Богородск-Ногинск. Богородское краеведение

«Если мы не будем беречь святых страниц своей родной истории,
то похороним Русь своими собственными руками»
Епископ Каширский Евдоким. 1909 г.

Мы в социальных сетях:
 facebook.com/bogorodsk1781
 vk.com/bogorodsk1781
Дата публикации:
21 марта 2008 года

Власть и общество /   «Богородская Речь», №9, воскресенье 26 февраля 1912 г .

Газета «БОГОРОДСКАЯ РЕЧЬ» 1910-1913
Мы приступаем к постепенной публикации на нашем сайте материалов (в основном местных, а не перепечатанных петербургских) богородской уездной газеты «Богородская речь».
Первый номер первой газеты в Богородске ("Богородская жизнь") вышел в свет 19 декабря 1906 г ., он оказался и последним. Весьма короткое время в 1907 г . печатались такие периодические издания, как "Богородская неделя" и "Богородск". В 1910-м начала издаваться, а в 1911-м стала более или менее регулярной (еженедельной) газета "Богородская Речь", статьи которой и предлагаются читателю. Редактором-издателем ее был возглавитель местных кадетов Николай Михайлович Суходрев. Присяжный поверенный из купеческого сословия, страховой агент «Московского строительного общества», председатель Богородского общества потребителей, он проживал на Вокзальной улице в доме своего тестя Ф. А. Детинова, многолетнего заведующего фабрикой в Компании Богородско-Глуховской мануфактуры, авторитетного деятеля старообрядческой церкви Белокриницкого толка.
Газета, судя уже по заголовку, была клоном петербургской «Речи», центрального органа партии конституционалистов-демократов, сплошь либерально-интеллигентской и интернациональной. Для этой партии практически не существовал вопрос русского народа, прежде всего – крестьянства. В своем неукротимом порыве к некой отвлеченной «Свободе», они разрушали традиционную русскую государственность, о чем некоторые из них позднее сильно жалели. Не признавая на словах терроризм как средство политической борьбы, на деле большинство партии во многих вопросах солидаризировалось с эсерами и социал-демократами, практиками терроризма. Не критикуя, а именно громя многочисленные реальные недостатки, упущения и ошибки центральных и местных властей, русского купечества, русской православной церкви, подвергая газетному либеральному террору многих верных сынов Отечества, они бессознательно подготавливали свой конец в первые годы после большевистского переворота.
Редакторская активность Суходрева высоко оценивалась Центральным комитетом партии к/д. Тем знаменательнее окончание всей этой истории. Бывший московский губернатор В.Ф.Джунковский в 1920-е годы вспоминал, что Н. М. Суходрев раскаивался в прежней своей деятельности и, по-видимому, искренно жалел, что губернатор « его слишком мало драл в свое время, следовало больше» .
Тем не менее, друзья и коллеги, читаем «Богородскую Речь». Других газет в Богородске не было. Оригиналы находятся в газетном отделе РГБ, а отдельные номера и в Ногинском краеведческом музее.
М.Дроздов

 

«Богородская Речь», №21, воскресенье 20 мая 1912 г .

Москва

Еженедельная политическая, экономическая, общественная и литературная газета

издания год второй

 

 

БЛАГОДАРНОСТЬ, ПОХВАЛЬНЫЙ ОТЗЫВ

 

«СОВРЕМЕННАЯ ФОТОГРАФИЯ»

 

=== Соборная площадь ===

Сим уведомляю проживающих в гор. Богородске и его окрестностях, что мною открыто Фотографическое ателье для производства всевозможных снимков. Все ново , все усовершенствовано по последней технике фотографии. Для снимающихся на лодке имеется фото-декоративный фон с видом гор. Богородска. Художественное исполнение портретов акварелью и масляными красками. ЦВЕТНАЯ ФОТОГРАФИЯ, ПРОЗРАЧНАЯ ФОТОГРАФИЯ на стекле разных тонов. ФОТОГРАФИЯ НА ФАРФОРЕ. Делаю снимки по приглашению на открытом воздухе и в помещениях при денном и вечернем освещении. Имею аппараты для моментальных снимков. Улавливаю все движения. Работы исполняются изящно, аккуратно и со вкусом .

Фотография открыта в будни с 9 ч. ут. до 6 ч. веч.,

в праздн. с 10 ут. до 5 ч. веч.

ЦЕНЫ ПО ПРЕЙСКУРАНТУ

С почтением фотогр. В.П. Куприянов

/«Богородская Речь», №21, воскресенье 20 мая 1912 г ., стр. 1, 1-2 пол./

 

 

БОГОРОДСКОЕ ГОРОДСКОЕ ОБЩЕСТВЕННОЕ УПРАВЛЕНИЕ

 

объявляет, что в гор. Богородске в городском ПАРКЕ сдаются с торгов в аренду два места мерою каждое 4х5 саж., на летний сезон сего года под выстройку там павильончиков для продажи вод, кваса, фруктов и для подачи чая. Торги назначены в Городском Управлении 22 мая 1912 года, в 12 часов дня, и начнутся с 20 руб. за каждое место .

