Богородск-Ногинск. Богородское краеведение

«Если мы не будем беречь святых страниц своей родной истории,
то похороним Русь своими собственными руками»
Епископ Каширский Евдоким. 1909 г.

Мы в социальных сетях:
 facebook.com/bogorodsk1781
 vk.com/bogorodsk1781


К 70-летию Победы

В котле войны

Евгений Голоднов, краевед

…А вдруг увижу в хронике отца.

И на меня, смотрящего из зала,

Черты почти забытого лица

Вдруг взглянут ласково-устало

Ну подари, судьба, то чудо мне,

Чтоб я увидел хоть бы раз воочью

Отца, живого, — пусть не на коне,

Бредущего пешком навстречу ночи.

В пожарище войны, где он сгорел дотла,

А пепел разметал степной веселый ветер…

И похоронная к нам даже не пришла

В солдатском маленьком конверте.

Я пережил его уже на много лет,

И в памяти моей он постепенно тает,

А мать хранит единственный портрет

И к старости все чаще вынимает.

 

Автор этих стихов Геннадий Каретников, главный режиссер Орехово-Зуевского народного драматического театра-спутника МХАТ им. Горького. Проникновенные строки адресованы его отцу – политруку, ушедшему добровольцем на фронт летом 1941-го и пропавшему в бездонном «Вяземском котле» войны.

Александр Иванович Каретников – коренной ореховозуевец, сын потомственного текстильщика и участника Первой мировой войны. Окончил истфак МГУ. Воевал на Западном фронте, под Смоленском. В Московском областном военкомате находится его тоненькое личное дело под № ам 33475. В личном деле ЦА МО РФ в Подольске лишь скупые сведения и одно пожелтевшее довоенное фото. Официальное извещение, дошедшее до родных после войны: «политрук А.И. Каретников пропал без вести в феврале1942 г.» Приказом ГУК МВС № 0891 от 11 апреля1946 г. исключен из рядов Советской Армии.

Геннадий Александрович, как и его родной старший брат, ученый-металлург, лауреат Госпремии СССР Игорь Александрович, проживающий ныне в Москве, более полувека пытаются узнать – что же стало с их отцом? За это время получено немало ответов из разных ведомств. Но полной информации о судьбе отца до сих пор не появилось. Их мать, педагог, Зоя Васильевна Каретникова, всю свою долгую жизнь ждала супруга – не теряла даже маленькую надежду на чудо.

Пришедшая война нарушила привычный распорядок. Разделила судьбы родных и близких людей.

До войны крепкая дружба связывала двух будущих политруков, двух Александров – Каретникова и Брызгалина. Война разделила их фронтовые дороги: Александр Брызгалин осенью-зимой 1941-го воевал в боях за столицу, потом – в Калужской области. Младший по возрасту (на четыре года), Брызгалин пережил своего друга Каретникова на 17 лет…

Каретников летом-осенью 41-го воевал на Смоленщине – рядом с Калужской областью. В подмосковное Орехово-Зуево, домой, с фронта в августе 1941-го добралась его заметка «Подвиг храбрых» (обратный адрес: полевая почтовая станция 809).

Как считает большинство исследователей того военного периода, наши бойцы и командиры, участвовавшие в Смоленском сражении, не оставили после себя письменных воспоминаний. Их очень мало тогда осталось в живых. В 1950-х годах еще можно было услышать скупые рассказы о пережитом. Писать им не полагалось. Поэтому чудом сохранённые строки фронтовика Каретникова не имеют цены. Вот они:

«…Днем командир подразделения старший лейтенант Отряхин получил от командования боевое задание: взять штурмовой атакой укрепление врага. Боевое задание быстро было доведено до всего личного состава. В 3 часа 30 минут утра, с первым рассветом, подразделение пошло на штурм указанного узла сопротивления. Впереди шли командир Отряхин и политрук Николаев. Приблизившись к противнику, бойцы услышали знакомый голос своего политрука Николаева: «Вперед, товарищи! За Родину! За Сталина!».

