Богородск-Ногинск. Богородское краеведение

«Если мы не будем беречь святых страниц своей родной истории,
то похороним Русь своими собственными руками»
Епископ Каширский Евдоким. 1909 г.

Мы в социальных сетях:
 facebook.com/bogorodsk1781
 vk.com/bogorodsk1781

Богородский атлас / Щёлковский район / Гребневский сельский округ

В Гребневский сельский округ входят поселения близ города Фрязино – села ГРЕБНЕВО и деревни НОВО (НОВО-ФРЯЗИНО, НОВО-ГРЕБНЕВО), ЧИЖОВО, НОВАЯ СЛОБОДА, СТАРАЯ СЛОБОДА, КАМШИЛОВКА да дома Гребневского лесопитомника, а также в 10 км от Фрязино село БОГОСЛОВО с деревнями КОРЯКИНО, КОСТЮНИНО, САБУРОВО и территория исчезнувшей деревеньки Кузьминки.

В округе на 1 января 2001 года проживало 2672 человека.

В округе находятся предприятия: акционерное с/х общество «Богослово», Учебно-опытный лесхоз с лесопромышленным комплексом и галстучное предприятие «Луч».

На представленной карте 1870 г. хорошо видна вся территория округа в старинном оформлении и с главной тогда дорогой -Хомутовским трактом. Тогда она входила в Гребневскую волость, а в 1918 г. – в Щелковскую, объединившую Гребневскую и Асеевскую волости. Новая волость была передана в Московский уезд. В 1929 г. она стала основой созданного Щелковского района.

Село Гребнево

Собственно, село Гребнево – это в старину только усадебный и вотчинный центр, да две церкви. Крестьянских домов в старину в селе не было. Только в XX столетии в советское время вдоль дороги к усадьбе построено было несколько домов с адресом – Гребнево.

Вотчинный центр на речке Любосеевке (в старинных писцовых книгах можно прочитать и как Любосивка ) имеет древнюю историю. Исследователь старины, фрязинский архитектор М.Баев считал, что именно к Гребневу относится название поселения Четрековское на Любосивле , упомянутое в духовной грамоте двоюродного брата и сотоварища Дмитрия Донского Владимира Андреевича князя Серпуховского (1401-1402 гг.).

Это укрепленный, как и многие селения в старину, пункт Баев представил в виде острога на важной древней дороге из Москвы на север. (См. рис.) Недавние археологические находки близ Могутово (см. Рязанский округ), где находился, как оказывается, очень древний новгородский торговый форпост (1150-1250 гг.), укрепляют позиции этой гипотезы.

В книге «письма и меры» 1584-86 гг. впервые упомянуто современное название Гребнево: «За Богданом Яковлечем Белским в вотчине: с . Гребенево на р. на Любосевке , что было преж того за Васильем Федоровым сыном Воронцова, а в нем церков Николы Чюдотворец. древена. клетцки: пашни паханые сер(едние) земли 20 четв. да пер(елогу) 30 четьи в поле, а в дву потомуж, сена 100 коп(ён)., лесу рощи 8 дес(ятин)». Как обнаружил краевед М.М.Федоров, в другом месте оригинала книги указано, что куплено имение в 1577-78 гг., незадолго до гибели Воронцова в бою под Кесью. Так что Гребневу более 425 лет, а с учетом возможной предистории в виде Четрековского – более 6 веков.

Богдан Бельский был оружничим и особо приближенным Ивана Грозного, в последствии - окольничий. Он был видным деятелем во время смуты, говорят, что и сам претендовал на царство, не раз Богдан подвергался опале и погиб от черни на воеводстве в Казани за отказ признать Лжедмитрия II . Недавно вышла повесть исторического писателя Г.Ананьева «Богдан Бельский. Опричник», рассказывающая о сложной судьбе этой неординарной личности.

Имение Гребнево было большим: «И всего за Богданом за Яковличем за Белским 2 села, да 20 деревень живущих, да 24 пуст., а в них двор вотчинников, да дв. приказчиков, да 4 дв. служних, да дв. попов, да дв. проскурницын, да 71 дв. крестьянских, живущих, а людей в них 73 человека; пашни паханые сер. земли 230 четв., да пер. 305 четьи, да лесом поросло 313 четьи с полуосм., и обоего пашни паханые и пер. и лесом поросло сер. земли 848 четьи с полуосм. в поле, а в дву потомуж, сена 670 коп., лесу рощи 37 дес., да лесу же дровяного 41 дес., да лесу ж поверсного болота в кол и в бревно в длину на версту, а поперег на полверсты».

Почти таким же и оставалось имение все 300 лет, до отмены крепостного права. Лишь централизация деревень привела к уменьшению их числа, но территория осталась близкой к описанной. В имение входили известные сегодня поселения Трубино, Фрязиново Самсоново тож, Чижево (писцы записали как Чюжево ), Щелково, Новое, Назимиха (пустошь Назимово), Шелково (Щелково). Позднее возникла «слобода» (деревня Слобода) и присоединено село Топорково. В 1748 г. было в имении и сельцо Горки (именно сельцо – как усадебный или вотчинный центр), где оно было расположено, мы не знаем. На карте 1767 г. оно уже не указано.

Подробно о череде знаменитых владельцев имения Гребнево мы рассказывали при описании усадьбы (см. ч.1) – о главном освободителе Москвы от поляков князе Дмитрии Трубецком – «Спасителе Отечества» и Правителе государства до избрания царем Михаила Федоровича Романова, устроителе величественного дошедшего до нас ансамбля усадьбы генерале Бибикове Гавриле Ильиче , о видном благотворителе князе Сергее Михайловиче Голицыне . Все владельцы сыграли громадную культурную и экономическую роль в развитии нашего края.

Карта 1767 г. времен Генерального межевания земель отметила и большой пруд, и старый деревянный Никольский храм намного ближе к берегу пруда и к господскому дому, и два больших острова, искусственно отделенные от берегов каналами, и даже пашенные поля на Шишкином острове, вместо сегодняшних величавых сосен.

Усадьба несколько раз меняла своих хозяев – здесь были купоросный и винокуренный заводы Пантелеевых, шелкоткацкие фабрики Кондрашевых, фабрика мелкого барашка Федотовых, «санатория доктора Ф.А.Гриневского» (с. 1913), туберкулезный санаторий им. Н.Семашко (с. 1918-20 гг.), детский санаторий «Красная роза» (1940), школа пулеметчиков, Щелковский электровакуумный техникум. Недолгое, но счастливое время в усадьбе был Историко-культурный центр («НПО «Платан») – здесь работали молодежный клуб, детская школа эстетики, студия литографии и живописи, воскресная православная школа, были выставки картин Н.Рериха, К.Васильева и рисунков юной Нади Рушевой, концерты в прекрасном по акустике двухсветном зале Дворца знаменитых исполнителей, проводились многолюдные народные гуляния.

Живописен и сегодня громадный Барский пруд с лесистыми островами – излюбленное место рыболовов и отдыхающих. Еще хранят воспоминания о старине радиальные аллеи Большого острова, искусственный высокий холм на берегу, террасы амфитеатра для зрителей театральных народных гуляний на воде. Трагическая история Дворца (сгоревшего в 1991 г.) и других зданий заброшенной усадьбы требует безотлагательного решения федеральных, областных и районных властей.

Храмы и здания

И сегодня радуют глаз и душу человека купола, колонны и старинные иконы гребневских храмов – церкви Гребневской Богоматери, возведенной в 1786-1791 гг. Г.И.Бибиковым по уникальному проекту архитектора Ивана Ветрова с архангелом на куполе, держащем крест, и ампирной величественной церкви св. Николая Чудотворца «иже под колоколы» с часозвоном (князья Голицыны, 1823 г.).

Как видно из описания Гребнева 1585 г. здесь уже была Никольская церковь. Видно, стояла она здесь исстари и во времена «острога Четрековского», вот почему художник Баев изобразил в остроге и деревянный храм, и даже небольшую часовенку над святым источником, получившим через много веков, в 1779 г., поэтическое описание Г.Р.Державиным (стихотворение «Ключъ») по приезде в Гребнево к Хераскову М.М.

Постройки храма ветшали, горели и снова восстанавливались. Во времена князей Трубецких (имение было у них более полутора веков), возникла идея (об этом осталась запись в архивах) поставить здесь и храм во имя древней казачьей святыни - иконы Гребенской Богоматери, подаренной Дмитрию Донскому после Куликовской битвы казаками из городка Гребени на реке Чир. Их желание реализовал Гаврила Ильич Бибиков (1747-1803) (рис. слева) , боевой генерал, брат знаменитого генерал-аншефа Александра Ильича Бибикова и директора русской театральной труппы и организатора первой театральной школы в России Василия Ильича Бибикова.

Имение это было куплено в 1781 г. у князей Трубецких, искавших средства для развертывания совместно с Николаем Новиковым громадного просветительского книгоиздания. Купила Гребнево молодая жена генерала Татьяна Яковлевна из дворянского рода уральских промышленников Твердышевых. При родах первого ребенка произошла трагедия – она умирает, вслед за ней умирает через несколько месяцев и ребенок, а через два года и сам «миллионер» Яков Твердышев. Наследство свое он оставил генералу Гавриле Бибикову. Вот почему и появляется возможность создать здесь прекрасный ансамбль усадьбы и удивительный памятник по их душе на берегу пруда – храм во имя особо почитаемой в Москве иконы Гребенской Богоматери, свидетельнице казачьей старины, чудесной помощницы во время боев с поляками в смутное время, чудотворной помощнице многим москвичам (храм Успения на Лубянке).