/«Богородская Речь», №21, воскресенье 20 мая 1912 г ., стр. 1, 1-2 пол./

 

 

[ Депутат . ИЗ ТАВРИЧЕСКОГО ДВОРЦА. ]

/«Богородская Речь», №21, воскресенье 20 мая 1912 г ., стр. 1, 1-4 пол. - стр. 2, 1 пол./

 

 

ЗЕМСКИЙ И ГОРОДСКОЙ КРЕДИТ

 

Уже свыше сорока лет наши городские и земские учреждения ждут правильного и доступного кредита, но только теперь вечно больной вопрос о кредите близок к осуществлению. На этих днях Госуд. Сов. закончил уже обсуждение законопроекта об учреждении особой государственной кассы для оказания кредита земствам и городам и принял его в редакции, близкой к редакции Государственной Думы.

О безвыходном положении городских самоуправлений из-за отсутствия средств вообще и кредита в частности надо судить не по большим городам, а по средним и мелким.

Крупные города все-таки имеют недвижимую собственность, могут пользоваться кредитом ипотечным, имеют доходные предприятия следовательно, возможность выпусгационные займы и на добыт путем средства строить новные предприятия, вроде рынков, скотобоен, обеспечи им не только погашение затрат, но и приносящих крупные доходы.

Другое дело города средние и мелкие. Потребности их давно переросли ресурсы; источники доходы все исчерпаны, государство облагает их массой обязательных расходов, - только в самое последнее время оно стало освобождать земства и города от части этих расходов. Положение мелких городов часто совершенно безвыходное, у них нет средств даже на уплату текущих расходов, жалованья служащим и т.д.

То и дело приходится встречать известия о продаже с публичных торгов городских имуществ на удовлетворение кредиторов. Дефициты же настолько хронические, что иные города и годами не могут сбалансировать роспись доходов и расходов, и остаются жить без сметы. Улучшить же это положение сооружением каких-либо доходных предприятий нет возможности за отсутствием денежных средств и кредита.

Проектируемая министерством финансовая касса городского и земского кредита и должна удовлетворить этой давно назревшей нужде.

Касса основывается с капиталом в 10 мил. рублей и с правом выпустить облигаций на удесятеренную сумму, т.е. на 100 миллионов рублей. Из этой последней суммы касса и будет удовлетворять потребности в кредите земств и городов.

Почин правительства необходимо приветствовать, но проект кассы требует серьезных поправок. Прежде всего, капитал кассы весьма недостаточен.

В настоящее время задолженность русских городов исчисляется свыше полумиллиарда, причем 60 крупных городов имеют 365 миллионов облигационного долга. На остальные русских городов и земств приходится около 200 миллионов долгов необлигационных, по закладным, по векселям, так называемых «позаимствований», причем уплачиваемый по этим долгам процент чрезвычайно разорителен для городов и доходит .

Таким образом, если все города и земства, находящиеся в наиболее худших условиях, при нынешней своей задолженности пожелают ликвидировать эти разорительные долги, переводя их на кассу земского и городского кредита, то последняя окажется не в состоянии удовлетворить обращенные к ней требования со стороны средних и мелких городских и земских самоуправлений. Касса эта вынуждена будет с первых же шагов своей деятельности ограничить ее.

Теперь представьте себе, что получится, если к этой кассе обратятся за кредитом и крупные города… Вот, например, Петербург намерен занять 20 миллионов на трамвай второй очереди и другие предприятия. Что, если за Очевидно, что стомиллионный операционный капитал кассы будет моментально разобран, и мелким городам, наиболее нуждающимся в кредите, ничего не останется…

Отсюда необходимо сделать два вывода: 1) облигационный капитал кассы должен быть увеличен и 2) капитал этот должен предоставляться, прежде всего, мелким и средним городам, находящимся в безвыходном финансовом положении и лишенным элементарных условий благоустройства. Для городов крупных касса должна быть открыта лишь в исключительных случаях, так как они и без нее имеют удобный частный облигационный кредит…

Только при таких условиях государственный кредит земствам и городам в лице проектируемой кассы действительно явится серьезным средством поднятия нашего доныне ужасного провинциального неблагоустройства, так как дает возможность тысяче нынешних «медвежьих углов» иметь кредит на сооружение муниципальных предприятий и создание городского благоустройства. А это, в связи с проектируемым усилением средств местных бюджетов, действительно поставит городское и земское хозяйство на ноги…

В проекте кассы есть еще другой крупный недостаток - недоговоренность: законопроект не определяет точно, на какие нужды городов и земств касса будет кредитовать их, а предоставляет министрам финансов и внутренних дел установить это в порядке инструкционном…

Нечего и говорить, что такие важные условия кредита должны быть установлены не в инструкционном, а в законодательном порядке, только тогда в области кредита земствам и городам будет пресечена возможность проявления произвола, и дело кредита будет поставлено на правильные и устойчивые основания.

Конст. Пономарев.

/«Богородская Речь», №21, воскресенье 20 мая 1912 г ., стр. 2, 1-3 пол./

 

 

[ А.С. Изгоев. МЕСТНЫЙ СУД. ]

/«Богородская Речь», №21, воскресенье 20 мая 1912 г ., стр. 2, 3-4 пол. - стр. 3, 1-2 пол./

 

 

ВЕСЕННИЕ СЛЕЗЫ

(Окончание)

 

Чем ближе время подвигается к экзаменам, тем раздражительнее и злее становятся учителя; первые к последнему уроку взвинчиваются до того, что иной учитель не удерживается от поощрений рукоприкладством, хотя отлично все сознают, что подзатыльниками и толчками делу не помочь.

Накричавшись до хрипоты, измучившись физически и нравственно, учитель выгоняет таких же очумелых, как и сам, учеников и идет в свой чулан, более похожий на карцер в благоустроенной тюрьме, чем на квартиру, стараясь там чем-нибудь успокоить себя.

