Богородск-Ногинск. Богородское краеведение

«Так говорит Господь: остановитесь на путях ваших и рассмотрите,
и расспросите о путях древних, где путь добрый, и идите к нему»
Книга пророка Иеремии. (6, 16)

Мы в социальных сетях:
 facebook.com/bogorodsk1781
 vk.com/bogorodsk1781
Дата публикации:
08 августа 2005 года

Альманах"Богородский край" N 1 (2002)

 

К ИСТОРИИ ПРОМЫШЛЕННОГО И АГРАРНОГО РАЗВИТИЯ КРАЯ

ХИМИЧЕСКАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ В БОГОРОДСКОМ КРАЕ

(краеведческие заметки)

Еще в XIV в., при непрерывно происходивших войнах, русские почти одновременно с Европой начали применять в военных целях порох. Существуют сведения о том, что уже в 1382 г. при осаде Москвы Тохтамышем обороняющиеся русские впервые применили артиллерию. В России, видимо, уже тогда умели изготавливать селитру, составляющую около 75% пороха, а вот серу (12—13%) завозили, скорее всего, из-за границы. Другая составная часть пороха — уголь был «под рукой»: углежжением на Руси занимались издавна.

В Москве существовала местность, называемая Козьим болотом, которая была населена кустарями — изготовителями пороха. В 1655 г. близ Москвы, на р. Яузе, были построены два пороховых завода, так называемые верхняя и нижняя мельницы. Эти первые два завода интересны для нас тем, что их владельцы через несколько лет займутся пороховым делом в наших местах. Арендаторами Верхней и Нижней мельниц в разное время состояли иностранцы Родион Мейер и Елизарий Избрант, наш соотечественник Филимон Аникеев. Непосредственное участие в становлении пороховой промышленности принимал, как государственный деятель, Яков Вилимович Брюс (1670-1735).

С 1704 г. нижняя мельница на Яузе был передана в аренду для порохового дела «отставному кузнецу Ф. Аникееву и зятю его гостиной сотни Абраму Кириллову». Именно к этому времени относятся сведения о том, что у Аникеева был еще один пороховой завод в Московском уезде, в Рогожском стане, на р. Клязьме.

Крупным пороховым заводчиком в Петровскую эпоху был голландец Андрей Стельс, который находился под особым покровительством Петра I. Историки затруднялись назвать точную дату основания им завода на р. Клязьме в Обуховской слободе, где до этого уже работала полотняная фабрика, сведения же о пороховом заводе встречаются с самого начала XVIII в.

Стельс познакомился с Петром, видимо, в 1697 г., после чего успешно выполнял его поручения за рубежом. После прибытия в Россию он основывает производство пороха в Обуховской слободе и сразу же добивается его высокого качества. В 1708 г. Петр I запрещает кому бы то ни было производить порох, кроме Стельса, что было вызвано плохим качеством пороха, изготовлявшимся заводами Мейера и др. В этом же году Петр пишет сыну Алексею: «Порох, который подряжают разные подрядчики, в чем много является худо, того ради вели отдать одному Стельсу». Стельс был крупным капиталистом того времени, по «нарядам» казны он поставлял также полотно со своей полотняной фабрики. В связи с тем, что эти наряды не исполнялись вовремя, Стельс писал в свое оправдание, что все его время занято пороховым заводом, что «у того порохового дела бывает он непрестанно денно и ночно».

После смерти А. Стельса (1712), его вдова — Варвара Стельс некоторое время продолжала дело, затем она продала завод Андрею Рухтеру и Баргузину (последний умер в 1719 г.), от них завод перешел к мужу родной сестры жены А. Рухтера — Андрею фон Амстелю и Казимиру Мейеру.

После взрывов 1744 и 1761 г., унесших сорок одну жизнь, на заводе осталось мало работников и новые владельцы Амстель и Мейер просили Правительствующий сенат разрешить им покупку деревень с крестьянами. Несмотря на большую потребность в порохе, Сенат не разрешил этой покупки, не разрешил он приобретать и безземельных крестьян. В это время уже было понимание ущербности подневольного труда и Сенат предложил владельцам завода «довольствоваться вольными по пашпортам за договорную цену людьми». Фон Амстель умирает в 1767 г., владельцем Обуховского завода становится его зять Казимир Мейер. В 1768 г. он заключает контракт на поставку казне 8 тыс. пудов пороха в год. В 1769 г. завод покупает вдова М. Раушерт, с 1788 г. он переходит к ее дочери, жене майора Е. Неддергоф. Затем завод переходит к зятю Раушерт (видимо, ко второму мужу ее дочери) — Адаму Беренсу. В 1783 г. с Беренсом был заключен договор на поставку в течение 4 лет по 4 тыс. пудов пороха в год. Взятые на себя обязательства Беренс выполнил и было изготовлено 16 005 пудов пороха, который обходился казне на 18% дешевле казенного. Испытывался порох трижды: на заводе, после доставки его в Москву и по прошествии полугода хранения. На 1811—1812 гг. с Беренсом был заключен контракт, аналогичный с заводом Губина в Успенском, на поставку 4,5—5 тыс.. пудов пороха ежегодно. В это время на заводе Беренса работали в три смены. Производство состояло из семи «фабрик»: одна — «бегунная фабрика», была предназначена для измельчения серы, селитры и угля; на шести других производилось «делание самого пороха». В смену на всех «фабриках» было занято 9 человек, т. е. всего 63 работника. Кроме того, был один «плотинной» мастер, который смотрел за плотинами на Клязьме. Сам Беренс сообщал, что дневная зарплата рабочих составляет 1 рубль, что для того времени было довольно много. Работа у Беренса, как и на других заводах, была сезонной: она начиналась с 1 апреля и заканчивалась 1 ноября. Это, видимо, было одной из причин нехватки рабочих рук, так как крестьянин не мог уйти на такие заработки, не бросив совсем земли. Порох Беренса славился: «бил выше указанных (в кондиции) фут», и казна охотно покупала его. Стоимость пороха частных заводов сохраняла уровень почти на 20% ниже цены казенных заводов. В конце 1819г. Беренс умирает и завод останавливается. В 1820 г. обнаружилось, что наследники его задолжали огромные суммы разным лицам и завод «по долговым претензиям» подлежал продаже. Завод был оценен в 201 тыс. рублей, а долгов набралось на 700 тыс. рублей. Была составлена опись имущества завода и принадлежавших заводу 600 крепостных, из них 324 — мужского пола. Мужчины были оценены в 200 рублей за «душу», а женщины — 100 рублей. При заводе в то время была и бумажная фабрика, в описи фигурируют «строения бумажного заведения» с ролями, водяными колесами, черпальней, белильней, саморезкой и т. д.

