К истории села Анискино и его жителей

Фомин Илья Сергеевич

Фрагмент Плана Царствующего Града Москвы с показанием лежащих мест на тридцать верст в округ 1763 года. В левой части находятся Гольяново, Черкизово и Измайлово - те топонимы, которые и сейчас легко находятся на карте Москвы. В правой части изображения Стромынская дорога подходит к сельцам Анискину (видимо, Аничкову) и Тимофееву.

Село Анискино Осеевской волости – крупный населённый пункт Богородского уезда XIX века. Удачное его расположение на берегу реки Клязьмы и у Стромынской дороги обусловило быстрый рост села; во второй половине XIX века в нём не только располагалось волостное правление, но было и 4 лавки и 2 трактира[1], а в начале 1870-х гг. открылась и своя школа, история которой подробно разобрана в соответствующих статьях[2].

Что можно узнать о жителях села и об их образе жизни? В архивах сохранились дела как об экономическом состоянии всего села (напр.[3]), так и об отдельных его жителях. Среди прочего, документы сохранили имена держателей трактиров. В разное время подавали прошения об открытии питейных заведений местный житель Петр Яковлевич Сафонов, а также богородские мещане И. А. Старков и П. А. Бурыкалов[4]. Любопытно отметить, что последний, Павел Александрович Бурыкалов, открыл трактир на церковной земле, хотя сам был церковным старостой и был даже приставлен к награде[5]. Куда меньше известно о профессиях и образе жизни рядовых жителей села, кроме военнослужащих, чьи звания и специальности записывались в метрических книгах. Немногое удаётся узнать только из Ведомостей справок о судимостях, где записаны приговор от 1888 года кузнецу Акиму Ивановичу Базанову, кузнецу 57 лет, и приговор от 1882 г. Алексею Дмитриевичу Пикулеву, мусорщику 23 лет[6]. За 20 лет до этого, в 1861 году, сразу после отмены крепостного права, крестьянин Константин Иванович Сафонов, которому тогда было около 37 лет, обращался в Московскую Духовную Консисторию, чтобы стать монахом[7].

Наибольший интерес в истории села и его жителей представляют расположенные в его окрестностях многочисленные фабрики. К началу XX века самым крупным предприятием была фабрика Четверикова в Городищах, а в первой половине XIX это были пороховой завод, бумажная и ситцевая фабрики Губиных. Тогда многие из жителей Анискина были посессионными мастеровыми – то есть крепостными крестьянами, приписанными к этим фабрикам.

Развитие производств постоянно требовало новых рабочих рук – и в ревизских сказках 1811 года[8] в примечаниях к 31 из 106 дворов указано, что их жители были переведены в село из "разных деревень" Покровской округи Владимирской губернии. В доверенности конторскому служителю (его потомки, кстати, впоследствии получили фамилию Конторщиковы) на проведение переписи указан и год переселения:

Успенкаго пороховаго моего завода состоящего Московской губернии въ Богородской Округе Конторскому Служитѣлю Тимофею Сергееву;

Имею я въ содержаній моемъ какъ оной пороховой заводъ, равно и устроенныя при нем бумажныю и миткаливаю фабрики при которымъ такъ какъ и в селѣ Анискинѣ состоящемъ въ богородской же округе находятся крепостныя заводскія и фабричныя служители мастеровыя и рабочія люди подъ названіемъ крестьянъ написанныя при заводѣ по послѣдней пятой ревизіи за мною и переведенныя послѣ той ревизіи на оной заводъ въ 1800м году Владимерской губерній Покровской округи изъ разных деревень. А в селѣ Анискине покупныя мною въ 1802м году у бригадира Ивана Иванова сына Палибина написанныя по минувшей ревизіи за нимъ поколику въ состоявшимся минувшаго маія 19го дня сего 1811го года высочайшимъ манифестомъ повелено учинить по всему Государству народную вновь перепись по особо изданной на то формѣ въ слѣдствій чего на основаніи того манифеста, 4го параграфа сею доверенностію уполномочиваю тебя, упоминаемыхъ заводскихъ и фабричныхъ служителей мастеровыхъ и рабочихъ людей подъ названіемъ крестьянъ при томъ пороховомъ заводѣ и фабрикахъ; равно и въ селе Анискинѣ наличныхъ убылыхъ вновь послѣ ревизій рожденныхъ и прибылыхъ всехъ безъ изъятія не обходя изъ нихъ никого. А паче не утаивая ни единыя мужеска пола души предварительно переписать и потомъ соответственно тому высочайшему манифесту и поправиламъ въ особо изданной на то формѣ значущимся сочинить ревижскія списки двойнымъ числомъ, которые приведя въ совершенство и за рукоприкладствомъ твоимъ съ приложеніемъ при ней сей доверенности подать въ учрежденную для того по Богородской округѣ ревижскую коммисію, непременно въ назначенный темъ высочайшимъ манифестомъ срокъ, въ приемѣ коей и получить свидетельство; я же тебѣ во всемъ вышеписанномъ а притомъ и что о кромѣ того по сему случаю касатся до того моего завода съ фабриками и села Анискина и что ты по сей доверенности учинишь впредь спорить и прекословить не буду сентября 7-го дня 1811го года. Подпись: московской первостатейной купец коммерции советник Михайла Павлов сын Губин

В этих же сказках против трёх имён стоит пометка "бежал", один "сослан на поселение", а ещё один – на каторжные работы. Для Богородского уезда начала XIX века это можно считать значительным количеством, косвенно указывающим на тяжёлые условия труда рабочих. О технике безопасности красноречиво свидетельствуют записи в метрических книгах. Так, в ноябре 1816 года "умре от пороховаго взрыва" семь человек, а в апреле следующего года было сделано ещё две записи: "найденное въ рѣкѣ Клязмѣ от пороховаго взрыву умершее тѣло" [9, 10]; также встречаются записи "убит машиною". В 1824 году появилось ещё одно дело "О взрыве пороха на Успенском пороховом заводе купцов Губиных в Богородском уезде"[11].

