Богородск-Ногинск. Богородское краеведение

«Так говорит Господь: остановитесь на путях ваших и рассмотрите,
и расспросите о путях древних, где путь добрый, и идите к нему»
Книга пророка Иеремии. (6, 16)

Мы в социальных сетях:
 facebook.com/bogorodsk1781
 vk.com/bogorodsk1781
Дата публикации:
16 января 2014 года

Где же был Шернский лес?
(Из работы «Древние пути восточного Подмосковья»)

Алексей Симонов

Шернский лес в русских летописях упоминается дважды: под 1177 г. (1) и под 1238 г. (2) В описании 1177 года этот лес упоминается в цепи событий связанных с борьбой князя Всеволода Большое Гнездо за владимирский стол с новгородским князем Мстиславом. События 1238 г. описывают нашествие татаро-монгол, во главе с Батыем, на Русь. После битвы на реке Сити в плен к татарам попал ростовский князь Василий (Василько). Житие этого князя и летопись указывают, что он был казнён татарами в Шеренском лесу. Исследователи и толкователи локализуют этот лес в различных местах. Но об одном и том же лесе идёт речь в летописях? И где же был Шернский лес?

Первое на что падает внимание при ознакомлении с материалами это различное написание названия леса в летописях: в 1177 г. «Шерньский», в 1238 г. – «Шеренский». А также различное написание у исследователей. У М.К. Любавского в «Исторической географии России» - «Ширенский». (3) У толкователя жития князя Василия (Василька) Ростовского – «Шеринский». (4) Исследователи и толкователи утверждают, что речь идёт об одном и том же лесе. Попробуем разобраться.

В житии князя Василия (Василько) Ростовского говориться: «Шеринский лес получил своё название от села Шеринского. Село Шеринское, бывший прежде монастырь, от Кашина в 25 верстах, от Калязина в 38-40 верстах, при реке Шеринке, впадающей в Медведицу». (5) В 1909 году М.К. Любавский писал: «Прямо к северу отсюда (от Переславя-Залесского – А.С.), в середине полуострова, образуемого крутым изгибом Волги и рекой Которослью, находился хорошо известный летописям XII и XIII вв. Ширенский лес, где в 1238 г. после Ситского побоища погиб князь Василько Ростовский. Под тем же названием этот лес существует и поныне». (6) Толкователь русских летописей пространно замечает, что данный лес находится в Суздальской земле. (7)

Думается, что место казни князя Василия Ростовского в Шеренском лесу в районе Кашина и Калязина указывается верно. Так как это произошло 4 марта 1238 г., т.е. в день битвы на реке Сити. А эти места не далеки друг от друга. В житии говорится, что татары «захватили в плен святого князя, отвели его в свой стан и остановились у леса Шеринскаго».

Однако, детальное рассмотрение событий 1177 г. заставляет усомниться, что речь идёт об одном и том же месте.