Возведению этой церкви посвящена посеребренная бронзовая храмозданая доска церкви:

«Лета 1791 го августа 10-го дня, который был воскресной, освящен сей храм во имя Божия матере Гребневския святейшего правительствующего Синода членом преосвященным митрополитом Московским ПЛАТОНОМ с довольным числом монашествующих и священствующих при священнике Николае Иванове. Строением сей храм зачат в 1786 году иждивением и во время владения их превосходительств Гаврилы Ильича и Катерины Александровны Бибиковых при смотрении капитана Степана Прохорыча Зайцова и пособии следующих боголюбивых дателей: Федора, Кирилла и Егора Кондратьевых, Нестера, Спиридона, Трефила и Трофима Дмитриевых, Александра и Тимофея Каноевых, Терентия, Ивана и Алексея Терентьевых, Якима Вахрамеева, Ивана Яковлева, Калины Трофимова, Матвея и Максима Никитиных, Ивана Алексеева, Семена Михайлова, Кузьмы Андрианова. Зачата и снаружи отделана при архитекторе Иване Ветрове, а внутри рисунок и отделка капитана Степана Грязнова».

Особая значимость этого дошедшего до нас настенного документа – в именах предпринимателей-крестьян, внесших и свои пожертвования на строительство храма – среди них 10 из Щелкова, и 10 из ближних к храму селений, в т.ч. трех братьев Кондратьевых-Кондрашевых из д. Фрязино, главных организаторов шелкоткацкой промышленности в Гребневском крае.

Время Бибиковых – это время динамичного развития предпринимательства в крестьянских семьях. Имение Гребнево к 1796 г. выходит на первое место в Московской губернии по сумме произведенной новыми предпринимателями продукции и выводит весь уезд в лидеры. Гаврила Ильич избирается богородским уездным предводителем дворянства. Большинство селений имения входит в первую десятку самых развитых в губернии (1-е место – Щелково, 2-е – Фрязино, 3-е – Трубино, 5-е – Ново, 6-е – Чижево).

Время Бибикова – это время театра в усадьбе и время активной деятельности молодого гребневского крепостного композитора и дирижера Данилы Кашина (1763-1842). Он один из первых исполнителей в России на фортепиано, автор многих опер и других музыкальных произведений, не раз дирижировал сводным оркестром московских музыкантов. В 1799 году он был отпущен Бибиковым Г.И. на волю без выкупа, издал первый музыкальный журнал России, собрал сотни мелодий русских народных песен, написал немало патриотических песен и хоров в грозные 1812-14 годы, преподавал в Московском университете и в Благородном пансионе.

Время Бибиковых - это первое упоминание о больнице в крае («БОЛЬНИЦА ДЕРЕВЯННАЯ с отделениями, длиною 6 саж. 2 арш., шириною 4 саж. 1 ар., вышиною 6 арш. и при ней богодельна, длиною 16 саж., шириною 5 саж., вышиною 6 аршин» – из описи 1811 г.).

В 1811 г. имение покупает княгиня Александра Александровна Голицына (-1816), в роду которой оно было 30 лет: у старшего сына Александра Михайловича (ум. 1821), у его сыновей и брата Сергея Михайловича. Род Голицыных был близок князьям Трубецким и по своему происхождению из свободного Литовско-русского государства, неподдавшегося Золотой Орде, и по неоднократным бракам между ними.

Князья Голицыны внесли свой вклад в украшение усадьбы. От них досталось в наследство сегодняшнему поколению Триумфальная въездная арка (1817), храм св. Николая чудотворца (1823), больничный городок (1833).

Строительство великолепного праздничного Никольского храма с громадными колоннами, с колокольней над куполом и «часозвоном» имеет свою историю. Князь Сергей Михайлович вознамерился поставить в Москве по душе недавно упокоившейся матери урожденной баронессы Строгановой новый Никольский храм и подал проект. Но архитекторы градоначальства посчитали храм слишком высоким для той округи Москвы и предложила изменить проект. Тогда, вероятно, и появилось решение поставить этот храм в Гребневе, вместо планируемого здесь храма архитектора Ольделли.

Время Голицыных это появление первой в нашем крае школы (1832), в которой учились более 60 учеников. Сохранились в архивах ведомости оценок и имена этих учащихся почти со всех пригребневских деревень. Школа просуществовала до 1842 г. и была восстановлена только при фрязинских купцах Кондрашевых (ок. 1875), которые, купив в 1865 г. усадьбу восстановили сразу же и школу. Школа располагалась в так называемом Домике управляющего у ворот Триумфальной арки.

Больничный городок с двухэтажной каменной больницей – был тоже первым в нашем крае. Впоследствии, она стала земской, а при советской власти, когда в стране свирепствовал туберкулез, стала специальной туберкулезной больницей, а в усадьбе расположился противотуберкулезный санаторий им. Н.Семашко, бывшего тогда наркома здравоохранения.

При помещике Федоре Федоровиче Пантелееве (1842-1864) –в Летнем храме (храм Гребневской богоматери) его тщанием были обустроены приделы св. Феодора Стратилата (ангела-хранителя владельца) и св. прп Сергия Радонежского, устроена изящная церковнаяограда. При священнике о. Василии Воронцове тщанием церковного старосты, богатого купца Федора Ивановича Кондрашева на колокольне Никольского появился 600-пудовый колокол. Старостой были значительно обновлены оба храма.

Более 50 лет прослужил в приходе о. Михаил Смирнов (-1946), венчавшийся в этом храме с дочерью о.Василия. Он вел большую просветительскую деятельность в округе: основал церковно-приходскую школу при храме (1901), возглавлял Общество трезвости, охватившего многие крестьянские семьи, способствовал созданию уникального церковного хора, исполнявшего и многие светские произведения, активно участвовал в Комитете помощи беженцам из западных губерний России в 1914-1917 гг. В советское время, испытав допросы, аресты, лишение прав, конфискации он сумел вместе с прихожанами отстоять право верующих на свой храм, и только заключение в лагерь (1940-1943 гг.) отлучило его на три года от прихода. Но храм не был закрыт и снова принял немощного и измученного старика-священника после заключения. Соратник его по этой борьбе дьякон о. Петр Соколов погиб в лагерях, а сын его Виктор был расстрелян, но род Соколовых остался верен духовному поприщу предков. Сын дьякона, Владимир, вернувшийся с фронтов Отечественной войны, был рукоположен дьяконом в Гребневском храме. О. Владимир – это легендарная личность для гребневского прихода - его три сына стали священниками (в т.ч. епископ Красноярский и Бердский Сергий), а дочери получили духовное регентское образование и женаты на священниках. На престольный праздник Гребневской Богоматери 10 августа многие из них собираются в родовое духовное гнездо.

Среди легендарных церковнослужителей – знаменитый протодиакон Москвы о. Михаил Холмогоров (16.8.1870-8.3.1951), родившийся здесь и неоднократно участвующий в престольном празднике Гребнева. Его проникновенный голос запомнился многим москвичам - о. Михаил обладал уникальным по красоте басом, низкий и одновременно мягкий "богатый" голос завораживал прихожан. Не раз он пел и в прославленном хоре И.И.Юхова, выходца из Щелковского края. Его называли церковным Шаляпиным, писали в своих картинах художники Михаил Нестеров и Павел Корин, его бюст работы С.Меркулова – в Третьяковской галерее. Как и многие в тяжелые 1930-е годы, когда народ страхом приучали к советской власти, он был арестован, в ледяных казематах Бутырки потерял свой голос, но долгие годы после выхода из тюрьмы служил в Пушкинских церквах.

После войны в храме служило немало священников, оставивших свой след в истории края и церкви… Среди них – проповедник о. Дмитрий Дудко, собиравший в 1970-е годы сотни людей на свои Гребневские семинары, неоднократно запрещавшиеся и закончившиеся его арестом; о.Сергий Киселев, стоявший у начала восстановления многих церквей округа и назначенный настоятелем Патриаршего Подворья в Свиблове (Москва) и благочинным Троицкого округа Москвы и большой ряд других пастырей.

Центр крестьянской промышленности

Напомню читателям, что ещё в 1769 г., когда разрешено было крестьянам заниматься промышленным производством, именно гребневские крестьяне первыми в Российской империи купили «билеты» на ткацкие станы (из деревень Щелкова, Трубино, Фрязино и Ново). Отсюда, с этого старта шелкоткачества, ведется начало особого динамичного развития нашего края и всего Богородского уезда. Энергия массового предпринимательства вознесла всего через 12 лет на герб Богородска станочек для размотки шелковой нити с кокона тутового шелкопряда: «В нижней части - в золотом поле инструмент, коим навивается шелк, в знак многих шелковых фабрик, находящимся в сем уезде». Поэтому в истории гребневских селений развитие крестьянской промышленности занимает главное место.