Сохранилось также и весьма примечательное дело о беспаспортных крестьянах 1838 года[12], которое начинается с требования некоего помещика вернуть своего крепостного крестьянина, а заканчивается полноценной криминальной драмой, достойной экранизации:

Крестьянин мой Осип Ионов Медынского уезда сельца Бородина отпущен был в работу по паспорту, но на срок не явился, в последствии узнал, что он находится за Москвой по Троицкой дороге в сторону Богородского уезда в селе Анискине, а потому для отыскания отправил я отца его, с ним вместе Медынского же уезда помещик Яников [отправил] двух человек так же для отыскания своего давно пропадающего крестьянина, которыя подходя к означенному селу получали об тех фабриках слухи такие, что устрашались показаться на оныя (...)

На вопрос же крестьянин мой объявил мне, когда ещё не вышло паспорту срока, он работал на миткальной ткацкой фабрике Бориса Иваныча Шухина в Москве, но по приближению оного боялся показаться к отцу без денег, которые он промотал, вместе с ним на фабрике Шухина находился работник Московский мещанин Иван Васильев, который присоветовал ему идти Богородского уезда в село Анискино к содержателю фабрики того ж села крестьянину Алексею Алексеевичу, с уверением, что ему позволено на своей фабрике иметь всякого звания беглых людей, и потом, когда заработает достаточное количество денег на путевую издержку обещал проводить в Польшу, а по прибытии его на означенную фабрику в августе месяце принят был хозяином без просу о паспорте, в бытность же там более трёх месяцев узнал, что на оной фабрике находится беглых людей более тридцати человек, в том числе, три беглых солдата, и что во время пребывания его исправник приезжал к хозяину фабрики два раза, ночевал и становой пристав один раз, но за день приезда исправника и станового извещают из города хозяина, а кто именно, не знает, которой всех беглых людей у него находящихся отсылает в лес, а по отъезде исправника возвращаются на прежние места (...)

Сверх того крестьянин мой говорит, будто у того содержателя фабрики Алексея Алексеевича осталось заработанных им денег более 40 (рублей).

Дело велось господином помощником обер-полицмейстером из Москвы – и расследовалось крайне быстро. Уже через полторы недели на фабрику были высланы "при полицейском офицере десять расторопных козаков", которые арестовали "29 человек беспаспортных людей". Несмотря на это, о каких-либо последствиях для содержателя фабрики, крестьянина Алексея Алексеевича, неизвестно – впрочем, сложно представить, что десятки беглых крестьян трудились на этой фабрике без ведома и одобрения господина Губина, хозяина Алексея Алексеевича. Во всяком случае, Алексей Алексеевич дожил до 1853 года и умер в возрасте 48 лет в родном селе[13].

Вышеупомянутый крестьянин-мастеровой Алексей Алексеевич – представитель очень большого и богатого рода Сафоновых; так, уже к 1860 году в Анискине жило более ста носителей фамилии[14]. Необходимость различать многочисленных потомков привела к ветвлению фамилии – часть потомков так и осталась Сафоновыми, часть стали называться Маврычевыми (по имени вдовы Мавры)[15], Соломонычами и Базаровыми[16], а также Зеленовыми[17]. Этот пример отражает лёгкость появления и изменения крестьянских фамилий даже в конце XIX - начале XX веков.

Другими примерами такого ветвления рода в этом селе служат Циплятниковы они же Горячие[18], Роговы[19] и Барановы, Мясниковы они же Плаховы и Крыловы[20], Статуевы они же Дунаевы[21], Козловы они же Базаны (Базановы)[22]. Интересно, что в последнем случае прозвище уже устоялось настолько, что в одной из записей в метрических книгах указано "Базан он же Козлов"[23].

По документам видно, что фамилией нередко становится отчество главы семейства на момент поселения. Так появились фамилии Юдин от Ивана Юдина (Иудовича) родом из Владимирской губернии, Пронин от Ивана Прохорова (Прохоровича). По такому же принципу возникла фамилия вышеупомянутого Алексея Алексеевича, Сафонов. Его прадеда, крестьянина Михайлу Софонова, переселили в Анискино между 1722 и 1745 годом – и прошло около столетия прежде чем эта фамилия была впервые записана.

