Богородск-Ногинск. Богородское краеведение

«Если мы не будем беречь святых страниц своей родной истории,
то похороним Русь своими собственными руками»
Епископ Каширский Евдоким. 1909 г.

Мы в социальных сетях:
 facebook.com/bogorodsk1781
 vk.com/bogorodsk1781
Дата публикации:
20 марта 2007 года

Богородские староверы / О.Д.Шемякина. Из истории купечества Рогожской общины: источники социальной и семейной атрибуции

МИР СТАРООБРЯДЧЕСТВА. Вып.2.Москва Старообрядческая. Российское университетское издательство. М. 1995, с.59-74.

 

О.Д.Шемякина

 

ИЗ ИСТОРИИ КУПЕЧЕСТВА РОГОЖСКОЙ ОБЩИНЫ: ИСТОЧНИКИ СОЦИАЛЬНОЙ И СЕМЕЙНОЙ АТРИБУЦИИ.

 

Интерес к истории старообрядческого купеческого капитала неизменно возрождается в периоды обострения споров о специфике российского капитализма. Так было в 70-е годы в дискуссиях по проблеме многоукладности и обсуждения феномена так называемой российской сверхприбыли. Так складывается ситуация и на сегодняшнем "рынке идей", в начале 90-х годов, но тема старообрядчества затрагивается уже в несколько другом контексте, в русле ответов на вопросы о том, была ли возможна в России органическая модернизация, не копирующая Запад и подвергающаяся мощному воздействию российской государственности, а выросшая на собственной почве (См.например: Рындзюнский П. Г. Вопросы истории русской промышленности в XIX в.//История СССР.1972.№5; Гиндин И.Ф. Русская буржуазия в период капитализма, ее развитие и особенности.//История СССР. 1963. №2-3; Он же. О некоторых особенностях экономической и социальной структуры российского капитализма в начале XX в. - История СССР. 1965. N3; Вопросы истории капиталистической России. Свердловск, 1972; Ахиезер А.С. Россия: критика исторического опыта. М., 1991.Т. 1. Этот же круг проблем затрагивался в ходе коллоквиума "Община и общинная ментальность в истории цивилизаций" (18-19 ноября 1993 г .) проводившемся Центром цивилизационных исследований) . В процессе апелляции к предпринимательской деятельности старообрядцев неизменно срабатывает эффект "завороженности" фамилиями - с небольшими вариациями всплывают одни и те же люди: Рябушинские, Солдатенковы, Морозовы, Гучковы с неизменным последующим "и так далее" ( Рындзюнский П.Г. Городовое гражданство дореформенной России. М.,1962; Лаверычев В.Я. Крупная буржуазия в пореформенной России. 1861- 1900. М .,1974; Бурышкин П.А. Москва купеческая. М.,1990; Рябушинский В.П. Воспоминания.//Былое. 1991.№1-3; Боханов А.Н. Коллекционеры и меценаты России. М., 1989.) . Конечно, эти фигуры так заметны, что упоминание их неизбежно: кроме обладания значительными капиталами, эти люди играли видную роль на политическом поприще и оставили след в истории русской культуры. Но вот что скрывается за этим неизменным "и т.д.", что представляло собой "молчаливое большинство", каков количественный состав старообрядцев-предпринимателей, приоритетные области вложения капитала и характер торговли? К сожалению, нам неизвестны работы, в которых рассматривались бы эти вопросы на основе убедительной источниковой базы (Надо отметить, что, не привлекая первичных метрических данных, сформировать репрезентативную источниковую базу сложно - данные официальной статистики (например: Первой всеобщей переписи населения России 1897) не дают возможность выяснить количественный состав купцов-старообрядцев.) .

Наше исследование старообрядческого купеческого капитала началось с изучения данных захоронении старообрядцев по Московскому некрополю. Были составлены списки купцов и членов их семей, в которых фиксировались фамилия, имя, отчество, даты жизни, социальное положение с указанием гильдии и звания (если таковое имелось) (Списки по Московскому некрополю составлялись совместно с З.В.Гришиной и В.П.Пушковым. См. статью "Московский некрополь" о старообрядческом купечестве к.Х V Ш-н.ХХ вв.") .

Для того, чтобы понять, какое место занимали старообрядцы (нами учитывались данные по Рогожскому и Преображенскому кладбищам и Всехсвятскому монастырю) в торговой Москве, было подсчитано общее количество купцов, включающее захороненных на других кладбищах Москвы, - старообрядцы из них составили 10%.

В дальнейшем наша работа была связана с Рогожской общиной, наиболее представительной в количественном отношении.

Хронологически данные некрополя охватывают жизнь старообрядческих семей с начала XIX (единичные записи относятся к концу XVIII в.) и до начала ХХ в. Мы попытались сделать горизонтальный разрез за один год, чтобы определить приоритетные области торговли и промысла в старообрядческой среде. С 1869 г . начинает публиковаться "Справочная книга о лицах, получивших купеческие свидетельства по 1 и 2 гильдиям. Этот год попадает в одно из самых "горячих" десятилетий Х I Х в., в период буржуазных реформ 60-х годов. Информация за этот год неизбежно должна была отразить общую активизацию предпринимательской деятельности, которая несомненно коснулась и мира старообрядцев. Публикуемые погодно с 1869 по 1914 г . справочные книги содержат (в первичном варианте формуляра) сведения по 10 позициям: гильдия; фамилия; имя; отчество; возраст, с которого данное лицо состоит в купечестве (выборочно сведения о предыдущем поколении); место жительства; вид торга; вид владений (дома, лавки, фабрики и проч.); состав членов семьи (мужчин, записанных в гильдию по данному свидетельству); общественная деятельность. Формуляр по своей подробности восходил еще к XVIII в. (окладным и капитальным книгам) и продолжал фискальные традиции государственных органов, учитывающих размеры капитала сначала для сбора податей, а затем процентного сбора с капитала.