Вторым частным пороховым заводом был уже упоминавшийся завод около с. Успенского на Клязьме. Есть сведения, что он также был основан Стельсом, от него перешел к Филимону Аникееву. После смерти Ф.Аникеева он перешел к его сыну Якову. Контракт 1726 г. свидетельствует о производимом количестве пороха — 8 тыс. пудов в год. В 1729 г., когда заводом владела вдова Якова - А.Аникеева, завод был конфискован за долги в огромную по тому времени сумму (32 т. р.), сделанные Филимоном и его сыном, но по ее просьбе с 1732 г. было дано разрешение на изготовление пороха. В это время А. Аникеева вышла замуж за чиновника Романа Хрисанфова. Завод давал только 1 тыс. пудов пороха в год. В связи с тем, что А. Аникеева и ее новый муж прошлые долги не думали возвращать, все движимое и недвижимое имущество, в том числе дом и другие постройки в Москве, были описаны и отданы другим людям. По мнению историков, опись имущества Аникеевых представляет интерес «для лиц, изучающих быт русского населения второй четверти XVIII в., в особенности она интересна для тех, кто интересуется русской одеждой той эпохи». Описан был и завод. В составе описанных построек завода значилась «плотина мелничная крепкая» на р. Клязьме. Завод все же был отдан вдове Аникеевой, и после смерти Хрисанфова в 1744 г. она вступает в компанию с купцом Клюевым. Архивный документ свидетельствует: «Якова Филимонова жена, вдова Авдотья Матвеева дочь с сыном своим Ильей Яковлевым, да в товарищество свое приняла купца Гаврила Потапова сына Клюева». В 1748 г. за 8 тыс. рублей завод был передан Клюеву в «вечное владение». В 1754 г. Клюев обязался поставлять казне по 8 тыс. пудов ежегодно. Гаврила Потапович оставил после себя память тем, что построил на берегу Клязьмы церковь Успения Пресвятой Богородицы, точную архитектурную копию церкви села Рогожа. Село Успенское, Исады тож, часто называли Клюевым. В 1765 г. владельцем завода продолжал оставаться Г.П. Клюев с его женой Настасьей Ильиничной и дочерьми Еленой, Анной и Елизаветой. После смерти самого Гаврилы Потаповича, Настасьи Ильиничны и их дочери Елены завод принадлежал двум оставшимся дочерям: Анне Нероновой и Елизавете Мусиной-Пушкиной. В 1773 г. порох поставлялся в Артиллерию именно с их завода. С 1779 г. завод принадлежал Е. Мусиной-Пушкиной и ее мужу майору М.Мусину-Пушкину. Военная Коллегия доносила в Правительствующий Сенат: «...пороховой завод имеет довольное в машинах и инструментах заведения стоющее великого иждивения, и не только по числу выставляемого пороха, но и с излишеством выставлять может». В 1788 г. завод был куплен вдовой Е. Неддергоф. В 1789 г. она поставила казне 7928 пудов пороха. Одно время майорша Е. Неддергоф была владелицей двух заводов: в Успенском и в Обухове. В 1793 г. завод был куплен у Е. Неддергоф Михаилом Павловичем Губиным, в 1809 г. им заключен контракт на поставку пороха по 3,5 тыс. пудов в год. На 1811-1812 г. правительством были разработаны «кондиции» контракта, в одном из параграфов которых сказано, что если произойдет пожар или взрыв (от молнии или другой причины, не зависящей от владельца), или «плотину прибылою водою разорит», то он, Губин, будет освобожден от уплаты неустойки, предусмотренной в случаев невыполнения «наряда», а количество сгоревшего пороха будет зачтено при сдаче его казне. Если же взрыв произойдет по вине Губина, то он обязан был уплатить за сгоревшие материалы (селитру и серу). Губины были довольно состоятельными и уважаемыми в Москве людьми. Михаил Павлович Губин имел в центре Москвы замечательный особняк (с этим особняком вплоть до начала XX столетия будет связана судьба несколько богородских фамилий), владели Губины и крепостными крестьянами, землею и «протчими принадлежностями». Возможность приобретения имения возникла, скорее всего, с переходом одного из сыновей Михаила Павловича в дворянское сословие.

Во время вторжения в Россию Наполеона завод Губина был разрушен, но оборудование и готовый порох удалось вывезти. В 1813 г. завод был не только полностью восстановлен, но и выполнил договор с казной на поставку 4 тыс. пудов пороха. В дальнейшем завод производил по 5 тыс. пудов пороха в год. Губины аккуратно выполняли казенные заказы и поставляли качественный порох по достаточно низкой цене. Бочки для «укупорки» пороха и уголь они употребляли свои и денег за них не взымали. Но на 1826 г. договор с заводом заключен не был из-за снижения потребности в порохе, и завод прекратил свое существование.

Третий по числу пороховой завод, их в Московской губернии в те годы было всего три и все они располагались в Богородском уезде, был основан в 1698 г. Елизарем Избрантом и находился, скорее всего, близ села Савинского на р. Воре на земле Лопухиных. Там же располагался его известный оружейный завод. По времени основания завод Избранта можно назвать первым частным пороховым заводом в России. Именно сюда перенес после 1746 г. свое пороховое производство Федор Пороховщиков, с которым в 1755 г. был заключен договор на поставку пороха по 4 тыс.пудов ежегодно на 10 лет. К концу срока этого договора завод перешел по наследству к племяннику Пороховщикова Ф. Маркову и, видимо, в конце XVIII века прекратил свое существование.

