«Если мы не будем беречь святых страниц своей родной истории, то похороним Русь своими собственными руками». Епископ Каширский Евдоким. 1909 г.

25 января 2024 года

Черноголовка

Черноголовская газета № 44 23 октября 2008 года

Вот моя деревня

Светлана Калачева

Незаметно, но безвозвратно уходят годы, складываясь в десятилетия и века, они стирают с лица земли деревни, сёла, города и целые страны. Годы уносят сначала силу людей, а затем и их жизнь, часто предавая забвению многие человеческие судьбы.

Тамара Михайловна и Иван Митрофанович в день свадьбы. 1958 год

Тамара Михайловна и Иван Митрофанович в день свадьбы. 1958 год

Старки

Еще полвека назад жизнь в Старках была такой же, как в окрестных деревнях. Впро­чем, это была не просто де­ревня, а коллективное хо­зяйство - колхоз имени Во­рошилова. Люди трудились на фермах, в полях, а в сво­бодное от работы время со­бирались на посиделки; же­нились, растили детей, ходи­ли в гости друг к другу. Все были на виду.

Когда в 60-е годы начал строиться научный поселок Черноголовка, стали зазывать туда людей на жительство: нужны были простые работя­ги, подсобники. Многие сор­вались с насиженных мест, да и недалеко, в общем-то, уеха­ли, сменили свои дома на квартиры, нелегкие заботы колхозника - на нормирован­ный рабочий день.

Однако не все пересели­лись в Черноголовку, у семьи Ассоровых была своя причи­на остаться жить на своем прежнем месте...

Косить я любила

 

Царь-девка

Всю жизнь - а это 81 год - Тамара Михайловна Ассо- рова прожила в Старках. В семье было двенадцать де­тей, не надо и объяснять, что к труду приучались быстро. В колхозе никакая работа ее не пугала, любое дело спорилось в умелых руках. А уж когда война на­чалась - досталось всем. На­равне со взрослыми юная Тома пахала, молотила, на торфяниках работала. Когда во Фряново открыли трудо­вой фронт, вместе с подру­гами подалась туда. Жили на квартире, спали прямо на полу, хотя это было и не важно: от усталости с ног валились, об удобствах и не думали. Чего только в воен­ное лихолетье не приходи­лось делать: рыли окопы, заготавливали дрова для па­ровозов, сеяли-убирали хлеб, растили скотину. И за что бы ни бралась Тамара Михайловна, все делала ловко, умело, во всем мас­терица. А уж как косила - мужики любовались! "Ру­кастая девка, - говорили про нее односельчане, - по­везет же тому, кому доста­нется такая жена".

Иван крестьянский сын

Так сложилась жизнь, что самые цветущие годы Тама­ры Михайловны и ее ровес­ниц прошли в трудах-забо­тах, гулять было некогда. А тут к приятельнице по трудо­вому фронту приехал брат - спокойный, немногослов­ный рязанский парень, Ива­ном звать. Познакомились, пригляделись друг к другу да и расписались. Вот уже более полувека живут они душа в душу. Вырастили дочь, вы­нянчили внучек, а сегодня балуют уже правнуков.

Непростая была судьба у Ивана Митрофановича. В голодное военное время по­жалел женщину, привез ей два мешка овса и получил за это два года лишения свобо­ды. Едва вернулся, у его ма­тери, растившей шестерых детей, нашли "неположен­ные" продукты. На этот раз срок был больше, но попал под сталинскую амнистию, отпустили. На родину возв­ращаться не стал - тяжелы воспоминания, приехал к сестре и остался насовсем.

Муж оказался работящим, под стать жене. Трудился на всех стройках в округе, в том числе и в Черноголовке. Сво­ими руками построил дом, в котором живут по сей день. Как-то предложили ему рабо­ту в лесничестве, согласился, да так и прослужил лесником до самой пенсии.

Ехать нельзя, остаться

Когда возводилась Черно­головка, супруги Ассоровы принимали активное учас­тие в строительстве. Тамара Михайловна работала и уборщицей, и лаборанткой - сначала в Химфизике, по­том в ИСМАНе. Как и в прежние времена, все дела­ла старательно и добросове­стно. Сколько было сил, столько и трудилась, на пенсию уходила с общим стажем 62 года.