- Да что я, на самом деле разрываюсь-то? - рассуждает немного остывший учитель, сжигая папиросу за папиросой. Год занимался, как следует: от других не отставал; ну… пусть пройдут экзамены у меня похуже, а у других лучше: не подставить же каждому ученику свою голову, да и тогда все равно «всех собак не перебрешешь»…

От завтрашнего же дня начну заниматься, как и всегда, без крика и горячки. Глупо, на самом деле, мучить ребят и самому разрываться для того, чтобы угодить какому-нибудь «чину» ответами на его глупые вопросы. Полезнее будет прогуляться с ребятами в поле, в лес и сообщить им кое-что из жизни окружающей природы, - мечтает учитель.

Но… мечты остаются мечтами: завтра начинается то же, что было и вчера…

Рвут и мечут, что называется пред экзаменами и независимые от экзаменаторов батьки-законоучители.

Злятся и кричат на учеников даже такие жизнерадостные и покойные «батьки», которые среди года ездили в школу к учительницам, напевая: «Любви все возрасты покорны»…

А учительницы… Учительницы, по большей части, засыпают каждый вечер в слезах и в изобилии поглощают популярную «валерьяновку».

К экзаменам нервы учителей, учительниц и законоучителей до того бывают натянуты, что многие не могут сдержаться от желания «сказать дерзость начальству» и нет-нет, да одернут слишком расходившегося экзаменатора.

Причин же, могущих вызвать дерзость и самого «благонадежного» учителя, хоть отбавляй.

Один, напр., председатель экзаменационной комиссии, не то благочинный, не то протоиерей, спросил ученика: «Какую роль играла палка в истории еврейского народа?»

Ну, как после такого вопроса не осадить его просьбой «не задавать детям такие дубовые вопросы», что, разумеется, и сделал учитель.

На предложение другого такого же председателя спросить учеников, заведующий школой, священник отказался и посоветовал самому председателю не устраивать последний день школьной жизни для учеников днем мытарства, пытки, слез, зависти и злости.

Не менее курьезны бывают и ответы и учеников.

Рассказывают, например, такого рода случай.

Один экзаменатор, земский начальник, любил огорошить ученика на экзамене вопросом: «Ты кто?» Этот вопрос он предлагал чуть не в каждой школе, пока не наскочил с ним на одного ученика.

- Ты кто? - спрашивает он ученика.

- Человек…

- Знаю… К какому сословию принадлежишь, спрашивают тебя?..

- Крестьянин…

- Еще какие сословия знаешь?

- Купцы, дворяне, духовные, военные…

- Кто такие купцы?.. А много у купца денег?

Ученик отвечает и говорит, что не все купцы одинаково богаты.

-А кто такие дворяне?.. Не знаешь?.. А знаешь - говори!..

Ученик мнется, краснеет и, наконец, выпаливает:

- Дворяне - это такие люди, которые ничего не делают!..

- Как ничего не делают?.. Ты думаешь, легко с вами тут возиться: просматривать ваши грязные тетради и слушать глупые ответы? - вспылил оскорбленный дворянин.

Ученик, разумеется, перепугался и заплакал. Лишь после экзамена ученик сказал не менее его перепуганной учительнице, что спрашивать, правда, не очень легко, но отвечать на вопросы - еще труднее.

Передают и такие курьезы:

Одному ученику, желая его спросить о странах света, экзаменатор велел стать лицом к солнцу и сказать, что у него находится сзади .

- Пятки, - отвечает ученик.

В другом же месте на это ответил ученик то же, что его товарищ на вопрос: «Как называется тот предмет, на чем мы сидим?»

Не правда ли, - вопросы очень для ребят ясные и определенные?

Еще определеннее и яснее задают иногда присутствующие попечители школ, желая «помочь» или «подсказать» ученику.

- По какому такому, примерно, антиресу ты говоришь, што аршин сукна стоят друг дружке? - витийствует такой «экзаменатор» ученика, желая узнать, каким способом решена задача.

- Ну, елка-то с березой, примерно, в каком, касательно, отношении предстоят друг дружке? - витийствует тот же «экзаменатор», желая помочь ученику ответить на вопрос о разнице и сходстве между этими деревьями.

Много бы и еще можно было привести курьезов и умных житейских вопросов, но и этих, думается, достаточно для того, чтобы понять причину всех тревог и опасений учащих перед экзаменами даже за хорошо подготовленных учеников. Прибавьте к тому еще и незнакомую обстановку: стол среди класса, зеленое сукно с кистями, самих экзаменаторов, людей, по большей части, мало знакомых ученикам, и можно будет вполне поручиться, что робкий ученик, как бы он ни был хорошо подготовлен, редко может ответить на экзамене лучше посредственного, но смелого.

Производились такие опыты:

Учитель проверял познания учеников и записывал хорошо усвоенные отделы программы. Через несколько дней те же отделы спрашивались соседними учителями, для чего учеников вызывали к накрытому скатертью столу, и, несмотря на то, что обстановка не слишком разнилась от обыкновенных классных занятий, ответы получались вдвое хуже, чем следовало ожидать.

Как же, спрашивается, ученики чувствуют себя перед каким-нибудь важно восседающим «чином», от светлых пуговиц которого у мужиков душа в пятки уходит.

А как навешает «чин» на себя «разных блях, ровно на богатой сбруе», как называют ученики различные медали и значки, так и вовсе можно перепугаться и забыть не только все наречия и местоимения с глаголами, но даже и имя свое.