В 1725 г. Указом Правительствующего Сената была регламентирована работа частных пороховых заводов: разрешалось иметь на каждом заводе по 75 «мастеровых» и рабочих с определенными Указом «прокормежными»;

запрещалось принимать беглых крепостных людей; предписывалось не отпускать крепостных рабочих, обучившихся пороховому делу, при условии покупки этих крепостных у помещиков. Страхование заводов если «учинится какая гибель или разорение» от взрыва или пожара, связанных с производством, стало повсеместным. Последнее помогло восстановить после взрывов заводы Обуховский (в 1744 г., когда владельцами были Мейер и фон Амстель) и Успенский Г.П.Клюева. Однако ни казенные, ни частные московские (находившиеся на территории будущего Богородского уезда) заводы с выпуском потребного для государства количества пороха не справлялись, и властями предписывалось делать порох «...всеконечно сполна... без всякого подлога, как честным и добрым людям надлежит, опасая себя за неисполнение суда и штрафа», владельцы предупреждались, что при неисполнении договора «оные заводы со всеми принадлежностями буде потребно будет иметь взять у них в артиллерию».

На частных пороховых заводах рабочих рук, как правило, постоянно не хватало, несмотря на относительно высокую оплату труда. Работа была тяжелой, кроме того она была связана с постоянной опасностью взрыва или пожара. В документах не имеется свидетельств о выплате пенсий или пособий пострадавшим от взрывов рабочим или семьям погибших. Влияла и сезонность работы: работник порохового завода был занят как раз весь сельскохозяйственный период. Власти для пополнения недостатка в рабочих иногда посылали на заводы солдат. Один из документов Обуховской слободы подтверждает прибытие на завод 24 солдат.

Интересно, что славившийся своей жестокостью военный министр А.А.Аракчеев (1769—1834), проявлял заботу о работниках пороховых заводов. Так, в 1803 г. Аракчеев, указывая на трудность работы и «ежеминутную» опасность пребывания на пороховых заводах, выхлопотал прибавку для рабочих этих предприятий в размере 10 коп. в день, что в пересчете на месяц в те годы составляло месячный заработок рабочего, например, в текстильной отрасли. Аракчееву принадлежит приоритет в учреждении премии «за экономию сырья», в данном случае за уменьшение «упадка» — потерь селитры и серы.

Большое внимание уделялось контролю качества пороха. В этих целях в середине XVIII в. на бочках с порохом стали обязательными «литеры», т. е. инициалы владельцев заводов и приемщиков пороха. Так, «литер» П.Я.Ф.Ф.П. означает, что порох («П») изготовлен на заводе Якова Филимонова (сына Филимона Аникеева) и принят Федором Прокофьевым.

* * *

Некоторые исторические источники относят создание первого химического завода в России к 1805 г. Произошло же это событие, однако, намного раньше. 9 марта 1718 г. Петром I была дана «Жалованная грамота» Ландрату (стольнику) Савелову и купцам Томилиным на учреждение завода купоросного масла и крепкой водки. В грамоте звучат знаменательные и проникновенные слова: «...Мы прилежное старание всегда имеем о распространении в Государствах Наших к пользе общего блага и пожитку подданных Наших купечества и всяких художеств и рукоделий...». Жалованная грамота была как бы ответом на прошение Афанасия Савелова, Дмитрия и Данилы Томилиных, в котором они указывали на отыскание ими на реке Дорке в Гжельской и Селинской волостях купоросной руды, произведенных с нею опытах. Савелов и братья Томилины из 10 пудов купоросный руды, подвергнув ее опытной варке, получили один пуд «черного купороса», кроме того:

краску мумию, серу, купоросное масло, «водку крепкую». Петр грамотой давал им «позволение из купоросной руды... делать купорос, краску мумию, масло и дух купоросный и крепкую водку и иные вещи, какие из купоросной руды произведены быть могут». Производство купоросного масла и «духа купоросного» на заводах налажено, все-таки, не было.

В 1719 г., 23 апреля, был дан «Именный, объявленный Кабинет — Секретарем Макаровым» Указ Петра I «О привилегии, данной стольнику Савелову и купцу Томилину на устроение заводов для делания на оных скипидара, канифоли и гарпиуса». Указом разрешалось Афанасию Тимофеевичу Савелову, Ивану, Дмитрию и Даниле Томилиным построить заводы в Черно головской, в Куньевской волостях, а также в Твери и Медынском уезде «без платежа надлежащих пошлин через 30 лет». Ароме того, запрещалось ввозить материалы, подобные изготовляемым на этих заводах, из-за границы.

Впервые на этом заводе изготавливался скипидар (терпентинное масло), который использовался в то время для изготовления зажигательных смесей. Об изготовлении краски (мумии) еще в 1723 г. сказано было, что они «российское государство удовольствовать безостановочно могут, но и в другие иностранные государства отпущать будут». Продукция Савелова и Томилиных была доброкачественной; «крепкая водка против заморской в действии сильнее... и скипидар против заморского в действии сильнее».

Канифоль и скипидар изготавливали из живицы, т. е. смолы, вытекающей из надрезов на коре хвойных пород дерева. Видимо, в то время живицу нагревали в закрытом сосуде и выделяющиеся пары скипидара конденсировали в охлаждаемом сборнике. Савелов и Томилины были первыми крупными производителями скипидара и канифоли в России.

Железный купорос и краску мумию изготавливали из серного колчедана, который называли тогда купоросной рудой и находили по берегам речки Дорки (приток Гжелки, впадающей в Москву-реку) и Клязьмы (особенно на территории Владимирской губернии). Технология состояла в неполном обжиге колчедана в кучах и окислении на воздухе полученного сернистого железа.

Полученную сернокислую закись железа выщелачивали водой. После упаривания полученного раствора из него выкресталлизовывался железный купорос. Производство купоросов возникло в России раньше, чем в некоторых других европейских странах. Так, например, первая «купоросная мануфактура» во Франции появилась в 1769 г.

Краску мумию получали в результате полного обжига серного колчедана.

Крепкую водку (азотную кислоту) получали прокаливанием селитры с железным купоросом.