Ключом к разъяснению данного вопроса может служить детальное рассмотрение событий 1177 года, описанных в русских летописях. В этот год умер Владимирский князь Михаил Юрьевич, внук Владимира Мономаха. Владимирцы послали в Переславль-Залесский звать на княжение другого внука Владимира Мономаха – Всеволода Большое Гнездо, а ростовцы послали за князем Мстиславом в Новгород. Спор был разрешён Липицкой битвой, где Всеволод одержал победу над Мстиславом. Но, Мстислав, изгнанный из-за этого новгородцами, на этом не успокоился. Он поехал в Рязань к своему зятю Глебу и подговорил его напасть на Москву, находящуюся во владимиро-суздальской земле. Той же осенью Глеб сжёг Москву. Всеволод не мог оставить это без ответа и пошёл с дружиной на Рязань, наказать Глеба. По пути следования Всеволод встретил новгородцев и для нас важно, где произошла эта встреча. Летописец указывает: «И бывшее ему (Всеволоду – А.С.) за Переславлем под Шернъским лесом, в то же время приехали к нему новгородцы и рекоша ему: «Княже! Не ходи без новгородских сынов, поди на нь одноя с нами». (8) Известно, что князь Всеволод уже будучи Великим князем Владимиро-суздальским сохранял свою резиденцию в Переславле-Залесском. Основываясь на этом переславские краеведы утверждали, что их город наровне с Владимиром и Москвой тоже какое-то время являлся столицей древней Руси. Отсюда мы видим, что Всеволод «пошёл на Глеба с ростовцы и суздальцы и переславцы» и ехал из Переславя в сторону Рязани. На составленной по данному материалу карте-схеме видно, что движение Всеволода из Переславля могло быть только на юг. Но никак не на север в сторону Ростова и Ярославля, где локализует Шеренский лес М.К. Любавский и не на северо-запад в сторону Кашина и Калязина, где локализует этот лес толкователь жития Василия (Василька) Росовского. На схеме мы видим, что почти от самого Переславля строго на юг течёт река Шерна, впадающая в Клязьму. Правый берег этой реки – суходол, левый заболоченный местами и по настоящее время. В домонгольский период путь вдоль правого берега Шерны и по Шерне использовался для движения из Переславля на юг – во Владимир, Москву, Коломну и Рязань, а также далее в Киевскую Русь. То, что Шерна являлась транзитной рекой в те времена напрямую следует из анализа археолога А.А. Юшко в его работе «Московская земля IV-XIV веков». Автор указывает, что группы селищ Московской земли, в том числе вдоль реки Шерны, прекратили своё существование в XIII веке. «В целом на изучаемой территории в XIV в. продолжает существовать около 44,5% поселений (73) селища, возникшие в домонгольский период. Это в основном поселения, расположенные на нетранзитных реках (бассейн р. Пахры, среднее течение р. Вори, некоторые водораздельные участки).

Таким образом, исчезновение и запустение сельских домонгольских поселений связано с монголо-татарским нашествием». (9)

Поселения на транзитных реках исчезают в XIII веке практически полностью – 84,6 %. Таким образом становиться ясно – Шерна в домонгольский период являлась транзитной рекой, т.е. по ней и вдоль неё проходило торговое и военное движение. В последующий период, в XIV в. и позднее поселения вдоль Шерны не восстанавливаются, так как в результате монголо-татарского нашествия была разрушена система политических взаимоотношений в Северо-Восточной Руси и как следствие произошло смещение хозяйственно-экономических связей, а следовательно и путей сообщения. Путь вдоль Шерны трансформировался, сохранился лишь отчасти. Основной экономический поток с начала XIV века был смещён в сторону оси: Новгород – Тверь – Москва. Жить вдоль Шерны стало не выгодно.

Таким образом, Шернский лес в контексте событий 1177 года – это лес вдоль реки Шерны почти от Переславля-Залесского до впадения в Клязьму. Это подтверждает неизвестный автор в «Археологической заметке по Московской епархии», опубликованной в 1896 году. Так, автор пишет: «Прилегающая теперь мимо Сергиевой Лавры дорога на Переславль не могла существовать даже в половине XIV в., потому что и к самой пустыни преп. Сергия долго не было никакой дороги, и сообщение Москвы с Переславлем производилось, вероятно, по Стромынской дороге до Шернскаго леса, а от Шернскаго леса до Переславля была дорога ещё в 1177 г. (10) Мы видим, что автор заметки не озабочен поиском Шернского леса, он утвердительно говорит, что это лес вдоль реки Шерны. Быть может в XIX веке название «Шернский лес» ещё было в обиходе?

Анализируя летописные сообщения, задаемся вопросом, а что в Шернском лесу делали новгородцы? Что привлекало их в этот регион? Ведь где Новгород, и где Шерна! Ответ на этот вопрос прост и сложен одновременно. Прост, потому что ответ – экономические интересы новгородцев. А сложен потому что порождает множество других вопросов.

Известно, что новгородская и псковская земля очень скудны на урожай. Своего хлеба там всегда не хватало. Год хорошего урожая новгородский летописец отмечает как необычайное событие. Новгородцы были вынуждены всегда покупать хлеб на юге и возить его оттуда. В XII веке и ранее узловым пунктом торговли Новгорода с югом был Переславль-Залесский, так как возле него проходил волок из Нерли Клязьминской в Нерль Волжскую.