Заголовок исповедной росписи села Анискина 1746 года (фрагмент с сервиса Яндекс-Архивы)

Михайла упоминается в составлявшихся ежегодно исповедных ведомостях – "росписи Московскаго уѣзду Вохонския десятины церкви Рождества Пресвятыя Богородицы села Онискина". И отчество, ставшее фамилией, и само название села записывались тогда через "о", отражая говор того времени. К 1746 году в селе был 1 двор попа, а также 17 дворов прислуги и крестьян, в которых жило 107 человек[24]. В переписке Плещеевых, хозяев села в 17-18 веках, с властями сохранились документы о строительстве этой церкви (здесь и далее выдержки из[25]):

Дать храмозданную грамоту 1738 году иулия 7 дня. Того же июля 23 дня выдан указ из Синодальнаго Казеннаго Приказа о строении церкви полковнику Андрею Григорьеву сыну Плещееву, по его прошению, велено: в Московском уезде, в Кошелеве стану, на реке Клязьме, по одну сторону большой стромынской дороги, на имевшейся церковной Дмитровской земле построена церковь во имя Рождества Пресвятыя Богородицы, которая весьма ветха и за ветхостью служить не возможно, построить вновь церковь Рождества Пресв. Богородицы с приделами Николая чудотворца и Алексея митрополита в деревне Анискине, буде спору от кого не возымеется; пошлин 30 копеек с половиною взято

Очень интересно, что этот ответ был получен уже через четыре дня после обращения, что и сейчас можно считать образцом скорости получения бюрократических согласований:

В Московском уезде, в Кошелеве стану, на реке Клязьме по одну сторону большой стромынской дороги, имеется церковная Дмитровская земля, которая стоит в наших дачах с братом моим двоюродным Федором Алексеевым сыном Плещеевым; и в прошлых годах по обещанию мать моя Татьяна Гордеевна Плещеева била челом на оной церковной земле построить церковь, токмо то строение пресекла кончина матери моей, а я имел отлучку в службе; и в небытность мою в прошлых годах, по челобитью показаннаго брата моего Федора Алексеева сына Плещеева, на той церковной земле построена церковь во имя Рождества Пресвятыя Богородицы, которая ныне весьма ветха и в священном служенье исправлять в ней никак не возможно, к тому же оная церковь от деревень наших Онискина и Тимофеева, а тоя церкви от приходу, стоит не в близости, от чего в той церкви от воровских людей напреди сего бывали кражи и святые образа обирали, да и впредь во оной святой церкви за оным дальным от деревень наших разстоянием и за опасением воровских людей кражи церковной утвари умножить весьма опасно. А ныне я помянутой по обещанию своему желаю в показанной деревне Анискине вместо той обветшалой церкви построить вновь церковь во имя того же храма Рождества Пресвятыя Богородицы с пределы Николая чудотворца и Алексея Митрополита каменные, ибо и священнослужители той церкви в той же деревне жительствуют; а под строение той церкви и под кладбище земля имеется церковная и священнослужителем в довольство будет прежде имеющаяся оная синодальная земля, и чтоб повелено было о строении показанной церкви и с пределы дать храмозданную грамоту

В другой цитате указывается размер сборов, которые патриархат получал ежегодно с этой церкви – и, интересно отметить, в 1719 году поселение было по количеству дворов больше, чем в 1746 году:

по окладной книге сего 1738 года Московскаго уезду Вохонской десятины написано: с церкви Рождества Пресв. Богородицы, да в пределе Алексея Митрополита да Дмитрия Селунскаго в вотчине капитана Федора Плещеева, дани и пошлин по 2 руб. по 62 коп. платятся повсегодно без доимки. А в приходной окладной прошлаго 719 года книге написано: 1719 года сентября в 14 день, по челобитью капитана Федора Плещеева, велено новопостроенной церкви в Московском уезде в Вохонской десятине, которая построена на пустовой церковной Дмитровской земле, что в Кошелеве стану, на берегу реки Клязьмы, Иверския Пр. Богородицы да предела Алексея Митрополита, да Дмитрия Селунскаго данныя и протчия положенныя деньги с дворов попова, дьячкова, просвирницына, да с приходских – трех вотчинниковых, с 20 крестьянских, да по дозорным книгам Якова Потапова 195 года пашенной церковной земли с 20 десятин, да лесной поросли с десятины, сенных покосов с 100 копен, всего по 2 рубли по 76 копеек имать с того с 719 году. А в записной антиминсной книге 722 г. написано: августа 31 дня запечатан указ большаго Успенскаго собора, что в Москве, протопопу с братьею о освящении церкви по челобитью капитана Федора Алексеева Плещеева, велено ему протопопу в Московскоми уезде в селе Калинине Тимофеево тож, новопостроенную церковь во имя Рождества Пресв. Богородицы освятить и антиминс в тоя церковь выдать

И приведено описание самого участка церковной земли:

7195 (1687) года, мая в 7 день, по указу патриарха и по помете на выписке казначея Андрея Денисьевича Владыкина, велено на церковной Дмитровской земле Якову Потапову, да подьячему Гавриилу Булгакову пашню и сенные покосы и всякия угодья описать и измерить в десятины, а по описным и мерным их книгам та церковная земля в Кошелеве стану, на берегу реки Клязьмы, на той земле кладбища вдоль и поперег 20 сажень, около кладбища церковной земли пашни паханой 20 десятин, лесной поросли десятина, сенных покосов по речке Клязьме 100 копен, и та церковная земля, пашня и сенные покосы, по отводу Алексея Васильева сына Плещеева, да вдовы Татьяны Григорьевской жены, Васильева сына Плещеева с ея детьми, обмежевана и по меже учинены столбы и грани; а смежна та церковная земля с деревнею Аничковою (в другом месте Анисково) и сельцом Тимофеевым, Калинино тож, с землею Алексея и вдовы Татьяны Плещеевых, с землею Ивана Исленьева, Андрея Павлова Астафьева, окольничаго князя Бориса Васильевича Горчакова и Крутицкаго митрополита. И июня в 30 день, по указу патриарха и по помете на выписке дьяка Анисима Федорова, а по челобитью Алексея Плещеева, да вдовы Татьяны с детьми Плещеевых, церковная Дмитриевская земля отдана на оброк им на нынешний 195 годи и впредь до указу, а оброку им платить, оприч пошлин, по 10 рублев на год, а пошлин по указу, а тех денег платить половину Алексею Плещееву, а другую половину - вдове Татьяне с детьми, и тою землею владеть им пополам и друг друга ни в чем не изобижать и в платеже оброчных денег и в очистке земли взять по них поручныя записи. Оброчныя деньги на 195 год 10 рублев взяты

Всё это подтверждает эволюцию названия села Анискина - до XIX века название села записывалось Онискино, а в начале XVIII века это было селом Тимофеево Калинино тож Кошелева стана, а в начале XVII века – пустошь Калинино Тимофеево тож. Первой в этом наделе была заселена расположенная по соседству деревня Аничкова, которая в первой половине XVII века записывалась Оничково. Эти названия сохранились и по сей день: село Анискино и соседний посёлок Аничково легко найти на карте. А очень похожее по звучание сельцо Онисимовское оказывается с Анискиным никак не связано.

Вот так будущее село Анискино, разделённое между представителями рода Плещеевых, описано в материалах первой ревизии 1722-1725 гг.[26] (здесь и далее орфография максимально приближена к оригиналу):

№372. За капитаном Федором Алексеевым сыном Плещеевым в селе Тимофееве Калитино тож церковь Рождества Пресвятые Богородицы при ней действительно служащие поп Емельян Иванов тритцати осьми лет, у него дети дьячек Григорей одиннатцати лет понамарь Иван четырех лет Филип полугоду итого действительно служаших и их детей четыре человека в том же селе Тимофееве и в деревне Аничкове мужеска полу деш надлежащих в подушной оклад объявленных по скаскам 719-720 годов дворовые люди Захар Григорьев семидесити лет Дмитрей Ерофеев штидесять осми лет Андрон Михайлов тритцати девяти лет Аврам Титов тритцати девяти лет Никифор Семенов штидесятипяти лет Василей Васильев тритцати девяти лет Антон Васильев тритцати трех лет Егор Афонасьев тритцати осми лет Моисей Михайлов сорока одного году Семен Никифоров дватцати девяти лет Матвей Никифоров пятнатцати лет Степан Никифоров тринатцати лет Петр Васильев тритцати семи лет. В деревне Аничкове крестьян Григорей Васильев штидесяти девяти лет у него приемыш Карп Иванов тритцати семи лет у него ж Григорья брат Кипреян штидесяти пяти лет у Кипреяна сын Андрей дватцати шти лет Григорей Федоров штидесят девяти лет у него брат Тимофей штидесят семи лет у него ж Григорья дети Никита дватцати четырех лет Ефим шеснатцати лет у Тимофея дети Илья девяти Петр шти лет Нестер Иванов штидесяти трех лет у него брат Алексей штидесят четырех лет у Нестера дети Андрей тритцати девяти лет Федор тритцати четырех лет у Алексея сын Василей девяти лет у него ж Нестера племянник Прокофей Захаров тритцати шти лет у него сын Савин семи лет Михайло Осипов пятидесяти шти лет у него брат Григорей пятидесят две лет у Михайла сын Иван одиннатцати лет Иван Петров ста пяти лет итого объявлены в скасках 719, 720, 721 годов тритцать четыре человека да по нынешнему свидетельству прибылых переведенных из других мест Никифор Захаров тритцати осми лет Андреян Васильев сорока дву лет у него брат Леонтей притцати четырех лет Петр Трофимов сорока лет у него брат Григорей осмнатцати лет Иван Матвеев штидесят девяти лет Иван Семенов семидесят шти лет у него дети Павел сорока одного году Обросим сорака лет у Павла сын Иван семи лет. Итого прибылых десять человек всего в помянутом селе Тимофееве и в деревне Аничкове надлежит быть в подушном окладе сорок четыре человека да в акладе быть ненадлежит новорожденные Алексей Никифоров трех лет Афонасей трех лет Яков две лет Егоровы дети Гаврило Андреев дву лет Петр Петров дву лет Назар трех лет Никифор году Обросимовы дети Иван Андреев дву лет итого новорожденные которые в подушком окладе числить не надлежит восмь человек.