Сохранились сведения об одном из этих заводов, который располагался на реке Дорке (на территории Бронницкого уезда) и просуществовал, по разным сведениям, или до 1797 г., или до 1819 г. Купоросная руда для этого завода добывалась также и по берегам реки Клязьмы. Другой — «скипидарный завод, принадлежавший одному из «компанейщиков» — Ивану Томилину, был в 1750 г. продан им Евреинову. Местоположение этого завода еще предстоит выяснить. Возможно, что он находился в Черноголовской волости. Нет сомнения, что эти заводы послужили хорошей школой для мастеровых людей, которые пришли затем в развивающуюся химическую промышленность края.

Русские краски (белила, румяна, черлень) в конце XVI в. и, в особенности, в течение всего XVII столетия применялись более всего для нужд косметики. Иностранцы, посещавшие в эти времена Россию, отмечали, что русские женщины сильно красятся, хотя и «весьма красивы». Один иностранец не без юмора отмечал, что русские женщины похожи на жен мельников: «...как будто около их лиц выколачивали мешки муки». А румяна сравнивали с красками, которыми «мы украшаем летом трубы наших домов и которые состоят из красной вохры и белил».

Петром I поощрялось производство всевозможных красок, которые требовались расширяющейся текстильной промышленности, а также кораблестроению, артиллерии, для огромного в то время строительства. Современник Петра 1-го — Иван Посошков писал в своем трактате «О скудости и богатстве»: «Да хорошо бы добыть и красочных мастеров, кои умеют делать крутик и лавру, и киноварь, и голубец, и бакан Венецийский и простой, и ярь Венецийскую и простую, и шишгель и прочия краски, иже делаются от составления материи и поташу, из мальчуга (смольчуга), из меди, из олова, из свинцу, из серы, из мелу и из прочих и из иных вещей, в Руси обретающихся». История развития химической промышленности в нашем крае подтверждает, что огромный рынок для текстильной промышленности, который так и не был удовлетворен в полной мере, ориентировал химическую отрасль края на изготовление текстильных красок и различных химикатов.

Выходец из Швейцарии Август Карлович Претр построил в 1805 г. в Звенигородском уезде химический завод для выделки серной кислоты. В 1812 г. завод по распоряжению М.И. Кутузова (1745—1813) был сожжен, чтобы находившиеся там сера, свинец и селитра не достались неприятелю. В 1815 г. Претр открывает химический завод в Богородском уезде — в Докторовской пустоши с производством серной кислоты до 7 тыс. пудов. Технологией на заводе занимался, скорее всего, химик по фамилии Бесс, отмеченный в официальных документах как «оказавший важные услуги России в развитии химической промышленности». Тем самым был положен первый «камень» в создание одного из крупнейших химических предприятий страны. На заводе Претра изготавливались: масло купоросное, квасцы, купорос, «сахар свинцовый» и «крепкая водка» — кислоты. Претр был известен в России — в 1809 г. газета «Северная пчела» писала, что серная кислота завода Претра «...по своему превосходству употребляется ныне на многих белильных фабриках». В 1837 г. о заводе Претра писали, что он «основан на правилах науки».

Купоросное масло (устаревшее название концентрированной серной кислоты) в начале XIX в. применяли для беления тканей, на красильных и ситцепечатных фабриках. Применялось оно и для изготовления некоторых кислот — «селитряной» и «соленой», для получения цинкового купороса, нашатыря, «сернокислого поташа», железного и медного купоросов, берлинской лазури и других красок, для приготовления лимонной кислоты, для позолоты и т. п. Применялось купоросное масло в это время и в качестве удобрения для полей, засеянных кормовыми травами. Купоросное масло изготовлялось даже на рубеже XIX—XX вв. в большем количестве, чем т. н. «камерная» серная кислота.

На первой Всероссийской выставке мануфактурных изделий 1829 г. в Петербурге экспонировались образцы «синекислого кали» и квасцы завода Претра. Квасцы Претра и его «компаньонщика» Бауера рекомендовались для крашения шерсти в темные цвета в случаях, когда не требуется совершенной чистоты этой соли. Тогда Россия производила только четверть потребного количества квасцов. Термин «квасцы» известен в России с давних времен и произошел от корня «квас». Присутствие квасцов, например в квасцовых землях, как обладающих вяжущим и кислым вкусом, нередко определялось на вкус. М.В. Ломоносов относил квасцы к солям: «...в чистой воде распускаются, и прозрачности ее не отнимают, и при том в огне сами одни не горят, но только растапливаются» и еще: «...таких тел находится в земле только три: квасцы, купорос и каменная соль». Квасцы в XIX в. широко применялись в иконописи, в красильном и кожевенном деле, в медицине, для золочения. В красильнях — для «подживления» красок, как протравы, в процессе изготовления кож и свечей — для придания им твердости, для очищения поверхности металлов, для приготовления клея, для придания дереву огнестойкости.

Некоторое время Докторовским заводом после Претра (он умер и был похоронен в Купавне) владели купец 3-й гильдии Василий Дмитриевич Ватсон и купчиха Анна Малютина с сыном, рабочих на заводе в то время было 19 человек, производилось купоросное масло и купорос зеленый; с 1837 г. предприятие полностью будет принадлежать купцам Малютиным, выходцам из Калуги, которые наладят приготовление на заводе самой прибыльной продукции - красильного краппа (гарансина) из марены, получившего высокую оценку на выставке 1861 г.

Одним из первых Товарищество «77. Малютина Сыновья» стало изготавливать хромовые квасцы, которые в значительных количествах требовались для красильного и набивного производств, а также для изготовления чернил.

Завод П. Малютина представил на V Московскую выставку «русских мануфактурных изделий» 1865 г. крап дербентский, гарансин дербентский, солянокислую ртуть, соли (оловяную, оксиженную, медноселитренную, свинцовую), кали мышьяковое, купорос железный, сандал красный, масло купоросное, соляную кислоту, водку крепкую, спирт нашатырный.

На заводе в это время было занято 200 рабочих, имелась паровая машина и 2 паровых котла.