Горизонтальный срез даст как бы блиц-карту характера старообрядческого купеческого капитала. Выявить же полную картину особенностей предпринимательской деятельности старообрядцев на уровне статистических данных и тем самым подготовить почву для ответов на вопросы, поднимающиеся в теоретических спорах, о которых мы упоминали в начале статьи, можно только сформировав исчерпывающую базу данных и проведя динамический анализ изданий, содержащих статистическую информацию, в том числе и справочных книг. Только динамический анализ способен выявить факторы стабильности купеческих родов - влиянии количества членов семьи (генетический потенциал), вида торга, владений и т.д. на финансовую устойчивость данного рода во времени, в меняющейся социально-экономической ситуации.

Но, обозначив перспективы, нужно вернуться к реальной ситуации, и с чего-то начать. Наша узкая задача заключалась в изложении результатов сопоставления данных по некрополю и Справочной книги о лицах, получивших на 1869г. купеческие свидетельства.

Списки некрополя состояли из 115 фамилий, общей численностью 314 человек. Из 115 фамилии при сопоставлении со Справочной книгой имели место совпадения по 86 фамилиям. Эти семьи были сгруппированы по 3-м видам списков. В первый список (24 семьи) вошли семьи, в состав которых входило первогильдейское купечество, во второй список вошли семьи купцов второй гильдии (20 семей). В третий список вошли сведения о 41 семье, в нем зафиксированы только пофамильные, но не персональные совпадения. Представители 12 фамилий из 3-го списка умерли ранее 1869 г ., поэтому идентификация была невозможна (отсутствовали совпадения и по отчествам у лиц из Справочной книги). Представители 4-х семей родились позже, что также сделало идентификацию невозможной. Остальные (25 семей) имели в своем составе современников, но личной идентификации не произошло. Как недостоверный третий список не был подвергнут статистическому анализу, но 9 семей из 3-го списка, в состав которых входили купцы 1 гильдии, составили резервный список - для последующей проверки по другим источникам.

Предлагаем краткую справку по каждой семье, входящей в 1 и 2 списки, и выборочно по третьему списку. С тем, чтобы избежать дублирования данных некрополя, мы отсылаем читателя к приложению статьи наших коллег, содержащему полную информацию о купцах, захороненных на Рогожском кладбище. Наши комментарии содержат сведения о том, сколько человек из данной семьи удалось найти в Свидетельствах, о принадлежности купцов к Г или 2 гильдии, о характере торга, производства и владений, а также о членах семьи, вписанных в свидетельство купца. Эти сведении сопровождались информацией об однофамильцах, пополнявших списки на основании общности видов торга и места жительства.

* * *

 

1 список.

 

Александровы . Из 4-х мужчин этой семьи, чьи имена мы находим среди купцов, захороненных на Рогожском кладбище и понявших в списки некрополя, 2-е умерло раньше 1869 года, один современник не был идентифицирован. Александров Яков Васильевич был найден в списках купцов 1 гильдии, он занимался торговлей шерстью. В список однофамильцев были включены 5 купцов 1 гильдии и 1 купец 2 гильдии, также торговавшие шерстью и изделиями из нее (одеялами, шляпами, фуражками), владеющие фабриками по производству верблюжьих одеял и шляп. Пятеро купцов 1 гильдии были братьями - это Афанасий, Егор, Николай, Иван и Алексей Александровичи. Ко второй гильдии относился Александров Николай Александрович.

Бутиковы . Из 4-х мужчин, попавших в список некрополя, удалось идентифицировать троих (один умер до 1869г.). Это отец и двое его сыновей. Свидетельство выдано отцу семейства, Бутикову Ивану Петровичу, купцу 1 гильдии, торговцу шерстяным и бумажным товаром и фабриканту (ему принадлежала фабрика этих изделий).

Винокуровы . В списках купцов 1 гильдии мы обнаружили сына московского купца Винокурова Федора Ивановича - Винокурова Дмитрия Федоровича, также значившегося в списках некрополя, купца 1 гильдии, торговца москательным и семенным товаром, владельца химического завода и лавки.

Горелины . Список купцов, родственников умершего к 1869 г . Горелина Мефодия Ивановича, расширился на 5 человек, 1-гильдейских купцов, также ролом из Владимирской губернии, торговцев бумажным товаром. Трое из них, Сергей Никонович, Мефодий Никонович и Федор Никонович, были объединены в фирму "Никона Горелина сыновья", производящей торг ситцами. Горелин Иван Николаевич и Горелин Яков Петрович также торговали мануфактурой.

Досужевы . Из 5-рых мужчин трое умерло раньше, до 1869 г ., 2 человека - Досужев Андрей Александрович и его сын Алексей - фигурировали в списках первогильдейского купечества (свидетельство выдано на отца, Досужева Андрея Александровича, торговавшего сукном и владельца 2-х суконных фабрик). Список семьи увеличился на 1-го человека - внука Андрея Александровича, Алексея Алексеевича Досужева.