– Ура! – ответили бойцы и лавиной бросились в штыковую атаку на врага.
 Начался жаркий бой. Бойцы дрались отчаянно, отстаивая каждый вершок родной земли от фашистских гадов. Когда, трижды раненный, геройски погиб наш политрук т. Николаев, мы еще с большим рвением начали рубить, колоть и убивать фашистскую погань, мстя за смерть нашего любимого товарища. В этом бою геройски дрался комсомолец Хасанов. В штыковой атаке он уничтожил два станковых пулемета, заколол двух немецких офицеров. Спасая жизнь своего командира, очутившегося в окружении четырех фашистских автоматчиков, Хасанов, презирая смерть, ринулся в бой, в упор расстреливая фашистов. В этом бою также геройски прославили себя два родных брата Базановых Иван и Антон. Младший Иван — пулеметчик, огнем и штыком уничтожил трех немецких автоматчиков. Его старший брат Антон — коммунист — в штыковой атаке заколол двух автоматчиков и одного офицера. При ранении младшего брата быстро оказал ему медицинскую помощь, и они оба продолжали вести бой.
 Видя упорство наших бойцов, враг не выдержал, панически бежал, оставляя трофеи и трупы убитых немцев. Первая линия укрепленного рубежа была прорвана. Бойцы шли дальше…»

Судя по оцифрованным архивным документам ЦА МО РФ Харис Хасанов был убит, проявив героизм и мужество. Описываемый Каретниковым бой произошёл 5 августа1941 г. у переправы Сырокоренье Смоленской области. Деревня Старое Сырокоренье Рославльского района была оккупирована гитлеровскими войсками в том горячем августе 41-го и освобождена только в сентябре 1943 года.

Занимаясь дальнейшими поисками фронтовых следов политрука Александра Каретникова, каким-то чудом вышел в интернете на книгу «Земный поклон» известного художника, бывшего пограничника и ветерана Великой Отечественной войны Владимира Александровича Десятникова. В тот момент вспомнились строки Геннадия Каретникова об отце: «Ну подари, судьба, то чудо мне…»

Оказывается, что фронтовик Десятников тоже сорок лет искал место гибели отца, начальника штаба 911 стрелкового полка, 244 стрелковой дивизии капитана Александра Никифоровича Десятникова. Я очень обрадовался, надеясь с помощью деталей судьбы капитана как-то прояснить фронтовую биографию политрука Каретникова, «состоявшего в распоряжении командира полка». Кстати, данных о судьбе непосредственного начальника политрука Каретникова я нигде в источниках так и не нашёл. Даже имя его нигде не упомянуто.

Капитан Десятников прибыл в 911 стрелковый полк 244 с.д. в сентябре 1941 г. До этого находился на службе в пограничных войсках НКВД Казахского округа. Накануне отправки на фронт был ещё в командировке в Высшей школе НКВД. Судя по содержанию бывшего секретного документа от 26 августа 1943 г., по учёту потерь в Управлении пограничных войск СССР «А.Н. Десятников не значится». Частное письмо (приобщённое к архиву) комиссара батальона старшего политрука Ватенева, ранее служившего вместе с Десятниковым, вносило ясность в судьбу капитана. В нём бывший сослуживец назвал дату (4 октября 1941 г.) и место гибели (д. Приголовка) капитана. Семья А.Н. Десятникова, проживавшая в октябре 1943 г. в Алма-Ате, известий о его гибели не получала, что отрицательно сказалось на пособии со стороны государства.

Теперь немного об истории 244 с.д., в которой воевали Десятников и Каретников.

На 10 июля 1941 года дивизия находилась в составе 31-й армии, включённой в группу армий резерва Ставки. Влилась в состав действующей армии 20 июля. С образованием в конце июля Резервного фронта вместе с армией была включена в его состав. По состоянию на 1 сентября и 1 октября 1941 года входила в состав 19-й армии Западного фронта…

Хроника событий 2-3 октября даёт представление о последних днях жизни и борьбы наших героев. 2 октября в 5 часов 30 минут утра после артиллерийской и авиационной подготовки и под прикрытием дымовой завесы фашисты начали атаку против войск Западного фронта.

В полосе 19-й армии удар наибольшей силы пришелся по частям именно 244-й с.д., занимавшей оборону на стыке с 30-й армией. Сдерживая наступление значительных сил танков и пехоты, дивизия, поддержанная артиллерийскими и минометными частями, стойко держалась всю первую половину дня. На нашу дивизию вели наступление сразу три вражеских дивизии.