После крестьянской реформы 1861-1964 гг. Гребнево - центр Гребневской волости из 37 деревень, поселков и сел (в 1898 – 8197 жителей: с.Амерево, Байбаки, с.Богослово, Васильевское, Гребнево, Громково, Камшиловка, Кожино, с.Комягино, Корякино, Костюнино, Кузьминки, Литвиново, Мальцево, Мизиново, Набережное, Назимиха, Невзорово, Новая, Новоселки, с.Образцово, Орлово, Потапово I, Потапово II, Райки, Сабурово, Слобода, Топорково, с.Трубино, Турабьево, с.Улиткино, Фрязино, с.Хомутово, Чижово, Щелково, Щелково - пос. 1-й, Щелково - пос. 2-й).

Благодаря содействию предпринимателей и активности земства в волости во многих селениях в 1860-х годах появились первые школы. Грамотность в 1898 г. была в волости самой высокой в крае – 65% у мужчин и 19% у женщин. К 1912 г. школы были в большинстве деревень.

В советское время с образованием в 1918 г. Щелковской волости, объединившей Гребневскую и Осеевскую, функции территориального местного центра перешли в Щелково.

Вблизи Гребнева и Фрязино: Ново, Чижово, Новая Слобода, Старая Слобода.

Деревни по речке Любосеевке, примыкавшие к старинному вотчинному селу Гребнево, - Фрязино, Ново, Чижово, Слобода известны тоже издавна. В писцовых книгах 1584-1586 годов впервые названы первые три вместе с Гребневым. В писцовой книге 1623 года названа и «слобода».

Все эти деревни были охвачены во второй половине XVIII века шелкоткаческой «золотой» лихорадкой, продолжавшейся до 1917 года и принесшее жителям этого края благополучие и достаток. Здесь проживали владельцы небольших шелкоткацких фабрик в конце XIX в. и начале ХХ века: Ждановы, Валдайские, Зиничевы, Белянкины, Аникины, Крюковы, Телегины, Лихановы, Кондрашевы.

В 1933 году, когда в деревне Фрязино (115 дворов и 671 жит. в 1926 г.) на базе пустующих этажей шелкоткацкой фабрики Капцовых начал создаваться завод «Радио-Лампа», многие жители этих деревень нашли здесь работу и уже третье поколение их живет в многоэтажьи города Фрязино. Старики – в деревнях. Строящийся завод потеснил деревню Фрязино, а жителей её переселили рядом с деревней Ново, где возник целый поселок Ново-Фрязино, прозываемой «Перетащиловкой». Здесь и находился фрязинский колхоз «Верный путь», который перед войной возглавлял Андрей Кондрашев, из крестьянской линии основателей шелкоткачества края. От старой деревни Фрязиной (на карте 1760 г. – «Фрязоха») сегодня осталось только 8 домов, включенных в черту города: 4 дома основного «порядка» деревни и 4 дома так называемой «слободки», которая включала в старину более 30 домов.

Ново

Деревня Ново на левом берегу речки Любосеевки располагалась в старину между Безымянным отвержком (так назван в Экономических примечаниях 1773 г. обширный овраг с ручьем, впадающим в Любосеевку) и сегодняшним Фряновским шоссе. Впоследствии была заселена территория между оврагом и церковью и названа Мещанской слободкой.

Следующий этап развития был связан с началом строительства в 1933 г. завода «Радио-Лампа», что привело к отселению части жителей деревни Фрязино из своих домов. Их дома были перевезены подальше от завода, к Ново, а молодые получили ссуду и построили там же новые дома, по левую сторону шоссе. Поселение это получило в народе название – Перетащиловка, а впоследствии получило полулегитимное имя Ново-Фрязино и вошло в состав Ново. Сегодня там более 100 домов. Соответственно – правая часть селения между шоссе и церковью получило имя Ново-Гребнево.

Впервые имя поселения упоминается одновременно с селениями Фрязино (Фрязиново), Гребнево, Чижево (Чюмжево) и Трубино в писцовых книгах 1584-86 гг. в составе Гребневской вотчины Богдана Яковлевича Бельского, бывшего оружничего Ивана Грозного, погибшего затем в 1611 г.: «Село Новое на речке на Любосевке , а в нем церковь Никола Чюдотворец древена, верх, с трапезою, без пения: пашни паханые середней земли 18 четьи да перелогу 22 четей в поле, а в дву потомуже, сена 20 коп., лесу рощи 5 десятин, да лесу ж пашенного 6 десятин» (четь – ок. 0,5 дес, десятина – 1,1 га).

Как видно из записи, названо оно тогда селом, так как здесь была построена церковь. И хотя церковные историки по записям 1650-х годов указывают на ошибочность сведений о церкви в Ново и на отсутствие такой важной детали, как церковной земли (особой церковной собственности), но краеведы до сих пор спорят, где же стояла эта древняя церковь. Вероятно, где было старинное кладбище – в роще за оврагом.

После крестьянской реформы 1861 г. и образования волостей, практически Ново становится центром новообразованной Гребневской волости, в которую вошли, кроме деревень имения Гребнево, села Богослово, Образцово, Улиткино, Хомутово вместе с близлежащими деревнями.

Архивы сохранили и имена первых предпринимателей края: в 1769 г. билет на ткацкий стан купил Егор Федоров, фамилию его установить не удалось, так как вся семья вымерла в чуму 1771 г. В ту чуму беда яростнее всего обрушилась на Ново. Здесь погибло более 40 человек, треть жителей. А недалекая в 6 верстах монастырская деревня Трапезина на Любосеевке вообще прекратила свое существование.

Еще в 1770-е годы проявила себя и энергичная генная черта рода Гусевых, из которой вышел сегодняшний директор Щелковского насосного завода Ю.В.Гусев. Имена его предков, как промышленников и жертвователей, были вырезаны резцом гравера на храмозданой доске церкви Гребневской Богоматери (1791 г. - братья Александр и Тимофей Канаевы).

Благодаря энергии этих и многих других крестьян-предпринимателей деревня Ново, как и Фрязино, Щелково, Трубино, Чижево вошла в десятку крупнейших промышленных селений Московской губернии.

В 1800 году выкупились на волю Басалаевы, Фомичевы - в 1835 г., Курочкины - в 1823 г. и в 1847 г. Все они стали московскими и богородскими купцами.

Особенно прославился в XIX веке Фомичев Василий Максимович (1796-после 1860). Его отец с 5-ю сыновьями вышел на волю во времена князей Голицыных в 1835 году. А через 20 лет – на Санкт-Петербургской промышленной выставке уже отмечено высокое качество шелковых тканей богородского купца Фомичева Василия Максимова. Он, вероятно, как и многие в округе, работал вначале на фабрике знаменитого Ивана Михайловича Кондрашева в Щелкове, а затем основал свою фабрику близ соседнего с Щелковом сельце Турабьево, что было на дороге из Щелково в Чижево. Его фабрика «при деревне Турабьевой» выпускает «бархат, штофные и жилетные материи». В 1852 – он был городских головой уездного Богородска. Погодинский журнал «Москвитянин» 1834 г. в статье о Кондрашеве упомянул и нашего героя : « Из Щелкова видны фабрики купцов: Александра Петровича Крюкова, родственника Ивана Михайловича, Василия Максимовича Фомичева и Николая Лукьяновича Лаптева; по словам Ивана Михайловича, они все находятся в цветущем состоянии и шелковые их изделия пользуются справедливою известностью».

По церковным книгам о выборе старост в московском архиве удалось установить, что брат его, Григорий Максимович, богородский купец 3-й гильдии, был церковным старостой Амиревской церкви в 1854-56 и 1857-59 гг., а может быть и в другие годы. Сын фабриканта Алексей Васильевич продолжил дело отца, он имел в 1890 г. шелкоткацкую фабрику в Мальцево-Бродове Московского уезда на 80 раб., их усадьба (в совхозе «Лесные Поляны» близ ж/д станции «Зеленый бор») сохранилась до настоящего времени. Удастся ли найти потомков предприимчивого купца из д.Ново и семейные фотографии?

Род Лихановых. В 1856 г. в д. Ново отмечена небольшая фабрика владелицы усадьбы Гребнево дворянки Пантелеевой Веры Михайловны на 35 рабочих. Крестьянин д. Ново Иван Алексеевич Лиханов становится предпринимателем в 1869 г., то ли купив фабричку у Пантелеевой, то ли начав свое собственное дело. Отец его был бурмистром имения при Пантелеевых. Наследнику нового предпринимателя, тоже Ивану, было тогда 15 лет. Именно к нему, первому из «Иванов Ивановичей», и перешла впоследствии новская фабричка. В 1896 г. Лиханов И.И. ( 28.3.1847-3.12.1901.) , «крестьянин д. Нова, платящий купеческую гильдию», был выбран в церковные старосты на смену Кондрашевым. «на его фабрике кормятся свыше 127 человек; при случае в нужде они получали помощь, многих он пристроил, многих женил и похоронил… 12 января 1896 года единогласно выбран в церковные старосты с. Гребнева; это был вполне христианин… вся забота его при жизни была благоукрасить храмы и послужить Богу. Благословенным семейством Господь наградил его: после него осталось 5 сыновей, воспитанных в духе христианства и, что всего замечательные искусных певцов в храме» [Токмаков И.Ф. Историко-статистическое описание села Гребнева… М., 1903; 2-е изд. Фрязино, 2002] . Именно на средства Лиханова, как отмечает Токмаков, в 1900 г. «великолепно отделан внутри и снаружи зимний храм...: иконостас вызолочен, стены вновь покрыты живописью, реставрированы иконы, возобновлена утварь». 29 октября в торжественной обстановке было проведено освящение обновленного храма. В этом же году на средства ктитора храма Лиханова И. И. построена церковноприходская школа (24х12м) на 60 детей.