На Всероссийской выставке 1870 г. в Петербурге завод Павла Малютина был назван «значительнейшим из подобных заводов» и по основной продукции «красочным» и был награжден правом «изображения Государственного герба». На петербургской выставке 1861 г. завод получил малую серебряную медаль. Бурно развивающаяся отечественная текстильная промышленность в те годы не имела местных стойких красителей, и малютинская краска была нарасхват и в уезде, и в Москве, и в С.Иванове, еще одном текстильном центре. Сырьем для марены служил «сандал», бросовый, по существу, материал. По некоторым данным, сандалом загружались в качестве балласта корабли, идущие из Америки, и он фактически стоил «копейки». Очень дешевым для Малютина оказалось и другое сырье — сера. Прибыльное дело позволяло Малютину развивать производство не только в Богородском уезде, но и у себя на Родине — в Калуге, а также в Вологодской губернии. Кроме этого, на заводе часто производились те химические материалы, изготовление которых не могли позволить себе другие предприятия из-за низкой их рентабельности или даже убыточности. Но с появлением на рынке нового красителя — ализарина завод стал приносить убытки, и Малютины продали его в 1908 г. новым хозяевам.

После известного тарифа 1822 г., когда среди прочих были повышены пошлины и на ряд ввозимых химических продуктов, в Московской губернии стало расти число химических предприятий.

Главнейшим потребителем химической продукции являлась бурно развивающаяся текстильная промышленность, которая также получила благодатный импульс от действия тарифа 1822г.

В 1823 г. в дер. Рахмановой был основан завод по изготовлению соляных и оксиженных кислот и солей. Не известны основатели завода, но в 80-х г. им владела потомственная почетная гражданка Екатерина Корнеевна Ермакова.

В 1831 г. богородский 3-й гильдии купец Сергей Павлович Урин основывает завод при дер. Назаровой, рабочих на заводе 10 чел., продукция: «крепкая водка», купоросное масло, зеленый купорос, квасцы, белила, соль оловяная и соляная кислота. С.П. Урин имел также химический завод во Владимирской губернии — у озера Сеньга. Белила и сурик изготавливал «медный» завод М.М.Котельникова при селе Каблукове (данные 1832 г.).

В середине прошлого века работали и другие химические предприятия:

— московского 2-й гильдии купца Михаила Федоровича Жеребина, в с-це Докторове, рабочих 14 чел., продукция: купоросное масло и зеленый купорос (завод, видимо, работал непродолжительное время);

— московского 3-й гильдии купца Ивана Гавриловича Кокушкина при д. Рахмановой (к 1853 г. завод будет принадлежать крестьянину Сысою Забалуеву), рабочих 26 чел., продукция: купоросное масло, купорос, квасцы, соляная кислота, разные соли и нашатырный спирт; Кокушкины имели также крупный химический завод в Костромской губернии;

— московского 3-й гильдии купца Евтея Федоровича Комова при пустоши Герасимовой, рабочих 3 чел., продукция: «крепкая водка» и купоросное масло;

— крестьянина Василия Алексеевича Лейкина при дер. Ковригиной, рабочих 3 чел., продукция: «крепкая водка», соль оловянная и соляная кислота.

— богородского 3-й гильдии купца Афанасия Федоровича Галюскина при с. Петровском, рабочих 12 чел., продукция: серная кислота и купорос;

— богородского 3-й гильдии купца Максима Филипповича Вшивкина при дер. Мери (Казанское), рабочих 5 чел., продукция: квасцы, купоросное масло и разные купоросы;

— покровского 3-й гильдии купца Сергея Павловича Урина при дер. Назарьевой, рабочих 13 чел., продукция: соляная кислота, квасцы, купорос.

Еще в 1805 г. на заводе князя Д. Голицына впервые в России появились «глухие» (замкнутые) свинцовые камеры для получения серной кислоты из серы. Такие камеры в первой половине века уже работали на заводах уезда: Жеребина, Вшивкиной, Ватсона и Малютиной, Лейкина, Забалуева, Галюскина. К середине XIX в. серная кислота изготовлялась уже довольно широко и применялась также для изготовления азотной, соляной и уксусной кислот, ряда сернокислых солей. В 1894 г. серную кислоту в промышленной установке контактного окисления первым в центре России начнет изготавливать предприятие Людвига Рабенека. Д.И. Менделеев в 1900 г. указывал на трех главных потребителей серной кислоты: для производства бездымного пороха, для очищения нефтяных продуктов и для получения суперфосфата. Одним из крупнейших производителей серной кислоты (в форме купоросного масла) в конце прошлого века был завод богородского промышленника Сидора Мартыновича Шибаева, основанный им в Баку. Исключительное применение в красильном и набивном производствах имели также оловянные соли, которые изготавливались большинством заводов Богородского уезда.

* * *

В 1872 г. известный фабрикант Л.А. Рабенек устроил при своей фабрике в с. Соболеве Богородского уезда специальное отделение — химический завод для приготовления искусственного ализарина из заграничного антрахинона, здесь же изготавливалось ализариновое масло, служащее в качестве протравы под ализариновые краски. Отметим, что химиком-технологом на производстве ализарина у Л. Рабенека служил Михаил Александрович Ильинский (1856—1941), крупный ученый, ставший в 1935 г. Почетным академиком Академии наук СССР.

Особо расширилось производство ализарина после тарифа 1882 г., когда повысились пошлины на готовые краски, но остались низкими пошлины на промежуточные красящие полуфабрикаты, что и использовали Людвиг Рабенек (немец по происхождению) с московским отделением германской фирмы «Фарбверке», которое такие полуфабрикаты получало, воспользовался этим недостатком тарифа 1882 г. Сразу же — в том же 1882 г. на Московской Всероссийской художественно-промышленной выставке Рабенек получил право «изображения Государственного герба» за «превосходное качество ализарина и, главнейшее, за введение нового в России производства, а именно: приготовление ализарина из антрахинона, при весьма обширном производстве». Представлял Рабенек ализарин и на Всероссийской выставке 1896 г. в Нижнем Новгороде. Позже — в 1898 г. Рабенек, войдя в соглашение с консорциумом германских фирм, прекращает производство ализарина, и монополистом в этом производстве становится фирма «Фарбверке». В этому времени отечественные сорта красителей были, как сейчас говорят, «вымыты» из производства и для текстильной промышленности России германская «ализариновая» монополия стала почти разорительной.