Некоторые, более человечные, экзаменаторы начинают отрешаться от таких параздно-комических испытаний, стараясь их свести на простую классную беседу со всеми учениками, но, к сожалению, таких очень и очень мало.

Следует ли удивляться тому, что после экзамена калачом не заманишь в школу за книгами.

Многие учащие сознаются, что иногда их школы и познания учеников много хуже, чем о них судят экзаменаторы.

В одной хорошей по отчетам школе случайно был испорчен и оставлен экзаменационный журнал с отзывами об успехах учеников; учитель после председателя дал свои отзывы по нескольким предметам и в графе «Знание молитв и изъяснение их» написал: «Не знают молитв совершенно , не говоря уже об изъяснении их». Таковы, по его мнению, «основательные» познания учеников.

«Грамотность в письме» по журналу отличная, а по словам учителя - «как говорят, так и пишут: «ешто», «хотца», «ять» не признают».

Наконец, в графе «Русская история» он пишет: «При лучшей постановке можно было бы сообщить ученикам и события из Русской истории, которые были бы весьма полезны для них».

Но что же делать!

Действительно, что может дать школа населению и что может сделать учитель при обстановке и условиях, в которых находятся большинство земских и почти все церковно-приходские школы Богородского уезда?

«Если бы в эти школы засадить наших великих педагогов - Тихомирова, Корфа и др., то они едва ли что-либо могли бы сделать…» - Так говорит в своем отчете ( сноска : Д.Е. Любченко. Школьные нужды в Егорьевском уезде. ) инспектор народных училищ, описывая убогое состояние некоторых школ своего округа.

Пора бы уж, кажется, догадаться, что жизнь сама предъявила к школе и учащим другие, более современные требования, чем «натаскивание», и нужно готовить детей к жизни, а не к экзамену только, для чего следует знакомить их с окружающей природой и обстановкой, среди которых они выросли и живут.

«А это может быть только тогда, когда школа перестанет влачить свое жалкое существование, будет на высоте современного уровня знаний, будет обеспечена хорошим, образованным учителем, будет иметь в достаточном количестве книги, учебные пособия, картины, коллекции, руководства для учителя, - будет светла, просторна и не станет откзывать стучащим в нее детям», - пишет Д.Е. Любченко.

Кажется, он не ошибается.

У.Ф. К-ов.

/«Богородская Речь», №21, воскресенье 20 мая 1912 г ., стр. 2, 1-4 пол. - стр. 3, 1-2 пол./

 

 

ПЕЧАЛЬНОЕ ЗРЕЛИЩЕ

 

Вреднейшая затея - превратить детей в солдафонов - не миновала, к сожалению, и Богородск.

По предписанию попечителя округа в городском училище в третьем и четвертом отделениях введено обучение военному строю под руководством какого-то унтера, и 15 мая проходящие по Сборной площади могли видеть, как кто-то из военных чинов производил смотр ребятам, вооруженным деревянными ружьями. А 25-го мая желающие могут видеть печальное зрелище участия детей в военном параде около собора вместе с казаками и стражниками.

Военное дело есть дело серьезное. Нельзя из него делать потеху, нельзя заставить детей смотреть на него, как на забаву, а серьезно на игру в солдаты дети никогда смотреть не будут, потому что единственное серьезное дело для ребят школьного возраста - это учение. Все же разговоры о воспитании в детях какого-то воинского духа - одна чушь и голые бессодержательные фразы. Чтобы при современном состоянии военного дела одолеть врага, необходимы: 1) высокий уровень развития народа, дающий толковых и самостоятельно мыслящих воинов; 2) усовершенствованное вооружение; 3) талантливые и образованные генералитет и офицерство и 4) ясное сознание народом и армией неизбежности, необходимости и цели войны.

Все эти условия были налицо у японцев, и… нам пришлось пережить Цусимский и Мукденский позор. Наш серый солдат, как и в былые годы, оказывал чудеса храбрости, геройства, презрения к смерти, а наши генералы, не сумевшие вести его к победе, говорят, что ему не хватает еще какого-то воинственного духа.

Нельзя не отнестись с самым резким осуждением к попыткам обратить рассадники просвещения в казармы.

К.Д.

/«Богородская Речь», №21, воскресенье 20 мая 1912 г ., стр. 3, 2 пол./

 

 

БОГОРОДСК

 

СОБРАНИЕ УПОЛНОМОЧЕННЫХ

 

17 мая состоялось очередное собрание уполномоченных. Отсутствуют А.И. Елагин, М.К. Долотов и А.А. Бачурин.

Московское губернское по земским и городским делам присутствие отменило постановление собрания уполномоченных о не наложении взыскания на уполномоченных П.И. Финогенова, А.М. Черкасова, М.Ф. Скороспелова и А.И. Егунова за уход их из собрания 24 января и предложило вновь пересмотреть вопрос. При рассмотрении этого дела уполномоченные П.И. Финогенов, А.М. Черкасов, М.Ф. Скороспелов, А.И. Егунов в зале не присутствуют.

И.И. Коков находит, что нет основания изменять прежнее постановление по этому вопросу, когда поведение покинувших собрание четверых уполномоченных было признано нетактичным, но в то же время решено было не подвергать их никакому наказанию. Ст. 61 городового положения не обязывает непременно налагать взыскание, а только предоставляет право, которым собрание может и не воспользоваться.