Умер фабрикант в 1901 г., 54 лет, и похоронен рядом с храмом. В их семейной теперь ограде – похоронены и его сыновья, и их дети. Небольшой памятник отметил и могилу одного из них, Федора Ивановича (1876-1907 гг.). Федор был одним из 5 сыновей владельца фабрички. Он руководил церковным хором, поддерживал его высокое мастерство (««управляет прекрасным любительским хором, который с честью мог бы занять место на клиросах столицы»). Пройдет всего 10 лет после этой записи И.Токмакова, отметившей необыкновенные вокальные и музыкальные природные способности крестьян нашего края, как эту миссию в Москве утвердит хор щелковского организатора хора Юхова И.И., ставшего потом 1-м Государственным хором.

Два других сына Ивана Ивановича Лиханова носили имена Иван Ивановичей. Видно, хотелось отцу создать династию «Иван Иванычей», вот он при рождении сыновей и застраховался прозванием Иванами двух сыновей. Старший из них стал владельцем фабрики, по традиции «наблюдал» за хором и теперь уже сам старался о красоте храмов. Входящие в Зимний храм часто не замечают прекрасного кафельного пола и надписи на полу «1910». Так отмечено обновление Лихановым храмов в том году.

Особо следует сказать о хоре. К летнему празднику Лиханов шил новые белые платья «женским голосам», получали подарки и мужские басы, баритоны и теноры. На его средства был отправлен учиться музыке, пению и хоровому искусству крестьянский парнишка Иван Ладонычев из Ново. Вернувшись после учения, Иван Александрович стал регентом церковного хора, а в 30-х гг. руководил и духовым оркестром «Радиолампы». Его богатая музыкальная библиотека духовных и светских песнопений долгие годы после смерти владельца служила фрязинским любителям пения.

Сохранилась старая фотография большого хора - 59 портретов из 1926 года. Среди хора - церковный притч и все знаменитые люди округи: деловые люди нового ХХ века, востребованные НЭП-ом - будущие высланные, лишенные прав («лишенцы»), раскулаченные, ссыльно-поселенцы.

Революция изменила судьбу Лиханова. Фабрику он передал «рабочим», а сам стал на ней техническим руководителем («Мы пожили хорошо, - говаривала его жена, - теперь другие пусть поживут»). Работая техноруком, Лиханов много сделал для того, чтобы фабрика не остановилась.

В трагические тридцатые годы И.И. Лиханов, как неблагонадежный элемент, был выслан на «сотый километр» в г. Александров, где и умер. Сын тайно перевез тело в Гребнево, где после отпевания так много сделавшего для храма прихожанина похоронили Лиханова рядом с отцом и братом. Но памятник ставить не стали. И только в новое демократическое время их потомки поставили плиту с именами всех захороненных здесь Лихановых.

Такова история рода купцов Лихановых, чья предприимчивость дала работу более 200 крестьянам, а прибыль пускалась в оборот на лучшую жизнь семьи, на сохранение храма, на школу и на прекрасный хор.

Здание фабрики неоднократно переделывалось, немалую известность приобрели по стране галстуки, а затем и дорогие ткани фирмы «Луч» (современное название фабрики). Так и просится на стену фабрики большая памятная чугунная доска с надписью «ОСНОВАНА крестьянином д. Ново Иваном ЛИХАНОВЫМ в 1869 г.».

Следует отметить, что по переписи 1898 г. в д. Новой – 487 жителей в 108 избах, из них грамотных – более половины мужчин и менее четверти женщин, во владении у них было 492 дес. земли (пашенной – 218, лесной – 196). Из живности в домах наличествовали 31 лошадь и 47 коров, да 16 коз и 46 овец. 143 мужчины и 137 женщин занимались ткачеством в своем селении и треть из них на стороне.

Ручей в большом овраге, носившем и в давние времена название Безымянного, впадал в Любосеевку и отделял старое Ново от ее мещанской слободки, в которой селились вышедшие на волю и разраставшиеся семьи. В Ново было волостное управление Гребневской волости, а после событий 1905 г. губернатор в своем донесении 17 марта 1906 г. сообщал Министру внутренних дел: “ наибольших успехов революционной смуте удалось достичь в Щелковско-Гребневском фабричном районе» и в Нове появилась и конная стража из донских казаков, некоторые из них даже вызвали сюда и семьи. После февральской революции 1917 г. казаки сразу же собрались и уехали домой по станицам.

Большая прицерковная площадь издавна использовалась для ярмарок, особенно многолюдны они были в престольные праздники.

Первая земская школа построена здесь была в 1868 г. Затем ее сменило просторное здание о 6 окнах, построенное при содействии купеческих семей края «в память посещения великого князя Сергея Александровича (брат царя) уездного города Богородска»

Сегодня в Ново располагается Администрация Гребневского сельского административного округа. В центре округа - средняя школа, в которой небольшая выставка рассказывает о старинной судьбе округи, четыре частных магазина, поселок пятиэтажных домов (дома фирмы «Луч»), который продолжает строить ПСК «Зодчий» (ген. директор Исаков И.Я.). Памятник погибшим на Великой Отечественной - место ежегодных митингов памяти к Дню Победы. Галстучная фирма «Луч» продолжает свое производство, хотя и в небольшом объеме, но сохраняя традиции старой лихановской ткацкой фабрики, основанной в деревне Ново в 1870-х гг.

Деревни Старая Слобода, Новая Слобода

Иллюстрации – фото Шишкина острова, плотина пруда, памятник в честь освобождения от колхозного рабства. Часовня. Фотография Мотова – первого.

Впервые упомянута в писцовых книгах 1623 года как деревня Слобода. Выросла, вероятно, как поселение крестьян, обслуживающих хозяйственный двор усадьбы и поселенных на другой стороне Барского пруда. Деревня, разрастаясь (112 хозяйств в 1899 и 645 жителей), заняла значительное пространство по обеим сторонам Барских прудов и получила уже к 1926 году официальное наименование Старая Слобода (на правом берегу Любосеевки, 1926 г. – 451 чел.) и Новая Слобода (258 жит. в 1926 г.), примыкающая к усадьбе Гребнево на левом берегу Любосеевки и Барских прудов.

У жителей округи устойчивая легенда о происхождении жителей Слободы от пугачевцев, пригнанных после их разгрома для строительства Барских прудов и поселенных некоторых здесь, потому очень неохотно отдавали они своих девчат в жены к потомкам «разбойников». И фамилии крестьян, казалось бы, подтверждали старые волжские разбойничьи клички – Крюк, Мот, Суббота, Шик, Заруба, Башкир, Могуч, Сучок, Сыч, Шурун. Но собранная по архивам Электронная база крестьян гребневского имения 1725-1864 гг., подтвердила, что почти все старинные рода крестьян имели начало задолго до «пугачевского» времени, а карта 1767 г. а Российском архиве древних актов пояснила, что обширный пруд и обводные каналы вокруг двух выступающих мысов сооружены до 1773 г., т.е. до времени начала Пугачевского восстания. Но легенда эта очень распространена, имеет какие-то корни и требует расшифровки.

Меньший из двух больших островов пруда носит название Шишкин и только немногие знают тайну, что название связано не с художником И.Шишкиным (хотя могучие поваленные сосны на острове и растиражированная картина «Медведи в сосновом бору» наталкивали любопытных на это), а с поверьем, что в заводи близ Новой Слободы водятся «шиши-шишиги» - водяные. Многие слышали эти ночные шлепанья лап нечисти по воде. Так что свои «лохнесские чудовища» водились и в наших краях. Исследователь первого описания нашей местности М.М.Федоров подтверждает, что ставший потом островом мыс записан в писцовых книгах 1623 г. уже как Шишкина гора.

В отличие от жителей соседних деревень в Слободе передается из рода в род много легенд. Среди них легенда о подземном ходе с Большого острова в усадьбу Гребнево, который начинался на большом искусственном холме на низменном берегу Большого острова. Слободские парни пытались разрыть его, но ничего не нашли. Слободчанин В.Ильичев поведал о появлении этого холма свою легенду – когда окончилось обустройство грандиозного ландшафтного парка усадьбы (пруды, острова, каналы – при князьях Трубецких), то повелел управляющий насыпать в честь этого события холм, и каждый крестьянин должен был тогда принести столько картузов земли, сколько у него душ в семье. Так Холм и остался гордо стоять напоминанием о начале этой красоты Барских Прудов, дошедшей и до нашего времени.

Через Слободу в старину шла прямая дорога из Гребнева на Стромынку: через плотину у Слободы и далее через лес к мосту через Клязьму у Анискино и по тракту в Москву. И даже потом, когда земство в 1889 г. обустроило Ново-Хомутовский тракт от Фрянова до Назимихи, обозы продолжали идти по этой Слободской дороге. И лишь с вводом через несколько лет нового участка шоссе от Нова до Щелкова обозы с товаром фабрик Фрянова, Огуднева, Душенова, Трубино и других деревень пошли, минуя Слободу.