№373 За капитаном Федором Григорьевым сыном Плещеевым в полуселе Тимофееве и в деревне Аничкове мужеска полу душ надлежащих в подушной оклад объявленные по скаскам 719 720 годов прикащик Кондратей Петров семидесять четырех лет у него дети Осип сорока четырех лет Тимофей дватцати осми лет у него ж зять поляк Афонасей Яковлев дватцети осми лет швецкой природы Степан Федоров сын Соколов штидесят двух лет у него сын Козма пятнатцети лет конюх Никифор Ильин тритцети осьми лет скотник Иван Васильев дватцети лет да крестьяня Андрей Макаров осмидесят четырех лет у него сын Петр тритцети двух лет у Петра дети Филип двенатцети лет Нефед осми лет у Андрея брат Евдоким штидесят осми лет у него сын Антип тритцети лет Василей Борисов штидесят четырех лет у него дети Агафон дватцети четырех Дмитрей тринатцети лет Семен двенатцати лет Борис осми лет Козма пяти лет у него ж племянник Емельян Иванов сорока четырех лет Козма Петров четырех лет Сидор Антипин полчетверти году Илья Емельянов четырех лет итого объявленных в скасках 719 и 720 годов дватцать четыре человека. Да по нынешнему свидетельству прибылых переведенных из других мест дворовыя люди Яков Иванов дватцети пяти лет Федор Васильев пяти лет. Итого прибылых два человека всего за * капитаном Плещеевым в селе Тимофееве и в деревне Аничкове надлежит быть в подушном окладе дватцать шесть человек да в окладе быть не надлежит новорожденные Петр Афонасьев дву лет Василей Иванов десяти недель Селиверст Егоров полугоду Михайло Емельянов дву лет Итого не в окладе новорожденных четыре человека.

№374 За майором Андреем Григорьевым сыном Плещеевым в том же селе Тимофееве и в деревне Аничковой мужеска полу душ надлежащих в подушной оклад объявленные по скаскам 719 году крестьяня Василей Григорьев семидесять четырех лет у него сын Алексей дватцети четырех лет у него ж пасынок Илья Алексеев сорока четырех лет Андрей Алексеев тритцети четырех лет у Ильи сын Иван пяти лет у Андрея сын Дмитрей шти лет у него ж Василья племянник Иван Алексеев дватцети осми лет у него брат Александр двенатцети лет Яков Борисов штидесят осми лет у него детей Федор дватцети пяти лет Гаврило десяти лет Дмитрей семи лет у него ж племянник Федул Григорьев тритцети осми лет у Федула рат Иван дватцети четырех лет итого объявленных в скаске 719 году четыренатцать человек да по ныненшнему свидетельству кой имеет быть в подушном окладе прописные Иван Миронов тритцети пяти лет у него сын Козма пяти лет Иван Иванов тритцети лет. Прибылые переведенные из других мест Фома Васильев тритцети лет Егор Костянтинов дватцети пяти лет Федор Алексеев дватцети лет Александр Андреев тринатцети лет у него брат Петр двенатцети лет Исай Дмитриев тритцети пяти лет Федор Андреев шти лет. Итого прибылых и прописных десять человек. Всего в означенном майором Плещеевым надлежит быть в подушном окладе дватцать четыре человека да в окладе быть не надлежит новорожденные Андрей Иванов году Борис Ильин полгоду Алексей Федоров полугоду Симион Назаров дву лет итого не в окладе новорожденных четыре человека.

Особо отмечу упоминание в этом списке поляка Афонасия Яковлева и шведа Степана Федорова сына Соколова. В документах той эпохи нередко встречаются крепостные и дворовые люди из сопредельных стран; иногда напрямую указывается, что это военнопленные.

Вышеперечисленные крестьяне и их потомки появляются в исповедной ведомости 1746 года[14], что ещё раз подтверждает переименование села Тимофеева в Анискино. Среди фамилий потомков этих крестьян – Шиновы, Пикулины, Краюхины и Статуевы, причём три последние фамилии имеют одного общего предка – Ивашка Петрусова, который будет упомянут в 1678 году. Об их предках можно узнать из ландратских книг 1704 года[27]:

№148. За стольником за Федором Алексеевым сыном Плещеевым что по переписным книгам РПЗ (1678) году написано за отцом ево за Алексеем Васильевым сыном полсельца Тимофеева Калинино тож, а в нем двор ево Федоров в нем прикащик Алексей Васильев да деловых людей Ефим Анисимов у него дети Микита девяти Иван пяти лет. Петр Васильев двенатцати лет Андрей Семенов да скотник Никифор Козмин. Полдеревни Аничковой, а в ней крестьяне. Во дворе Никита Семенов у него пасынок Никифор Исаев, у Никиты внук Мина дватцати семи Яков семнатцати лет крив Евтроповы. Во дворе Иван Петров у него дети Захар Алексей дватцати лет у Захара детей Лукьян девятнатцати Прокофей девяти лет. Во дворе Федор Андреев у него детей Григорей Тимофей, у Григорья детей Никита шти лет Ефим десяти недель. Во дворе Григорей Киприян тритцати трех Васильевы, у Григорья детей Трофим семнатцати Василей пяти лет. У Киприяна сын Андрей трех лет. Во дворе Михайло Григорей Илья дватцати лет Осиповы. У них же двоюродный брат Федор Семенов. У него сын Григорей четырех лет. Во дворе Нестер Иванов, у него детей Андрей десяти Федор осми лет. Всего полсельца да полдеревни а в сельце двор вотчинников людей в нем семь человек шесть дворов крестьянских людей в них дватцать восмь человек. Итого семь дворов людей тритцать пять человек, а по скаске прикащика Алексея Васильева опричь ж того за стольником за Федором Плещеевым иных сел и деревень людей и крестьян в Кошелеве стане в утайке нет и великого государя указ о переписи слышал а буде сказал ложно и ему прикащику смертная казнь.

