Богородск-Ногинск. Богородское краеведение

«Представляется - о здоровье и даже жизнеспособности общества свидетельствует, в первую очередь, отношение к людям, посвятившим себя служению этому обществу»
Юрий Ивлиев. XXI век

Мы в социальных сетях:
 facebook.com/bogorodsk1781
 vk.com/bogorodsk1781

Власть и общество /   «Богородская Речь», №38, воскресенье 16 сентября 1912 г

Газета «БОГОРОДСКАЯ РЕЧЬ» 1910-1913
Мы приступаем к постепенной публикации на нашем сайте материалов (в основном местных, а не перепечатанных петербургских) богородской уездной газеты «Богородская речь».
Первый номер первой газеты в Богородске ("Богородская жизнь") вышел в свет 19 декабря 1906 г ., он оказался и последним. Весьма короткое время в 1907 г . печатались такие периодические издания, как "Богородская неделя" и "Богородск". В 1910-м начала издаваться, а в 1911-м стала более или менее регулярной (еженедельной) газета "Богородская Речь", статьи которой и предлагаются читателю. Редактором-издателем ее был возглавитель местных кадетов Николай Михайлович Суходрев. Присяжный поверенный из купеческого сословия, страховой агент «Московского строительного общества», председатель Богородского общества потребителей, он проживал на Вокзальной улице в доме своего тестя Ф. А. Детинова, многолетнего заведующего фабрикой в Компании Богородско-Глуховской мануфактуры, авторитетного деятеля старообрядческой церкви Белокриницкого толка.
Газета, судя уже по заголовку, была клоном петербургской «Речи», центрального органа партии конституционалистов-демократов, сплошь либерально-интеллигентской и интернациональной. Для этой партии практически не существовал вопрос русского народа, прежде всего – крестьянства. В своем неукротимом порыве к некой отвлеченной «Свободе», они разрушали традиционную русскую государственность, о чем некоторые из них позднее сильно жалели. Не признавая на словах терроризм как средство политической борьбы, на деле большинство партии во многих вопросах солидаризировалось с эсерами и социал-демократами, практиками терроризма. Не критикуя, а именно громя многочисленные реальные недостатки, упущения и ошибки центральных и местных властей, русского купечества, русской православной церкви, подвергая газетному либеральному террору многих верных сынов Отечества, они бессознательно подготавливали свой конец в первые годы после большевистского переворота.
Редакторская активность Суходрева высоко оценивалась Центральным комитетом партии к/д. Тем знаменательнее окончание всей этой истории. Бывший московский губернатор В.Ф.Джунковский в 1920-е годы вспоминал, что Н. М. Суходрев раскаивался в прежней своей деятельности и, по-видимому, искренно жалел, что губернатор « его слишком мало драл в свое время, следовало больше» .
Тем не менее, друзья и коллеги, читаем «Богородскую Речь». Других газет в Богородске не было. Оригиналы находятся в газетном отделе РГБ, а отдельные номера и в Ногинском краеведческом музее.
М.Дроздов

 

«Богородская Речь», №38, воскресенье 16 сентября 1912 г . (в № 6 стр.)

Москва

Еженедельная политическая, экономическая, общественная и литературная газета

издания год второй

 

 

вышла новая книга

ОТЧЕТ ФРАКЦИИ НАРОДНОЙ СВОБОДЫ

За 5-ю сессию Государственной Думы

(1911-1912 гг.)

Цена 50 коп.

Отчеты фракции заключают в себе, кроме общих предметных обзоров, также (в приложениях) и речи депутатов членов фракции (Милюкова, Родичева, Шингарева, Маклакова и др.). Отдельные выпуски по 50 коп. за каждый год.

Комплект отчетов за все предыдущие 4 сессии III -ей Гос. Думы

стоит 1 руб.

Склад изданий фракции: Спб., Потемкинская, 7, кв.6. Иногородние посылают требования по тому же адресу на имя секретаря комитета фракции А.М. Колюбакина. Книгопродавцам обычная скидка.

___________

Там же и в книжных магазинах можно получать вновь вышедшие популярные брошюры:

2.1. Что делала и сделала 3-ья Гос. Дума . Цена 5 коп .

Русское государственное хозяйство и бюджет . Цена 5 коп .

 

/«Богородская Речь», №38, воскресенье 16 сентября 1912 г ., стр. 1, 1-2 пол./

 

 

[ ОБЪЯВЛЕНИЯ ]

/«Богородская Речь», №38, воскресенье 16 сентября 1912 г ., стр. 1, 1-2 пол./

 

Богородское земство

Московские газеты сообщают, что, по представлению московского губернатора В.Ф. Джунковского министр внутренних дел А.А. Макаров постановил продлить на 3 года полномочия 19 гласных богородского земского собрания, состоявших в этом звании в течение истекшего трехлетия

1909-1912 года

 

 

 

 

Итак, богородского земского самоуправления более не существует. Вместо выборных людей-земцев земская жизнь отдана министром в руки назначенных лиц, т.е. тех же чиновников, из которых одни (Э.А. Рабенек, И.И. Соловьев, И.И. Брюквин, Я.Т. Русаков) определенно лишены общественного доверия, другие (С.И. Заглодин и В.И. Соловьев) даже не посмели баллотироваться.

Постановление министра является вторым ударом, наносимым правящей бюрократией богородскому самоуправлению. Первым ударом было двукратное неутверждение В.Ф. Джунковским лиц, избранных на должность городского старосты и назначение таковым А.А. Симакова. Но в этом случае губернатор действовал, по крайней мере, на основании закона, предоставляющего ему, к сожалению, такие обширные права. Министерское же постановление о назначении всего состава старых гласных не имеет и этого оправдания, и не может быть названо иначе, как произволом.

Напомним историю земских выборов.

Гласных от крестьян было избрано вместо 6 только трое - И.С. Жуков, И.В. Леонов и М.И. Фокин. По второму собранию (от не-дворян) избрано полностью 6 гласных - А.П. Белов, К.П. Ефимов, В.И. Кудин, С.А. Морозов, Е.И. Поляков и Н.М. Суходрев. Избрание этих лиц переполошило дворян, нынешних распорядителей земского хозяйства: приходилось проститься с беспечальным хозяйничаньем, предстояло дать не бумажный, а действительный отчет в своих действиях, подвергнуться критике, к которой земский самодержец Н.Н. Кисель-Загорянский не привык; земским учреждениям и работам предстоял детальный осмотр, и все заведенные там порядки и творимые в них безобразия и упущения, скрываемые за сухими цифрами в ловко составленных отчетах, должны были выплыть на свет Божий. Разве Самарины, Кисели, Андросовы и Кологривовы могли допустить такую «революцию»? Какие-то купцы, мещане и разночинцы желают сами, по своему усмотрению, тратить свои деньги? Да их дело платить, а тратить - это дело дворянское. И змеиное гнездо зашевелилось. Затрещал телефон между земской управой и губернаторским домом. Необходимо во что бы то ни стало отделаться от новых гласных, все равно какими мерами - законными или беззаконными. И решение состоялось: нарочно избрать от дворян менее 7 гласных и тем предоставить министру возможность применить 53-ю статью земского положения. На первых выборах дворяне избрали 2 Самариных, 2 Киселей и Андросова, - всего 5 гласных. На вторых выборах умышленно никого не избрали; даже высокополезный и ужасно умный С.Н. Кологривов отказался баллотироваться. В результате всех земских гласных по уезду было избрано вместо 24 только 14 человек, т.е. менее двух третей. Этим роль дворян на месте окончилась (в Петербурге-то она, конечно, продолжалась), и наступила очередь действовать бюрократии.

Статья 53-я положения о земских учреждениях гласит следующее: «если и после принятия мер, означенных в статьях 48-50, внесенных в список (ст.52), гласных окажется менее двух третей общего числа их, положенного для уезда расписанием, приложенным к ст.14, то министр внутренних дел или продолжает на время не долее трех лет срок полномочий гласных, состоявших в сем звании в течение предыдущего трехлетия, или назначает на тот же срок председателя и членов земской управы (ст.95 и 119)».

Всех ли старых гласных полномочия может продлить министр, или только такого числа их, которое недоизбрано на новых выборах? Министр А.А. Макаров истолковал эту статью в смысле права своего назначения прежних гласных и, таким образом, совершенно отстранил лиц, вновь избранных на последних выборах. Министерское толкование 3-ей статьи, действительно несколько неясной, должно признать нарушением закона, допущенным специально для данного случая, - к такому выводу неизбежно приводит ознакомление с аналогичными статьями других узаконений с сенатской практикой и с прямыми последствиями министерского постановления.