К 15.00 244 с.д. отошла на рубеж Гунино - Шатуны - Борники. Особенно ожесточенные бои шли на её левом фланге, на стыке с 89-й стрелковой дивизией. На участке Балашева, Маковье противник атаковал силами до двух полков при поддержке танков. Вклинившись в оборону советских войск, фашисты вышли к реке Вопь. В результате 244-я с.д. оказалась обойденной с флангов, а её боевые порядки рассеченными. К 17 часам 2 октября 244-я и 89-я стрелковые дивизии вынуждены оставить главную полосу своей обороны. 3 октября 244-я дивизия и 45-я кавалерийская дивизия сдерживали наступление противника на рубеже Терехово - Никитино.

244 с.д. до 3 октября1941 г. ещё командовал генерал-майор Николай Тимофеевич Щербаков. Но был в этот день отстранен по решению Военного совета 19-й армии «за неспособность управлять войсками в условиях отступления». С 3 октября дивизией командовал полковник Красноштанов.

911-й стрелковый полк, где воевали капитан Десятников и лейтенант Каретников, соседствовал с 501-м полком 162-й дивизии. Стык между ними оборонялся взводом отдельного разведбатальона. Вот именно здесь немцы легко преодолели оборону и развили наступление в направлении охвата флангов 244-й дивизии с севера и 162-й – с юга. 5-я пехотная дивизия немцев прорвала фронт на левом фланге 911-го полка и вышла к реке Вотря, в районе Красница, Бракулино. При этом 911-й полк был отрезан от основных сил. Своевременную помощь ему оказал 907-й полк (его командир полковник Усанов еще до наступления 2 октября погиб при выходе из окружения). 911-й полк был деблокирован.

К концу дня 244 с.д. вынуждена была отступить за реку Вотря и обороняться по восточному ее берегу на, на участке от Погорельцы до Устья. Прорвав оборону 89-й стрелковой дивизии в районе Борники, немцы вышли к реке в районе Семовка, Турино, угрожая охватом 244-й и 89-й дивизиям.

Через много десятилетий ветеран войны В.А. Десятников узнал, что его отец - капитан А.Н. Десятников погиб 4 октября1941 г. в бою у деревни Приголовки Масловского сельсовета, Вяземского района.

По сведениям Вяземского РВК, капитан Десятников был там и погребен, а затем перезахоронен в Вязьме, в братской могиле на Быковском воинском кладбище № 12 в поселке Щебзавод.

В книге «Земный поклон» В.А. Десятникова я прочитал: когда 244 с.д. попала в окружение и в 911-м стрелковом полку осталось не более сотни бойцов, – 36-летний начальник штаба А.Н. Десятников повел их в контратаку и был срезан пулеметной очередью. Погиб на глазах комиссара и других воинов.

После этого боя – по свидетельству бывшего комиссара, полковника Красногиро, работавшего после войны замполитом в Суворовском училище Ташкента – в живых осталось не более 20 бойцов. Старшим в строю остался комиссар Красногиро. Был ли среди живых политрук Каретников, или же он погребен с капитаном Десятниковым в братской могиле д. Приголовки?

По архивным данным 7 и 8 октября 911 с.п., потеряв в боях и командира полка и начальника штаба, продолжал воевать с фашистами в населённых пунктах Бердяево, Колубаева, Слащево. Потом стал отступать в направлении реки Днепр и вёл кровопролитные бои уже в окружении. По сведениям из Подольского архива Минобороны фронтовые следы 911 стрелкового полка обрываются 12 октября. В этот день часть оставшихся от полка воинов пыталась выйти из окружения в направлении Марково-Декарево (десять-двадцать километров северо-западнее Вязьмы). Сама же 244-я стрелковая дивизия прекратила существование к 20 октября.

Замечу, что оставшиеся в живых бойцы этой дивизии продолжали бороться с фашистами, влившись в партизанские отряды. Так в немецком тылу, в Оленинском районе Смоленщины активно действовал партизанский отряд им. Александра Невского (командир отряда В.И. Попов). Отряд состоял из воинов 907-го стрелкового полка, вышедших из окружения. Напомню, что именно при поддержке 907 с.п. в начале октября 41-го 911 с.п. выбрался из окружения. Возможно, уцелевшие однополчане Десятникова и Каретникова тоже партизанили.