В старину деревня, как и все в округе, «работала шёлк». Еще всероссийская перепись фабрик 1812 г. отметила здесь две фабрички – крестьянина Павла Иванова (7 станов, 7 работников) и Ивана Яковлева (5 станов и 5 работников). Фамилии тогда не писались, и только Ревизские сказки 1834 г., записанные с фамилиями, расшифровали первого как Крюкова, второго как Ивана Яковлева Большого Бирюкова. Так два этих рода и первенствовали в деревне весь XIX век. В начале XX в. к ним присоединились и Зиничевы.

В 1852 отмечена фабрика Анны Антоновны Крюковой - выпускались саржа, марселин, атлас и платки.

В 1898 г. здесь было 614 жителей, 115 домов, 40 хозяйств выделилось из общества. Надельной земли было311 дес., из них пашенной – 190 дес.; 42 лошади, 57 коров, 10 коз и 11 овец – таково было обширное домашнее хозяйство слободчан. Главным занятием их были промыслы – 188 мужчин и 178 женщин работали в своем селении и только четвертая часть мужчин и десятая часть женщин – на стороне. Кроме 5 небольших фабрик и в каждом доме стояли станы для выработки шелковых материй.

В 1916 г. отмечены шелкоткацкие фабрики С.П. Зеничева (Зиничева), 27 рабочих, и П.П.Сафонова, 20 рабочих. Да еще немалое число станов на них работало по домам на «давальном материале». У Зиничевых был большой двухэтажный дом, сохранившийся и сегодня. После раскулачивания они, вероятно, успели уехать от греха подальше, а в доме организовали школу.

С началом войны 1914 г. когда западные губернии подверглись атакам германских войск из тех краев хлынул поток беженцев. Комитет по беженцам стал распределять их по селениям. В Гребневской волости таким селением было выбрана Слобода. Так в ней зазвучал польский говор, их начали учить «работать шелк», нашлась им и другая работа, тем более, что война лишила предприятия многих рабочих рук. Часть из них осели и после революции вошли в семьи слободчан.

В Щелковском городском архиве сохранилось решение Слободского сельсовета 1928 г. подтверждающего лишение избирательных прав самого энергичного сословия: Гудовичевы Николай Михайлович (60 лет, «бывший фабрикант»), его жена и два сына, Бирюков Е.С. (65, лет, «б. Фабрикант») и его жена, Зиничев Степан Петрович (68 лет, «б. фабрикант») и его жена; Сафонов П.П. («сын фабриканта»), Бочарова М.А., Мотовы Е.И. и 3 его сына, Крюковы (мать и два сына).

Далее история деревни шла по одинаковому сценарию – все в колхоз им. В.И.Ленина, «бузотеров» - на высылку. Перед войной в Старой Слободе, тянущейся вдоль пруда и Любосеевки, появилась новая, перпендикулярная к ней улица из выселенных жителей деревни Орловой. Дело в том, что территорию полей старинного сельца Орлова на речке Вздериноги близ Литвинова власти отвели под строительство нового аэродрома, четвертого в Щелковском районе - началась грандиозная подготовка, навезли строителей, и всех жителей быстро начали расселять. Так появились в Слободе новые, орловские, фамилии. Началась война, стало не до новых аэродромов, но орловчане так и укоренились здесь, работали в колхозе им. В.И.Ленина (совместно с д. Ново).

От колхозной бедности население спасалось работой на фрязинском заводе «Радиолампа», но и колхозные фермы работали, и молоко давали, и картофель запасали, и капусту.

История появления Новой Слободы. Название Новая Слобода родилось в XX веке. Жители деревни на левобережье Любосеевки и Барского пруда на левобережье поселились не сразу, она стала своего рода мещанской слободкой , где селились вышедшие на волю крестьяне деревни, приписанные к мещанам или купцам города Богородска. Здесь было много домов Крюковых, той части, которая стала мещанами и купцами.

При Советах, чтобы не подчиняться «голытьбе», жители левобережья Любосеевки даже быстро свой совет избрали и объявили поселение Новой Слободой. Потом этот совет власти разогнали, признав, вероятно, кулацким, и объединили с большинством Старой Слободы, но название Новая Слобода так и осталась за бывшей мещанской слободой.

Чижово (Чижево)

Земли деревни Чижово (100 хозяйств и 528 жит. в 1926 г. при 512 га) дали приют многоэтажкам Фрязино, и от деревни более чем в 100 домов теперь осталось 17 крестьянских деревянных, но все еще уютных домиков. Это родина Героя Советского Союза летчика-истребителя Иванова (Кузнецова) Ивана Ивановича, героя первого тарана в Великой Отечественной войне. Недалеко от дома, где он жил, установлен памятник Герою.

В седую старину деревня входила в имение Гребнево, вместе со многими деревнями имения вошла в лидеры самых развитых по крестьянской промышленности селений губернии. Среди первых крестьян, вышедших на волю в 1802 и приписанных к купечеству были Белянкины. Совместно с фрязинским купцом Алексеем Ивановым сыном Быковым Степан Алексеев сын Белянкин в 1807 г. имели фабрику на 46 рабочих. В связи с большой конкуренцией в этом регионе Белянкины затем перенесли свое дело в соседний Московский уезд, где на карте 1848 г. была указана их фабрика в сельце Легково в 10 верстах к западу от села Богослова.

Через Чижево шла главная дорога из Гребнева в Щелково. Любосеевка пересекалась в старину вероятно по броду, а потом поставили небольшой мост. Дорога далее шла не прямо на крутой съезд с Гребенской горы близ Щелкова, как сейчас, а по пологому пути вдоль леса к Турабьеву и далее к щелковской плотине через Клязьму. Интересно, что на картах 1824-1848 г. при д. Чижево указаны и два ее «крыла» - слободка Грызловка и слободка Пьяна, через которую и пролегала эта «плавная» дорога.

Родом из этого села – краевед-исследователь А.С.Батьков, который написал фундаментальную историю Чижова с 1600-х годов по сегодняшнее время («Деревня Чижово Щелковского района Московской области – документы, описание, фотографии», Фрязино, 2004), он составил и издал уникальную «Родословную жителей деревни Чижово (Чижево)» – роспись многих поколений всех крестьянских родов деревни за 400 лет. Эта, добавленная сотнями фотографий жителей ХХ века, книга – первое по объему проведенной работы в России. Краевед использовал писцовые книги XVII века, ревизские сказки XVIII - XIX вв., метрические книги церкви Гребневского прихода и данные похозяйственных книг 1940-1960-х гг. Проведена кропотливая работа с каждой семьей, использованы семейные архивы – так были попутно найдены дневник ткачихи Акулины Кутилиной с 1904 по 1950-е гг. (опубликован в журнале «Щелково» № 2002 г.), фронтовой дневник Жданова и много других ценных документов по истории края.

История грандиозного пожара 10 мая 1865 г., уничтожившего более сотни домов в дд. Фрязино, Ново, Чижево, Слободе, история строительства новых, крепких деревянных мостов через Любосеевку (сдан 6 ноября) и через Клязьму (сдан 12 ноября) при строительстве Гребневского шоссе («Назимиха-Ново-Чижево-Щелково») в 1889 г. – все это результаты его исследований.

В ХХ веке в Чижове были небольшие фабрички - бумаготкацкая купеческого 2-й гильдии сына Семена Петровича Волкова (основана в 1888-89 гг.) и шелковые: мещанина Григория Яковлевича Валдайского (осн. в 1904, раб. – 20 муж. и 3 жен.) и крестьянина Дмитрия Григорьевича Жданова (осн. в 1908 г., раб. – 11 муж. и 3 жен.). Последнему, который имел двухэтажный дом и фабричное здание, в котором уже работали станы от двигателя (на керосине), пришлось все отдать Советам – но им станки, в том числе пришедшие в 1918 г. по заказу из Франции, оказались не нужны, так они и десятилетие ржавели под дождями. Фабрика была разобрана, а дом, 2-й этаж которого использовало правление колхоза для своих специалистов, долго сохранялся, пока обустройство нового квартала Фрязино не смело и его. Младший сын фабриканта Виктор Дмитриевич Жданов, выйдя на пенсию, решил восстановить старый родительский дом, хотя бы в макете (1968) – теперь этот большой красивый дом (с внутренним освещением и строгим разделением по горницам) по разрешению семьи Ждановых представлен в Щелковском краеведческом музее.

Страсти первых десятилетий советской власти старательно записала в своем дневнике А.Кутилина:

« 1922 года Апреля 22-го дня в Гребневскую церковь приехали коммунисты и брали серебро и золото, чаши и Евангелие и сдирали со святых икон Ризы и лампады.

1929 года на Гребневскую церковь прислали большой налог 400 рублей, и крестьяне уплатили.

1930 года была сильная отборка у буржуев и кулаков и крестьян скота и зерна, и одежды.

1931 года Июля месяца было сильное раскулачивание мелких фабрикантов и выселка в дальние губернии на Урал целыми семьями. Был сильный плач.

1932 года Мая 15-го дня у нас в деревне выгнали из дома, и всё отобрали у Ивана Дмитриевича Жданова.

1932 года осенью была сильная отборка картофеля у крестьян. Несем сильный голод.

1934 года в Октябре месяце с Гребневской церкви сняли колокола».

Добавим, что упомянутый в дневнике Иван Дмитриевич Жданов был старшим сыном фабриканта, после раскулачивания уехал в Щелково, окончил курсы бухгалтеров. Через некоторое время по суду восстановил свои права на дом и перевез его на Воронок.