Городовое положение в общих чертах очень сходно с земским положением; оба они проникнуты одним духом - недоверием к населению, умалением его прав и предоставлением широких полномочий административной власти. И тем не менее аналогичная 54-я статья Городового положения более определенно говорит о последствиях недоизбрания гласных: «если и после принятия мер, означенных в статьях 51-53, число избранных гласных окажется менее двух третей общего числа их, определенного на основании ст.56, то недостающее число гласных дополняется по распоряжению министра внутренних дел лицами, состоявшими в сем звании в течение последнего четырехлетия по старшинству полученных ими при выборе избирательных баллов, а при равенстве баллов - по жребию». Как видно из текста этой статьи, министру дается право только дополнить недоизбранное число гласных, и то не по усмотрению, а по числу полученных гласными голосов. Так же ограничительно определено право министра Высочайшим указом 11 марта 1911 года о введении земства в западных губерниях; статья 20-ая отдела II гласит, что «в случаях, указанных в статье 53 положения о губернских и уездных земских учреждениях, министр внутренних дел, если признает нужным продолжить срок полномочий гласных, состоявших в этом звании в течение предыдущего трехлетия, применяет эту меру лишь по отношению к недостающему числу гласных от тех отделений избирательного собрания, съезда кандидатов от сельских обществ или отделений последнего, коими избрано менее двух третей числа гласных, подлежащих избранию». И далее также говорится о продлении срока полномочий гласных не по усмотрению министра, а по большинству полученных голосов или по жребию. Можно ли допустить, чтобы граждане внутренних губерний пользовались меньшими правами, чем граждане западных губерний? Где, в каких предположениях законодателя основания для такого умаления прав?

Если мы обратимся к сенатской практике, то, прежде всего, приходится отметить крайнюю скудость опубликованных решений. И в восьми томах свода указов по земским делам г. Кузнецова, и в издании Мыша, и в новейшем издании Колычева имеется только один указ сената от 3 июня 1899 г . за №5905, но и этим указом подтверждается незаконность министерского постановления по отношению к Богородскому уезду. В указе этом идет речь о том, что в Демянском уезде произошел как раз такой же случай, как и в нашем уезде: дворяне выбрали только двух гласных, и министр внутренних дел продлил полномочия, но не всех прежних гласных, а лишь недостающего числа гласных первого, т.е. дворянского избирательного собрания . Вот как в 1899 г ., т.е. всего 13 лет тому назад министерство внутренних дел толковало 53-ю статью, - так толковал ее и правительствующий сенат: за министром не признавалось право устранения вновь избранных гласных, только продления полномочий гласных .

В пользу такого ограничительного толкования власти министра можно привести и еще весьма важное соображение. В наших законах ни в одном положении не имеется ни малейшего указания на то, чтобы лица, избираемые населением для обсуждения земских, городских, сословных или общественных дел, могли быть устраняемы или утверждаемы администрацией. Исполнительные органы - да, те, к сожалению, - все еще по нашим нелепым законам нуждаются в казенном ярлыке «благонадежен», но гласные, уполномоченные и пр. лица, избираемые для обсуждения и решения дел, получив полномочия от избирателей, не нуждаются в утверждении и не могут быть никакой властью устраняемы (если, конечно, выборы не отменены компетентным учреждением). Таков закон. Таково земское положение. Перечитайте 53-ю статью и обратите внимание на имеющуюся в нем ссылку на 52-ю статью. Эта 52-ая статья возлагает на губернатора следующую обязанность: «по заключении земских выборов составляется по распоряжению губернатора окончательный список гласных уездного земского собрания. Список сей публикуется в местных губернских ведомостях». Это веление закона, прямое и не поддающееся никакому кривотолкованию дворянских, губернаторских и министерских подьячих, не исполнено московским губернатором В.Ф. Джунковским, столь щедрым на наложение кар на других за мнимое нарушение московских «законов» и столь неуважительно относящимся к закону, когда применение его не соответствует губернаторским видам. Список гласных богородского земства не опубликован до сего времени (14 сентября), хотя только по опубликовании списка губернатором, на основании 53-й статьи, имел право делать представление министру о результатах выборов. Опубликование же списка имеет весьма важное значение: лица, занесенные в опубликованный список, законом считаются гласными , и никакой министр, никакой Макаров не может лишить их этого звания; только при отмене выборов губернским присутствием или сенатом лица, избранные в гласные, перестают быть таковыми. Если отрицать за статьею 52-ою именно такое значение, то для чего же существует она в земском положении? Не мог же законодатель писать статьи без всякого смысла. И наличность этой статьи в законе, предъявление ею требования к губернатору опубликовать список гласных ранее, чем он доложит министру о результате выборов, за то, что министру предоставлено право продолжать полномочия не всех прежних гласных, а лишь недостающего их числа.

Наконец, к тому же выводу приводит и рассмотрение последствий, вытекающих из незаконного распоряжения министра внутренних дел. Богородскому уезду положено по закону 24 земских гласных: 12 дворян, 6 не-дворян и 6 крестьян. Не-дворяне и крестьяне вместе выбирают только 12 гласн., т.е. менее двух третей (16). Таким образом, стоит только десятку каких-то несчастных дворян в 1915, 1918, 1921, 1924 гг. и т.д. срывать умышленно выборы, и все остальное стотысячное население окажется не в состоянии переменить состав гласных. Дворяне, вся недвижимость коих стоит гроши, будут распоряжаться миллионами земских денег, расхищать земское достояние, и не будет никакой возможности обнаружить и пресечь эту разрушительную деятельность, потому что дворяне будут систематически предоставлять министру применение 53-й статьи. Ведь это же явный абсурд, нелепость! Мог ли законодатель издать закон, отдающий целый уезд во власть и в бесконтрольное хозяйничанье кучки людей, хотя бы и носящих придворные звания?

Естественно спросить: «разве все эти соображения министру внутренних дел неизвестны?» Конечно, известны лучше, чем кому-либо другому, но г. министру также известно и то, что неизвестно никому другому. Министр отлично знает, что его незаконное постановление будет обжаловано в правительствующий сенат. Но когда-то еще сенат рассмотрит жалобу на министра, ведь сроков-то в законе никаких не указано, а, кроме того, министру известен такой секрет, благодаря которому вопиющие деяния объявлялись вполне легальными.

Где же выход из создавшегося положения? Как бороться с аппетитами кучки дворян и их лакеев? Ближайший ответ - это порвать с «казенным» земством всякие сношения, уйти из попечителей, отказаться от больничных соглашений, прекратить расходы на школы и другие земские учреждения, - одним словом, не иметь с земской управой дела, пока в уезде вновь не будет выборного земства. населения подать председателю совета министров коллективную докладную записку о том, что действиями губернатора и министра внутренних дел в Богородском уезде совершенно упразднено городское и земское самоуправление. А кто думает не только о сегодняшнем дне и считает необходимым обеспечить себя и других на будущее время от какого бы то ни было произвола, тот должен, прежде всего, проникнуться твердым убеждением, что при существующем политическом режиме, при избирательном указе 3 июня 1907 г ., отдавшем Государственную Думу в руки дворян и попов, при Государственном Совете, состоящем из чиновников и задерживающем всякий законопроект, расширяющий права населения, при отсутствии широкого самоуправления, при существовании усиленной и прочих охран, подавляющих малейшее проявление общественной инициативы и устное и печатное слово, при безответственности министров, при полной безнаказанности губернаторов, полиции и прочей чиновной братии, никакая ни личная, ни общественная жизнь невозможна, и государство обречено на верную гибель и порабощение.

Сейчас, накануне выборов в Государственную Думу, вспомнить об этом более чем своевременно.

/«Богородская Речь», №38, воскресенье 16 сентября 1912 г ., стр. 1, 1-4 пол. - стр. 2, 1-2 пол./

 

 

[ И.П. О ЧЕМ Я ХОТЕЛ БЫ ПОБЕСЕДОВАТЬ С ИЗБИРАТЕЛЯМИ . ]

/«Богородская Речь», №38, воскресенье 16 сентября 1912 г ., стр. 2-3, 1-4 пол./

 

 

[ В. Сам-ов . ПОСЛЕ ЮБИЛЕЯ . ]

/«Богородская Речь», №38, воскресенье 16 сентября 1912 г ., стр. 2, 2-3 пол./

 

 

[ Озеровский . ПЕРСПЕКТИВЫ . ]

/«Богородская Речь», №38, воскресенье 16 сентября 1912 г ., стр. 2, 4 пол. - стр. 3, 1 пол. /

 

 

РВЕНИЕ

В местечке Б. на лавке появилась вывеска на красном ситце: «дешевая распродажа». Пристав немедленно распорядился снять крамольную вывеску.

