Богородск-Ногинск. Богородское краеведение

«Представляется - о здоровье и даже жизнеспособности общества свидетельствует, в первую очередь, отношение к людям, посвятившим себя служению этому обществу»
Юрий Ивлиев. XXI век

Мы в социальных сетях:
 facebook.com/bogorodsk1781
 vk.com/bogorodsk1781
Дата публикации:
22 февраля 2008 года

Досье: Павловский Посад и Павлово-Посадский район / Е.В. Жукова. Ремесленные училища в военное время

 

В годы Великой Отечественной войны в Павловском Посаде и Электрогорске работало несколько ремесленных училищ. Туда поступали ребята из старших классов школы, а иногда даже после начальной школы.

Женя Коробицын пришел в ремесленное училище N 29 после четырех классов. Детства почти что и не было. Голодным детям выдавали по шестьсот граммов хлеба в день. Они считались взрослыми и работали – точили хвостовые оперения для мин. Юные слесари-инструментальщики обучались химии, физике, но знали, что главное теперь – военное дело (пулемет, миномет, устав). Ремесленное училище готовило бойцов для Красной Армии. В 1943 – 1944 годах две группы станковых пулеметчиков по тридцать человек отправились из училища на фронт, ушли молодые мастера Сергей Кузьмин, Борис Шивалин, Анатолий Кульков. При выполнении спецзаказов токари Горюнов, Смолянинова и Глебова вырабатывали почти две с половиной нормы.

Ремесленное училище N 19 было организовано в соответствии с постановлением правительства о подготовке квалифицированных кадров для предприятий. В училище принимали ребят после четвертого класса; они работали в своих мастерских в три смены, изготавливая корпуса для ручных гранат, финские ножи для разведчиков и другое холодное оружие. В начале войны в училище числилось около шестисот ребят. Борис Иванович Никифоров работал мастером, он вспоминает: «Мы работали по шесть часов, на группу был общий план, делали инструменты для военной техники: плоскогубцы, кусачки, молотки. А еще – «ежи», предназначавшиеся против колесных автомашин. Его как ни кинь, он все равно остием кверху торчит и протыкает колеса машин. А с ПАСМ * к нам поступали отстрелянные и поврежденные гильзы, мы их приспосабливали для дальнейшей «эксплуатации».

В 1943 году пятьдесят ремесленников во главе с мастером Тимофеевым уехали на восстановление Донбасса. Производственной частью в училище заведовал Гасилин. Его ученики Виктор Большаков, Лев Кобозев, Александр Булатов, Иван Гусев, Николай Быков давали по 3 – 4 нормы в день. В сентябре ремесленники отправились на торф. Группы мастеров Королева и Каржавина работали на участке Скворцы, на участке Светлое озеро убирали сухой торф группы Федорова и Тимофеева.

Ремесленное училище N 47 было создано в 1940 году. Две группы по 25 человек начали обучаться профессии токаря и модельщика, и вскоре ремесленники могли уже выполнять несложные заказы для местных предприятий. Летом 1941 года первые выпускники сдали экзамены и отправились в Люберцы на завод им. Ухтомского делать снаряды.

«Поселили нас в Красково, рядом с аэродромом, – рассказывает Н.В.Кирьянов, – у нас была дорога да работа, спали на ходу. Мы вытачивали зенитные снаряды, а рядом цех – точили противотанковые ружья. Ночь работаем на станке, в перерыве дают информацию о фронте, в туалете – одна – три минуты, а инструктор наблюдает. К стене прислонишься и спишь. Мы стали падать. Нам сделали амортизаторы - на уровне головы резиновые стойки. Головой падаешь – чтобы не в станок. В буфете нам давали дополнительно ложку каши или тертую морковь как малолеткам, а работали мы в смене по двенадцать часов. А немцы все ближе, бомбят Красково. Осколком однажды нашу дверь вышибло – инструктор нас добудиться не мог. Бомбили без конца. Нас стали посылать на крышу, сбрасывать зажигалки. Чуть отбой – мы тут же уснем на крыше. Потом опять тревога – а мы уже на крыше. Это продолжалось до ноября».

