Богородск-Ногинск. Богородское краеведение

«Представляется - о здоровье и даже жизнеспособности общества свидетельствует, в первую очередь, отношение к людям, посвятившим себя служению этому обществу»
Юрий Ивлиев. XXI век

Мы в социальных сетях:
 facebook.com/bogorodsk1781
 vk.com/bogorodsk1781

Дата публикации: 28 января 2021 года

Отряд особого назначения

Д.Демин

Центральный Аэрофототопографический… - Ногинск. 2005. С. 110-114.

 

...Мое назначение в Ногинск состоялось при следующих обстоятельствах. Весной 1953 года я в должности заместителя командира 64-го топоотряда (место дислокации - г. Львов) готовил часть к полевым работам.

В отряд приехала комиссия ВТУ во главе с полковником Афанасьевым. В состав комиссии входил и полковник Урусов, начальник отдела кадров управления, который по завершении проверки сообщил, что планируется мое назначение на должность начальника штаба особого аэрофототопографического отряда, расквартированного в Ногинске.

Помнится, не сразу сообразил, где это - Ногинск, а когда узнал, что в Подмосковье, то воспринял это с удовлетворением, потому что сам я тульский, и, стало быть, после перевода оказывался ближе к своей малой Родине и родителям. А надо заметить, что за 15 предшествующих лет военной службы я пересек весь Советский Союз с востока на запад - от Камчатки и Колымы до Карпатских гор.

Как оказалось, возглавлявший в то время топослужбу округа генерал Степанов не знал о готовящемся назначении. Когда из Москвы во Львов пришел соответствующий приказ, Степанов, объявив мне его содержание, выразил искреннюю досаду - он, дескать, планировал назначить меня командиром отряда (о чем я, в свою очередь, тоже не знал).

Но, как говорится, не судьба. И потому осенью 1953 года я прибыл на подмосковную землю.

Между прочим, в семье сообщение о новом назначении тоже восприняли неоднозначно. Моей жене нравился Львов, его благоустроенный жизненный уклад, и отправляться в какой-то неизвестный, пусть и подмосковный городок, ей не очень-то хотелось.

Я, как мог, успокоил ее, хотя и понимал, что бесчисленными переездами семья сыта по горло. Впрочем, как оказалось впоследствии, и с Ногинском - пусть на время - мне также еще представало расставание...

Знакомиться с новым местом службы я отправился сначала в одиночку (нужно было на месте решить вопрос с местом проживания семьи). По прибытии представился командиру отряда полковнику Д.И. Никитину. Дмитрий Иосифович Никитин был к тому времени многоопытным руководителем-топографом. Ногинским отрядом он командовал с 1947 года, приняв должность от генерал-майора К.Н. Харина, самого первого его командира.

Должность начальника штаба на момент моего прибытия исполнял заместитель начальника штаба отряда подполковник Лубнин. Свое знакомство с отрядом я провел самостоятельно. И впечатления у меня от этого знакомства были, я вам доложу, не самые радужные.

Прежде всего, бросилось в глаза то, что офицеры имели, в основном, неудовлетворительный внешний вид. А ведь достойный внешний вид для любого человека (не только военного) - это свидетельство его культуры.

Так вот, многие офицеры - в том числе и высокопоставленные - ходили на службе в мятом обмундировании, с нечищенными, буквально позеленевшими пуговицами на кителях (в ту пору их еще не анодировали). Обувь, снаряжение у большинства офицеров тоже выглядели не ахти.

Во-вторых, смутил, мягко говоря, подход к организации внутренней службы. В отряде назначалось для ее несения два (!) дежурных. Один из них (по месту основного расквартирования отряда - на ул. Советской) подчинялся командиру, а тот, что нес службу в здании на ул. 9 Января - начальнику части (тогда отделы именовались частями). Это было нарушением устава внутренней службы.

Третий - и весьма существенный недостаток - заключался в дезорганизации боевой подготовки офицеров. Недостаточное внимание уделялось огневой и строевой подготовке.

В-четвертых, в неприглядном состоянии находилась документация по организации караульной и внутренней службы.