(Из газет).

Как молодой бычок,

Он красного не любит,

И острый язычок

О нем недаром трубит,

Что как-то повстречал

Он в красном здесь торговку,

Мгновенно юбку снял

И посадил в клоповку.

Ему волнуют кровь

Румяные девчонки;

Он даже всю морковь

Конфисковал в лавчонке.

Назад тому дней пять

Решил, должно, «на взводе»,

Зарю арестовать

При солнечном восходе.

Конечно, в наш-то век

Крамолоистребленья

Всяк строгий человек

Достоин уваженья;

Но, если рассудить,

Тут вредного есть много,

И очень трудно жить,

Кабы не милость Бога.

Злопыхтина Фому,

В погоне за крамолой,

Запрятали в тюрьму,

Сочтя Савонаролой.

А у Фомы одно

Большое преступленье, -

Что любит он вино

И хоровое пенье.

Пошли Фому таскать,

Допросы за допросом.

смел он проживать

мадным красным носом.

Евгений Венский

/«Богородская Речь», №38, воскресенье 16 сентября 1912 г ., стр. 3, 1 пол. /

 

 

ЛЖЕЦУ

 

В Петербурге издается на «темные» деньги черносотенная газета «Русское Чтение». В №189 этой газеты от 29 августа появилась корреспонденция из Богородска, состоящая из двух частей: одна часть посвящена специально мне, как бывшему председателю богородского общества потребителей, другая часть содержит характеристики опять мою, а также С.А. Морозова, А.П. Белова и Е.И. Полякова, как земских деятелей. Автор этой корреспонденции - лицо, близкое к земской управе, приготовил свое «произведение» еще перед земскими выборами и, надо думать, желал, чтобы с ним ознакомилась возможно большая часть населения, а так как такую дрянь, как «Русское Чтение», получает, да и то, кажется, даром, только канцелярия предводителя дворянства, земская управа, попечительство о. трезвости и пр. учреждения, руководимые Н.Н. Кисель-Загорянским, то я попросил «Богородскую Речь» напечатать полностью, подавив брезгливость, «произведение» земского служащего новой формации.

Вот эта корреспонденция.

 

Для освещения деятельности кадетской партии, свившей себе гнездо в Богородске и имеющей даже там свою газету «Богородская речь», мы помещаем присланное в нашу редакцию письмо от лица, заслуживающего полного доверия и ручающегося за достоверность сообщаемых сведений.

В «Богородской речи» принимает постоянное участие Н.М. Суходрев - служащий в К° Богородско-Глуховской мануфактуры, и, как говорят, которую она субсидирует, и вокруг которой группируются местные кадеты. Суходрев состоял частным поверенным при Богородском и Дмитровском уездных съездах: министерством лишен звания частного поверенного и права выступать по чужим делам. Он-то и является лидером местных кадетов.

Благодаря разным ухищрениям богатой мануфактуры и равнодушию более солидных выборщиков, ему удалось в настоящем году пройти в земские гласные от 2-го избирательного собрания; между прочим, для этого на предварительном съезде мелких владельцев были избраны такие личности, как богородский трактирщик Николай Максимов Голубев и бывший трактирщик Павловского посада Мачаев.

Кроме Суходрева, от 2-го собрания выбраны кадеты, «долженствующие влить новую струю в земское дело». А именно, состоящий в настоящее время главным представителем Глуховской мануфактуры С.А. Морозов, постоянно оппонирующий управе и ничем себя в земстве доселе не проявивший.

Е.И. Поляков, сын управляющего «Викулы Морозова», бывший одно трехлетие гласным и за все время не исполнивший никакой работы в земстве и ничем, кроме, кажется, секретарства в кадетской партии, в общественном деле себя не проявивший, и А.П. Белов - полуграмотный фабрикант, очень громко и бестолково кричащий с употреблением иностранных слов, вроде crescendo (смысл которого ему не особенно ясен). Крайне досадно, что обойдены выборами вследствие партийных счетов такие уважаемые в уезде лица, как Э.А. Рабенек, оказавший большие услуги земскому собранию, участвовавший в санитарном совете и разрешивший трудную задачу земству обеспечения лечением целого Щелковского района предложением соглашения с своей больницей на льготных для земства условиях; наконец, оказавший большую услугу земству принятием на себя перестройки Амеревской школы за незначительное пособие от земства. Точно также гласные С.И. Заглодин и И.И. Соловьев, принимавшие участие в обсуждении вопросов в санитарном совете и комиссиях дорожной и строительной и оказывавших непосредственное содействие земской управе в соглашениях с крестьянами по постройке больниц и дорог, по закупке материалов и пр. Все эти честные и полезные люди обойдены.

_____

Кроме этого, для полноты картины и для характеристики, вместе с тем, беспристрастия «Богородской речи», умеющей делать упреки существующему Буньковскому потребительному обществу и замалчивающий факты, достойные внимания в таком большом учреждении, как Богородское общество потребителей, мы помещаем следующую заметку, присланную нам тем же лицом.

Ввиду приближающихся земских выборов, справедливость требует напомнить господам избирателям о деятельности Николая Михайловича Суходрева, выборщика в Государственную Думу.

Мы имеем в виду его исключительно «плодотворную» деятельность в качестве председателя правления безвременно скончавшегося богородского общества потребителей.

Возникнув в 1903 г . упомянутое общество сделало в первый год оборот сбыта 50.000 р., выдало хороший дивидент, привлекло этим паевого капитала до 15.000 руб. преимущественно из среды бедного рабочего класса и сделалось регулятором цен для всего окружающего района, а в особенности, явилось хорошим подспорьем для фабричной инспекции при установке ею месячных расценков в харчевых лавках ближайших фабрик, как, например, Богородско-Глуховская мануфактура, что вряд ли могло нравиться заправилам последней. По удивительно странному совпадению, председатель правления общества потребителей Н.М. Суходрев вскоре стал проявлять к этому столь полезному народному делу не меньше охлаждения, чем в первый год рвения, пользуясь полнотой власти, либерально понимаемой, стал реже и реже собирать заседания правления, несмотря на энергичные устные и письменные протесты активных членов правления, а вскоре и вовсе прекратил этот, по-видимому, дурной обычай вести дело коллективно, чем принудил большинство членов подать в отставку.

Оставшись фактически один, г-н Суходрев счел излишним собирать и общие собрания и давать годовые отчеты, и на таких конституционно-демократических началах повел дело успешно вниз, что, вероятно, кое-кому и требовалось. Перед выборами выборщиков во вторую Гос. Думу г. Суходрев вывесил по городу широковещательный аншлаг, что дело идет прекрасно, что приглашен бухгалтер, что вскоре (после выборов) будет собрано собрание, и будут даны отчеты. Злые языки это смели считать за избирательный маневр; как бы то ни было, но пайщики не дождались обещанного, возможно, за недосугом государственного деятеля. В марте 1907 или 1908 г . удалось, однако, пайщикам на основании устава уже самим добиться права собрать общее собрание в 100 с лишком человек для истребования от г. Суходрева отчета и передачи дела; сам г. Суходрев, конечно, красноречиво отсутствовал. Вновь избранное правление на нотариальный запрос г. Суходрева о передаче дела получило неудовлетворительный ответ. Остался у пайщиков последний выход: на основании устава просить администрацию произвести ревизию дела. Надо полагать, результаты последней были довольно определенны, если по распоряжению министерства внутренних дел общественная лавка была закрыта. Итак, 15.000 общественных денег обратились в дым, а идея кооператива надолго и прочно похоронена. Можно себе представить, что будет с богородским земством и его населением, если оно, по несчастью, попадет в руки подобных дельцов.

Член богородского общества потребителей.

 

Прежде всего, о себе.