Дьячковы . В списках свидетельств был обнаружен отец Дьячковой Анны Алексеевны, купец 1 гильдии, Дьячков Алексей Николаевич, торгующий под фирмою "Николай Кириков и Алексей Дьячков с сыновьями" мануфактурным и модным товаром на Ильинке. В список однофамильцев были включены 2-е купцов 2 гильдии: Дьячковы Иван Иванович и Василий Иванович, торговавшие шелком, с членами семей.

Кузнецовы . 2 брата, захороненных на кладбище, Иван Матвеевич и Павел Матвеевич, родились позже 1869 года. По совпадению отчеств они, по всей видимости, состояли в родстве с Кузнецовым Матвеем Сидоровичем, купцом 1 гильдии, живущим в Рогожской части, торгующим фарфоровой и фаянсовой посудой.

Лаврентьевы . Лаврентьев Куприян Лаврентьевич, захороненный на Рогожском кладбище, был обнаружен в списках свидетельств как купец 1-й гильдии, торговец лесом и дровами.

Лазаревы . В данных некрополя о Лазареве Власе Лазаревиче не было записи о социальной принадлежности. В свидетельствах он был обнаружен как 1-гильдейский торговец бумажным товаром. Список расширен на 1 человека - сына Власа Лазаревича Михаила, значащегося в свидетельстве отца. В список однофамильцев попал Лазарев Яков Николаевич с сыновьями, купец 1 гильдии, торговец сукнами и фабрикант, также проживающий в Басманной части.

Миловановы . Из двоих членов семьи один умер раньше. Миловаиов Дмитрий Осипович был идентифицирован как купец 1 гильдии, владелец кирпичного завода и домовладелец. В список однофамильцев были включены 2 купца 2-й гильдии: Миловановы Петр Иванович и Федор Гаврилович (торговец бумажным товаром и владелец механико-слесарного заведения) на основании общности места проживания (Лефортово).

Мельниковы . Из 6-рых членов семьи двое умерло раньше 1869г. 4-ро были обнаружены среди купцов 1 гильдии. Свидетельство было выдано отцу семейства Мельникову Петру Кирилловичу, торговцу стеариновыми свечами и мылом, владельцу стеаринового завода. В его свидетельство были вписаны сыновья Степан, Павел и Федор.

Морозовы . Из 12 Морозовых 6-рых современников, 4-х человек, умерших раньше, и двоих с неясными датами жизни не удалось обнаружить. Был идентифицирован мануфактур-советник, купец 1 гильдии, торговавший под фирмою "Савва с сыновьями" владелец фабрики во Владимирской губернии и лавок в Гостином ряду, Морозов Тимофей Саввич, сын основателя морозовской династии Саввы Васильевича. В список однофамильцев попали Морозов Иосиф Никанорович (1 гильдия) и Морозов Андрей Афонасьевич (2 гильдия) с сыновьями, торговцы мануфактурным и панским товаром, а также крестьянин Дмитровского уезда, записавшийся во 2-гильдейское купечество, морозов Семен Алексеевич, торговец бумажным товаром. На основании совпадения по отчеству с Морозовым Авраамием Саввичем, значившимся в некрополе как потомственный почетный гражданин, были включены в список однофамильцев еще 2 человека: Константин Абрамович и Иван Абрамович, купцы 2 гильдии, торговавшие игольным и мучным товаром, а также члены их семей.

Муравьевы . В списках некрополя значилась Муравьева Олимпиада Абрамовна. В свидетельствах был обнаружен ее свекр, Муравьев Митрофан Артамонович (характер родства был установлен по надписи на надгробии), купец 1-ой гильдии, торговец бумажным и полушерстяным товаром, фабрикант, владелец лавок, красильни, домов и земельного участка в сельце Красникове Владимирской губернии с сыновьями (Степаном, Афиногеном, Алексеем) и внуками (Михаилом Петровичем и Николаем Степановичем).

Назаровы . Из 6-рых мужчин этой семьи один умер до 1869 г ., остальные были обнаружены в свидетельствах как купцы и члены их семей. 2 человека вошли в 1 гильдию - домовладелец, торговец бумажным товаром и владелец ткацко-бумажной фабрики Назаров Тимофей Иванович с сыновьями Павлом и Семеном, а также владелец 2-х домов и лавок Назаров Иван Назарович. Один человек (Назаров Григорий Иванович), домовладелец, относился ко 2-ой гильдии.

Пуговкины . Из 5-рых Пуговкиных 3-е умерло раньше. 2-их (Пуговкина Алексея Ивановича и Пуговкина Николая Ивановича) удалось идентифицировать как купцов 2 гильдии, владельцев домов, занимающихся продажей фуражек. Список увеличился на 1 человека, сына Алексея Ивановича, Пуговкина Ивана.

Рахмановы . Из 13-ти мужчин этого семейства 11 умерло раньше, 2-х остальных (Рахманова Федора Николаевича и Рахманова Карпа Николаевича) мы обнаружили среди братьев купца 1 гильдии, торговца хлебом Рахманова Николая Ивановича (отсутствует в некрополе). В его свидетельство был записан также отсутствующий в некрополе Рахманов Федор Семенович, племянник.