В последней четверти XIX в. в уезде появились новые химические предприятия:

— крестьянина Григория К. Ширина в дер. Елизаровой Запонорской в., основан в 1870г., рабочих 16 чел., продукция: сассапарель;

— мещанина Василия Агафоновича Кононова в с. Зуево, основан в 1870 г., рабочих 5 чел., продукция: «крепкая водка», нашатырный спирт и соляная кислота, на выставке 1896 г. в Нижнем Новгороде заводом были представлены: технические кислоты и колесная мазь;

— Ивана Никифоровича Сикачева в слободе Меленки Павловского Посада, основан в 1880 г., рабочих 4 чел., продукция: соляная кислота, нашатырный спирт, соль оловянная;

— Мартына Фаддеевича Балкина в дер.Гора Запонорской в., основан 1883 г., рабочих 4 чел., продукция: сассапарель;

— прусского подданного Эмилия Юлиановича Мориц на Григорьевском лугу в Ивановской в., продукция: соляная, серная и азотная кислоты, купоросное масло.

Нельзя не сказать о Савве Тимофеевиче Морозове, окончившем курс Московского и Кембриджского университетов и начавшем свою деятельность в «отцовом деле» руководителем химического производства. Он любил подчеркнуть: «Я ведь специалист по краскам». Созданное на Никольской мануфактуре собственное химическое производство ставило целью обеспечение мануфактуры однородными химическими продуктами в достаточно чистом виде. Здесь рождалась легендарная слава морозовских ситцев:

прочность красок создавала известность и популярность тканям. Савва Тимофеевич как химик вышел на мировой рынок, создав совместно с берлинским предпринимателем Креллем Оттоманом Общество соединенных химических заводов.

В январе-феврале 1899 г. образовалось «Московское товарищество производства Электрических углей», главной целью которого стала организация производства углей для дуговых ламп и угольных щеток динамомашин и электродвигателей. Прибалтийский немец А.А. Боссе с тремя своими компаньонами, составившие Товарищество, 10 июня 1899 г. получили необходимое для этого разрешение Московского губернского правления. Место для строительства завода было выбрано вблизи станции Кудиново Московско-Нижегородской ж. д. Осенью 1899 г. состоялось торжественное открытие завода, что стало заметным событием в истории отечественной электротехнической промышленности. В 1901 г. на заводе было уже занято 120 рабочих, в 1902 г. - 150. Сырье: сажа, графит, каменноугольная смола на первых порах ввозились из-за границы. В 1903—1904 г. завод, продолжая изготовление углей для дуговых ламп, наладил производство угольных щеток всевозможных форм и размеров, угольных стержней для пайки и сварки, углей для гальванических элементов и некоторых других изделий. Выпускаемые заводом угли дуговых ламп позволили в 1904 г. во время Русско-японской войны создать отечественные прожектора.

На Международной выставке современных приборов для освещения и нагревания (С.-Петербург, 1907—1908 гг.) Кудиновскому заводу за высокое качество различного рода углей для дуговых ламп была присуждена малая золотая медаль.

Бурное развитие энергетического хозяйства и конкурентная борьба с зарубежными поставщиками требовали расширения отечественных электроугольных предприятий. В 1910 г. начинается расширение Кудиновского завода. «Московское товарищество» в 1912г. переименовывается в акционерное общество «Электрические угли — Кудиново», в ассортименте изготовляемой продукции возрастает удельный вес угольных щеток и появляется новый вид изделий — гальванические элементы.

Война 1914г. внесла свои коррективы в работу завода. Были отстранены от работы немецкие подданные, занимавшие инженерно-технические должности. Прекратилась поставка сырья из Германии. Деятельность завода была взята под контроль Военно-промышленного комитета. В 1915 г. для работы в Кудиново были приглашены русские инженеры В.И.Башков, А.А. Прохоров и О.П.Тимофеев. Опытные рабочие, проработавшие на заводе по 10—12 лет — Н.И. Базаров, В.В. Беляев, Г.К. Константинов и др., заняли места уволенных немецких мастеров.

В 1915 г. в Кудиново был перебазирован реквизированный у немецкого предпринимателя в Риге единственный тогда в России Сажевый завод, который на правах цеха вошел в состав Кудиновского завода и с 1917 г. начал снабжать его одним из важнейших видов сырья. Через 15 лет сажевый цех станет самостоятельным заводом.

* * *

В 1914 г. заведующий технической частью шелко-ткацкой фабрики Торгового дома «Брашнины Н., Л. и Н.» в с. Крестовоздвиженском Зуевской в. (фабрика основана в 1814г., фирма в 1864г.) инженер-технолог В.И.Лисев и работавшие на фабрике химики Г.С. Петров и К.И. Тарасов создали новый для того времени синтетический материал «КАРБОЛИТ», разновидность синтетического полимера «резита». Необъятный рынок развивающейся электротехнической промышленности требовал диэлектрические материалы и изделия, основой которых мог стать карболит, и для реализации идеи талантливых инженеров 6 октября 1915г. в дер. Дубровка (вблизи с. Крестовоздвиженского) создается Торговый дом «Васильев А.А. и Ко». Учредителями выступили: владимирский купец А.А. Васильев, инженер-технолог А.И.Кузнецов и один из совладельцев шелкоткацкой фабрики М.Н. Брашнин. 26 октября 1916г. на создание завода было получено разрешение Московского губернского правления. В начале 1917 г. Торговый дом преобразуется в Товарищество на паях «Карболит», председателем правления которого становится один из изобретателей карболита — К.И.Тарасов. В 1919 г. завод был национализирован, в это время на нем было занято 132 рабочих. В располагавшемся в Москве правлении завода «Карболит» работал известный ученый, богослов Павел Флоренский (1882—1937). Некоторое время директором завода работал инженер-технолог, соавтор «карболита» В.И.Лисев.

