Богородск-Ногинск. Богородское краеведение

«Так говорит Господь: остановитесь на путях ваших и рассмотрите,
и расспросите о путях древних, где путь добрый, и идите к нему»
Книга пророка Иеремии. (6, 16)

Мы в социальных сетях:
 facebook.com/bogorodsk1781
 vk.com/bogorodsk1781
Дата публикации:
23 июля 2005 года

Альманах"Богородский край" N 3 (2001)

 

ТРУДЫ ИСТОРИКОВ И КРАЕВЕДОВ

О ТОПОНИМАХ ШУВОЙ, ГУСЛИЦА, ВОЛЬНАЯ

В. Д. ОГУРЦОВ, Москва

 

РЕКА ШУВОЙКА

Такое название зафиксировано на топографической карте, изданной ГУ геодезии и картографии в 1990 г. (масштаб 1:200000). На картах Богородского уезда, изданных в середине XIX столетия, река называется Шувой, а селение, расположенное в верховьях ее,— Шувой или Шувея. Писцовая книга 1631—33 гг. называет реку — Шувайка. Если принять во внимание, что названию придан женский род (согласованно с женским родом слова «река») и суффикс «-к-» с функцией уменьшения размеров объекта, то основой названия видится нерусское слово «шувой» («шувай», «шувей»).

Исходя из того, что территорию Богородского уезда до колонизации ее славяноязычными племенами (IX—XI вв.) населяли племена, говорившие на языках финно-угорской группы, можно предположить, что название Шувой исходит из этих языков. Специалисты, изучающие ареал топонимов финно-угорской языковой принадлежности, полагают, что названия Шуеозеро (Архангельская обл.), Шуя (реки в Архангельской, Вологодской областях и в Карелии), Малая Шуйка (река в Архангельской обл.), селение Соокюла (Эстония), Суоярви (озеро и город в Карелии) происходят от слова «суо» (эстонское «соо») — болото. Самоназвание Финляндии — Суоми, а финны называют себя «суомалайсет» — люди болотного края. В языках финно-угорской группы понятия «ручей», «речка» значатся как «ойя» («оя»). Таким образом, сочетание «суо-ойя» может быть переведено на русский язык как «болотная речка» («речка, вытекающая из болота»). Чередование звука «с» и «ш» в русской (вообще — славянской) фонетике — явление обычное, это заметил еще В. Даль, описывая в Толковом словаре особенности местных говоров (свайка и швайка, севрюга и шеврюга, насест и нашест, снурок и шнурок и т. п.).

Учитывая изложенное, можно допустить, что речку, вытекающую из болота («суо-ойя»), назвали собственным именем Шуо-ойя, которое со временем преобразовалось в название Шувоя, Шувой, Шуя. Районный центр в Ивановской области г. Шуя образовался на речке Шуе. Речка потерялась при сооружении в XVI столетии рва вокруг городской стены — она стала частью этого рва, а название ее исчезло. Болото же существует по сей день.

Река Шувоя (Шувой, Шувойка) впадает в Гуслицу. В верховьях Шувойки была деревня Шувой, а рядом — деревня Нареево. Название последней содержит корень «нар». По мнению специалистов, в языках финноугорской группы коми, удмуртском, мансийском слово «нар» («няр», «нюр», «нор», «нер») обозначает торфяное болото, заболоченный лес, моховое болото. Соседство деревень Шувой и Нареево явно говорит о существовании здесь в далекие времена обширных болот.

С 1922 г. деревни Шувой и Нареево находятся в Егорьевском районе. В 1935 г. деревни были объединены в поселок Красный Ткач и потеряли свои имена.

РЕКА ГУСЛИЦА

Волость Гуслица впервые упоминается в духовной грамоте князя Ивана Калиты, датированной 1336 годом. Очевидно, волость получила имя по названию реки подобно тому, как некоторые другие подмосковные волости (Воря, Вохна, Сельна и др.) именовались по наиболее крупным рекам, протекавшим через них.