Вопрос ставится на баллотировку, и шестью голосами против одного постановлено уполномоченным А.И. Егунову, М.Ф. Скороспелову, А.М. Черкасову и П.И. Финогенову сделать замечание.

С своей стороны постановление губернского присутствия мы находим явно незаконным. Если бы у наших уполномоченных было бы побольше самолюбия и постоянства, они должны были бы обжаловать постановление присутствия в сенат. Будь городской староста лицо выборное, облеченное доверием горожан, а не назначенное губернатором, он, вероятно, сумел бы защитить достоинство городского самоуправления.

Затем постановлено было отпустить потребную сумму на совершение купчей крепости на недвижимое имущество общества распространения среднего образования по Солдатской улице.

Принимается расход в 34 рубля, произведенный возложение венка на гроб учредителя городского училища А.Н. Сатарова. Также утверждается выдача г-же Сатаровой жалованья ее покойного мужа за летние месяцы. Кроме того, в возмещение расходов на похороны разрешено выдать г-же Сатаровой 300 руб.

Командир 6-й Донской казачьей сотни просит отвести 6 десятин земли в «Карякине» для занятий казачьей сотни, против 3 квартала на Рогожской улице. 6 десятин было отведено в том же «Карякине», но отведенное место командиром сотни найдено неудобным. Из прений выяснилось, что сотня самовольно уже заняла просимое место и устроила на нем искусственные препятствия и канавы. Уполномоченные, отказав в просьбе командира, подтвердили прежнее постановление и решили просить командира сотни очистить вновь занятое место и привести его в прежний вид, а в случае неисполнения этого требования предъявить иск в гражданском порядке.

С. Кулев просит сдать ему место в городском парке для торговли водами, чаем и фруктами при условии устройства павильончика из теса на средства города. Постановлено отвести в городском парке два участка и сдать их с торгов. Павильоны должны быть выстроены за счет арендаторов.

По рассмотрении нескольких дел об аренде земли собрание было закрыто.

/«Богородская Речь», №21, воскресенье 20 мая 1912 г ., стр. 3, 3 пол./

 

 

ВОДОПРОВОДНАЯ КОМИССИЯ

 

15 мая водопроводная комиссия обсуждала переданный на ее заключение вопрос о засыпке пруда на Царской улице против ворот фабрики Т-ва Ф. Елагина С-вей.

Против засыпки возражали городской староста А.А. Симаков, председатель пожарного общества Ф.А. Детинов и механик фабрики Т-ва Ф. Елагина С-вей П.Ф. Губбе, находившие, что пруд нужен для пожарных целей, и потому его нужно оставить и вычистить. Все остальные члены комиссии А.М. Черкасов, П.И. Финогенов, В.И. Елагин, А.М. Филиппео и В.Э. Фукс считали нужным пруд засыпать. В настоящем виде пруд запущен, гниет и заражает воздух, - не нужен он для тушения пожаров, ибо воды в нем нет, и приспособления для установки машин отсутствуют. Очистка и приведение пруда в порядок обойдутся более чем в 1000 р., а фабрика Елагиных не выражает желания произвести такой расход, а также взять на себя ежегодные траты по поддержанию пруда в исправном виде. Между тем, после засыпки пруда место это будет приносить доход. Если же Елагины не желают, чтобы против их ворот появились чужие строения, то пусть или берут на себя расходы по засыпке пруда, или снимают место это в аренду.

Комиссия признала необходимым пруд засыпать.

После такого постановления комиссии П.Ф. Губбе заявил, что Елагины перенесут ворота в другое место. Кого и чем хотел испугать почтенный елагинский механик, так и осталось неясным. Если же он хотел сказать, что Елагины не будут давать воды для пожаров, то, надо думать, что город и пожарное общество найдут средства к обеспечению водою района Новой стройки, а городские избиратели оценят по достоинству сидение Александра Ивановича Елагина в кресле уполномоченного.

/«Богородская Речь», №21, воскресенье 20 мая 1912 г ., стр. 3, 3-4 пол./

 

 

ТРОИЦЫН И ДУХОВ ДЕНЬ

 

Из разных концов уезда нам сообщают о недоразумениях при праздновании Троицына и Духова дней. Несмотря на категорическое указание закона о воспрещении торговли в Троицын день во многих местах (например, в Павловском посаде, Зуеве и соседнем Орехове) торговля производилась. В Духов день торговали уже по-будничному.

По-видимому, полиция плохо ознакомлена с законами о праздниках и о праздничном отдыхе. В Богородске, например, в воскресенье демонстрация синематографа была запрещена на том основании, что будто бы под Духов день никакие увеселения не разрешаются (в действительности такого закона нет), а в то же воскресенье музыка в городском парке играла.

В Глухове полиция пыталась запретить музыку и пение на гулянье, и понадобились переговоры по телефону с Богородском, чтобы избавиться от неосновательного запрещения.

/«Богородская Речь», №21, воскресенье 20 мая 1912 г ., стр. 3, 4 пол./

 

 

ШВЕЙЦАРИЯ

 

На Рогожской улице прошлым летом делали мостовую. На тротуаре оставлено много песку и земли.

Очевидно, помощник старосты И.Г. Кабанов хотел, чтобы Богородск хоть чем-нибудь напоминал маленькую свободную страну, и потому целый год не убирал оставшуюся от мощения землю. Теперь на тротуаре Рогожской улицы образовались горы, но обыватели, взбираясь на них, никакого швейцарского удовольствия не испытывают.