Помещая свое злое и клеветническое писание, автор преследовал две цели: подорвать среди избирателей доверие ко мне, как к возможному кандидату партии народной свободы в выборщики по второй городской курии, и доставить мне несколько неприятных часов. Не знаю и не могу судить, насколько будет достигнута первая цель. Но если верно мое предположение относительно второй цели, то автор ошибся: все, что писалось им на этих днях в «Русском Чтении» и «Голосе Москвы» о моей деятельности по обществу потребителей, нисколько меня не волнует, потому что все, так сказать, «потребительные» огорчения, добровольно принятые мною на себя, уже давно выстраданы, и напоминание об этой неудаче отзывается лишь едва чувствуемой тупой болью, как при давно-давно зажившей ране. Это не значит, конечно, что рана была небольшая. Нет, годы - одни из лучших в жизни человека - отданные мною богородскому обществу потребителей, годы, оторванные от семьи и личной жизни, годы, отнятые от профессиональной службы во вред личным интересам, эти годы были сплошной раной, сплошным страданием, и гневный жест московского губернатора, прикончившего жизнь общества, был лишь избавителем от тяжелого состояния. Уже первый год существования общества, за который был выдан «хороший дивидент», принес огорчение: еле-еле удалось свести концы с концами, и тот «хороший дивидент», о котором сообщает земский писака, был выдан из моих личных средств. Сделано это было с целью предупредить возможный уход членов из общества, потому что многие поступили в состав его не из-за сочувствия к кооперации, а с целью получать на свои взносы больший процент, чем приносили вклады в сберегательных кассах. Думалось, что в будущем увеличится оборот, не будет ошибок, невольно по новизне дела допущенных в первом году. Но и второй год не оправдал надежд: небольшой годичный оборот и громадные расходы, объясняемые дороговизною жизни в Богородске и съедающие всю валовую прибыль, властно указывали на трудность (если не на невозможность) дальнейшего ведения дела на прежних основаниях. Главнейшим злом был кредит, допущенный для членов, кредит в размере 80% паевых взносов. С места этот кредит был членами с большим излишком использован, так что дальнейшие закупки товаров приходилось делать в кредит и, конечно, с порядочными переплатами; возвращали же гг. члены деньги за забранный товар далеко не аккуратно. Следовало бы бороться с этим явлением путем пропаганды кооперативных идей и правильных начал кооперации, но когда же заниматься этими вещами, когда с утра и до вечера голова была занята или изысканием средств на уплату срочных платежей, или поисками поставщиков, которые доставили бы в кредит нужный товар. Я никогда не забуду издевательств одного из богородских торговцев, считающего себя «левее кадетов»: в ответ на мои усиленные просьбы об отпуске товаров в кредит, он назначал мне такие цены, на которые нельзя было согласиться, хотя и при крайней нужде в товаре. Не забуду и другого такого же «левее кадетов», присылавшего в магазин общества мальчишку передать на словах, что, мол, хозяин требует вперед денег за заказанный товар. Один А.В. Пойменов выручал, отпуская товар под мои личные векселя. Серьезность положения усугубилась общим сокращением кредита со стороны московских фирм и конкуренцией богородских торговцев, которые, закупая товары на более льготных условиях, могли торговать дешевле, а при одинаковых ценах извлекать бо?льшую пользу. Вот здесь и начинается моя ошибка. С одной стороны, ложное самолюбие не позволяло мне поделиться своим затруднительным положением с товарищами по делу, а с другой стороны, переоценивая свои силы, я все еще надеялся (и мне страстно этого хотелось) выправить дело и передать его товарищам в состоянии, возможном для дальнейшего самостоятельного ведения. К моему глубокому огорчению, надежды эти не оправдались; под влиянием охлаждения к делу со стороны членов, вызванного, быть может, отчасти и долгим отсутствием отчета и собраний, торговля ухудшалась; ежемесячно мне приходилось вкладывать свои деньги на покрытие расходов по магазину, влезая в долги. Продолжать дело в том масштабе, как оно велось, было невозможно, и я, подготовляя чрез специально приглашенное лицо отчет за последнее время деятельности общества, предполагал предложить обществу начать жизнь сызнова при более скромной обстановке, но и на более верных началах торговли по возможности без кредита, а за наличный расчет. Жалобы членов общества, вызвавшие назначение губернатором ревизии, не дали мне осуществить мои предположения, а столкновение с губернатором на почве ревизии вызвало закрытие общества.

Такова краткая схема печальной истории общества. Мои друзья и товарищи по обществу знают, как глубоко сожалел и сожалею я о допущенных ошибках, как многим я пожертвовал бы, чтобы их не было. Нисколько не стыжусь признаться в этом и печатно. Нисколько не желая смягчать своей ответственности пред общественным мнением богородского населения за антиобщественность своего ведения дел общества потребителей, я умышленно не сообщаю фактов, которые могли бы расположить моих судей в мою пользу. Кто отдает себе отчет в том, что такое торговое дело с оборотом в 40-50 тысяч, тот может иметь понятие о труде, вложенном в это дело, а ликвидационная комиссия со временем выяснить и ту сумму, которая была придачей к этому труду.

А теперь я внесу несколько фактических поправок к лживому сообщению ученого агронома из «Русского Чтения» и «Голоса Москвы» и дам объяснения по интересующим его вопросам:

1) Паевой капитал общества составлял сумму не в 15.000 р., а ровно вдвое меньше;

2) агроному не следовало бы говорить такую глупость, что общество с 50-тысячным оборотом сделалось регулятором цен; в Богородске имеются торговцы с оборотом в 200, 300 и даже 500 тысяч рублей в год, - они и устанавливают цены; богородское общество потребителей лишь первое ввело скидки с чая, о чем, пожалуй, можно и пожалеть, потому что конкуренция в ценах для маленького дела всегда окажется непосильной;

3) инспекция фабричная никогда расценками общества не интересовалась;

4) никакого плаката по городу перед выборами во вторую Государ. Думу ни я, ни общество не развешивали;

5) общество было закрыто губернатором после того, как я отказал ревизующим чиновникам отпустить в Москву некоторые торговые книги, требуя, чтобы они были обревизованы на месте в магазине; результаты ревизии мне неизвестны до сего времени, причем у меня ревизоры никаких объяснений никогда не спрашивали;

6) общественные деньги обратились не в дым, а вернулись в карманы гг. пайщиков; паевой капитал почти полностью забран ими товаром; все книги находятся у ликвидационной комиссии, и привести точные цифры паевого капитала и долгов за членами я не могу;

7) считать идею кооперации похороненной преждевременно; наоборот, приняв на себя всю ответственность за неудачу дела, я спас эту идею от крушения; я шел неправильным путем, явятся вместо меня другие - более умелые и, воспользовавшись уроками прожитого, вероятно, сумеют повести дело на более правильных основаниях;

8) желая, очевидно, набросить тень на меня, агроном из «Русского Чтения» сообщает, что я исключен из числа частных поверенных. «Он-то и является лидером местных кадетов». Да, я исключен двумя министрами - внутренних дел и юстиции - из частных поверенных. Чтобы узнать причину такой кары, я специально ездил в Петербург, и там, в земском отделе министер. внут. дел, мне сообщили, что я исключен по сообщению московского губернатора Джунковского за то, что в издававшейся мною «Богородской Речи» поместил статью «Не забудут», в которой в форме фельетона автор высказывал, что излишне ставить памятник П.А. Столыпину, ибо деяний его Россия никогда не забудет;

9) никаких не ухищрений, ни просто действий богатая мануфактура для проведения меня в гласные не предпринимала;

10) на земских выборах я получил 45 избирательных шаров против 25 неизбирательных; следовательно, чтобы меня провалить, требовалось еще 20 «равнодушных солидных выборщиков», - не потрудится ли лжец из «Русского Чтения» назвать фамилии этих «солидных» избирателей?

_____

Теперь несколько слов о других лицах, обрызганных грязной слюною «ученого агронома».

С.А. Морозову ставится в вину, что он постоянно оппонирует управе и ничем себя в земстве не проявил. Только управский холуй мог написать подобную вещь. Кто бывал в земских собраниях за последние 2 года, тот знает, что никаких прений ни по каким вопросам почти не бывает, и если можно упрекнуть в чем-либо г. Морозова, так это именно в том, что по многим вопросам, требующим выяснения, он не выступает, но, с другой стороны, нельзя и требовать от одного и того же лица, чтобы оно выступало решительно по всем вопросам земского хозяйства. В том и несчастье нашего земства, что в нем нет работников, что Рабенек, Заглодин и Соловьевы сидят, как чурбаки, только для мебели, молча соглашаясь со всякими предложениями г.Загорянского. С.А. Морозов работает в ревизионной комиссии (председателем), в экономическом совете и в строительной комиссии, а также участвовал в работах комиссии по введению всеобщего обучения. Если «ученый агроном» ставит Э.А. Рабенеку в заслугу перестройку Амеревской школы, то почему же он обходит молчанием постройку гг. Морозовыми Следовской, Починковской, Гавриловской, Жилинской, Тимковской, Калитинской и Калантаевской школ также с незначительным пособием от земства.

Е.И. Поляков не сын управляющего Викулы Морозова, а директор правления этой фирмы, заведующий Саввинскою фабрикою. Помимо того, что он является местным культурным деятелем, Е.И. был членом ревизионной и библиотечной комиссий, членом уездного училищного совета в качестве помощника предводителя дворянства по наблюдению за училищами; кроме того, он был губернским гласным и принимал участие в разных губернских комиссиях по вопросам народного образования.