Рябушинские . Из 6-рых человек один умер раньше, один родился позже 1869 года, 4-ро других идентифицированы как торговцы мануфактурным товаром. 2 человека (Павел Михайлович и Василий Михайлович) относились к 1 гильдии, торговали под фирмою "П. и В.Рябушинские", имели фабрику; двое других были в списках 2 гильдии (Петр Артемьевич и Иван Михайлович) и значились как торговцы бумажным товаром в ветошном ряду.

Свешниковы . 5-ро из 8-рых Свешниковых умерло до 1869 г . Один родился позже. 2-их удалось идентифицировать (Свешникова Федора Яковлевича и его сына Ивана Федоровича), добавился еще один Свешников - Алексей Федорович, записанный на отца, купца 1 гильдии, торговца мануфактурным товаром, владельца фабрики и лавок, Свешникова Федора Яковлевича. В разряд однофамильцев попали еще 12 Свешниковых (4-ро купцов 2 гильдии, остальные члены семей), также торговцев мануфактурным товаром, владельцев фабрики и красильного заведения. Это Свешниковы Прасковья Филипповна, Анна Ивановна, Николай Алексеевич и Степан Дмитриевич с детьми.

Солдатенковы . Из 4-х мужчин, значащихся в списках некрополя, 3-е умерло раньше. Был идентифицирован Солдатенков Козьма Терентьевич, купец 1 гильдии, происходящий из старинного купечества, владелец 16 лавок в Городской части и торговец бумажной пряжей. В список вошел не упоминавшийся в некрополе племянник Козьмы Терентьевича Василий Иванович.

Соловьевы . Оба Соловьева, имена которых вошли в список некрополя, были идентифицированы. Список был расширен до 6 человек, включая членов семей, - из них 1 купец 1 гильдии, торговец мебелью - Соловьев Тарас Васильевич, и не торгующий, но записавшийся в 1 гильдию Соловьев Макар Васильевич, остальные - сыновья Тараса Васильевича: Сергеи, Дмитрий и Василий, а также сын Макара Васильевича Николай. В список однофамильцев попали отец и сын Соловьевы: Андрей Васильевич и Алексей Андреевич, торгующие мебелью (2 гильдия); богородский купец 1 гильдии Соловьев Иван Семенович и московская купчиха 2 гильдии Соловьева Александра Михайловна, имеющая фабрику в Богородском уезде, торгующие мануфактурой; торгующий писчей и цветной бумагой купец 2-ой гильдии Соловьев Яков Алексеевич; Соловьевы, торгующие под фирмою "А.П.Соловьевы" бумажным товаром, имеющие торговый дом в Киржаче; а также не производящая торг Соловьева Александра Авдеевна как проживающая в Рогожской части в доме Пуговкина (старообрядца). Список однофамильцев пополнили торговцы бумажным товаром, место жительства и торга имеющие в традиционно старообрядческих местах.

Строкопытовы . Из 2-их человек этой семьи один умер до 1869 г . Строкопытов Козьма Александрович был обнаружен среди купцов 1-ой гильдии, торговцев шелком.

Царские . Из 4-х мужчин, попавших в список некрополя, один умер до 1869 г . 3-их удалось идентифицировать. Это Царский Конон Анисимович, купец 1 гильдии, торговец сукнами с сыновьями Селиверстом и Егором. Список пополнил не зафиксированный в некрополе, также записанный в свидетельстве Конона Анисимовича, его внук Андрей Селиверстович.

Целибеевы . В купеческих свидетельствах удалось найти сына Целибеева Гаврилы Петровича - Николая Гавриловича, временного санкт-петербургского купца 1 гильдии, торговца москательным товаром. В связи с редкостью фамилии были включены в список однофамильцев производящий торг чаем и сахаром купец 2 гильдии Целибеев Аверьян Степанович и не производящая торг его родственница Целибеева Александра Семеновна, записанная во вторую гильдию (родство установлено на основании проживания в одном доме).

Шибаевы . Из 3-х мужчин не удалось идентифицировать 2-их современников. Шибаев Сидор Мартынович был зафиксирован как 1 гильдии богородский купец, торговец мануфактурным товаром. В связи с нераспространенностью фамилии в список однофамильцев были включены торговец мануфактурой (2 гильдии) Шибаев Иван Львович, хлебом (2 гильдии) Шибаев Семен Иванович, а также торговец 2 гильдии лесом и дровами Шибаев Николай Игнатьевич.

 

2 список.

 

Бабаевы . Сопоставление данных некрополя и свидетельств дало возможность обнаружить одного из двоих Бабаевых - отца Василия Архиповича (в 1869 г . ему было 11 лет) Бабаева Архипа Антоновича, коломенского купца 2 гильдии, торговца шелком.

Баулины . Баулин Иван Иванович был обнаружен в списках купцов 2 гильдии как владелец дома и лавки, не производящий торга, в его свидетельство был записан брат Дмитрий, не значащийся в списках некрополя. В разряд однофамильцев попала московская купчиха 2 гильдии Баулина Авдотья Афиногеновна, торгующая парчой, и ее сын Николай Павлович на основании общности места проживания - Рогожской части.

Большаковы . Список родственников купца 2 гильдии Большакова Ивана Ларионовича, торговца лесом, был расширен. В него вошли отец и брат Ивана Ларионовича - Большаков Ларион Семенович, купец 2 гильдии, торговец лесом, и записанный в его свидетельство сын Макар. Список однофамильцев состоит из торговца старыми книгами 2-ой гильдии Большакова Сергея Тихоновича, проживавшего в Рогоже.