* * *

В 1916 г. в уезде работали химические производства:

— фабрика изоляционного материала «карболита» Торгового дома «Васильева и Ко» в дер. Дубровке (с 1928 г. в черте г. Орехово-Зуево), рабочих 30 чел., продукция: карболит;

— химический завод Товарищества Докторовского химического завода З.А. Голубинцева и С.Н. Толстухина в с-це Докторове Шаловской в. (быв. «П. Малютина Сыновей»), рабочих 100 чел. (в 1907 г. на заводе было занято 187 рабочих), продукция: серная, соляная и азотная кислоты и соли;

— химический и мыловаренный завод Т.Е. Забродина в Павловском Посаде, продукция; азотная, соляная, уксусная кислоты, оловянная и свинцовые соли;

— завод электрических углей Московского акционерного Общества «Электрические угли» в с-це Горки Васильевской в., рабочих 274 чел., продукция: угли для электрич. дуговых ламп, батарейки для карманных фонариков, щетки для динамомашин;

— завод серной кислоты при фабрике Товарищества мануфактур Л. Рабенек в дер. Щелковой, рабочих 77 чел., продукция: серная «дымящаяся» кислота, сернистая «жидкая» кислота;

— химический завод наследников И.И. Сикачева в Павловском Посаде, рабочих 10 чел., продукция: азотная, соляная кислоты, глауберова соль, нашатырный спирт;

— химический завод А. Г. Урина в дер. Назарьевой Теренинской в., рабочих 2 чел.; продукция: азотная, уксусная кислоты, глауберова соль, купоросное масло;

— химический завод Штейнберга и Шафировича в г. Богородске, эвакуирован из западных областей России во время Первой мировой войны, продукция: глауберова соль;

— химический завод Веллера, основан в 1914 г. продукция: голландская сажа, сернистые краски, ультрамарин.

* * *

Первая мировая война стимулировала развитие большинства химических предприятий, получавших военные заказы.

Докторовский завод начал выработку взрывчатых веществ, заводы Забродина и Сикачева увеличили выпуск азотной кислоты для артиллерийского ведомства.

Забегая несколько вперед, скажем, что с наступлением разрухи 1917 г. и особенно после национализации химические заводы остановились, за исключением, пожалуй, Докторовского, Веллера, Штейнберга и Шафировича. Текстильная промышленность края, которая испытывала тогда потрясения из-за отсутствия сырья, лишилась к тому же и необходимых химических материалов: красок, соды, квасцов и т.п. В 1920 г. руководивший промышленностью уезда Совнархоз рассчитывал на возможности завода Веллера и помогал предприятию ликвидировать последствия бывшего на заводе пожара. Ставилась задача восстановить производство необходимого текстильщикам ультрамарина. Эвакуированный в 1914 г. из Западных областей России завод Штейнберга и Шафировича в Богородске вырабатывал глауберову соль около 2000 пудов в год для нужд красильных фабрик уезда.

С началом войны Докторовский завод был включен в список важнейших предприятий России, работающих на оборону. К заводу была подведена железнодорожная ветка, в технологии появилась новая продукция — «пикрин» — мощное взрывчатое вещество. Цех по его производству, выполненный из дерева без единого гвоздя, был обнесен земляными волами. Техники и рабочие работали только в резиновой обуви — «малейшая искра и все под небеса взлетит».

В 1929 г. Докторовский химический завод был в подчинении Центрхим-треста, вырабатывал серную, соляную, уксусную и азотные кислоты и разные соли. Работников на заводе было: 171 рабочий и 36 человек служащих и обслуживающего персонала.

В 1931 г. завод, который в эти годы продолжал называться «Докторовским», предоставил для Ногинского краеведческого музея экспонаты своих изделий, приоритет выпуска которых принадлежал предприятию: силикагель, который отличала сильная пористость и громадная поверхность (до 500 м^2 на 1 г вещества); сернистый натрий кристаллический, ранее в Союзе не производился и не потреблялся; антра, прибавка десятых долей этого вещества к соляной кислоте снижает «разъедающее» действие кислоты на железо, не задерживая растворение окалины.

Малярия, являясь одним из самых распространенных заболеваний того времени в мире, не обошла и Богородский уезд, где обширные болота создавали для распространения заболевания особые условия. СССР был главным потребителем хинина, единственного в то время средства против малярии, который был и дорог, и производился в основном в Германии. В 1934 и 1935 г. Совнарком и Совет Труда и Обороны принимают ряд решений о строительстве на площадке старого Докторовского завода специального завода по производству противомалярийного препарата «акрихин». Способ получения «акрихина» был разработан советскими учеными О.Ю. Магидсоном, А.Н. Григоровским, А.И. Травиным и др. 19 октября 1936 г. завод «Акрихин» выдал первую партию нового лекарства. С 1939 г. завод становится крупнейшим в стране химико-фармацетическим предприятием. Среди медикаментов, выпускаемых заводом: акрихин, белый и красный стрептоцид (1939 г.), сульфазол и сульфидин (1940 г.), риванол и наркозный эфир (1941 г.). Контролировал строительство и дальнейшее развитие завода Г.К.Орджоникидзе (1886—1937). Начальником строительства и первым директором завода был И.Г. Шувалов. В этот первый, напряженный период работы завод во многом обязан своим лучшим работникам: Д.Н. Кузнецовой, В. - Ныркову, И.И. Кирову, А.С. Уральцеву, И.В. Сидорову, В.К. Кораблину, К.Т. Щетинину, Н.М. Ерошкиной, С.С. Лебедь и многим другим.

С началом Великой Отечественной войны завод начинает выпускать новую продукцию. Летом 1941 г. была освоена технология производства зажигательных смесей. В октябре 1941 г. под руководством инженера Е.В. Швецовой почти все оборудование завода было демонтировано и вместе с 120 работниками эвакуировано в г. Ирбит. В 1942 г. Ирбитский завод, которым стал руководить бывший механик «Акрихина» С.С, Лебедь, уже выдавал фронту медикаменты.

После битвы под Москвой на заводе начались восстановительные работы, и вскоре уже были выпущены лекарственные препараты, которые спасли жизни многих советских воинов. Из ушедших на фронта войны акрихиновцев 272 человека не вернулись домой.

* * *

Вернемся к истории Кудиновского завода. Учитывая важность производимой заводом продукции, Советское правительство «сочло целесообразным» временно оставить Кудиновский завод, как и другие подобные предприятия, в ведении прежних владельцев, но «для обеспечения интересов народа» деятельность общества «Электрические угли — Кудиново» была поставлена под контроль рабочей комиссии, которая была избрана в декабре 1917 г. и председателем которой через некоторое время стал И.Т. Портнов. 28 ноября 1918 г. бывшие владельцы — руководители завода были отстранены от руководства заводом и ВСНХ для обеспечения «интересов Республики» объявил о передаче завода в собственность РСФСР, одновременно было утверждено правление, в составе которого был будущий первый советский директор Государственного завода «Электроугли» Владимир Иванович Башков (1887—1967).