Гуслица — явно славянское слово, построенное по общим правилам словообразования существительных женского рода. Оно имеет смысловую основу «гусл-» (вероятнее всего, от славянского слова «гусли»), уменьшительный суффикс «-иц-» и окончание женского рода «-а».

Следует полагать, что название волости - Гуслица - возникло задолго до 1336 года. Слово «волость» происходит от слова «владеть» («володеть»). От слова «волость» произошло слово «власть». Власть — это право князя собирать дань и судить. Чтобы собирать дань и судить, необходимо иметь данников и подсудных. Значит, волость должна быть населена и способна производить товарную продукцию.

Славянская колонизация земель к востоку от меридиана Москвы началась в IX—Х вв. Она проходила по двум направлениям — по рекам Клязьме и Оке. Выделение из Киевского княжества восточных уделов (Ростов, Муром) подвигло удельных князей к расширению границ своих владений за счет земель, населенных различными неславянскими племенами.

К этому времени в практику киевских князей уже вошло такое масштабное мероприятие, как полюдье. Летопись сохранила сведения об организации княжеского хозяйства середины Х столетия. Здесь все время подчеркивается владельческий характер установлений княгини Ольги. Самым интересным в перечне мероприятий княгини является упоминание об организации становищ и погостов, опорных пунктов полюдья.

Полюдье — это сбор дани, проводившийся князем и его дружиной после окончания осенних полевых работ. Поход продолжался 5—6 месяцев и заканчивался с наступлением весенней распутицы. Летом князь организовывал крупные военно-торговые экспедиции, целью которых был обмен собранной дани на товары, производившиеся за пределами княжества.

Различие между становищем и погостом было не очень велико. Становище раз в году принимало самого князя и его воинов, слуг, ездовых, гонцов. В становище имелись теплые помещения и запасы фуража и продовольствия.

Погост представлял собой микроскопический феодальный организм, внедренный княжеской властью в гущу крестьянских сел и общин. Там должны были быть все хозяйственные элементы, которые требовались и в становище, но из-за удаленности от стольного города погост обносился острогом и должен был иметь постоянный гарнизон. Люди, жившие на погосте, должны были быть не только слугами, но и воинами. Условия такой жизни создавали необходимость вести при погосте собственное хозяйство (земледелие, охота, рыбная ловля, разведение скота), а также держать лошадей для транспортировки дани и скот для прокорма приезжающих данников.

Ученые полагают, что в Х—ХI вв. существовало не менее 50 становищ и около 1000—1500 погостов (суммарно в Псковской, Новгородской, Владимиро-Суздальской, Рязанской и Муромской землях). В волости Гуслице был погост на речке Околице (Ильинский), с ним соседствовали: погост Спасо-Преображенский (Спас на Мошеве), погост в верховьях реки Гуслицы (Егорьевский), погост на речке Рудне (Рождества Богородицы), погост в устье реки Нерской (Рождества Христова).

Какие же князья устраивали эти становища и погосты на территории Богородского уезда, если принимать во внимание, что после нашествия Батыя (1238 г.) походы князей в полюдье прекратились и устройством становищ и погостов они уже не занимались? Последовательность образования удельных княжеств, интересы которых были направлены на междуречье Клязьмы и Оки, выглядит так:

Муромско-Рязанское княжество (XI в.), Ростово-Суздальское княжество (XI в.), Владимирское княжество (1212 г.), Московское княжество около 1263 г.). Из этого можно сделать вывод, что процесс освоения междуречья Клязьмы и Оки начался не с запада (со стороны Москвы), а с севера (из Росто во-Суздальской земли) и с юго-востока (из Рязанского княжества). Освоение новых земель — основание становищ и погостов, заселение местностей своими людьми, распространение христианства среди языческого населения приобщаемых к княжеству территорий и т. п. — положило начало славяноязычной топонимике. Тогда-то и появились здесь слова, «вывезенные» из Руси, которыми стали называть реки, озера, болота, возвышенности и овраги, поскольку они включались в хозяйство, либо служили ориентирами на путях сообщения.