Драгуновы . Из двоих купцов Драгуновых, обнаруженных в списках некрополя, один умер до 1869г., второй (Григорий Петрович) был найден в списках свидетельств как сын Драгунова Петра Федоровича, купца 2 гильдии, торговца бумажным товаром. Список родственников пополнился также еще одним сыном Драгунова Василием и его сыном (внуком Петра Федоровича) Петром, также вписанным в свидетельство Петра Федоровича.

Капырины . В свидетельствах удалось обнаружить брата и отца Капырина Андрея Федоровича (в 1869г. ему было 10 лет), Капыриных Федора Матвеевича, купца 2 гильдии, торговца овощами, и его сына Николая. На основании нераспространенности фамилии и отсутствия других Капыриных в списках свидетельств, мы включили в список однофамильца Капырина Александра Ионовича, купца 2 гильдии, торговца москательным товаром, с братьями.

Клейменовы . Клейменов Григорий Ильич (единственный представитель рода Клейменовых, захороненных на Рогоже) в свидетельствах был обнаружен как купец 2 гильдии, занимающийся подрядами, владелец 2-х лавок и дома.

Князьковы . Семья купцов Князьковых, кроме Князькова Ивана Дмитриевича (единственного представителя этого рода по данным некрополя), вписанного в свидетельство матери, расширилась по данным свидетельств на 3-х человек: мать Ивана Дмитриевича, купчиху 2 гильдии Матрену Васильевну не торгующую, ее внука Александра Ивановича, вписанного в ее свидетельство, и отделившегося сына Князькова Осипа Дмитриевича, купца 2-ой гильдии, торговца сундуками.

Лебедевы . Из 4-х мужчин двое умерло раньше 1869г., один родился позже, даты жизни последнего неизвестны. В свидетельствах удалось обнаружить брата Ильи Матвеевича Лебедева, Петра Матвеевича, купца 2-ой гильдии, торговца мукой и домовладельца, с сыновьями (Василием и Михаилом).

Мануйловы . В свидетельствах не удалось обнаружить Мануйлова Николая Петровича и московскую купчиху Анну Алексеевну, но был обнаружен брат Николая Петровича, Мануйлов Иван Петрович, купец 2-ой гильдии, не производящий торг, с сыновьями (Александром, Семеном и Павлом).

Марковы . Марков Иван Иванович был обнаружен в списках купцов 2-ой гильдии как торговец панским товаром. В список однофамильцев попали проживающие также в Рогожской части Марков Лев, купец 2-ой гильдии, торговец мелочным и щепетильным товаром, с сыновьями и Маркова Пелагея Кирилловна, вдова, купчиха 2-ой гильдии, занимавшаяся подрядами, с детьми.

Медведевы . Из 3-их человек 1 умер до 1869 г ., 2-их удалось идентифицировать. Медведев Федот Еремеевич был обнаружен среди купцов 2-ой гильдии как торговец шерстью и бумажным товаром, владелец фабрики при собственном доме, в его свидетельство были вписаны и сыновья (Андрей и Михей), захоронений которых не обнаружено в списках некрополя. Антон Ермилович был записан в свидетельстве матери (ее тоже не было в списках некрополя), купчихи 2-ой гильдии, Ульяны Никифоровны, торгующей бумажным товаром. Список однофамильцев был пополнен двумя людьми, Медведевыми Маремьяной Максимовной и Матвеем Федоровичем, торговцами бумажным и шерстяным товаром, владельцами фабрик по выделке этих изделий, на основании общности рода занятий и места проживания.

Мусорины . Из 8-рых мужчин двое умерло раньше 1869г., одного не удалось обнаружить. Остальные, включая родственников, занимались торговлей коврами под фирмою "Братья Мусорины". Это - Мусорин Федор Михайлович, Мусорин Сергей Михайлович с сыновьями Николаем, Иваном и Михаилом и Мусорин Тимофей Иванович с сыном Петром. На 1869г. они относились к купцам 2 гильдии.

Пешковы . Из 3-их мужчин двое умерли до 1869 г . Пешков Иван Иванович был обнаружен как торговец 2-й гильдии коврами и владелец ковровой фабрики в Спас-Сетуни. В свидетельстве были записаны также его сыновья и внуки (всего 5 человек: сын Иван и его сыновья - Иван, Александр, Никита, Петр), которых не было в некрополе.

Розановы . Из 3-их один современник не был идентифицирован. 2-е других (Розанов Семен Иванович и его сын Василий Семенович) попали в списки купцов 2 гильдии. Отец семейства торговал мясом в Рогожской части и владел домом там же. В список однофамильцев попал проживающий в Лефортово Розанов Иван Васильевич с сыновьями, 1-гильдейский торговец мясом.

Савельевы . Семейство Савельевых в результате сопоставления списков некрополя и свидетельств увеличилось на 1 человека, отца Егора Яковлевича Савельева - Савельева Якова Федоровича, купца 2-ой гильдии, торговца посудой.

Смирновы . Из 2-их Смирновых не удалось идентифицировать одного современника. Смирнов Михаил Дмитриевич был купцом 2 гильдии, торговал бумажным товаром, имел ткацко-бумажную фабрику и лавку, проживал в Лефортово. Распространенность фамилии и вида торга создали сложность в отборе однофамильцев. Сознавая недостаточную аргументированность своей позиции, мы даем их общим списком, не раскрывая персоналий. К однофамильцам было записано 14 Смирновых (1 купец 1 гильдии, 6-ро человек во 2-ой гильдии, остальные члены семьи) как проживающие в Лефортово и торговцы мануфактурным товаром. Еще одна группа однофамильцев (22 человека, 10 купцов 2 гильдии, остальные члены семьи) была сформирована из жителей Рогожской части, занимающихся торговлей изделиями из кожи и пушнины, а также имеющих красильное заведение, и жителей других частей города, но объединенных с проживающими в Рогоже общностью фамилии и рода занятий (выделка кож и торговля кожей, шубным товаром и мануфактурой).