Результаты моей переписки с официальными ведомствами и общественниками Смоленской области по поводу судьбы политрука Александра Каретникова, к сожалению, так и не ответили на основной вопрос, но дали новую пищу для размышлений. Хотя однажды даже пришла официальная информация о конкретном месте захоронения А.И. Каретникова… Но обо всём по порядку.

Из Управления по работе с обращениями граждан аппарата администрации Смоленской области: «На Ваше обращение с просьбой оказать помощь в поиске места захоронения лейтенанта Александра Ивановича Каретникова, пропавшего без вести осенью 1941 года на территории нашего района, сообщаем следующее. В настоящее время деревня Приголовки Масловского сельского поселения является нежилой, в ней не сохранилось ни одного дома. По данным сельской Администрации, Вяземского районного отдела областного военного комиссариата, в урочище Приголовки не имеется воинских захоронений. По свидетельству жителей ближайших деревень, воинского захоронения в деревне Приголовки не было. В журнале боевых действий Западного фронта в октябре 1941 года нет упоминаний о боевых действиях на данном участке фронта до 10.10.1941 года. Первая запись о столкновениях с немецкими частями относится к 10.10.1941 года. Однако, учитывая тяжёлую ситуацию, сложившуюся в войсках Западного фронта на начало октября 1941 года, можно предположить, что о данном столкновении не было сообщено в штаб фронта. К сожалению, указать точное место захоронения лейтенанта А.И. Каретникова в настоящее время не представляется возможным. Среди имён бойцов, установленных по смертным медальонам, обнаруженным в ходе поисковой работы, А.И. Каретников не числится. Но он может быть перезахоронен как безымянный боец в одном из захоронений на мемориальном комплексе «Богородицкое поле», посвящённом воинам Западного и Резервного фронтов. На мемориальном комплексе установлена памятная плита, посвящённая 244 стрелковой дивизии. Вы можете вместе с родственниками Александра Ивановича посетить мемориальный комплекс «Богородицкое поле» и музей, посвященный событиям октября 1941 года, который находится на территории села Богородицкое. (глава администрации муниципального образования И.В. Демидова).

Уважаемый Евгений!

На Ваш запрос отвечаю я, Галина Николаевна Чемерис, сотрудник центра "Долг", я занимаюсь розыском захоронений неизвестных солдат. По Вашему запросу могу ответить следующее: «1. 911 стрелковый полк 244 стрелковой дивизии, входил в состав 19 Армии Западного фронта и на период 4 октября 1941 года находился на реке Вопь (Ярцевский район). Первые колонны немецких солдат появились в Вязьме 6 октября вечером. Бой с фашистами 4 октября по имеющимся у нас данным не мог быть в районе Вязьмы. Скорее всего здесь ошибка писаря. Могли быть числа 11 - 14 октября, но не четвертого. Командир 911 стрелкового полка Десятников Александр Никифорович действительно числится захороненным на воинском кладбище в д. Быково. Расстояние от Приголовок до Быково значительное. Как могли туда перенести останки и когда это делали, документов в военкомате никаких нет. На сайте "ОБД Мемориал.ру" имеется так же информация о погибшем Каретникове Александре Ивановиче. Указана дата – 20.02.1942 г., деревня Селезни в Велижском районе. Можно предположить, что он однофамилец. Но на том же сайте Каретников А.И. значится пропавшим без вести в феврале1942 г. По вопросу боевого пути, состава дивизии вы можете уточнить у нашего вяземского историка, он же директор музея "Богородицкое Поле", поисковик Игорь Геннадьевич Михайлов. Его конт. телефон 8(915) 634 56 19 или рабочий (48131) 3 86 35. Наш телефон: (48131) 6-11-63. Извините, но это все, чем располагаем».

Как оказалось, в д. Селезни Велижского района Смоленской области похоронен Александр Иванович Каретников (он погиб, судя по архивным данным, в деревне Очистка того же района). Только рядовой по званию. И год рождения – 1904-й. Место рождения – Ивановская область. Полный тезка нашего героя, или здесь что-то не так?

Последним местом службы рядового А.И. Каретникова, судя по архивным данным ЦА МО, была 332 стрелковая дивизия (и он был убит 20 февраля1942 г.), а у лейтенанта А.И. Каретникова – 244 стрелковая дивизия. 332 с.д. участвовала в октябре-декабре1941 г. в боях за столицу.