Были и другие, видимые невооруженным глазом упущения в работе штаба - не такие серьезные, но, тем не менее, требующие немедленного устранения.

Объяснение всему этому я нашел довольно быстро. В отряде «особого назначения» основную его массу уже в то время составляли гражданские служащие. Это невольно расслабляло офицеров в общении с подчиненными и, соответственно, сказывалось на отношении офицеров к своей службе.

Начал я наведение порядка с вещей довольно простых. Прежде всего объявил на совещании о требовании неукоснительно соблюдать надлежащий внешний вид.

После пары строевых смотров, убедившись, что внешний вид офицеров постепенно улучшается, я принялся за реорганизацию боевой подготовки. По огневой, в частности, были организованы тренировки - сначала без стрельбы (отрабатывали обращение с оружием при выполнении учебных упражнений). Затем были проведены учебные стрельбы.

В зимнее время была организована лыжная подготовка - ходили и на пять, и на десять, и на двадцать километров. Я организацией этих занятий занимался лично (на лыжах стоял всегда неплохо) и это, кстати, способствовало не только улучшению показателей физической подготовки офицеров, но и их самочувствия, здоровья, настроения.

Тут надо заметить, что у начальника штаба в ту пору было много и других служебных обязанностей - не только в области боевой подготовки и службы войск. Штабу нужно было еще заниматься и вопросами обеспечения режима секретности, и кадровой работой, и организацией обучения служащих на курсах производственного обучения. Впоследствии, помимо перечисленного, штаб занимался и планированием, и организацией выполнения производственного задания.

Я прослужил в этой части начальником штаба с осени 1953 года до осени 1958 года, точнее, до начала 1958 года. В начале 1958 года в связи с реорганизацией отряда меня вывели за штат (совершенно незаконно, но это отдельная тема), предложив или уйти в резерв (т.е. уволиться) или назначиться на должность начальника одного из отделов (т.е. с понижением).

Имея семью в четыре человека, я не рискнул уйти в резерв и потому согласился возглавить отдел по подготовке карт к изданию. Отстававшее по выполнению задания подразделение мне удалось - при поддержке его личного состава - за полгода вывести в передовые и даже завоевать переходящее Красное знамя.

...В декабре 1958 года я уехал к новому месту назначения - в поселок Титан Мурманской области. Там в ту пору располагался 40-й топографический отряд, а я был назначен его новым командиром. Командовал отрядом до весны 1963 года, после чего попросил назначить меня в Ногинск на должность начальника штаба по семейным обстоятельствам.

По возвращении в Ногинск меня, как и 10 лет назад, встретил полковник Д.И. Никитин. Встретил благожелательно.

Однако здоровье у Дмитрия Иосифовича к тому времени стало пошаливать (ему было уже под 60 лет) и потому, помимо выполнения своих обязанностей, мне приходилось теперь все чаще замещать его по службе. В должности начальника штаба я послужил (до ноября 1970 года) и вместе со сменившим вскоре Никитина новым командиром отряда - полковником Д.А. Манкевичем.

Спустя три месяца после увольнения со службы я поступил на работу в отряд. До октября 1985 года работал старшим инженером составительского отдела. Таким образом, с отрядом «особого назначения» меня связывают почти три десятка лет служебной и трудовой деятельности. И эти годы я и сегодня вспоминаю с чувством глубокого удовлетворения.

В заключение хотел бы с благодарностью вспомнить о некоторых своих коллегах: начальнике отделения планирования Заволокине Николае Ивановиче, начальнике секретного делопроизводства Высоковском Давиде Иосифовиче и старшем инспекторе по кадрам Чумичкиной Александре Андреевне. Они трудились исключительно добросовестно, благодаря чему штаб (и отряд в целом) успешно выполнял возложенные на него задачи.

 

Об авторах

Демин Дмитрий Иванович,

в 1953-58 и 1963-70 гг. начальник штаба ЦАФТО

 
При использовании материалов сайта ссылка категорически приветствуется.
© Богородск-Ногинск. Богородское краеведение. 2004-2021
Политика конфиденциальности
Яндекс цитирования Check PageRank
На верх страницы