Завод стали эвакуировать в Новосибирск. Малолетних ремесленников отправили домой, то есть на тяжелейшую работу на торфяных болотах Шатурской электростанции. Москве не хватало энергии. Спасали положение Шатурская ГРЭС и Электропередача. Подростки поднимались в пять утра, ели баланду с хлебом, потом шли пять километров до карьеров. Обуты ребята в рваные бахилы на босу ногу, из бахил торчат красные, как у гусей, пальцы. И весь день на карьерах они грузят в вагоны торф, а вечером – та же миска баланды – и спать. Но вот, не выдерживая такой жизни, они решили бежать, и однажды после работы залегли в пустые вагоны, отправляющиеся на ГРЭС, добрались до Орехово-Зуева, а оттуда домой. В Павловском Посаде уже знали о беглецах. Бывший директор училища Елисеев к тому времени уже был председателем исполкома. «Ребята, – сказал он, – Москве нужна энергия. Я не смогу ничего для вас сделать», – однако дал по буханке хлеба и отправил снова на торф.

Еще недолго проработал Николай Кирьянов в Шатуре, а когда вернулся, мать не сразу поняла, что этот высокий, худой как скелет, одетый в жалкие отрепья подросток – ее сын. По лицу ее лились слезы, а сын, едва добравшись до постели, свалился в тифозной горячке.

Р.И. Соловьевой к войне было тринадцать лет. Она тоже попала в ремесленное училище, девочек там учили делать молоточки. Правда, они не доставали до станков и стояли на стеллажах. Но летела стружка из железных брусочков, и один за одним укладывались в ящики готовые молоточки. А летом девочки месили ногами торф за деревней Васютино и работали на лесосплаве – таскали и укладывали выловленные бревна.

«Нас кормили все-таки в ремесленном и выдавали платья, ботиночки, телогрейки...»

Пятая группа училища N 47 готовила холодное оружие для десантников – финки и офицерские ножи. Финки плоские с деревянными ручками делали из инструментальной стали, а офицерские ножи имели два желоба для стока крови и были похожи на старинные мечи. Готовые финки упаковывали в ящики и везли на машинах в воинские части. Но и себе мальчишки наготовили ножей: а вдруг немцы-десантники.

«У нас была спецформа – черная шинель, флотская фуражка, гимнастерка, брюки с голубым кантом, на пряжке пояса - РУ-47, - вспоминает Николай Федорович Кузьмичев, – в старопавловскую столовую строем ходили и под духовой оркестр шли в первомайском параде. Наш военрук Ерохин Николай Иванович – всю финскую прошел, а потом на Отечественную взяли. А нас в Москву на ГПЗ отправили – так назывался подшипниковый завод имени Кагановича. Мы работали в подземелье, делали для мин «стаканчики» из стали. Завод был замаскирован, но все равно, как бомбу сбросят – лампочки дрожат. С работы бежали, закрыв голову телогрейкой, прикрывшись руками. В ремеслуху я вернулся в сорок третьем году. Отца убили – извещение прислали, и мне – повестку».

Выпускников ремесленного училища направляли на предприятия Москвы и Подмосковья, они готовили снаряды в Электростали, работали на 8-м военном заводе в Подлипках, выпускали конденсаторы на 175-м заводе в Павловском Посаде.

Алексей Ремизов обтачивал гранаты-лимонки на «Металлисте». Его старший брат Николай, тоже ремесленник, был призван в армию и погиб, сгорел в танке в сорок третьем году.

 

 

Примечание:

* Полевая артиллерийская снаряжательная мастерская

 

 

 
При использовании материалов сайта ссылка категорически приветствуется.
© Богородск-Ногинск. Богородское краеведение. 2004-2019
Политика конфиденциальности
Яндекс цитирования Check PageRank
На верх страницы