/«Богородская Речь», №21, воскресенье 20 мая 1912 г ., стр. 3, 4 пол./

 

 

АРЕСТЫ

 

Московским губернатором подвергнуты аресту за нарушение обязат. постановл.

1) №2 огран. пользов. оружием мещ. Петров. слободы Вас. Серг. Галкин на 2 недели.

1) №3 от 5 марта 1911 г . кр. дер. Боковой, Иванов. вол., Дан. Вас. Абрамов на 3 недели и кр. с. Хомутова, Гребнев. вол., Вас. Ег. Титов на 2 недели.

/«Богородская Речь», №21, воскресенье 20 мая 1912 г ., стр. 3, 4 пол./

 

 

ШТРАФЫ

 

Московским губернатором за нарушение обяз. постан. №1 об учете населения подвергнуты штрафу: кр. дер. Жуковой, Шалов. вол., Ник. Дмитриев на 15 руб., богор. мещ. Мих. Ив. Иванов на 5 руб., богор. мещ. Гр. Мат. Скотников на 3 руб. и кр. дер. Ескиной, Аксеннов. вол., Фед. Гр. Разнополов на 2 руб.

/«Богородская Речь», №21, воскресенье 20 мая 1912 г ., стр. 3, 4 пол./

 

 

ТОРГИ

 

2 июня в Щелковской мещанской слободе будет произведена публичная продажа движимого имущества Ивана Федотова, он же Петушков, заключающегося в жилых и нежилых строениях на снос, возведенных на земле общ. кр. с. Жегалова, оцененных в 2000 р. и заложенных в 6000 руб.

/«Богородская Речь», №21, воскресенье 20 мая 1912 г ., стр. 3, 4 пол./

 

 

МЕЖЕВЫЕ ДЕЛА

 

На лето 1912 года назначены межевые работы в следующих дачах Богородского уезда: пустошь Филипповская и Карпулина, дор. Кузяева, дер. Слобода, с. Балабаново, с-цо Старо-Веденское и д. Иванина 2-я часть с. Фряново, с. Городище, с-цо Воря Богородское, пуст. Толкосовая и полупуст. Бал. и Мал. Холмов, с. Ивановское и Есино, д. Кабаново с. Ивашево, Кузнечихи и Петрушкина, отхожий сенной покос погоста Петропавловского, 2-я и 3-я часть с. Покровского, Кудиново тож, с. Початково, Аляшково тож, с. Никольское Полтево тож, с. Зюзино.

/«Богородская Речь», №21, воскресенье 20 мая 1912 г ., стр. 3, 4 пол./

 

 

ПАВЛОВСКИЙ ПОСАД

 

ПАВЛОВСКИЕ ОЧЕРКИ

 

Опять о клубе… Когда зимой горело здание клуба, старушка-старообрядка уверяла меня, что в этом виден перст Божий, карающий клуб за картежную игру и «возлияния». Увы, против карт и «спиртуозности» бессилен пламень огненный. Г. Нефедов «вывел» г. Поваринского из клуба, - нужно думать, вывел не за то, что последний объявился членом общества трезвости и отказывается хмельного в рот брать. А г. Поваринский пожаловался губернатору, что в клубе процветают азартные игры. И кому же лучше знать, как не г. Поваринскому, что в клубе играют с большими ставками? приезжал чиновник особых поручений для следствия. Любопытно бы знать, какие он открытия сделал? - Как жаль, что наши общественные учреждения покрываются налетом пошлости и ужасающей халатности. Как известно, имущество сгоревшего клуба не было застраховано по небрежности старшин. С этих последних и следовало бы взыскать всю сумму убытков в видах поддержания понятий об общественной справедливости.

Недавнее собрание о-ва взаимного страхования я могу назвать не иначе, как только сборищем. Отсутствие всякого намека на порядок и дисциплину. Собравшиеся 120 человек никак не могли уяснить себе, что обсуждение общественных вопросов требует спокойствия, вдумчивости, объективности и уважения к чужому мнению. Был нестерпимый галдеж и взаимная перебранка. Наибольшую несдержанность проявил г. Гаврилов, председатель о-ва, на обязанности которого лежала задача умиротворять расходившиеся страсти. В своем ответе г. Сикачеву вместо выяснения вопроса он стал впутываться в личные дела своего соперника.

Нужно признать, что поставленный о-ву страхования вопрос - весьма существенный и требует осторожного решения. Как известно, посадское управление решило строить водопровод, а необходимый капитал в размере 60 т. руб. занять у о-ва страхования, конечно, за проценты. Общество страх. имеет в настоящее время 80 тыс. р. сбережений. У некоторых из страхователей возникает вопрос, - не может ли случиться в Павлове пожар в таких размерах, что потребуется и часть запасного капитала. Правда, до сих пор этого не случалось, и средний годовой размер пожарных убытков не превышал 20 тыс. руб. Но такой вопрос все-таки поднят, и городское управление должно бы дать на него толковый ответ. Между тем, посадское управление бездействует. Несмотря на то, что водопровод - настоятельная и крайняя необходимость для посада, в некоторой части населения относятся к этому вопросу все-таки с недоверием. Боятся «новшества».

Хотелось бы убедить сограждан, что когда назрел известный общественный вопрос, необходимо браться за его решение смело и мужественно. Если учитывать все мелкие возможные случайности, то придется отложить всякие улучшения в посаде и примириться с той малокультурностью, которая теперь господствует здесь.