А.П. Белов - этот «полуграмотный фабрикант» - состоял председателем санитарного совета, причем объездил все больницы и составил подробный об этом доклад; состоял членом строительной комиссии, причем, кроме других, вел постройку Лосинской больницы с большей экономией против сметы; состоял членом экономического совета. У себя на родине А.П. Белов устроил о-во пособия бедным, существовавшее 6 лет и передавшее земству свое здание для приюта хроников; это же общество устроило школу в дер. Соколовке. Три года тому назад А.П. Белов устроил попечительство при Петровско-Лосинской земской школе, построившее школу повышенного типа стоимостью в 45.000 рублей, ныне 2-классное земское училище с 6-годичным курсом. Попечительство тратило на эту школу до 1.200 руб., но после нескольких конфликтов с земством, руководимым г. Загорянским, { из попечительства г. Загорянским, } А.П. Белов из попечительства выбыл, а затем и само { кращении своей деятельности. }

Не согласится ли земский «писатель», что земская деятельность гг. Морозова, Полякова и Белова не менее почтенна, чем работа «честных и полезных» гг. Рабенека, Заглодина и Соловьева по «соглашению с крестьянами по постройке больниц и дорог». Эти соглашения требуют не более часа времени, а г. Соловьев за это еще получал земское жалованье.

Н. Суходрев.

/«Богородская Речь», №38, воскресенье 16 сентября 1912 г ., стр. 3-4, 1-4 пол. /

 

 

МЕЖДУ ПРОЧИМ

 

В Государственной Думе не принято возражать Пуришкевичу и Маркову.

В серьезной русской журналистике вошло в обычай, стало, так сказать, признаком хорошего тона не критиковать книжки, описывающие похождения Пинкертона, романы Вербицкой, не вступать в полемику с догнивающей кучкой убогих октябристов.

Мы решили немного нарушить этот обычай. Мы говорим - немного, потому что отнюдь не желаем вступать в серьезную полемику с представителями консервативных идей. Да это было бы и трудно. Вести идейную борьбу можно с известной системой идей, противоречащей той, которую защищаете вы, находя ее более истинной. Но если последней нет - не за что ухватиться. И полемизировать при таких условиях было бы так же смешно, как стрелять из пушек по мухам. Тут, по русской пословице, «игра не стоит свеч».

В ряде очерков, поскольку жизнь нам будет давать материал, мы хотим только бегло отмечать те характерные черточки, которые проявляет в своих потугах играть в современной жизни главенствующую роль отмирающая часть нашего общества, вследствие исключительных условий русской действительности имеющая до сих пор власть заражать своим тлетворным дыханием атмосферу общественной жизни.

Манифест 17-го октября явился тем пробным камнем, на котором особенно резко определились элементы, слагающие русское общество. Печальнее всего в истории последнего десятилетия роль нашего дворянства. Оно быстро скользит по наклонной плоскости, и падение это представляет движение от джентльменства к самому откровенному хамству.

В прошлом у дворянства были известные проявления благородства. В истории нашей общественности можно найти моменты, когда аристократия духа и дворянство являлось синонимом.

А теперь?

В том зале Благородного Собрания, где сто лет тому назад они бросали на алтарь отечества свое благосостояние, где они приносили клятву, свято исполненную впоследствии, - победить или умереть в борьбе с врагом, теперь, через сто лет, во время торжественного раута, посвященного памяти 12-го года, они наполняли свои треуголки дюшесами, украденными со стола.

Сто лет тому назад они умирали рядом с безропотным русским мужиком-солдатом, отстаивая национальную самостоятельность в борьбе с внешним врагом, а теперь они способны проявить свою храбрость только в качестве руководителей озверелой пьяной черни в борьбе с внутренним врагом, когда враг этот - нищая семья обездоленного еврея. Да, это дело куда выгоднее. Тут можно легко и быстро, не рискуя ни каплей своей черной крови, по трупам невинных жертв беззакония доползти до места Вице-губернатора.

Всякие развинченные Коко, Бобо и Вово Камарины и Компоты-Загорецкие с английскими проборами через всю голову, сюсюкающие и картавящие, сохранившие только внешнюю пузырчатость и апломб при звонкой пустоте, прячущейся за их медными лбами, не находят в себе настолько благородства, чтобы отойти от участия в общественной работе, когда население откровенно высказывает им свое недоверие. Нет, - власть за них! С каким-нибудь сегодня находящимся в силе Помпадуром, где-нибудь в Париже или в Монте-Карло, Бобо и Коко пили шампанское и прихлестывали за модной кокоткой, и это является достаточным для того, чтобы, не считаясь с желанием населения, выдвигающего на общественное дело способных и деятельных людей, навязать ему этих Бобо, Коко и Вово - этот догнивающий отброс, засоряющий новые, тянущиеся к солнцу, ростки на русской ниве!

 

* * *

На днях в московской газете «Голос Москвы», влачащей жалкое октябристское существование, появилась заметка, судя по ее тону и стилю, написанная одним из лакеев, нашедшим себе покровителя в лице местного деятеля - виднейшего члена Земской Управы.

Благодарный лакей, что называется, из кожи лезет в своих усилиях угодить господину и царапнуть «Богородскую Речь».

Странное представление имеет и газета, давшая место этой заметке, и автор ее о том, что такое идейная борьба.

Литературную полемику автор заметки понимает крайне своеобразно. Если между взглядами его и вашими существует антагонизм, то он прибегнет к следующей форме «борьбы мнений»: на кухнях, дворницких и лакейских он соберет о вас сведения, касающиеся вашей биографии, ваших отношений с близкими людьми, и затем, передернув и переврав факты, постарается бросить на вашу личность тень, совершенно не касаясь ваших убеждений. Именно такой прием положен в основание этой «критической» заметки, обрушивающейся на основателя и бывшего редактора «Богородской Речи» Н.М. Суходрева.

Автор заметки сообщает о прошлом и настоящем общественном положении Н.М. Суходрева, о том, на ком он женат, кто у него тесть, и даже то, что у тестя Н.М. есть дом, а в доме том гостиница, а арендатором гостиницы является Н.М. Голубев. Надо полагать, что он сообщил бы и о бабушке и дедушке Н.М. Суходрева, приврав что-нибудь к их биографиям, но, вероятно, ни в дворницких, ни в кухнях Богородска он не мог по этому поводу собрать определенных сведений.

Такой прием собирания сведений - занятие, конечно, тяжелое и неблагодарное. Но чего не сделает «Пятница» для своего господина Робинзона Крузо? Особенно, если «Пятница» немецкая, а, следовательно, отличается особенной исполнительностью. А что данная «Пятница» немецкая, заставляет предполагать тот факт, что она, хотя и критикует язык, которым написаны некоторые статьи «Богородской Речи», но сама путает такие хорошо известные каждому русскому представления, как тесть и зять.

Любопытная подробность, иллюстрирующая дремучее состояние мыслей автора:

По его мнению, тот факт, что Н.М. Суходрев выдвинулся в качестве общественного деятеля, «имеет своим происхождением женитьбу его на дочери Ф.А. Детинова». Таким образом, выходит, по мнению автора заметки, что население Богородска три раза почтило Н.М. Суходрева своим доверием, выбирая его в выборщики, только потому, что он женат так, а не иначе. Мы смело можем уверить автора заметки, что он стоит совершенно на неверном пути, если думает, например, что для того, чтобы попасть в Гос. Думу, ему нужно жениться на Г-же А, а не на г-же Б. Но вряд ли ему это втолкуешь!

Вся эта беззубая критика, конечно, только глупа и пошла.

Мы с радостью приветствовали бы честную критику наших мнений, из какого бы лагеря она ни исходила; это дало бы нам возможность лишний раз только ярче оттенить то, что мы находим нужным русской жизни.

И мы крайне разочарованы:

Неужели местные консерваторы из своей среды никого другого не могут выдвинуть, кроме какой-то судомойки, воспитанной в атмосфере базарных сплетен?

Неужели вы, господа, хотя бы скопом, так сказать, соборным творчеством, понатужившись, не могли бы создать что-нибудь более веское, более остроумное в этом нападении на нас?

Но, может быть, вы и правы, что не прибегли к такому способу.

Есть пословица: «ум хорошо, а два лучше».

Но если не ум, а совсем наоборот - тогда и два, и десять будут хуже одного.

Всякий человек имеет право быть недалеким, но зачем же злоупотреблять этим правом?

Лучше посыпать пеплом свою голову и сидеть себе молча в своем тепленьком уголку.