№149. За Алексеем да за Михайло за Федором да за Андреем Григорьевыми детьми Плещеевыми что по переписным книгам РПЗ (1678) году написано за отцом их за Григорьем Васильевым сыном полсельца Тимофеева Калинино тож, а в нем двор их а в нем деловые люди Степан Иванов тритцати лет Илья Иванов у него сын Никифор десяти лет Иван Мартынов тритцати лет у него детей Иван пяти Яков трех лет. Полдеревни Аничкова, а в ней крестьян. Во дворе Осип Алексей тритцати лет Ивановы. У Осипа сын Кузма девяти лет. У Алексея детей Иван четырех Никифор трех лет. Во дворе Василей Григорьев у него детей Илья двенатцати Андрея десяти Алексей двух лет. Во дворе Андрей Макаров у него детей Петр двенатцати Михайло шти лет. Во дворе Михайло дватцати Феодун пятнатцати Иван семи лет Григорьевы. Во дворе Яков Борисов у него сын Федор семи лет. Во дворе Евдоким Макаров у него детей Антип двенатцати лет Степан году. Во дворе Василей Борисов у него сын Агафон пяти лет. Во дворе Иван Фатьянов у него детей Иван дватцати пяти Емельян двенатцати лет. Всего полсельца да полдеревни а в сельце двор вотчинников людей в нем шесть человек восмь дворов крестьянских людей в них дватцать пять человек. Итого девять дворов людей в них тритцать один человек, а по скаске делового человека Абакума Максимова опричь ж того за вотчинники ево иных сел и деревень людей и крестьян в Кошелеве стане в утайке нет и великого государя указ о переписи слышал а буде сказал ложно и ему прикащику смертная казнь.

В писцовых книгах 1677-1678 годов также есть записи об этом сельце[28], где и записан вышеупомянутый Ивашка Петрусов (который, судя по всему, упомянут в первой ревизии с возрастом 105 лет под именем Ивана Петрова):

За стряпчим за Алексеем Васильевым сыном Плещеевым в помесье пол сельца Тимофеева что была пустошь Калинина а Тимофеево тож, а в нем двор помещиков да на большой дороге в полу деревне Аничкове двор ево же Алексея Плещеева стоялой, а крестьян в тех обеих дворах нет. Да в той же полу деревне Аничкове крестьян. Во дворе Шумилко Устинов да дети ево Оска да Сенка а у Оски сын Мишка трех лет да сын Гришка полу году а у Сенки сын Федка семи лет да сын Антошка четырех лет. Во дворе Васка Андреев да брат ево Фетька Андреев, у Васки Андреева сын Гришка трехнадцати лет да сын Киприянко семи лет, а у Фетки Андреева сын Гришка осми лет да сын Сенка трех лет да сын Крисанко году да сын Тимошка семи день. Во дворе Ивашко Петрусов з детми з Захарьком да с Нестерьком десяти лет да третей сын Алешка трех лет. Во дворе Митка Семенов да Мишка Арефьев, у Мишки сын Мишка ж пятнатцати лет, а ныне Мишка и сыном живет у нево Алексея во дворе взят в прошлом во РКсИ году. Всего в полусельце Тимофееве что была пустошь Калинина а Тимофеево тож двор помещиков. В полудеревне Оничкове четыре двора крестьянских людей в них дватцать два человека.

За Григорьем Васильевым сыном Плещеевым в помесье полселца что была пустошь Калинина а Тимофеево тож на речке на Клязьме отца ево по даче РПГ году, а другая половина за братом ево родным Алексеем Плещеевым, а на ево Григорьев половине двор ево помещиков, а живут во дворе деловые люди Алешка Дружинин прозьвище Ворона, а у него детей Павлутка штинатцати лет да Антипка четырнатцати лет да Ивашко Лазорев прозьвища Петух, а у нево сын Алешка году да Екимко Спиридонов, а у нево сын Макарько трех лет да Фетька Козьмин сын прозьвища Сокол, а у нево детей Васка девяти лет Степка пяти лет, Ивашка трех лет да Филька Раманов сын поляк у нево сын Евтихейко дву лет да Ивашка прозьвища Дунайко поляк да брат ево родной Кондрашко Петровы дети да по одну сторону большия дороги Стромыни деревня Аничкова половина ее за братом ево родным Алексеем Плещеевым, а на ево Григорьеву половину крестьян. Во дворе Бориска Антонов, а у нево детей Гришка да Алешка штинатати лет да Анна трехнатцати лет да Петрушка десяти лет да Васка осми лет. Во дворе Ивашка Фатьянов прозьвище Щелкуненок а у нево детей Оска четырнатцати лет да Алешка десяти лет да Фетька осми лет да Ивашко пяти лет. Во дворе бобыль Андрюшка Макаров да братья ево родные Васка прозвища Босалай да Овдокимко Васка штинатцати лет, Авдокимко трехнатцати лет. Во дворе бобыль Микешко Шумилов да на ево ж Григорьеве половине в деревне Аничкове построены для большия дороги два двора стоялых, а живут в них в зимнее время деловые дворовые люди переменяяся погодно. Всего за Григорьем Плещеевым в полусельце что была пустошь Калинино а Тимофеево тож двор помещиков в нем шесть семей людей пятнатцать человек. В деревне Аничкове два двора крестьянских людей в них одиннатцать человек, два двора бобыльских людей в них четыре человека. Обоево крестьянских и бобыльских четыре двора людей пятнатцать человек.