Однажды на работе у Тама­ры Михайловны защемило сердце. Скорую вызывать не стали, напилась она лекарств да сама в больницу отправи­лась. По дороге зашла в мага­зин дочке-школьнице сапож­ки посмотреть, там встрети­лась с односельчанкой, а та ей и говорит: "Ходишь тут, а дом-то твой сгорел". Не сразу поверила в случившееся Та­мара Михайловна, лишь ког­да добралась по снежным за­носам до пепелища... К счастью, дочка не успела со школы вернуться, не постра­дала. Немало времени приш­лось семье скитаться по родственникам. Многие по­могали погорельцам кто лож­кой, кто одежкой.

Со временем на месте ста­рого дома построили новый. Правда, в деревне остались они почти одни, остальные- то переехали в Черноголов­ку. Однако спустя пару лет некоторые односельчане стали возвращаться, но уже в качестве дачников.

“Матушка возьмёт ведро, молча принесёт воды”

“Матушка возьмёт ведро, молча принесёт воды”

Ты да я, да мы с тобой

Супруги Ассоровы давно никуда не выезжают: ноги не ходят, руки не держат. От былой трудовой деятельнос­ти осталось много грамот и наград да подорванное здо­ровье. Но они не сдаются. Иван Митрофанович все но­ровит в лес пойти по грибы, по ягоды. Тамара Михайлов­на по дому хлопочет. Гостям здесь всегда рады, встречают хлебосольно: что есть в печи - на стол мечи, без угощенья не отпустят.

Дети и внуки приезжают часто, без внимания стари­ков не оставляют. Всюду чувствуется их участие, во всем подмога. Дочка цветов насадила красоты невидан­ной, внучки собственноруч­но сделали необычные вазо­ны, зятем старики не нахва­лятся - на все руки мастер: печку сложил, колодец обустроил. И все-то делается дружно, "с огоньком".

Вот ведь как бывает: не успеешь оглянуться, а жизнь пролетела. Остается раз­мышлять о том, как все-таки беззаботна юность, суетлива зрелость и как одинока бы­вает старость. Хорошо, что близкие помогают справить­ся с одиночеством.

Кому звонить в колокол?

Сегодня в Старках около 30 домов, в основном используе­мых как дачи. Народ понаехал отовсюду, отгородился высо­кими заборами. В гости хо­дить стало не модно, ценится уединенность - сюда приез­жают отдохнуть от суеты. С соседями ладят в основном те, чьи жизненные пути пере­секались в прошлом здесь же. Новосёлы чувствуют себя хо­зяевами и не пытаются найти общий язык с деревенскими жителями.

Летом в Старках жизнь бо­лее-менее кипит, а с прихо­дом холодов начинается мертвый сезон. Лишь ветер гуляет по опустевшей улице, да холодные звезды отража­ются в окнах домов.

В распутицу попасть в Старки непросто, дорога совсем никакая. Даже летом "скорая" еле добралась до де­ревни и впредь зареклась сю­да ездить. Зимой дорогу пе­риодически стараются очи­щать от снега. Своего мага­зина нет, примерно раз в не­делю приезжает автолавка, привозит продукты да необ­ходимые товары.

С привычными для многих людей условиями цивилиза­ции здесь тоже свои пробле­мы. Из-за старой подстанции случаются перебои с элект­ричеством, особенно тогда, когда кто-то из соседей включит мощное устройство. О газопроводе пока только мечтают, топятся дровами. Вода чистая - в колодце. Хо­рошо, что с внешним миром есть связь, сотовая. Хотя, ко­нечно, телефон для экстрен­ного вызова имеется. Прав­да, пожилому человеку до него еще дойти надо. Зато рядом с домом подвешен "колокол" - для набата при особых случаях, чтоб народ созвать. Если, конечно, тако­вой будет поблизости.

Бригада лесников. И.М. Ассоров - второй справа

Бригада лесников. И.М. Ассоров - второй справа


Фото автора и из архива семьи Ассоровых

Поделитесь с друзьями

Отправка письма в техническую поддержку сайта

Ваше имя:

E-mail:

Сообщение:

Все поля обязательны для заполнения.