Ведь за язык вас никто не тянет?!

Ну, и не надо проявлять себя. Все равно, ведь, выйдет скверно.

Даже прекраснейшая в мире девушка не даст больше того, чем она располагает, - говорит французская пословица.

Но если она совсем «не прекраснейшая», так ведь с нее ничего и не спросится.

А потому можете успокоиться.

С вас тоже ничего не спросится.

Черчер.

/«Богородская Речь», №38, воскресенье 16 сентября 1912 г ., стр. 4, 1-4 пол. /

 

 

ПЕЧАТЬ

 

В №189 «Русского Чтения» в корреспонденции из Богородска говорится, что «Богородская Речь» субсидируется К° Богородско-Глуховской м-ры. Смеем уверить г-на корреспондента, что и эта часть его заметки является, как и вся корреспонденция, чистейшей ложью.

«Богор. Речь» никогда не субсидировалась К° Богородско-Глуховской м-ры, и к последней не имеет никакого отношения.

- В «Утре России» от 13-го сентября в статье «Необходимость усиленной охраны» С.И. Четвериков высказывает следующие не лишенные интереса мысли, навеянные на него минувшими августовскими торжествами.

 

Августовские торжества ведь были торжеством всей России и преимущественно города Москвы, принесшей себя в жертву для спасения страны. Кто же воссоздал этот разрушенный город в смысле его теперешнего значения и богатства? Если говорить о его духовной жизни, то, несомненно, московский университет; если же говорить о материальной стороне, то, несомненно, русский купец и промышленник. Где же были в августовских торжествах представители этих двух течений? Где же было «надлежащее им место» на этом торжестве родного города? Надо думать, там же, где были члены законодательной палаты страны, и если бы представители духовной и материальной жизни города бы за разъяснением в , то услыхали бы, вероятно, было сказано г. Родзянко: «отсут езда ко Двору».

Но не «права приезда ко » русское купечество: чем друг смыслом оно от природы полагать, что не имеют в этого и члены Гос. Думы, но нельзя , чтобы составление программ всенародных торжеств было поручаемо лицам, могущим лучше разбираться в оценке положений.

 

В той же статье рассказывается о сетованиях купцов на действия нижегородского губернатора Хвостова во время минувшей ярмарки. По рассказам купцов, приехавших с ярмарки, этот администратор рисуется каким-то дореформенным Помпадуром, на всех действиях и распоряжениях которого красуется яркая печать необузданного самодурства и удивительного непонимания своего назначения блюсти интересы населения губернии.

Во время Нижегородской ярмарки он предпринял гонения на евреев-купцов (приехавших, конечно, не делать революцию, а продавать и покупать товары), совершенно не сообразуясь с тем, что большая часть торговли всего юга и запада России находится в руках торговцев-евреев.

 

- Осаживать купца, - говорит автор статьи, - изгонять евреев и творить покровительство газетному листку, необузданно осыпающему отборною бранью съехавшееся купечество, - все это не может быть квалифицировано, как должная власть, призванная упорядочить жизнь России; так ее проявлять - это значит не понимать, что власть может быть «угрозою», но не должна быть «опасностью».

Усиленная охрана в Нижнем Новгороде, как ныне сложились обстоятельства, действительно необходима, но не как охрана власти, а как охрана нас, съезжающихся на ярмарку купцов, от власти в ее теперешнем воплощении.

 

В той же газете от 14 сентября в статье «Еще о том же» О. Салазкин, представив очень красноречивые факты из «деятельности» того же Помпадура, дает следующую справедливую характеристику господствующего в стране произвола:

 

Административный произвол в настоящее время достиг таких размеров, каких Россия не знала и во времена Плеве. Главное и существенное различие теперешнего произвола от произвола доконституционного заключается в том, что он стал децентрализованным, вследствие чего положение обывателя сделалось невозможным. Прежде в основе политики административного произвола лежала какая ни на есть, может быть, и ложно понимаемая, государственная идея, проводимая при том людьми, искусившимися в государственной практике, а, следовательно, понимавшими, что есть предел, дальше которого без нарушения хода всего государственного механизма идти нельзя. Теперь стало иначе: центральное правительство, может быть, и понимающее истинное положение вещей, - само по себе, а местная администрация - сама по себе. Если бы от проявлений этого усмотрения местной администрации страдали отдельные лица, без нарушения коренных интересов всей страны, то психологически было бы понятно равнодушие лиц, непосредственно не заинтересованных, - пусть каждый защищается, как может, но когда в жертву административному произволу приносятся существенные интересы государства, тогда молчание преступно.

 

Для населения Богородского уезда будет небезынтересно узнать, что Хвостов в настоящее время является кандидатом в московские губернаторы.

/«Богородская Речь», №38, воскресенье 16 сентября 1912 г ., стр. 4, 4 пол. - стр. 5, 1-2 пол. /

 

 

МАЛЕНЬКИЙ ФЕЛЬЕТОН

 

РЯСОФОРНАЯ ДУМА

 

Будет в новой Думе

Сто преосвященных,

Иноков смиренных

В мантиях из шелка.

Будут еще в Думе

Триста депутатов,

Батюшек отборных,

Власти предержащей

Преданных, покорных.

Будет сам Макарий,

Гневный и речистый,

Этот новый Арий,

На руку нечистый.

Будет там Восторгов,

Бравый и бурливый,

Многоговорливый,

Дон-Жуан игривый.

Бороды окладом

Спущены до брюха,

Волосы волнисты,

Вплоть до поясницы.

Говорят смиренно,

Сладко и елейно,

А дела решают

С Саблером келейно.

Тексты, да кафизмы,

Мудрость фарисеев,

Тонкие софизмы,

Ловкость езуитов.

Ох, заткнул бы уши!

Ладан надоел мне,

И устал я слушать

Вечные молебны.

Еев.

/«Богородская Речь», №38, воскресенье 16 сентября 1912 г ., стр. 5, 2 пол. /

 

 

БОГОРОДСК

 

ВЫБОРЫ В ГОСУДАРСТВЕНУЮ ДУМУ

 

От крестьян.

14 сентября состоялись по всему уезду выборы уполномоченных от волостных сходов.

 

От рабочих.

Сегодня состоятся на всех фабриках уезда выборы уполномоченных от рабочих.

 

От мелких землевладельцев.

Завтра состоятся 3 съезда для выбора уполномоченных от мелких землевладельцев.

Настоятели церквей будут выбирать в старом помещении земской управы. Батюшкам предписано начальством явиться безотлагательно, и, надо думать, они изберут 22 или 23 уполномоченных.

Съезд владельцев земли в количестве до 35 десятин состояться не может, потому что для того, чтобы составить хотя бы один ценз (175 д.), необходимо, чтобы явилось человек 40-50, а явится, вероятно, человек пять.

Съезд владельцев земли более 35 дес. состоится и, вероятно, изберет нескольких уполномоченных.

 

Избрание выборщиков.

Для избрания выборщиков съезды назначены: от землевладельцев и по первой городской курии 27 сентября, причем землевладельцы будут выбирать 6 выборщиков, первая городская курия в Богородске и в Павловском посаде - по одному.

Вторая городская курия в Богородске будет избирать одного выборщика 28 сентября.

 

Кандидаты.

О кандидатах в выборщики решительно ничего не слышно. Партийные кандидатуры ожидаются в Богородске по городским куриям только от партии народной свободы, которая объявит своих кандидатов 23 сентября.

/«Богородская Речь», №38, воскресенье 16 сентября 1912 г ., стр. 5, 1 пол. /

 

 

СОБРАНИЕ УПОЛНОМОЧЕННЫХ

 

На очередное собрание городских уполномоченных 11 сентября пожаловали редкие гости - «казенные» уполномоченные - председатель земской управы Н.Н. Кисель-Загорянский и о. благочинный К. Голубев. Деятели черного стана явились поддерживать своего собрата по убеждениям А.Д. Самарина при выборах члена уездного училищного совета, в чем они благополучно преуспели. Вновь испеченный член Государственного Совета вновь переизбран членом училищного совета 13 голосами против 3. При баллотировке г. Кисель-Загорянский стоял недалеко от избирательного ящика и внимательно следил за движением рук баллотирующих. Какой большой сыскной талант остается без применения!

До выборов собрание рассмотрело ряд вопросов.

Училищная комиссия доложила о необходимости открыть смешанный класс для учащихся в начальных училищах. В настоящее время за бортом осталось 43 девочки и 10 мальчиков. Помещения на такое количество учащихся у города нет.