Трегубовы . Единственный мужчина семьи Трегубовых (Осип Егорович), упоминаемый в некрополе, умер до 1869 г . В свидетельствах удалось найти- его четверых сыновей, купцов 2 гильдии, занимающихся торговлей шелком. Это - Алексеи, Егор, Николаи и Петр Осиповичи Трегубовы. В число однофамильцев был включен Трегубое Николай Васильевич, проживающий, как и все остальные Трегубовы, в Рогоже и торгующий мануфактурой (место торга также совпадает).

Федотовы . 2-е купцов Федотовых, чьи имена учтены в некрополе, умерли до 1869г. В свидетельствах обнаружена захороненная на Рогожском кладбище Федотова Зинаида Артемьевна, купчиха 2-ой гильдии, владелица ткацкой фабрики с сыновьями (3 человека: Павел, Константин, Николаи), не значащихся в некрополе.

Чибисовы . Список купцов Чибисовых пополнился с 2 до 11 человек. Это торговцы шерстью и бумажным товаром 2-ой гильдии братья Чибисовы с сыновьями: Григорий Иванович и его сыновья: Владимир, Иван, Сергей, а так же Борис Иванович с сыновьями Александром, Николаем, Михаилом - все они в списках некрополя не упоминаются. Не было в некрополе и Чибисова Филиппа Ивановича с сыновьями Евсевием и Николаем.

Яковлевы . 2-е мужчин из этой семьи Яковлев Илларион Григорьевич и Яковлев Николай Григорьевич были слишком молоды, чтобы в 1869г. получить свидетельства. Нам удалось найти значащуюся в некрополе Яковлеву Надежду Илларионовну, сухиническую купчиху 2-ой гильдии, торговавшую маслом. Родственные связи были установлены на основании совпадении отчества.

 

3 список.

Алябьевы . В списки некрополя вошли только представительницы женского пола семьи Алябьевых, на надгробиях которых были упомянуты московские купцы Алябьевы как мужья и отцы. В список однофамильцев попали торговец мучным товаром Алябьев Яков Семенович (2 гильдия) с семьей и продающая рогатый скот санкт-петербургская купчиха 1 гильдии Алябьева Елена Алексеевна.

Балашовы . Из 5-рых мужчин один умер до 1869г., другой родился позже, еще 2-е были детьми, остался только один современник Балашов Алексей Максимович, которого не удалось идентифицировать. В список однофамильцев попали Балашов Сергей Яковлевич и Балашов Егор Агафонович с сыновьями, продающие москательный товар (2-я гильдия), один из которых проживал в Рогоже, 2 человека занятых производством и продажей мануфактуры: Балашов Федор Дмитриевич с сыновьями, купец 2-ой гильдии, владелец платочно-набивной фабрики, и богородский купец 1 гильдии Балашов Василий Никифорович, владелец ткацко-бумажной фабрики.

Бирюковы . Единственный представитель этого рода Бирюкова Евдокия Дорофеевна умерла до 1869 г . В списках купцов 1 гильдии был обнаружен проживающий в Рогожской части бронницкий купец Бирюков Егор Иванович, торговец мануфактурным товаром. В список вошли также еще 2 человека, Происходящие из старинного купечества, Бирюков Кирилл Ильич и Бирюков Александр Павлович, купцы 2 гильдии, последний торговал ювелирными вещами.

Грачевы . Нам не удалось найти в свидетельствах потомственного почетного гражданина Грачева Ивана Михайловича. Список условных родственников разбился на несколько групп. Это торговцы мануфактурой, в которую входили купцы 1 гильдии, в том числе торговый дом "Грачев, Соловьев и К°", владеющий фабрикой близ Киржача. Затем торговец чаем (1 гильдии) Грачев Иван Ефимович; 5-ро братьев купцов 2-ой гильдии, торгующих мануфактурой и игольным товаром - Митрофан, Виктор, Николай, Дмитрий и Константин Евграфивичи; купчиха 2-ой гильдии, торгующая мануфактурой, Грачева Екатерина Макаровна; замыкает группу торговец лесом (так же 2-ой гильдии) купец Грачев Степан Николаевич.

Егоровы . Егоров Иван Егорович московский купец 2 гильдии умер до 1869 г . В свидетельствах был обнаружен целый клан Егоровых (общее количество 15 человек), занимающихся продажей сапожного, картузного и башмачного товара. Один из них Егоров Дмитрий Дмитриевич обладал достаточным капиталом, чтобы получить свидетельство купца 1-ой гильдии, остальные относились ко 2-ой.

Санины . В списках свидетельств был обнаружен, по всей видимости родственник Саниной Ольги Леонтьевны купец 1-ой гильдии Санин Василий Иванович, торговец москательным товаром и владелец химического завода в Боровске.