А могли политрука без знаков отличия принять за рядового? Офицеров, политруков, как известно, фашисты расстреливали сразу.

Тяжелораненый Каретников мог попасть вместе с другими в плен к фашистам и, если его не выдали, имел, пусть небольшую, возможность просуществовать в плену. Проверил и эту информацию через международную базу данных (в Германии). Ответили: среди военнопленных лейтенант Александр Иванович Каретников,1909 г. рождения, не числится.

…Однажды, в 1972-м, к только что ставшему главным режиссёром Орехово-Зуевского народного драматического театра-спутника МХАТ им. Горького Геннадию Каретникову, сыну пропавшего без вести политрука, пришёл в театр четверокурсник факультета русского языка и литературы Орехово-Зуевского педагогического института (ныне – МГОГИ), тоже сын фронтовика, Николай Дмитриев. Будущий выдающийся поэт России… Через двадцать лет судьба вновь свела известных людей. Г.А. Каретников ещё при жизни поэта Н.Ф. Дмитриева поставил литературно-музыкальные композиции по его удивительно проникновенным произведениям.

Отцы Каретникова и Дмитриева не встречались на войне. Но вышло так, что политрук, лейтенант Александр Каретников воевал в тех местах, где малая родина старшего сержанта, командира «сорокопятки» Фёдора Дмитриева. И пока Фёдор освобождал другие города и веси, фашисты оккупировали его родные места на Смоленщине. Вот за них и проливал в то время кровь политрук Каретников.

Родная деревня отца поэта Н. Дмитриева Звягино находилась на берегу реки Днепр – в 15 кмот райцентра Сафоново – в сентябре 1941 года была оккупирована гитлеровскими войсками, освобождена только в 1943-м.

В мае 1986 года у деревни Звягино был открыт мемориал в память о расстрелянной деревне Афанасово и всех жертвах фашизма на Ржевской земле. В центре мемориала на фоне обугленной избы фигура умирающей матери с расстрелянным ребёнком на руках. Это место – скорбная память о Ржевских деревнях, сожженных вместе с жителями. Дети и женщины, немощные старики и нецелованные девчата – все, кто мог жить и любить, смеяться и петь, были насильно лишены жизни. Более ста Ржевских деревень разделили судьбу Хатыни. Была среди них небольшая деревня Афанасово (она совсем недалеко от родной деревни Фёдора Дмитриева Звягино).

Трагедия свершилась 5 февраля 1942 года. Вошли немецкие танки в деревню и фашисты на лютый мороз выгнали всех жителей. Никого не пощадили. Всех погнали на расстрел. В те страшные сутки запылал и выгорел дотла 71 афанасовский двор. Деревня была опустошена: фашисты расстреляли 56 жителей и 10 раненых советских бойцов 29-й армии, которых приютили местные жители, несмотря на то, что в деревне размещался штаб 86-й пехотной дивизии вермахта…

Поэт Николай Дмитриев по-настоящему «пережил» войну вместе с отцом:

 

Жгли, стреляли, грабили, грозили:

«Перемелем все и все возьмем».

В рабство угоняли,

Увозили

Украинский чернозем.

 

Если б можно без вагонов,

Проще –

Белыми колоннами, пешком

Увели б на запад наши рощи,

Торопя прикладом и штыком.

 

Все бы растоптали для порядку,

Но взлетел народной мести шквал.

…Мой отец свою «сорокопятку»

До самой Победы дотолкал.

 

И, увидев, как дымится Шпрее,

В тихий край обугленных берез

Зажигалку в качестве трофея

В полинявшем сидоре привез.

 

Война «догнала» Дмитриева-старшего в 1966-м, когда педагогу-фронтовику не исполнилось и «пятьдесяти». Ещё раньше, в 1959-м, преждевременно скончался друг политрука Каретникова бывший военный корреспондент Александр Брызгалин – журналисту было всего сорок пять. Сам Александр Каретников остался навеки 33-летним.

Короткие и яркие жизни русских энергичных молодых мужчин осветила и сожгла дотла беспощадная «комета» с названием война.

 
При использовании материалов сайта ссылка категорически приветствуется.
© Богородск-Ногинск. Богородское краеведение. 2004-2018
Политика конфиденциальности
Яндекс цитирования Check PageRank