Меньшинство собрания страхователей подает протест на постановление большинства, ссылаясь на какие-то параграфы. Устав о-ва неясен самим страхователям; дела ведутся, по-видимому, кое-как, со всякими недочетами, и вызывают массу нареканий. Утверждают, что ревизионная комиссия состоит из лиц, не понимающих даже азбуки бухгалтерии. Интеллигентных работников в правлении нет. Пора пролить свет на дела о-ва страхования.

/«Богородская Речь», №21, воскресенье 20 мая 1912 г ., стр. 3, 4 пол. - стр. 4, 1 пол./

 

9-го мая происходил традиционный праздник вольного пожарного общества. Купцы, лавочники, трактирщики, рабочие переоделись в полу-новые формы и украсили груди значками и медалями. Трудно было признать своих мирных сограждан: кто был вчера за прилавком, сегодня смотрел генералов и был настроен грозно и воинственно.

Произносились тосты, пили за всякие здравия, раздавали знаки отличия под музыку, маршировали и производили эволюции под команду.

Мне понравилась такая картина: как-никак, а это все-таки некоторая общественность; человек вылезает из своей берлоги и на несколько часов становится членом более обширной семьи - общества. Пожарное общество здесь не вызывает нареканий, хотя очень заброшено. Интеллигенция совсем чуждается этого общества. Иногда «вольные» просыпают, запаздывая на пожар; следует выдать караульщикам и городовым списки членов общества и дружинников с приказанием будить их. Оркестр музыки плох; надо бы его улучшить, ведь он здесь единственный. На параде пожарные усердно козыряли полиции и забывали отдавать честь своему знамени. Это уж нехорошо.

Наблюдатель.

/«Богородская Речь», №21, воскресенье 20 мая 1912 г ., стр. 4, 1 пол./

 

Через Клязьму.

Долго со дня на день мы ждали моста через Клязьму. Наконец он наведен, и началась езда. Почти два месяца переправа происходила то на лодках, то на пароме, и с пеших и конных сбирали пятаки и гривенники. Сколько денег переплатила Буньковская волость перевозчику! Теперь будут сбирать пятаки только с конных. Пешие могут переходить и даром.

К сожалению, подъезд к мосту от посада размыло, и никто его перед сборкой моста не поправил, да и въезд на мост с той и с другой стороны сделан зачем-то с таким крутым подъемом и спуском, что крайне неудобен для езды.

Но оказывается, что с наведением моста мытарства едущих в посад и из посада не кончаются. Невдалеке, через залив Клязьмы, раньше был другой земский мост, который перед разливом был разобран, но почему-то и до сих пор не собран. Не видно, чтобы и собирались с ним что-нибудь делать. Приходится поэтому объезжать по берегу Клязьмы через небольшую насыпь, сделанную через залив. Но и здесь езда будет временная, через 2-3 дня эту насыпь разъездят, вода из Клязьмы пойдет в залив, и переезд прекратится. Может быть, владелец мельницы его не сегодня-завтра закроет, так как разлив здесь воды, несомненно, нанесет ему ущерб.

Если уездной управе о своем мосте ничего не известно, то, может быть, она удосужится прочесть и узнать об этом через нашу газету. Если же управа знает, что мост не сделан, а о том, что он нужен, она, несомненно, знает, то почему же она о нем до сих пор не позаботилась? Ведь опять целый район уезда будет отрезан от посада, который служит для населения его бытовым центром, где оно делает свои покупки и получает работу.

/«Богородская Речь», №21, воскресенье 20 мая 1912 г ., стр. 4, 1-2 пол./

 

«Мороженое».

С Пасхи у нас появились продавцы-разносчики мороженого. Это народ исключительно в грязных костюмах и фартуках, с грязными кадушками и ведрами. У некоторых к ведру приколочена небольшая жестянка или даже деревянный ящик с водой, где они купают блюдечки и рюмки, из которых покупатели едят мороженое.

Покупателями мороженого является почти исключительно детвора, которая ест эту грязь из рюмок или просто с куска грязной газеты или листка из старой грязной книги. Правильнее было бы назвать этих продавцов разносчиками заразы.

У города есть два своих врача, и одному из них он мог бы поручить санитарный надзор за продажей съестных продуктов.

/«Богородская Речь», №21, воскресенье 20 мая 1912 г ., стр. 4, 2 пол./

 

Пора очистить.

Почти рядом с казенной винной лавкой у большого моста приютилась чайная лавка или трактир, как их принято здесь называть. Грязь здесь царствует неимоверная, почему и избрали ее своей резиденцией местные «коты», золоторотцы или бывшие люди. И день, и ночь она полна ими, полна также и улица против трактира. Порой здесь приходится наталкиваться на разные безобразные сцены. «Коты» осаждают вас попрошайничаньем на мерзавчик или сотку. Если порой жутко бывает проходить здесь мужчине, то о женщине и говорить нечего - они бегут от этого места, как от чумы. Нет здесь прохода и от пьяных. Невдалеке от Торговой площ. и у собора посты городовых, но на скопление здесь пьянствующей публики внимание городовыми не обращается, она предоставлена себе и делает, что хочет.

/«Богородская Речь», №21, воскресенье 20 мая 1912 г ., стр. 4, 2 пол./

 

Бешенство.

За последние дни в посаде снова обнаружено несколько случаев бешенства собак. Есть и покусанные бешеными собаками люди, которые отправлены в Александровскую больницу в Москве для прививки. Жителям посада в расклеенных по городу объявлениях московской губернской земской управы на основании обязательных постановлений предписывается держать своих собак на цепи или в намордниках. Все бегающие по городу собаки без намордников будут уничтожаться. Ошейник, как думают многие в посаде, собаку от уничтожения не спасет.