Соколовы . У 5-рых членов этого большого семейства (10 человек) было звание потомственных почетных граждан, что свидетельствует о достаточных капиталах, которыми обладала эта семья. Нам не удалось обнаружить в списках свидетельств современников (на 1869 год), поэтому речь пойдет только об однофамильцах. Первая группа насчитывала 16 человек (среди них 4 купца 1 гильдии и 2 человека из 2-ой гильдии). Поименно перечислим первогильдейских купцов: Соколов Николай Александрович и Михаил Александрович с сыновьями, Соколов Николай Андреевич и Соколов Степан Ермолаевич с сыновьями. Это люди, торгующие изделиями из шерсти, владельцы фабрик (одна из них в Бронницком уезде). Купцы 1 гильдии были объединены в 2 торговых дома. Во 2-ю группу попали Соколовы (один из них проживал в Рогожской части), торговцы скобяным товаром.

Шапошниковы . В списках некрополя значилась Шапошикова Матрона Карловна (умерла ранее 1869 г .), дочь купца 1 гильдии. В списках свидетельств мы столкнулись, по всей видимости, с родственниками. Это купцы 1 гильдии, торговцы рыбою под фирмой "Братья Шапошниковы" Петр Кондратьевич и Павел Кондратьевич, место жительства имеющие в Астрахани.

 

 

Анализ 1 и 2 списков по виду торга и производства дает основания для следующих выводов. На первом месте в занятиях московского старообрядческого купечества Рогожской общины в изучаемое время стояла торговля текстилем, представленная широким ассортиментом товаров. Здесь было наибольшее совпадение лиц, имеющих свидетельства купцов и производителей, т.е. владельцев фабрик.

Из купцов 1 гильдии торговали бумажным и мануфактурным товаром 12 человек, на их долю приходится 4 фабрики, 26 лавок, 3 торговых фирмы. Бумажным и полушерстяным товаром из первогильдейских торговали 2 человека, которые имели 2 фабрики и красильню. Шерстью и сукнами торговали из купцов 1-ой гильдии 3 человека, они же владели 2-мя фабриками (обе по выделке сукон). Шелком торговал 1 купец 1 гильдии.

По 2 гильдии в этой группе товаров сложилась следующая картина. Бумажным и мануфактурным товаром торговали 6 человек, один из них имел фабрику. Бумажным и шерстяным товаром - 2 человека, один из них был владельцем фабрики. Панским товаром торговал 1 человек. Торговлей шерстяным товаром были заняты 2 человека. Шелком торговали 5 человек.

Среди купцов 1 гильдии были заняты торговлей москательным товаром - 2 человека (одна семья владела химическим заводом); фарфором - 1 человек, хлебом -1 человек; лесом и дровами -1 человек.

Среди купцов 2 гильдии торговля по остальным видам торга распределилась следующим образом: коврами и щетками торговали 2 семьи - 3 человека были объединены в торговую фирму, 1 человек занимался торговлей и производством ковров; фуражками торговали 2 человека, лесом тоже два; мебелью, сундуками, посудой - по одному человеку; мясом - 2 человека; на торговлю мукой, маслом и овощами приходилось по одному человеку. Один человек из 2-ой гильдии занимался подрядами. Исключительно производством был занят 1 человек из 1 гильдии - им был владелец кирпичного завода.

И, наконец, в особую строку нужно вынести, на наш взгляд, торговца 1-ой гильдии стеариновыми свечами и мылом, владельца стеаринового завода, на основании того, что этот вид торга и производства "выпадал" из традиционных промыслов, к которым тяготело старообрядческое купечество.

Анализ видов торгов и производств по 1 и 2 спискам наводит нас на мысль о том, что их сочетание не случайно, что перед нами тесная "связка" видов торга и производства, обеспечивающих друг друга в данной конфессиональной общности. Попробуем выстроить последовательную цепочку: торговля мясом, (выпадает выделка и продажа изделий из кож, но есть упоминание о торговле шорным товаром среди однофамильцев), торговля шерстью, производство сукон, щеточного товара, картузов, ковров, торговля лесом и дровами, торговля мебелью и сундуками, химическое производство и торговля москательным товаром, красильни, набивка и производство тканей, торговля мануфактурным товаром.

В отношении специфики потребительского рынка ясно, что старообрядческий капитал был ориентирован на производство и продажу изделий, имеющих массовый спрос - от ситцев и хлеба до сундуков и дров. Совершенно очевидно, что именно такое "лицо" старообрядческого купеческого капитала могло быть сформировано, если принять во внимание особенности экономического существования этой конфессиональной группы, волею исторических судеб отлученной от возможностей и перспектив так называемого "политического" и "авантюристического" капитала.

 

* * *

 

Попытаемся подвести итоги в отношении той информации, которую удалось выяснить, работая с данными некрополя и свидетельств. Очевидно, что мы одновременно выходим на два информационных пласта, связанных друг с другом - это генеалогия старообрядческого купечества и его социальная атрибуция. Пофамильные перечни, содержащиеся в издании Московского некрополя по старообрядческим кладбищам, составлялись не по архивным данным, а по сохранившимся надгробиям, т.е. в них попали те семьи, которые могли себе позволить оставить память о своих родных на материале, не подвластном действию непогоды и времени, и связанных с общиной на протяжении жизни нескольких поколений. Так что мы имеем дело со своего рода естественной выборкой наиболее богатых представителей Рогожской общины, содержащей сведения практически за целый век - в значительном количестве семейных захоронений первые члены семьи, связанные с Рогожской общиной родились в 80-90 годы XVIII в., а последние умерли в конце XIX - первом десятилетии XX века. Было бы странным предполагать, что может произойти 100% пофамильная идентификация списков некрополя и свидетельств уже хотя бы по той причине, что мы использовали сведения свидетельств только за один год. Нужно заметить также, что мы работали со всем списком некрополя, вне зависимости от упоминания в надгробии о том, что данное лицо относилось к купечеству, с тем, чтобы избежать возможных потерь - надписи могли быть либо стерты, либо просто не нанесены, в конце концов в купечество могли попасть родственники.