На приглашение учащих и другие расходы потребуется до 1 января - 500 руб. Уполномоченные без прений соглашаются с необходимостью открыть смешанный класс и решают просить правление К° Богородско-Глуховской мануфактуры уступить свободное помещение при Богородском отделении глуховского училища, а нужные 500 руб. взять из запасного капитала. Кроме этого, училищная комиссия доводит до сведения уполномоченных о необходимости открыть первый класс в 4-хклассн. городск. училище. В настоящее время в первом классе городского училища не хватает места для 13 учеников. По смете училищного совета для открытия параллельного класса потребуется 1150 руб. 18 коп., не засчитывая расходы на помещение. Решено оставить этот вопрос открытым до выяснения возможности найти помещение для параллельного класса.

В одном из прошлых заседаний уполномоченных был поднят вопрос о ремонте городского дома на углу Дворянской и Мариинской улиц. Тогда же было решено отремонтировать этот дом и воспользоваться им временно для училищ. Постановление это до сих пор не исполнено.

Инженером Шпейером { Шнейером? } был произведен осмотр городского моста через реку Клязьму. Мост построен 21 год тому назад и в настоящее время требует капитального ремонта. На собраниях не раз возбуждался вопрос о необходимости построить через Клязьму железный мост. А.А. Симаков выразил надежду, что земство придет на помощь городу. Председатель земской управы Н.Н. Кисель-Загорянский в принципе ничего не имеет против того, чтобы земство взяло на себя часть расходов, хотя, по его мнению, мост нужен не земству, а городу. Уполномоченный П.И. Финогенов доказывает, что мост, главным образом, нужен земству, что этим мостом пользуются плательщики земства, вносящие в земскую кассу не один десяток тысяч. Город с его ничтожным бюджетом не может приступить к постройке моста, не зная определенно, какую субсидию даст ему земство. Выбрана комиссия с правом приглашать сведущих лиц для всестороннего рассмотрения вопроса о постройке моста и составления проекта и сметы. В комиссию вошли: П.И. Финогенов, А.И. Егунов, М.К. Долотов, И.Г. Малов и П.С. Кочетов. Н.Н. Кисель-Загорянский обещал посещать заседания комиссии.

Разобрав затем несколько дел о передаче арендных прав, собрание закрылось.

/«Богородская Речь», №38, воскресенье 16 сентября 1912 г ., стр. 5, 1-3 пол. /

 

 

ЖЕНСКАЯ ГИМНАЗИЯ

 

В среду 12 сентября состоялось первое заседание нового состава попечительного совета женской гимназии. Избран он еще в начале года, но попечитель округа, занятый организацией потешных, только недавно удосужился утвердить выборы, причем уполномоченный М.Ф. Скороспелов в должности члена совета не утвержден.

Председателем совета избран С.А. Морозов, его заместителем П.С. Зотов, казначеем В.П. Щекин. В хозяйственную комиссию вошли Е.Р. Богданов, П.С. Кочетов и А.М. Филиппео, а в ревизионную - Ф.А. Детинов, В.Э. Фукс и А.М. Черкасов.

Предложено собираться на заседания в первый понедельник каждого месяца.

/«Богородская Речь», №38, воскресенье 16 сентября 1912 г ., стр. 5, 3 пол. /

 

 

ПАВЛОВСКИЙ ПОСАД

 

СОБРАНИЕ УПОЛНОМОЧЕННЫХ

 

10-го сентября состоялось очередное собрание городских уполномоченных. На повестке 27 дел. Ввиду того, что зал заседания занят уездным съездом, собрание происходит в кабинете городского старосты.

Рассматривались трактирного сбора на 1913 год. Сбор с трактиров, чайных лавок, пивных и постоялых дворов выразился в сумме 10.270 руб.

Часть уполномоченных находит эту сумму недостаточной и предлагает увеличить ее до 12.000 руб. Решено прибавить 1.730 руб. к трактирному сбору, но с тем, чтобы эти 1.730 руб. были распределены исключительно на трактирщиков, торгующих вином.

В настоящее время в женское начальное училище не принято за недостатком места 35 учениц. Городской староста предлагает открыть параллельный класс, для чего имеется свободное помещение.

Собрание разрешает открыть параллельный класс. Следующим рассматривается вопрос об определении в училище новых учительниц. Нужны две учительницы по образовательным предметам и одна для ведения класса рукоделия, который в настоящем учебном году открывается в начальном женском училище. Кандидаток на первые два вакантные места - шесть.

Закрытой баллотировкой принятыми оказываются г-жа Пронина (19 изб. и 4 неизб.) и г-жа Кириллова (8 изб. и 5 неизб.).

Из двух кандидаток, подавших прошения об определении на место учительницы рукоделия обе - г-жа Болдина и г-жа Бочарова - получают одинаковое количество голосов (9 изб. и 4 неизб.). По жребию место остается за г-жей Болдиной.

К.М. Тихомиров прослужил 25 лет учителем в 4-хклассном павловском училище. Постановлено выдать ему полугодовой оклад жалования в размере 359 руб.

Общество хоругвеносцев Воскресенской церкви просит городское управление выдать 1.000 р. на окончательную достройку часовни в память Отечественной войны. Постановлено 1.000 руб. выдать.

Председатель сиротского суда предлагает собранию представить к награде В.А. Щепетильникова за его полезную службу в должности члена того же суда. Постановлено ходатайствовать о представлении В.А. Щепетильникова к награде.

Маленькая подробность: В.А. Щепетильников - уполномоченный посада - во время рассмотрения вопроса о представлении его к награде не оставил зал заседания, а спокойно сидел и слушал.

На повестке было поставлено дело о рассмотрении обязательных постановлений для жителей посада, но за поздним временем не было заслушано.

Остальные дела маловажны и общественного интереса не имеют.

/«Богородская Речь», №38, воскресенье 16 сентября 1912 г ., стр. 5, 3-4 пол. /

 

 

СПЕКТАКЛЬ 9 СЕНТЯБРЯ

 

Наш театральный сезон открылся лицедейством «губителей драматического искусства». Это я для красного словца говорю, а на самом деле наши любители играли весьма недурно. Поставлены были пустые вещицы: «Два часа правды» Мясницкого и водевиль «За компанию». Обширный зал дома Общества Образования не был, однако, полон, как раньше бывало, что объясняется неудачным выбором пьес и отсутствием «имен» в любительской труппе.

Публика, невзыскательная наша публика, преимущественно молодежь, усердно аплодировала и местами весело хохотала. Особенно много аплодисментов выпало на долю г. Репина, режиссера, игравшего в водевиле роль денщика. Недурно играла г. Алексеева-младшая, обладательница красивого голосочка. Г. Соломинский сделал решительные успехи сравнительно с прошлым годом, когда ему никак не удавался переход от чтения к игре.

Всем нашим «артистам» присущи некоторые общие недостатки. За исключением г. Соломинского, все они проглатывают слова, говорят без выработанной ясной дикции и слабо интонируют. Нельзя забывать, что главное орудие сценического искусства - живое слово, над которым следует поработать. Для лиц, желающих усовершенствоваться в дикции, я порекомендую прекрасную книгу Легузе «Чтение как искусство», которая, кстати сказать, читается, как роман.

Другой недостаток наших «губителей» - это невыработанность и случайность жестов и движений, большею частью лишенных плавности и изящества. По этому вопросу порекомендую книжку Абрамова «Мимика». Вообще, на благородное искусство Мельпомены нельзя смотреть, как на продукт личного вдохновения, - это последнее проявляется иногда в безобразных формах. Искусство также подводится под известные нормы, над открытием которых надо размышлять.

Пожелаем нашим любителям дальнейших успехов и совершенствования, а также выскажем осуждение их нелитературному вкусу, который толкнул их выбрать пошленькие пиески. Драматическое произведение, глубокое по содержанию, полезно и интересно независимо уже от качества игры.

«Благородство обязывает», гласит французская пословица.

Спектакль прошел под эгидой «Общества Образования». Казалось бы, обстоятельство должно было наложить обязанность на «ответственного распорядителя» дать совет малосведущим любителям остановиться на доброкачественных пиесах.

Вообще, задачи Общества Образования надо понимать по существу, в смысле распространения просвещения по всем направлениям.

А театр теперь - великая сила, и здесь ее именно и не достает. Разные кружки, играющие в садах, указывают на явную потребность в театре. Отчего бы правлению Общества не взять это дело в свои руки и кстати использовать свой прекрасный зал для пополнения своей тощей сумы? Ведь для этого стоило бы только найти умелого предпринимателя, который привозил бы концерты, ставил оперы. Как бы оживилась тогда наша глухая жизнь!

Театрал.