Историки склоняются к мнению, что древнейшими погостами были те, где возникли церкви в честь пророка Илии, сближаемого в языческих верованиях с могущественным богом-громовержцем, от которого зависела судьба урожая: в последние дни перед уборкой зерновых обиженный громовержец мог наслать на людей кару — град, проливные дожди, а то и зной.

Погосты обретали значение не только провинциального центра княжеской власти, но и центра миссионерской деятельности христианских проповедников. Каждый погост был связан с соседними. Княжеские гонцы могли получить на погосте свежих коней, а иные вести могли передаваться от погоста к погосту самими их жителями, лучше гонцов знавшими местные дороги, топи и гати.

Чтобы добраться из Рязанского княжества до Ильинского погоста в Гуслице, надо было сделать остановку на Егорьевском погосте (впоследствии — село Высокое, ныне — город Егорьевск), а затем следовать дорогой, приблизительно совпадающей с современным Егорьевским шоссе, до речки Околицы.

Околицей в древности называли непрямую дорогу: «Князь великий Михайло Александрович Тверской поиде в Орду с своим сыном со князем с Александром, а пошел околицею, не прямицами и не путями» (1382 г.). Дорога от Егорьевского погоста до речки Околицы шла через сеть мелких речек и ручьев, вытекающих из обширных болот по левую сторону от тракта. Дойдя до Околицы, путник, если он хотел попасть на Ильинский погост, должен был повернуть направо и двигаться вдоль речки. Прямой дороги «посуху» между этими погостами не было, был окольный путь, и речка Околица служила дорожным указателем.

В Толковом словаре В. Даля есть слово «гусельчатый»: похожий на гусли, полосатый, бороздчатый, как бы исчерченный вдоль струнами. Если такое слово было в обиходе у людей, совершавших в IХ-ХI вв. рейсы из Рязанской земли к Ильинскому погосту и обратно, то изборожденную речками и ручьями местность они вполне могли считать гусельчатой и называть Гуслицей.

Но «гуслица» — это маленькая гусль. Не гусли, а именно гусль. Потому что маленькие гусли — гусельки.

Словарь русского языка XI—XVII вв. так поясняет значение слова «гусли»: «Гусли, мн. и Гусль, ж. — гусли». А дальше в этом словаре приводятся примеры употребления слова «гусль» в письменных источниках: «Сей приимет пророческую гусль... (Великие Минеи-Четьи, декабрь 1—5. XVI в.)», «Радуйся гусль богодвижимая (Житие Прокопия, юродивого Устюжского. 1554 г.)». Таким образом, в русском языке (по крайней мере, в XVI веке) слова «гусли» и «гусль» имели равное значение.

Итак, волость получила название Гуслица (маленькая гусль) благодаря особенности своей территории — пересечениям местного тракта множественными речками и ручьями, представлявшими собой препятствия для движения по тракту. Река же, в бассейне которой формировалась волость, получила название, сходное с названием волости, хотя, вероятно, до появления на ее берегах славяноязычного населения называлась по-иному.

Серьезного хозяйственного, военного или пограничного значения эта река, по-видимому, в Х-ХII вв. не имела. Гораздо большее значение имел тракт, проходивший через волость.