В советское время многие годы завод оставался единственным в СССР поставщиком углей для дуговых фонарей, киноуглей, угольных графитных и меднографитных щеток для динамомашин и электромоторов и т. п. Графит завод получал из Курейки в низовьях Енисея, кокс и смолу — из Донбасса и только «редкие земли» из группы «церия» выписывались из-за границы. Сажевый завод вырабатывал легкую и тяжелую сажу из «зеленого масла», одного из продуктов нефтеперегонки, или из креозотового масла. Потребителями завода являлись: завод «Электроугли», полиграфическая промышленность (для типографской краски) и предприятия по изготовлению автошин. В 1929г., когда рынок страны требовал 3500 т. сажи, Кудиновский завод давал около 1000 т.

На заводе «Электроугли» к концу 1920-х г. работало 380 рабочих, 89 служащих и обслуживающего персонала.

Показательно, что в этот период завод «Электроугли» проводил значительные работы по реконструкции, капитальные вложения составили 417,8 тыс. «червонных» рублей. Для сравнения укажем, что в реконструкцию Докторовского завода в этом же году вложено 24,5 тыс. «червонных» рублей. По плану ГОЭЛРО завод «Электроугли» вошел в число четырнадцати важнейших электротехнических предприятий России. В октябре 1920 г. В. И. Лениным было подписано специальное постановление о развитии этой отрасли. В это время на завод приходят молодые талантливые инженеры: П.А. Бабыкин, Л.В. Эйсан, Е.Ф. Чалых, Д.С. Ильичев. Завод досрочно выполнил программу Первой пятилетки.

С первых дней войны на заводе «Электроугли» стала сильно ощущаться нехватка работников, на фронт ушла треть из них — 500 человек. По решению Госкомитета обороны завод был эвакуирован в Свердловск. На новом месте был налажен выпуск электроугольных изделий для фронта и оборонной промышленности. После разгрома немецко-фашистских войск под Москвой правительство принимает решение о возобновлении производства на старом месте и продукция начинает поступать с двух заводов. Один из известных эпизодов последних дней войны, когда по приказу маршала Г.А. Жукова 140 ярчайших прожекторов ослепили и ошеломили боевые порядки врага при решающем штурме Берлина, связан с заводом.

После войны завод был реконструирован, расширены производственные площади, начался выпуск новой — мирной продукции для автомобильной, авиационной, судостроительной промышленностей. Изделия завода используются на железнодорожном транспорте, в геологоразведке, на электростанциях.

И несколько слов о «Карболите». Это сравнительно небольшое предприятие на окраине Орехово-Зуева в 1928 г. после значительной реконструкции становится одним из крупнейших в стране поставщиков продукции из пластмасс для черной и цветной металлургии, для электротехнической, автомобильной промышленности, выпускает т.н. «товары широкого потребления». Завод оказал огромное влияние на создание ряда других предприятий этой отрасли в разных районах страны.

К читателю. Эти заметки не претендуют, конечно же, на полное отображение истории возникновения и развития химической промышленности в крае; они, кроме того, почти не отражают советского и новейшего периодов. Каждое предприятие достойно подробного исторического повествования и, что не менее интересно, ретроспективного описания технологии производства. Редакция надеется на отклик краеведов и специалистов — химиков.

 

В цехах «Электроуглей» в годы войны

В цехах «Электроуглей» в годы войны

 

Список основной литературы:

Алексеев В.Н., Лизунов В.С. Моя малая родина. Ор.-Зуево, 1998.

Жукова Е.В. Старый Павловский посад. М., 1994.

Ковригина В.А. Немецкая слобода Москвы и ее жители в конце XVII — первой четверти XVIII века. М., 1998.

Коновалов А.Д. Завод «Карболит»Годовые кольца истории. Ор-Зуево. 1999. С. 78—100.

Лукьянов П.М. История химических промыслов и химической промышленности в России. Т. 1.М., 1948.

Материалы по истории мануфактурной промышленности Московской губернии: Сборник сведений и материалов по ведомству Министерства финансов. Т. III. СПб., 1865.

Московская область за 50 лет: Статистический сборник. М. 1967.

Московская область за 1931-1934 гг. (Отчет). М., 1935.

Общий указатель Всероссийской промышленной и художественной выставки в Нижнем Новгороде. М., 1896.

Описание первой публичной выставки Российских мануфактурных изделий, бывшей в Санкт-Петербурге. СПб., 1829.

Орлов П. А. Указатель фабрик и заводов европейской России и царства Польского. Изд. 2-е, доп. СПб., 1887.

Основные показатели выполнения народохозяйственного плана по Московской области (за 9 месяцев 1935 г.). М., 1935.

Отечественной производство электроугольных изделий. М., 1978.

Отчет о Всероссийской мануфактурной выставке 1870 года в Петербурге. СПб., 1871.

Погожев А.В. Адресная книга фабрично-заводской и ремесленной промышленности всей России. Изд. 2-е, СПб., 1907.

Подробный указатель по отделам Всероссийской промышленной и художественной выставки 1896 г. в Н.-Новгороде. М., 1896.

Самойлов Л. Атлас промышленности Московской губернии. М., 1843.

Список фабрик и заводов г. Москвы и Московской губернии. М., 1916.

Тимирязев Д.А. Историко-статистический обзор промышленности России. СПб., 1886.

Указатель выставки Российских мануфактурных изделий, бывшей в Санкт-Петербурге в 1839 году. СПб., 1839.

Указатель Московской выставки мануфактурных изделий Российской империи, царства Польского и великого княжества Финляндского. М., 1853.

Указатель V Московской выставки русских мануфактурных произведений. 1865. М., 1865.

Фабрики и заводы Московской области на 1928-1929 год. М., 1929.

Химическое дело в России. Настольная справочная книга. Одесса., 1911.

 

 
При использовании материалов сайта ссылка категорически приветствуется.
© Богородск-Ногинск. Богородское краеведение. 2004-2019
Политика конфиденциальности
Яндекс цитирования Check PageRank
На верх страницы