Печальнее была судьба «фабриканта» Валдайского Григория Яковлевича, он работал уже на «Радиолампе», когда в декабре 1937 г. был неожиданно арестован и 22 марта 1938 расстрелян на Бутовском полигоне под Москвой.

Фото. Агитбригада «Красная рубаха» избы-читальни д. Чижово. Третий слева стоит И.И.Иванов.

Молодежь же активно участвовала во всех этих мероприятиях. Далеко была известна чижевская агитбригада «Красная рубаха», в которой был и юный Иван Иванович Иванов, будущий Герой Советского союза. Семья их прибыла в Чижово в 1860-х. Потомственные кузнецы из приписанных к Сретенской мещанской слободе Москвы, они стали хорошо известными и почитаемыми людьми в округе. Получили по профессии фамилию Кузнецовы, но в Чижеве уже были свои Кузнецовы, и для отличия их стали звать Ивановыми, по имени Ивана Ивановича старшего, отца Героя. Так и пошло дальше – в метрической книге - запись о рождении Героя в семье Кузнецовых, а при приеме в летную школу он записан как Иванов. С этой фамилией он и вошел в историю как герой первого тарана в Великой Отечественной войне. Сын его Владимир и внук живут в Реутове и на юбилеи приезжают в школу №1 (г. Фрязино), носящую имя их отца и деда.

Здесь в 1930 г. был создан колхоз «Красный пахарь», который возглавил дед краеведа Батькова Илья Григорьевич Сальников, бывший несколько лет председателем объединенного с д. Фрязино сельсовета. Колхоз оказался достаточно крепким и дожил в Чижове до 1970-х гг. Чижово стало и центральной усадьбой нового объединенного колхоза им. В.И.Ленина (правление склады, производственные помещения), а его предпоследнего председателя делового Михаила Игнатьевича Самохина, возглавлявшего колхоз с 1951 г. помнят многие сельчане.

Развитие города Фрязино вытеснило и колхозные постройки и дома жителей. Правление было переведено в Богослово.

В годы войны 79 жителей Чижова ушли в армию. 42 из них погибли, защищая Родину. Война отметила ветеранов ранами и наградами. Назовем Александра Алексеевича, внука фабриканта Жданова. Он, окончив летное училище в Кубинке, сражался в финской компании и на фронтах Великой Отечественной. В 1949 - 1951 годах воевал на стороне Китая против американских войск в Корее. За боевые заслуги неоднократно награждался орденами и медалями, полный Кавалер орденов Славы. Жил после войны в Кубинке.

Село Богослово

Село Богослово расположено в 8 км от Фрязино. Расположено оно было на бойком в старину Хомутовском тракте (Москва-Хомутово-Сабурово-Орлово-Петровское), где тракт пересекал речку Лашутку. Теперь речка запружена, и громадный пруд с высокими берегами, поросшими соснами, очень привлекателен для любителей красот подмосковной природы.

Сегодняшнее название село получило лет триста назад по имени бывшей здесь в старину церкви Иоанна Богослова. Ранее называлось Фомино . Четыреста с лишним лет назад оно так представлено в писцовых книгах 1584-86 гг. в стане Воря и Корзенев: «За Федором да за Иваном да за Григорием Окинфовыми за Петровым село Фомино на речке на Лошутке, а в нем церковь Ивана Богослова, древяна, клетцки, без пения, пашни лесом поросли серой земли 46 четьи в поле а в дву потомуж да сена 20 коп да лесу дровяного 30 десятин»

В 1748 – «Богословское Фомикно тож» принадлежало Измайлову В.В. и Лодыженскому В.А. В 1767 году при помещице Анне Степановне Поздеевой в селе – дом господский деревянный, Казанская деревянная церковь и 22 дома с 191 жителями, 218 десятин пашни, 35 сена, 803 десятины леса. При ней было проведено Генеральное межевание и в Российском государственном архиве древних актов сохранился план имения – дом на высоком правом берегу речки Лашутки с небольшим парадным двором-цветником.

Каменный же храм Казанской Богоматери был построен позднее - владелицей села Параскевой Федоровной Остафьевой урожденной Лопухиной и освящен в 1801 году.

В 1811 году село - у оберпровиантмейстера Алексея Андреевича Засецкого, 22 дома 79 душ муж. пола в 1795 г, 47 умерло (в 1795-1811), в 1811 – 72 д.м.п., в т.ч. 18 крестьян переселены из села Фоминского Алексинского уезда Тульской губернии. Если эти туляки остались при продажах села, то богословцы должны помнить старые предания об этом великом переселении части их предков из тульского края. Засецкий владел и соседним Карякиным. При нем 11 крестьян Богослова и деревни Корякиной ушли в ополчение в 1812 году.

В 1823 году селом владела Елизавета Осиповна Баташева, дочь купца 1-й гильдии Москвина О.Я., жена заводчика и коллежского асессора Ивана Родионовича Баташева. Было у нее 11 дворовых. Может быть, именно она заложила обширный парк, аллеи высоких деревьев которого хорошо видны и сегодня в Богослово. Баташева владела в это время и соседним селом Вантеево (Ивантеевка) с писчебумажной фабрикой (22 тысячи стоп писчей, оберточной и обойной бумаги в год).

В 1852 году здесь значилось 32 двора, 236 жителей мужского пола и 244 женщины. Богослово принадлежало Кильдюшевскому Егору Николаевичу, статскому советнику, а в 1864 году – его племяннику Николаю Павловичу Кильдюшевскому.

Не прошло село и мимо общего увлечения шелкоткачеством. В 1883 году здесь отмечена шелкоткацкая фабрика (50 раб.) местного крестьянина Калугина Петра Ивановича, год основания ее указан 1848.

Прошедшая в 1899 году перепись принесла полные данные по селу и окрестным селениям. В Богослове было тогда 58 изб с 271 крестьянином при 457 десятинах земли (118 – пашни, 27 - покосов, 282 – лесных угодий). Основным промыслом крестьян было, как и во всем Богородском уезде, шелкоткачество. Крестьяне работали на местной фабричке и на дому. Таких ремесленников переписчики насчитали 55 чел. (20 муж. и 35 жен.), а 49 муж. и 29 жен. работали на стороне. Было у крестьян на 58 домов - 34 лошади, 30 коров, 16 коз, 40 овец. Сеяли овес, рожь и немного гречки, да сажали ставший уже привычным к этому времени картофель. Урожаи были небольшими – «сам 4,7» ржи (в 4,7 раз больше посеянного), сам 4,2 овса, сам 5,1 картофеля.

Сегодня село - центр сельскохозяйственной ассоциации «Богослово» с небольшим многоэтажным городком, построенным в 1970-е годы. В селе – клуб с библиотекой, мемориал павшим в Великой Отечественной войне и ряд небольших предприятий.

Храм Казанской Божьей Матери

Как уже говорилось выше, деревянная Казанская церковь была построена ранее 1767 г. На представленной карте тех лет (из собранного архива при Казанской церкви), сохранившейся в РГАДА, в делах Генерального Межевания, хорошо видны малая цепочка домов села, прилегающий к ним участок с крестиком на месте небольшой церкви, господская усадьба с П-образным домом и дворовыми службами (амбарами для хранения зерна и т.п.), через небольшой овраг у самого обрыва, за которым течет Лашутка, расположен цветочный парк для гуляний и, вероятно, здание модных тогда оранжерей.

Действующая сегодня каменная Казанская церковь построена 200 лет назад в 1801 году «тщанием и иждивением вдовы, действительной статской советницы Прасковьи Федоровны Остафьевой урожденной Лопухиной». В “Московском некрополе” нашлась надпись на её могиле в родовой усыпальнице Лопухиных – в Знаменской церкви Спасо-Андрониковского монастыря с датами жизни - 19.7.1754-12.8.1810, именины 26 июня». Интересны и примечательны слова на памятнике ее мужа Владимира Ивановича Остафьева (1740-1794): «Добродетельнейший был человек, чтил и хранил Божий закон и Государевы уставы, – вот слава, коей цвет не увядает век» .

Вероятно, "на помин души" этого замечательного, судя по надписи, человека и была сооружена каменная церковь. Искусствоведы отмечают, что построена она в стиле зрелого классицизма. Архитектурные формы и высокие художественные качества памятника свидетельствуют о работе выдающегося зодчего казаковской школы. Кирпичный, с белокаменными деталями храм представляет завершенную бельведером ротонду, окруженную шестью тосканскими портиками. Крытым переходом храм соединяется с колокольней.

Художественная выразительность памятника, почти лишенная декоративного убранства, достигается средствами архитектуры: богатой и пластической разработкой объема, пропорциональностью и гармонией отдельных его частей. Черты эти при оригинальной композиции и тонкой прорисовке деталей позволяют поставить храм в число лучших культовых сооружений своего времени.

В 1810 после окончания Троицкой семинарии в эту новую церковь был назначен Сергей Иванович ЛАПЕНСКИЙ (1787-п.1839), сын священника. Он был награжден в свои 25 лет наперсным крестом за заслуги во время войны 1812 года и прослужил в храме более 29 лет…

Церковь была закрыта коммунистами в 1939 году, как ни сопротивлялись прихожане и притч. Последний ее священник (с 1919 года), ШИРОГОРОВ Дмитрий Иванович (1878-1941), сын священника Никольского храма в Жегалово, скончался от потрясений при закрытии храма, да еще и от трагической неизвестности о судьбе сына Николая, диакона Ямкинской церкви (близ Ногинска), арестованного в 1937-38 гг. Отец Дмитрий был похоронен недалеко от храма, на сельском кладбище.

