владимире) 30 рогож, весом в них 540, цена за пуд по гривне, итого 54 рубля»; «полпятадесять рогожь соли Тотьмы… а соли в них 800»; В сравнении с рогожей соли рогожа ржи, естественно будет по весу на столько меньше, насколько удельный вес ржи будет меньше удельного веса соли. А так как известно, что соль круглым числом вдвое тяжелее ржи, то вес рогожи ржи будет составлять не более, не менее, как 12 или 9 московских пудов» (17). Известия об этих единицах измерения веса дошли до нас не ранее как от XVI в., но есть вероятность предполагать, что они были известны как на Руси вообще, так и в Новгороде гораздо раньше. « В XVI ст. к числу обычных единиц, которыми распространялась соль, а за нею временами и рожь, были рогозина или рогожа, мех и пошев. Из них по памятникам строго может быть определён вес только одной рогозины..» (18)

Таким образом, народное поселение при переправе через Клязьму могло получить своё название по тому, что являлось местом перевоза через реку. Вероятно, что перед перевозом через реку рогожи взвешивали или пересчитывали, а также мог взиматься и налог за перевоз в зависимости от того кто контролировал это место.

В связи с этим объяснимым становится сообщение о том, что в 1540 г. из села Тарбеева, расположенного на другом берегу реки, сюда была перенесена церковь во имя святителя Николая Чудотворца и поселение стало селом Рогожи. Этот факт косвенно подтверждает как наличие пути сообщения с севера на юг, так и переправу в Рогожах.

Источники:

  1. Энциклопедический словарь Плюшара. Т. VI. Спб., 1836. С.174.
  2. В. и Г. Холмогоровы. Исторические материалы о церквах и сёлах XVI-XVII ст., вып. 6. Вохонская десятина. М., 1868. С. 11.
  3. М.В. Горбаневский По городам и весям «Золотого кольца». М., 1983. С. 51.
  4. Протоиерей Г. Дьяченко Полный церковно-славянский словарь. М., 1900. С. 850.
  5. Н.С. Стромилов Александрова Слобода. Слобода до Грозного. М., 1884. С. 44.
  6. Акты феодального землевладения и хозяйства XIV-XVI вв. М., 1951. С. 210.
  7. Н.Ф. Токмаков Описание города Богордска. М., 1899. С.3.
  8. Археологическая карта России. Московская область. ч. 3. М., 1996. С. 11.
  9. С.К. Романюк По землям московских сел и слобод. М., 1998., ч.1. С. 503.
  10. wikipedia - История Рогожской слободы
  11. И.Я. Гурлянд Ямская гоньба в Московском государстве до конца XVII в. Ярославль, 1900. С. 56-71.
  12. М.И. Смирнов Доклады Переславль-Залесского научно-просветительского общества. № 6. Переславль-Залесский, 1919. С.7.
  13. ПСРЛ, т. V. С. 163.
  14. И.П. Литвинов По городам Залесья. М., 1974. С. 55.
  15. Б.А. Рыбаков Торговля и торговые пути. С. 315-369.// История культуры древней Руси. т.1. М.-Л., 1951.
  16. С.З. Чернов Сфрагистический комплекс из Могутова и его значение для изучения предыстории Московской земли в первой половине XII века.// Древняя Русь. Вопросы медиевистики. М., 2003. № 2(12) С. 5-33.
  17. Протоиерей Г. Дьяченко Полный церковно-славянский словарь. М., 1900. С. 550.
  18. А.И. Никитский К вопросу о мерах в древней Руси // Журнал министерства народного просвещения. Спб., 1894, апрель. С. 383-384.

[15] Полностью текст грамоты публикуется в приложении.

 
При использовании материалов сайта ссылка категорически приветствуется.
© Богородск-Ногинск. Богородское краеведение. 2004-2019
Политика конфиденциальности
Яндекс цитирования Check PageRank
На верх страницы