Примечательно, что километрах в 50 к востоку от верховьев реки Гуслицы располагается правая часть бассейна реки Гусь. Эта река начинается во Владимирской области, а в Оку впадает в Рязанской. Она имеет более двух десятков притоков, делающих местность «гусельчатой». Почти у самого устья на реке Гусь находится погост (это селение и сейчас существует и называется Погост). Возможно, в Х—ХII вв. от этого погоста одна из дорог шла на север — тогда она по своему характеру была подобна той, что проходила через волость Гуслицу. Возможно также, что из Рязанского княжества (как старшего по возрасту среди восточных русских княжеств) на север и северо-запад ходили в полюдье одни и те же люди. Эти люди, сравнивая ландшафты местностей, через которые им приходилось следовать, назвали одну из этих местностей Гусль, а другую - Гуслица. Со временем за музыкальным инструментом утвердилась форма «гусли» — и название «Гусль» было вытеснено словом с совершенно иным содержанием — «Гусь». Гусь был ближе и понятнее людям, чем гусль.

Эта версия высказывается здесь потому, что в настоящее время языковеды не пришли к единому мнению об этимологии гидронима «Гусь», а о гидрониме «Гуслица» существуют только различные варианты народной этимологии.

РЕКА ВОЛЬНАЯ.

Такое название закрепили за рекой различные справочники, издание которых началось во второй половине XIX в.

Понятие «воля»,— в смысле «свобода, независимость»,— в России всегда было соблазном. В ходу были термины: «вольные хлебопашцы», «вольные казаки», «вольница», «Вольное Экономическое Общество».

Но реку назвали Вольной вовсе не из стремления потрафить вольнолюбивым помыслам обитателей ее берегов. В писцовых книгах 1631—33 гг. название реки писалось в форме «Волна», причем подлинники этих книг неизвестны, а известны копии с них, списки. Неизвестны также и более ранние описания реки и расположенных на ней селений и угодий, так что в географическую литературу название реки вошло со слов переписчика, трудившегося после 1633 года.

В старославянской письменности, которой был обучен переписчик, очень широко использовались различные надстрочные знаки. Необходимость экономии дорогого писчего материала приводила к тому, что наиболее употребительные слова писались сокращенно. При этом для указания на сокращенное написание слова над ним ставился знак «титло».

Для обозначения пропуска букв «ъ» и «ь» использовался особый надстрочный значок — «паерок». В скорописи паерок обычно выглядел похожим на запятую, а то и вовсе не ставился: кто будет читать, тот и так поймет, что «Филка» — это Филька, «болшой» — это большой. Стоял ли паерок над словом «Волна» в подлиннике писцовой книги — неизвестно.

Гидроним Волна (Вольна) стоит в ряду названий других рек Богородского края — Шерна, Вохна, Дрезна, Цна, Сельна. У этих названий есть нечто общее:

основа слова заканчивается звуком «н», название при помощи окончания «-а» согласовано со словом «река» и ударение стоит на первом слоге.

Учитывая, что многие гидронимы Богородского края ведут свое происхождение от времен, когда эти места населяли племена финно-угорской языковой группы, можно предположить, что перечисленные названия, в том числе и Волна (Вольна), оставлены пришедшими сюда славянами в том виде, как они существовали до них — без перевода на свой язык. Однако, «свой язык» требовал, чтобы названия имели родовые признаки (ручей — мужской род, река — женский, озеро — средний) и близкий языку смысл. Такой смысл для названия Волна (Вольна) нашелся быстро: река стала Вольной.

С названием реки связано название селения - Заволенье. Вообще в бывшем Богородском уезде довольно много населенных пунктов, имеющих приставку «за-»: Заполицы, Запонорье, Запутное, Запрудино, Загряжская. Эта приставка указывает на пути, которыми шло освоение земель. Ведь если считать себя находящимся в каком-то обжитом месте как в центре, то местности, расположенные по отношению к центру за лесом будут Залесьем, за полем — Запольем, за рекой — Заречьем. К реке Вольной, текущей в общем направлении с востока на запад, славяне пришли, очевидно, с юга. Освоились на левом берегу, а потом пошли осваивать правый берег — Заволенье.

 

 
При использовании материалов сайта ссылка категорически приветствуется.
© Богородск-Ногинск. Богородское краеведение. 2004-2019
Политика конфиденциальности
Яндекс цитирования Check PageRank
На верх страницы