В новое время тщанием настоятеля о.Алексия Никонова и при поддержке боголюбивых дателей полуразрушенный храм стал восстанавливаться и вскорости начались службы.

В 2001 году храм торжественно отпраздновал свое 200-летнее служение. К празднику храм значительно приукрашен усилиями благотворителей и сегодняшнего молодого настоятеля о.Антония Коваленко, выпускника школы №3 г.Фрязино, физфака МГУ и Коломенской духовной семинарии.

Рядом с храмом было до двух десятков захоронений церковного притча и жертвователей. Во время советской власти, когда храм превратили в колхозный склад, а потом и совсем забросили, могилы эти были разрушены, а памятники растащены.

Здесь был похоронен корсиканец Паоло Ристори – поручик Великой армии и земляк Наполеона, попавший в начале войны в плен, принявший русское подданство и ставший подполковником русской армии (см. далее Кузьменки) . Рядом с ним был похоронен брат его жены Карл Дипедри, его земляк. Такое вот последнее пристанище выходцев из солнечного Средиземноморья в селе Богослово. Уже определена место их могил, где будет установлен памятный знак.

Важное для села событие произошло в 2003 г. 22 декабря 2003 г. Священный Синод причислил к Собору новомучеников сына старого священника Широгорова Николая Дмитриевича, погибшего за Веру и правду от рук безбожной власти в 1942 г. Найдена в Дмитровском районе у его внуков и фотография. Так что появится в храме и икона нмч. Николая, который когда-то босиком бегал по зеленой траве Богослова.

Деревня Корякино (Кривое Корякино, Красное Корякино)

Первое упоминание о «пустоши Корякино» относится к писцовым книгам 1584-86 гг. Наиболее вероятно, что имя свое оно получило от прозвища крестьянина Коряки, чей «починок на Маренке (без пашни)» отмечен в писцовой книге 1498/99 г. по «митропольчьему» селу Пушкину. В 1748 г. д. Корякино с 47 душами «мужеска полу» принадлежало генералу Михаилу Семеновичу Козловскому. Козловские владели в это время и Сабуровым.

В 1767 г. – «Кривое Корякино», владение Анны Степановны Поздеевой с 6 домами и 66 жителями, «крестьяне на пашне» (барщинные). С той поры деревня всегда входила в имение владельцев села Богослова.

В 1795 – 41 душа мужского пола. В 1811 - 11 домов, 48 душ. В 1862 – 25 дворов, 160 жителей.

В середине XIX века это деревня из 16 дворов, 150 жителей; в 1899 году – 54 двора с 277 жит., в 1926 году – 42 двора с 227 жит.

Красивое это место – корякинская дорога и зеленые лесные дали.

Костюнино (Костромино)

Это - небольшая деревенька вблизи Богослова на правой стороне речки-ручья Костюшки (на приведенной карте 1767 – Комаров проток). Близкое к сегодняшнему название упоминается в писцовых книгах 1584-86 гг. как «пустошь Костромино» в Боховом стане. Ранее, в 1498/98 гг. эта пустошь была деревней Костроминой, входило она в митрополичье село Пушкино и были в ней два двора (живут в них Илейко и Михалко).

В 1767 году деревня Костюнино (10 домов, 69 крестьян) и соседнее по Хомутовскому тракту село Орлово (16 домов, 149 кр.) на левой стороне речки Звериножки принадлежало князю Павлу Николаевичу Щербатову.

В 1810 году от нового владельца - Балка Петра Федоровича перешло вместе с селом Петровским и сельцом Орловым бригадиру Николаю Алексеевичу Дурасову. В деревеньке - 8 домов, дворовые господской усадьбы - из села Никольского Симбирского уезда.

В 1839-1863 годах Костюнино принадлежит « Ея превосходительству генерал-лейтенантше Аграфены Федоровне Закревской», доставшееся ей от бабушки Дурасовой вместе с Орловым и Царевым. Знаменитая Клеопатра Невы, обольстительница-красавица была приятельница А.С.Пушкина (см. Орлово) . Домов было 7 (30 муж. и 27 жен.). [ЦИАМ 707/1/1155 КВ 1863, ЦИАМ 203/747/1674 ИВ1854]

Сегодня в ней намного больше дворов, многочисленнее становится число их обителей летом.

Большим событием для округи стала находка на одном из приусадебных участков кубышки с кладом монет времен царя Алексея Михайловича (1650-1670-е годы). 916 штук разнообразных монет весили 430 грамм (вместе с кубышкой). Монеты поступили в Государственный Исторический музей.

Сельцо Сабурово

Впервые упомянуто как пустошь Подъягодное Желудево тож в Писцовых книгах 1584-1586 гг., принадлежала эта земля старице Евгении жене Василия Царевского.

В 1589 числится Подъягодное у Тимофея Сабурова, чей род вел происхождение от мурзы Чета во крещении названного Захарием. Но татарские традиции в семье остались, и правнук имел прозвище Сабур (араб. - терпеливый, выносливый ), от него пошел и род Сабуровых. Вдова Тимофея Капитолина отдала пустошь в 1625 г. в приданое за дочерью Мариною зятю Никите Васильевичу Олябьеву (Алябьев). Олябьев построил на пустоши дворы и овины - пустошь стала сельцом, которым после владел его племянник князь Григорий Афанасьевич Козловский из известного рода Рюриковичей. Козловские владели им более полутора веков.

В 1646 – 1 двор крестьянский с 4 чел. В 1676 – двор крестьянский и двор для крестьян из других вотчин. В 1694 именьице досталось его внуку князю Семену Михайловичу Козловскому. Именно при передаче сельцо получило новое дополнение к имени Подъягодное «Сабурово тож» по владельцам пустоши 100 лет назад. В 1704 здесь был двор скотный и 20 человек живущих.

В 1706 г. князем С.М.Козловским была построена деревянная церковь Спаса Нерукотворного образа на расстоянии с полуверсты от сельца (территория, где сегодня пансионат, близ лесного озера) рядом с вотчинным двором. Селение получило звание села и новое название Спасское Подъягодное тож (1748).

В 1748 г. селом владел сын его князь Алексей, самый знаменитый из князей Козловских, сенатор, скончавшийся в марте 1774 г. В 1775 г. село – у его сына Якова.

Экономические примечания ок. 1776 г. описывают так Сабурово: «на суходоле» - церковь Спаса Нерукотворного образа, дом господский деревянный, 12 домов с 74 крестьянами, сад регулярный с плодовыми деревьями, фабрика полотняная о 10 станах, «крестьяне на пашне» (барщинные). Сабурово в 1785 г. было снова приписано к приходу Казанской церкви села Богослова , по ветхости церкви, «скудости утвари и малоприходству».

В XIX в. селение сменило много владельцев из служивых города Москва. В 1819-39 г. – у подпоручицы Марфы Афанасьевны Татариновой. Рядом с селом усадьба - 1 дом, дворовых - 8 муж. и 6 жен.). Крестьянских домов 13 с 51 муж и 63 жен. В 1844 г. им владеет Александр Иванович Татаринов – 12 дворовых и 20 домов крестьянских.

В 1854 - его превосходительства Павла Федоровича Степанова. 1863 - статского советника Василия Васильевича Чередаева, 16 домов, 150 «временнообязанных крестьян».

В 1899 – 34 двора с 193 жителями. В 1926 в Сабурове – 233 чел.

Издавна в сельце была и владельческая усадебка с прудком и парком, отделявшим господский дом от пыльного Хомутовского тракта. Она хорошо видна на карте 1848 г. В 1890 году она принадлежала статскому советнику Алексею Николаевичу Маклакову (умершего в 1895), отцу знаменитого общественного деятеля Василия Алексеевича Маклакова. Усадьбу, как и многое другое, постигла стандартная участь переворота 1917 года. Она была расхищена, а то, что осталось - сгорело. Но следы парка у Сабуровского пруда хорошо сохранились, и там в 1950-70-е гг. проходили праздничные гулянья молодежи.

Здесь «в крепкой крестьянской семье» родился в 1920-м году поэт и писатель Алексей Петрович Галкин, автор многих книг стихотворений и интереснейшей книги воспоминаний, живущий в Королеве.