Тут упоминаются ещё два поляка, которые, скорее всего, попали в плен и остались в крепостных после Русско-польской войны 1654-1667 гг.

Склейка из двух частей описания будущего села Анискино в писцовой книге Московского уезда 1646 года, когда оно было впервые заселено.

Совсем короткая запись о деревне Аничковой находится в писцовых книгах 1646 года[29]. Хотя потомки некоторых из этих крестьян и обнаруживаются в 1704 году, очевидно, что большая часть крестьян была перевезена или куплена в других имениях. Надо надеяться, что оцифровка архивов и технологии распознавания текста позволят сопоставлять записи разных лет и из разных населённых пунктов и делать обоснованные предположения о переселениях минувшего времени.

За Борисом Васильевым сыном Плещеевым деревня Аничково на речке на Клязьме а в ней крестьян. Во дворе Орефка Семенов з детьми с Мишкою да с Мишкою ж да з Бориском да с Прохорьком. Во дворе Якушко Семенов. Во дворе Якушко да Сенка да Ивашко да Васка Фатьяновы да у них же бобыль Сенка Фомин и тот Сенка бежал безвестно в нынешнем во РНД году. Всего за Борисом Плещеевым три двора крестьянских а в них десять человек.

Этих крестьян и можно считать первопоселенцами современного села Анискино, поскольку в предыдущих писцовых книгах Московского уезда 1623 года[30] всё владение Плещеевых описано как незаселённые пустоши:

За Васильем Плещеевым в поместье по государевой грамоте за приписью дьяка Третьяка Кирсанова РЛВ году пустошь Новоселово а в ней пашни лесом поросли середние земли тритцать две четьи с осминою в поле, а в дву по тому ж, сена сто копен, лесу пашенного пять десятин. Пустошь Оничково, а в ней пашни лесом поросли середние земли тритцать четьи в поле а в дву по тому ж, сена тритцать копен, лесу пашенного три десятины. Пустошь Понамарево Фомино тож, а в ней пашни лесом поросли середние земли дватцать четьи в поле, а в дву по тому ж, сена тритцать копен, лесу пашенного три десятины. Пустошь Калинино Тимофеево тож, а в ней пашни лесом поросли середние земли дватцать пять четьи в поле, а в дву по тому ж, сена сорок копен, лесу пашенного три десятины. Пустошь Терехова, а в ней пашни лесом поросли середние земли восемнатцать четьи с осминою в поле, а в дву по тому ж, сена пятьдесят копен, лесу пашенного две десятины и всего за Васильем Плещеевым в поместье пять пустошей, пустошь Новоселово с путошми а в них пашни лесом поросли середние земли сто дватцать пять четьи а доброю землею сто четьи сена двесте пятьдесят копен, лесу пашенного шеснатцать десятин, сошного письма в пусте пол четьи сохи.

Упоминаются пустошь Оничково и Калинино Тимофеево тож (а также пустошь Онисимовская) и в писцовых книгах 1576-1578 годов[31]:

За Ортемьем за Шелепиным, что было в поместье за Иваном за Ондреевым сыном Кикина: ... да Ортемью же дано из досталных же из порожних земель Ондреевского поместья Рахманинова: .. пустошь Оничково: пашни перелогу 30 четьи в поле, а в дву потому ж середние земли, сена 30 копен, лесу пашенного 3 десятины ...

За Яковом за Жереным, что было в поместье за Иваном за Ондреевым сыном Кикина: ... да Якову же дано в додачю из досталных же из порожних земель Ондреевского поместья Рахманинова: .. пустошь Калинино Тимофееево тож: пашни перелогу 25 четьи в поле, а в дву потому ж середние земли, сена 40 копен, лесу пашенного 3 десятины …

На примере села Анискино показано, как историю самого села и его жителей можно последовательно проследить с конца XVI века до наших дней с приведением полных выписей из соответствующих архивных документов. Современные технологии делают всё больше материалов доступными из дома, позволяя изучать историю края в первоисточниках. Вопреки распространённому убеждению, родословную крестьян нередко можно уверенно проследить как минимум до начала XVIII века, а во многих случаях – и до первой половины XVII века – и на этом пути можно совершить множество интересных открытий о жизни своих предков и их соседей.

Автор выражает особую благодарность проекту Яндекс-Архивы и ЦГА Москвы за публикацию в электронном виде архивных данных, которые сделали возможным это небольшое исследование.

Библиография:

[1]Сведения о селениях и жителях Московской губернии. Богородский уезд. - М., 1873. с. 108

[2]Например, "История Анискинской школы. 1870-е – 1976 гг. Воспоминания В. А. Григораш" в онлайн-журнале "Подмосковный краевед"

[3]ЦГА Москвы, фонд №693, опись №1, стр. 42, д. 422. Сведения об экономическом положении крестьян с. Анискина Осеевской волости 11 ноября 1878 г. - 12 июня 1879 г.