/«Богородская Речь», №21, воскресенье 20 мая 1912 г ., стр. 4, 2 пол./

 

 

УЕЗДНАЯ ЖИЗНЬ

 

ГЛУХОВО

 

13 мая здешний старообрядческий хор в числе 20-ти человек выехал в Ставрополь, где он будет петь при освящении нового старообрядческого храма.

/«Богородская Речь», №21, воскресенье 20 мая 1912 г ., стр. 4, 2 пол./

 

Традиционное гулянье в Троицын и Духов дни прошло вяло. Никаких увеселений, обычно устраиваемых в эти дни на гулянье, не было по случаю затянувшегося ремонта. Играл лишь оркестр, да пели песенники.

/«Богородская Речь», №21, воскресенье 20 мая 1912 г ., стр. 4, 2-3 пол./

 

Глуховская футбольная команда в этот сезон выступала 4 раза с командами: Богородской, Успенской, Власовского дома для рабочих и Красного дома. Три матча окончились в пользу глуховцев, один - с командой Красного дома вничью - 2:2.

/«Богородская Речь», №21, воскресенье 20 мая 1912 г ., стр. 4, 3 пол./

 

 

ДЕР. ТАРБЕЕВО

 

Два года тому назад крестьяне деревни Тарбеевой на основании земельного закона 9 ноября решили разделить свою землю на отруба. Конечно, землеустроительная комиссия поспешила пойти навстречу этому желанию тарбеевцев, и вот в прошлом году раздел земли состоялся, причем каждый крестьянин сделался собственником своего участка.

Но весьма ошибся бы тот, кто предположил бы, что тарбеевские мужички на своих отрубах занялись хозяйством. Нет, цель их была совершенно другая, ничего общего с предположениями творцов закона не имевшая. Тарбеевская земля вплотную примыкает к ежегодно разрастающемуся поселку Кучино. Тарбеевцы, как только получили в собственность свои участки, так и начали продавать их под постройки. Цену им давали довольно хорошую: от 3 рублей и дороже за квадратную сажень. Некоторые получили за свои участки до 2000 рублей.

К сожалению, мало кому деньги эти пошли впрок. Развилось большое пьянство, пошли прогулы, а там и увольнения с фабрик. Получившие расчет с горя еще сильнее «закрутили». Кроме расхода на вино, пришлось тратить готовые денежки на содержание семьи.

Впрочем, некоторые из тарбеевцев, получивши за землю деньги, сами брали расчет. Одни, наиболее легкомысленные, полагали, что денег им хватит почти на всю жизнь, другие рассчитывали заняться торговлей или извозом, третьи имели в виду построить доходный дом. Но, обдумывая, как бы получше приняться за дело, пока что попивали винцо. В конце концов, только немногие из продавших землю крестьян сохранили деньги или занялись каким-либо промыслом. Из остальных одни сумели удержать у себя сотни по 3-4, другие же в настоящее время доживают последние рубли. Они вновь ищут места на фабриках, но там их, как заведомых пьяниц, не принимают.

Таким образом, недавних богачей ждут черные дни: ни денег, ни работы, ни земли.

/«Богородская Речь», №21, воскресенье 20 мая 1912 г ., стр. 4, 3-4 пол./

 

 

КУДИНОВО

 

6 мая любительский кружок устроил спектакль в помещении Васильевского общества образования. Ставили «Бедность не порок» А.Н. Островского. Играющие серьезно отнеслись к своим ролям, и пьеса прошла очень гладко при шумном одобрении собравшейся публики.

Нельзя обойти молчанием дороговизны билетов для входа на спектакль. Правда, любители играли в пользу общества образования, а обществу нужны деньги. Но ведь в образовании нуждаются и наименее имущие слои населения, а для них цены должны быть доступные.

/«Богородская Речь», №21, воскресенье 20 мая 1912 г ., стр. 4, 4 пол./

 

 

ПРОИСШЕСТВИЕ

 

«Власть тьмы».

 

В дер. Елизаровой, Богородского уезда, почти полностью повторилась кошмарная драма, описанная Толстым в его бессмертной пьесе.

Девица П.З. Афанасьева прижила с местным кр. Т.И. Шириновым ребенка. Чтобы избежать «дурной славы» и замести следы, мать Афанасьевой, по словам однодеревенцев, задушила новорожденного и бросила трупик в лесу.

А брат Ширинова, Никита, закопал «ребеночка» под березкой…

О страшном злодеянии стали говорить все в деревне. Приехали власти и произвели дознание.

Несчастная девушка-роженица во всем повинилась, заявив, впрочем, что не знает, куда ее родные дели ребенка. Преступники молчат, не сознаются.

Теперь полиция разыскивает в лесу удавленного младенца.

/«Богородская Речь», №21, воскресенье 20 мая 1912 г ., стр. 4, 4 пол./

 

 

[ ЧАСТНЫЕ, КОММЕРЧЕСКИЕ ОБЪЯВЛЕНИЯ ]

/«Богородская Речь», №21, воскресенье 20 мая 1912 г ., стр. 4, 3-4 пол./

 

 

Редактор-Издатель Г.А. Кобяков

 

 
При использовании материалов сайта ссылка категорически приветствуется.
© Богородск-Ногинск. Богородское краеведение. 2004-2019
Политика конфиденциальности
Яндекс цитирования Check PageRank
На верх страницы