В сельце сегодня живет писатель Вячеслав Бабушкин, подполковник в отставке, автор 10 книг поэзии и прозы, в т.ч. книги рассказов и повести «Летчик-штурмовик», о Герое Советского Союза Б.Н.Еряшеве. Приведем отрывок из его книги рассказов о старине: « Когда-то о здешнем помещике мне много рассказывал житель деревни Василий Васильевич Степанов. Отзывался он о нём очень хорошо, что был он рачительным хозяином, имел добротный дом с прислугой, большой библиотекой. Ездил всегда в дрожках на паре лошадей. К крестьянам деревни относился с почтением и во всём всегда помогал. Прудовая система, принадлежавшая ему, насчитывала три водоёма, соединявшихся между собой протоками, по которым он плавал на лодке. На островке одного из прудов пил чай из самовара. Рыбой он обеспечивал свою семью и всех в округе. Дом помещика был большой, с хозяйственными постройками, приспособленный для постоянной жизни. Сколько было положено сил, чтобы создать красивый липовый парк, а также великолепный сад, где росли многие сорта яблонь, смородина, крыжовник, земляника. Жена моя в детстве (в 1950-е гг.) ходила в бывший помещичий парк учить уроки. К престольному празднику в парке наводили порядок: подметали аллеи, собирали дрова для костра, мастерили скамейки, расчищали главную аллею, на которой был круг для танцев. Танцевали под гармонь, в деревне было несколько хороших гармонистов. Пели русские народные песни, плясали "Русскую", забавлялись частушками. Позже туда провели электрический свет, и танцы уже были под радиолу». Вот такие воспоминания, которые, надеемся, пригодятся для будущего преобразования парка.

Сегодня в Сабурове сорок с небольшим дворов и уже два десятка особняков предпринимателей, полюбивших этот живописный край.

Сельцо Кузьминки, Кузьменово -

Сельцо по обе стороны речки Вздериножки ( см. Орлово ) известно исстари. В 1748 г. оно было у «государственной юстиц-коллегии советника Ивана Иванова сына Ешкова (ранее «за бабкой ево вдовою Настасьей Петровной Баталовой») и было в нем 24 души («мужеска»). При генеральном межевании 1767 г. (33 «мужеска» души при 304 десятинах земли) Юшков назван уже тайным советником.

В 1812 году сельцо отмечено во владении надворной советницы Анны Евреиновой из семьи разветвленного купеческого рода выходцев из евреев, принявших православие и пожалованных затем за службу во дворяне. Евреиновы одно время владели фабрикой в соседнем селе Вантееве (Ивантеевки). В 1839 – во владении дворян Евреиновых, дворовые (в селе была усадьба или управление вотчиной) - 1 дом, 4 мужчин и 3 женщины, крестьян - 5 домов, 16 муж. и 19 жен. [ЦИАМ 707/1/209 КВ1839]

С 1849 и в 1854 гг. сельцо во владении подполковницы Маргариты Львовны Ристори. Памятник, который она поставила на могиле подполковника Осипа Павловича Ристори, еще в 1970-х стоял у заброшенной церкви с. Богослова. Исследование в Военно-историческом архиве рассказало об интересной судьбе заброшенных в наши края корсиканцев.

Вдохновленный военными победами своего земляка Наполеона Боунопарте Иосиф Ристори записался в Корсиканский батальон Великой Армии и поручиком вошел вместе с ней в Россию. Судьба была милостива к нему, в самом начале похода он заболел и остался в госпитале в Витебске, где и был пленен при наступлении Кутузова. Через некоторое время он поступил добровольцем в формировавшийся Германский легион для участия в боях с французскими войсками. Но война ушла из Германии во Францию и закончилась. Всем военнопленным предложили выехать из России, а он задержался в западных уютных усадьбах, где по офицерам соскучились. В 1816 г. вышел строгий приказ собрать всех отставших в лагерь военнопленных в Калуге. Иосиф (Осип Павлович) подает рапорт о принятии его на военную службу России.

После длительного рассмотрения дела, он принят в армию. Женился в 1820 г. на своей землячке Маргарет Депедри, чья семья имела в Москве торговое дело, и поручителем на венчании в Перопавловской католической церкви Немецкой слободы был среди других известный нам архитектор Доменико Жилярди из рода выходцев из Италии. В 1828 г. Ристори майором Тульского пехотного полка, а затем в 22 Егерском полку прошел боевой путь по дорогам Болгарии в Турецкой войне. Здесь был назначен комендантом г.Бабадар, а по окончании войны препроводил военнопленных турок в крепость Рущук в соответствии с мирным договором и передал пленных. В 1830 награжден орденом св. Владимира 4й степени. Вероятно, после выхода в отставку около 1837 г. Ристори купили маленькое сельцо Кузьменки и как владельцы земель подали прошение о записи их в Родословную книгу Московской губернии, почему в архивах Дворянского собрания сохранилось и подробное дело Ристори. Здесь и умер подполковник, похоронен у церкви. Рядом под одним общим памятником была и могила брата жены. Было у них двое сыновей и дочь. Их младший сын Павел (Паоло – по деду) достиг звания генерал-лейтенанта. Хозяйка имения дожила до глубокой старости в Москве и похоронена на Введенском кладбище, где хоронили иностранцев, и на могиле ее в начале ХХ века была надпись Ristori Margaret рожд. Depedri +30.11.1889, 89 лет. Через 4 года после смерти матери, рядом был похоронен и ее сын, генерал-лейтенант Ristori Paul (5.7.1821-14.12.1895). Такова неожиданная история Ристори.

В 1863 г. Кузьменки - у надворного советника Павла Дмитриевича Колосовского, «проживает временно», активного участника земства Богородского уезда 1860-х гг. В сельце 4 двора, 32 «временнообязанных» крестьянина. [ЦИАМ 707/1/1155 КВ 1862].

В 1899 в сельце – 6 дворов с 39 жит. В 1926 – 15 дворов с 93 чел.

Известный председатель колхоза им. В.И.Ленина, объединившего земли от Чижово до Кузьминок (сегодняшняя сельхозассоциация «Богослово»), Михаил Игнатьевич Самохин был родом из этого сельца. При нем свезли из Кузьминок, как неперспективной деревни, последние дома и распахали усадебные огороды под колхозные поля. На этом и закончилась жизнь этого красивого сельца, существовавшего сотни лет, но для советской власти оказавшегося лишним.

Камшиловка (Камшилово, Камышиха, Камшилинка)

Деревня – самая восточная часть Гребневского округа. Расположено она у одноименной речки на полпути из Гребнево в Топорково. Входила в приход церкви села Гребнево, но принадлежала все время другим «негребневским» владельцам, и только в 1853 ее купила Вера Михайловна Пантелеева, владелица обширного имения Гребнево.

В 1767 году «деревня Камышиха» в 9 домов и 32 крестьян – у «Анны Кузьминой дочери Берсовой» (Анна Кузьминична Берс), «на правом берегу речки Камышихи» – дом господский деревянный, пашни - 37 десятин, сена – 5 десятин, лесу – 1 дес.

В 1812 году она во владении вдовы действительного статского советника Нестеровой Александры Афанасьевны (1758-1828), дочери Афанасия Абрамовича Гончарова, знаменитого купца полотняных дел (Гончаровы владели селом Каблуково, Клобуково-Спасское, с 1759 по 1828 годы).

В 1830 дворовых - 13мужчин и 18 женщин, крестьянских дворов - 5 (21м+24ж), и 3 двора раскольников-перекрещенцев с 5 м. и 12 ж.

В 1852 – 7 домов (31м+40ж), владение молодых Нестеровых: Татьяны и Александры Афанасьевны, правнучек Афанасия Гончарова, бывшие потом замужем: первая - за князем Сергеем Урусовым, а вторая - за штаб-ротмистром Матвеем Богдановым.

В 1890 здесь отмечена усадьба потомственного почетного гражданина ГОЛОВЦЕВА Федора Кирилловича. В 1913 – усадьба Удельного ведомства, вероятно, по лесной части.

Усадьба близ широкого пруда (запруженная часть речки) легко просматривается по постройкам давно находящейся здесь учебной базе Лесотехнического института.

На грани веков в 1898 г. здесь было 18 дворов (84 чел.), большинство жителей работало на фабрике Четверикова в Городищах. В годы НЭПА (1926) – осталось 12 хозяйств с 73 жит.

Сегодня несколько кирпичных домов и памятник погибшим в Великой Отечественной войне – новые постройки XX века.

Источники:

•  Щелковский район. Вчера, сегодня, завтра.

•  Холмогоровы В. и Г. Материалы к церковной истории Московской губернии. Радонежская пятина. М., 1898.

•  Мельников А. Краеведческие статьи в газете «Время».

•  Г.Ровенский. Исследования по архивам ЦИАМ и ЦГАДА.

•  Писцовые книги Московского государства. ч. I Писцовые книги XVI века. Отделение I Мест губерний Московской, Владимирской и Костромской. Под ред. Качалова. СПб. 1872.

•  Московская губерния. Богородский уезд. Поселенные таблицы переписи 1899 г. М., 1900.

•  Московский уезд. Результаты обследования по переписи 1926 г. Щелковская волость. М. 1927.

•  Кочина Н.И. Краеведческие публикации в газете «Время».

•  Московская губерния по местному обследованию. т. IV. Земледельческое хозяйство и промыслы крестьянского населения, вып.2. Промыслы. М. 1908, с.281

•  Экономические примечания к Генеральному межеванию. Богородский уезд. ЦГАДА ф.1355 оп.1 дд. 743 и 746 (микрофильм).

•  Ревизские сказки купцов и мещан Богородского уезда. 1858 год. ЦИАМ ф.51 оп.8 д.636.

•  Ревизские сказки 1748 г. РГАДА ф.350 оп.2 д.1838.

Автор - Ровенский Г.В. - groven@fryazino.net

 
При использовании материалов сайта ссылка категорически приветствуется.
© Богородск-Ногинск. Богородское краеведение. 2004-2018
Политика конфиденциальности
Яндекс цитирования Check PageRank