[4]ЦГА Москвы, фонд №696, опись 1 т. 1, д. 118. Дело ... с. Анискина о разрешении богородскому мещанину Старкову И.А. открыть трактир в селе – 1892 год. ЦГА Москвы, фонд №203, опись №656, дело №103, 1872 г. Дело о разрешении богородскому мещанину Бурыкалову П.А. продолжить торговлю напитками в трактирном заведении, построенном на земле Богородице-рождественской церкви села Анискина Богородского уезда, до окончания срока выданного патента. ЦГА Москвы, фонд №66, опись 2 т. 2, д. 2215. По прошению кр-на Богородскаго у., села Анискина Якова Сафонова, о разрешении открыть трактирное и питейное заведение. 25 октября 1883 - 23 ноября 1884. ЦГА Москвы, фонд №693, опись №1, стр. 102, д. 1005. Дело об открытии питейного заведения в с. Анискине Сафроновым Я. В., 26 окт. 1882 г. - 3 июня 1885 г. ЦГА Москвы, фонд №66, опись 1 т. 3, стр 198, п/н 848, д. 17119. По прошению кр-на Богородскаго у. села Анискина Якова Сафонова о разрешении открыть трактирное и питейное заведения. 25 октября - 23 ноября 1882 года.

[5]ЦГА Москвы, фонд №203, опись №674, д. 88. О награждении церковнаго старосты села Анискина мещанина Бурыкалова. 1890 год.

[6]Ведомость справок о судимости : Ч. 1. Справки о судимости по приговорам мировых судебных установлений : 1889, книга 3, стр. 38. Ведомость справок о судимости : Ч. 1. Cправки о судимости по приговорам мировых судебных установлений : 1883, книга 9, стр. 297.

[7]ЦГА Москвы, фонд №66, опись 1 т. 1, д. 418 (п/н 310). По отношенію Московской Духовной Консисторіи объ опредѣленіи въ Николаевскій Угрѣшскій Монастырь въ число братства вр.-об. кр-на с. Анискина Богородскаго уѣзда Константина Иванова. 1861-1862 гг.

[8]ЦГА Москвы, фонд №51, опись №8, дело №4, Ревизские сказки. Московская губерния Богородский уезд 6 ревизия, л. 279-293.

[9]ЦГА Москвы, фонд №203, опись №745, дело №1131, л. 185-186

[10]ЦГА Москвы, фонд №2127, опись №1, дело №397, л. 24-28

[11]ЦГА Москвы, фонд №16, опись №4, д. 1484 (п/н 1077).

[12]ЦГА Москвы, фонд №16, опись №31, дело 1162. О беспаспортных лицах, задержанных на фабрике крестьянина Алексеева в с. Анискино Богородского уезда.

[13]ЦГА Москвы, фонд №203, опись №745, дело №1879, л. 608

[14]ЦГА Москвы, фонд №203, опись №747, дело №1799, л. 1240-1250

[15]ЦГА Москвы, фонд №203, опись №780, дело №150, л. 151об-152

[16]ЦГА Москвы, фонд №203, опись №780, дело №162, л. 92-93

[17]ЦГА Москвы, фонд №203, опись №780, дело №3134, л. 125

[18]ЦГА Москвы, фонд №203, опись №780, дело №91, л. 498об

[19]ЦГА Москвы, фонд №203, опись №780, дело №132, л. 308об

[20]ЦГА Москвы, фонд №203, опись №780, дело №79, л. 257об-260об

[21]ЦГА Москвы, фонд №203, опись №780, дело №117, л. 154об

[22]ЦГА Москвы, фонд №203, опись №780, дело №43, л. 144об

[23]ЦГА Москвы, фонд №2127, опись №1, дело №397, л. 134об

[24]ЦГА Москвы, фонд №203, опись №747, дело №121, л. 350-351

[25]Исторические материалы для составления церковных летописей Московской епархии : Исторические материалы о церквах и селах XVI-XVII ст. / Собр. В. Холмогоровым и диаконом Г. Холмогоровым. - Москва : Тип. Л. Ф. Снегирева, 1881 г. / Вып. 6: Вохонская десятина (Московского уезда). - 1888. - IV, с. 114-119.

[26]РГАДА ф. 350, оп. 2, д. 1817, Ревизские сказки 1722-1727 гг.

[27]РГАДА ф. 1209 оп. 1 д. 9817 Переписная книга Московского уезда 1704 г. л. 341-343.

[28]РГАДА Ф. 1209, оп. 1, д. 9813. Писцовые книги 1677-1678 гг., л. 384об-386

[29]РГАДА Ф. 1209, оп. 1, д. 9809. Писцовые книги 1646 года. л. 364об

[30]РГАДА ф. 1209 оп. 1 кн. 685 Писцовые книги Московского уезда 1620-х гг., л. 1052-1052об

[31]Писцовыя книги Московскаго государства / под редакциею действительного члена Н. В. Калачова. - Санкт-Петербург : издание Императорского Русскаго географического общества, 1872-1895. [Ч. 1]: Писцовыя книги XVI века. отд-ние 2, Местности губерний: Ярославской, Тверской, Витебской, Смоленской, Калужской, Орловской, Тульской. - 1877. -[5], с. 43-50.

Поделитесь с друзьями