И все-таки потери были, не всех нам удалось идентифицировать, однако эту ситуацию можно было охарактеризовать как потери с прибылью - списки не только сократились, но и расширились за счет членов семей (сыновей, внуков, братьев, племянников), не попавших в списки некрополя Рогожского кладбища, но вписанных в свидетельства. И все же полученная информация представляется нам ценной, уже потому, что дает возможность хотя бы в первом приближении уйти от мифологии к реальной почве фактов, выйти за очерченный в историографии крут фамилий, и, опираясь на полученные данные, обрисовать род хозяйственной деятельности купцов из Рогожской общины.

Однако, в отношении реальной численности купцов-старообрядцев, а, следовательно, и в отношении генеалогии и социальной атрибуции наши сведения никак нельзя считать исчерпывающими. И, тем не менее, они дают возможность более грамотно сформулировать дальнейшие исследовательские задачи, вести целенаправленный поиск.

Так, если наше предположение верно, и полученные данные дают возможность выстроить модель анклавного хозяйства с тесной связкой производств и торга, обеспечивающих друг друга в рамках конфессиональной общности, то встает вопрос о том, какие факторы обеспечивали устойчивость этой модели "почвенного капитализма". Ответить на этот вопрос невозможно, не привлекая документы о хозяйственной деятельности в архиве Рогожского кладбища. Влиял ли характер торга и производства на связь с общиной, существовали ли экономические причины выталкивания из общины ее членов, или, наоборот, адсорбции? На эту проблему натолкнули нас так затруднявшие работу со свидетельствами однофамильцы, проживающие рядом с идентифицированными членами Рогожской общины или торгующие теми же товарами. Ответ на этот вопрос невозможен без привлечения первичных метрических материалов, дающих возможность проследить родственные линии купеческих родов, хранящиеся в отделе редких книг РГБ в архиве Рогожского кладбища.

И, наконец, существует еще одна задача, не менее важная. Сам факт выживания и деятельности старообрядческой общины в условиях российской государственности явление уникальное в истории русской культуры и экономики, и поэтому ее деятели заслуживают персонального изучения. А персональный состав дает возможность узнать не только каждого "в лицо", но и ответить на сакраментальный вопрос о том, сколько же их было в количественном отношении. Мы отдавали себе отчет в том, что полученная в начале работы цифра в 10% может быть подвергнута любой коррекции. Для нас стало очевидно, что обойтись без архива Рогожского кладбища невозможно.

Начали мы свою работу с метрических книг, точнее с алфавитных книг захоронений на Рогожском кладбище, содержащих сведения, начиная с 1840 г ., оставив в стороне книги о браках и крещениях, потому что, во-первых, нельзя объять необъятное, а во-вторых, в данном случае мы имеем дело с людьми из общины на момент их жизненного итога, фиксирующий то, чего они достигли в земной жизни.

Алфавитные книги содержали погодную информацию, фиксирующую в наиболее полном варианте: имя, отчество и фамилию, социальное положение и характер родства, если запись не касалась главы семейства. Надо сказать, что в первые годы, что особенно характерно для 1842 и 1843 годов, присутствовала небрежность в записи, так что характер родства часто было трудно восстановить. Кроме того, алфавит представлял собой алфавит имен, а не фамилий, и были часты случаи указания только имени и отчества (например: Анна Дмитриева, т.е. дочь Дмитрия) без фамилии. В подавляющем большинстве (нам известны единичные случаи отступления) фиксировалась и географическая принадлежность, т.е. место, где купец состоял в гильдии. В основном мы имели дело с московским купечеством, но есть упоминания (как правило, носящие единичный характер) о нижегородских, боровских, богородских, сергиево-посадских, бронницких, звенигородских, коломенских, верейских купцах. Основные захоронения иногородних купцов падают на 1842 и 1843 г .

Нами была составлена персональная картотека купцов и членов их семей за пять лет - с 1840 по 1845 г . Даже при условии тех обстоятельств, что не всегда фиксировались фамилии, и мы имели дело только с именами, данные архива дали нам 454(!) фамилии купцов и членов их семей, из которых только 36 были известны. Причем среди новых фамилии нужно отметить почетных граждан и купцов 1 гильдии, а также их родственников, не известных ранее. Перечислим их: Карташевы, Поликарповы, Дубровины, Боковы, Окороковы, Быковы, Осиповы, Кулаковы, Аллилуевы.

В заключение можно сказать, что нам удалось не столько ответить на вопросы, сколько определить пути и поиски их решения. Но только постепенная работа может способствовать тому, что старообрядческий купеческий капитал из призрака и карты, разыгрываемой в зависимости от историографической конъюнктуры, может обрести свое реальное историческое лицо.

 

 
При использовании материалов сайта ссылка категорически приветствуется.
© Богородск-Ногинск. Богородское краеведение. 2004-2019
Политика конфиденциальности
Яндекс цитирования Check PageRank
На верх страницы