Возможно, что в какой-то мере использовался и путь вдоль Шерны. С древних времён владимиро-суздальское ополье – регион черноземья в северо-восточной Руси – было обильно на урожай зерновых. Владимиро-суздальские князья имели возможность напрямую влиять на политику Новгорода, перекрывая поставки хлеба в районе Переславля. Кроме того к началу XIII века князья Переславля-Залесского оттеснили новгородцев с тверской земли, включили её в состав своих владений. Тем самым устанавливался контроль за снабжением Новгорода хлебом с юга через реку Тверцу, через Торожок (Новый Торг) и Волок Ламский. Приглашённый в 1215 году на новгородское княжение Ярослав Всеволодович начал преследовать сторонников прежнего князя новгородского Мстислава Удалого, посягал на вечевые порядки, а затем, поссорившись с новгородцами, покинул город, захватил Торжок и Волок Ламский и прекрыл подвоз зерна в Новгород. (11) Одной из причин Липицких битв называют как раз борьбу за экономический контроль. Дважды – в 1177 и 1216 гг. князья, боровшиеся за власть, избирали поля под Юрьевом местом кровопролитнейших сражений, которые «славны только множеством крови, пролитой на них, а не побуждениями, окрылявшими ратников в сечах».

В самом центре Шернского леса на речке Ширенке, впадающей в Шерну, в XI-XIII и XIV-XVII вв. существовал так называемый Шерно-городок. Остатки крепостных валов этого городища существуют и теперь. Шерна-городок был открыт и исследован археологом С.З. Черновым. По данным археологов Шерна-городок был укреплённым общинным центром с расположенными вокруг него селищами-посадами. По своему типу он очень напоминает Радонеж. Шерна-городок упоминается в Духовных грамотах великий князей: Дмитрия Ивановича (1389) и Ивана Васильевича III (1509), а также в духовной грамоте царя Ивана Васильевича (1572).

Известно, что город может существовать лишь там, где есть развитые промыслы и торговое сообщение. Вероятно, что Шерна-городок являлся центром или одним из центров на торговом пути из Переславля на юг к Клязьме через Шернский лес. На исторических картах XIV-XVII вв., составленных по материалам С.Б. Веселовского эта местность называется «стан Шеренский и Отъезжий».

И в заключении коснемся вкратце гидронима, названия реки – Шерна. Некоторые исследователи предполагают происхождение названия из литовского sernas – «дикий кабан» и sirnas – «злой». (12) Однако, в начале своего течения эта река называется Серая, а после впадения в неё Молокчи – уже Шерной. В некоторых источниках Серая именуется Серна (с ударением на последнем слоге). Возможно, это устаризм оттенка серого цвета, как красный – красна, чёрный – черна. А замена звука «с» на «ш» в русском языке явление распостраннённое. Серая – Серна – Шерна.

Подводя итог, вывод можно сделать следующий. Летописец не ошибся обозначив один лес «Шеренский», а другой «Шернский». Шеренский лес событий 1238 года - это лес на Волге по локализации М.К. Любавского. А Шернский лес событий 1177 года – лес вдоль реки Шерны. Путь вдоль Шерны на юг из Переславля в Москву, Коломну и Рязань. Возможно, один из самых древних путей северо-восточной Руси.

Источники:

1. Полное собрание русских летописей. Т.1. Лаврентьевская летопись. Спб., 1846. С.161-162.

2. Русские летописи. Т. 1. Симеоновская летопись. Рязань. 1997. С. 88.

3. М.К. Любавский. Историческая география России. Спб.,2000.С. 59.

4. Жития святых. Русские святые. Книга дополнительная вторая. Введенская Оптина пустынь. 1994. С.376.

5. М.К. Любавский. Там же.

6. Указатель к первым восьми томам ПСРЛ. Отд. 2. Спб., 1907. С. 565.

7. Жития святых. Там же.

8. ПСРЛ, Лаврентьевская летопись. Там же.

9. А.А. Юшко. Московская земля IX-XIV веков. М., 1991. С. 23.

10. Московские церковные ведомости. 1896. № 21. С. 273-274.

11. Отечественная история. Энциклопедия. Т. 3. М. 2000. С. 360.

12. Топонимический словарь Московской области. М. 2000. С 298.

 
При использовании материалов сайта ссылка категорически приветствуется.
© Богородск-Ногинск. Богородское краеведение. 2004-2019
Политика конфиденциальности
Яндекс цитирования Check PageRank
На верх страницы