/«Богородская Речь», №38, воскресенье 16 сентября 1912 г ., стр. 5, 4 пол. /

 

 

ОРЕХОВО-ЗУЕВО

 

ФАКТЫ И СЛУХИ

 

Беру опять старую избитую тему - «Наше земство». Выведенные из терпения, зуевцы написали в земскую управу прошение, которое было полностью напечатано в «Богородской Речи», и в результате, конечно, полное молчание. Какое дело гг. Кисель-Загорянскому и Брюквину до земских плательщиков, когда их министр назначает в гласные!

Брюквин - это величайшее недоразумение в земстве. Недалекий, необразованный, он является только эхом г. Загорянского и его присных. Ежедневно этот член управы ездит по дороге от д. Дубровки к Щербинину и видит там мост. Что это за мост, - описать нельзя, - надо видеть. Шириною аршин в 12, а положено не более 2 досок и, наверное, И.И. Брюквин, подъезжая к нему в качестве простого смертного, а не члена управы, ругается, на чем свет стоит; а приедет в управу - и нем, как рыба. На дороге к Дубне, по-прежнему, никто ничего не делает. Прежде хоть обещали, а теперь гневно молчат. По слухам, лица, пожертвовавшие деньги на дорогу и по неопытности внесшие их в управу, хотят требовать отчета или жаловаться, куда следует. Кажется, до большей бесцеремонности в своих действиях Богородская управа еще не доходила.

/«Богородская Речь», №38, воскресенье 16 сентября 1912 г ., стр. 5, 4 пол. - стр. 6, 1 пол. /

 

Не так давно произошел ужасный случай. Трагически погиб молодой человек, П. Ильин, бросившись под поезд. Ильин служил у Викулы Морозова и был многим известен как спортсмен. Смерть его вызывает большие толки среди молодежи. Последнее время П. Ильин был угрюм, сильно пил и, говорят, прощался со всеми. Что заставило его покончить с жизнью, остается тайной.

/«Богородская Речь», №38, воскресенье 16 сентября 1912 г ., стр. 6, 1 пол. /

 

Среди крестьян с. Зуева много разговоров о знаменитом приговоре огородников. Наконец-то приговор отменен, и, тем самым, дано понять глотам, что хозяева Зуева не одни они. Но они не унывают и, говорят, уже опять начали опаивать несчастных огородников, придумав какой-то фортель. Лучше бы гг. зуевские крестьяне позаботились о приведении улиц в порядок. Грязь непролазная, а где есть мостовая, то такая, что ехать по ней мучение. Боковые камни выбраны для домашних надобностей; тротуаров нет, и осенью великим счастьем считается пройти по улице и не потерять галош. Опоить, пропить могут, ну, а насчет благоустройств говорят «у нас яловочные сапоги», а когда зайдет речь о мостовых, то указывают, что только у двух крестьян лошади, а на коровах еще не принято ездить. Вот вы и поговорите с ними. А насчет коммерческих оборотов, я думаю, что хитрее зуевских крестьян нет. Несколько лет тому назад крестьяне продали Морозову землю и с следующего года начали ее снимать у Морозова. Положим, это еще ничего, а вот в нынешнем году, сняв эту землю за 150 руб., через три дня передали ее другим за двенадцать руб., и деньги эти с радостью пропили. Все такие факты, а их можно привести, сколько угодно, говорят за необходимость скорейшего перехода на городское положение, которое отнимет власть у кучки глотов, пьяниц и нахалов. Более благоразумные крестьяне уже начинают это понимать и, говорят, в недалеком будущем собираются хлопотать о введении у нас Городового положения.

/«Богородская Речь», №38, воскресенье 16 сентября 1912 г ., стр. 6, 1 пол. /

 

Приехав из отпуска, я была приятно удивлена: на Никольской улице почти все тротуары переделываются на асфальтовые. Уж не знаю, подействовало ли указание печати, или попросту догадались, что хорошие тротуары - вещь не лишняя, а новыми тротуарами доставили всем удовольствие. Фирма Саввы Морозова не осилила в этом году постройки всего тротуара и оставила маленький кусочек у почты, а, между прочим, этот проход один из многолюдных, и для такой богатой фирмы доделать ничего не стоило бы.

Nata .

/«Богородская Речь», №38, воскресенье 16 сентября 1912 г ., стр. 6, 1 пол. /

 

 

Театр.

 

9-го сентября открылся зимний театр Морозовых. Играла труппа рабочих под управлением Трубникова. Поставили пьесу Александрова «В селе Знаменском». Публика, конечно, битком набита. Труппа рабочих играла настолько хорошо, что моментами не верилось, что играют рабочие, выступающие в первый раз. Трубников заслуживает большой похвалы. Из отдельных артистов следует отметить лицо, игравшее кузнеца.

N .

/«Богородская Речь», №38, воскресенье 16 сентября 1912 г ., стр. 6, 1 пол. /

 

 

Нечто о коксе.

 

Торговый дом Зимина ежедневно получает вагона три-четыре кокса для топлива своей фабрике.

На днях на фабрике сделали учет приемки кокса во дворе, и оказалась нехватка более тысячи пудов; при проверке же вагона весь оказался правильным. Куда девался кокс? Усилили надзор за возчиками. И оказалось, что иногда воза с коксом по дороге на фабрику попадают во дворы некоторых видных Ореховских обывателей. Полиция произвела обыск, и у этих, казалось бы, вне подозрений стоящих людей обнаружено во дворах более 500 пудов кокса.

(«С.В.»).

/«Богородская Речь», №38, воскресенье 16 сентября 1912 г ., стр. 6, 1 пол. /

 

 

УЕЗДНАЯ ЖИЗНЬ

 

ГЛУХОВО

 

Ученическая выставка плодов

 

В Глуховском мужском училище ежегодно весною и осенью устраиваются выставки работ учеников из той области преподавания, которая имеет целью развитие в учениках этой фабричной школы практических навыков. Весною выставляются работы учеников, сделанные ими в классах ручного труда по палке, по дереву и по металлу и в классе рисования, а осенью - их работы в школьном огороде, занимающем десятину земли. Насколько первые работы имеют целью, главным образом, ввести учеников, так сказать, в преддверие фабричной работы, настолько вторые имеют цели воспитательные и, так как ведутся весною, летом и ранней осенью, являются одним из лучших способов отвлечения фабричной детворы во время каникулярного безделья от вредного влияния на них казарменной жизни. Пока в виде опыта на работы эти привлекаются лишь ученики старших классов (более 100 человек), но впоследствии имеется в виду расширить участие в них и других групп. В настоящее время ученики занимаются исключительно огородничеством, причем разрабатывают свою собственную грядку и еще работают на коллективной площади, под картофелем и капустой. На грядках взращивается все, что доступно сельскому русскому огороду. Благодаря тщательности ухода за плодами, характерной для детского возраста, удается вырастить не только лук, свеклу, репу, огурцы и морковь, но и более редкие для народного хозяйства овощи: лук-порей, петрушку, сельдерей, салат, редис, тыкву, перец, помидоры и пряные травы. На выставке среди ворохов разных овощей бросались в глаза огромные пудовые тыквы, необыкновенно большие репы, редьки. Выставка украшена была цветами-летниками также ученической посадки. Открыта она была по праздникам для обозрения родителями и другими лицами, а в учебные дни - для ознакомления с ней остальных учеников. Опыт третьего года существования огородных работ обнаружил большой интерес детей к работам на огороде; постепенно сами собой работы эти превращаются в добровольные; дети без принуждения ходят летом 3-4 раза в неделю для ухода за своими овощами, и осенью с восторгом разносят их по своим квартирам.

(фото: Ученики Глуховского училища за работой; Выставка плодов)

/«Богородская Речь», №38, воскресенье 16 сентября 1912 г ., стр. 6, 2-3 пол. /

 

 

ЩЕЛКОВО

 

19-го августа состоялось годичное собрание Щелковской пожарной дружины. На сход прибыли почетный председатель дружины Н.Н. Кисель-Загорянский, некоторые члены правления, старосты и представители всех отделений, т.е. Щелковского, Образцовского, Гребнево-Фрязинского, Соколовского, Городищенского, ново-организуемого отряда ф-ки Полякова в Щелкове, некоторые члены дружины и сельские старосты, всего 93 человека.

Председателем собрания был избран г. Кисель-Загорянский, секретарем - С.И. Чистов.

Рассмотрен и утвержден отчет за 1911 г ., а также смета на 1912 г ., в сумме 1616 руб. 79 к. Затем происходила баллотировка членов правления на место выбывающих по очереди; так как двое из них выбыли совершенно, то вместо них были предложены представители от Соколовского отделения и нового - фабрики Полякова. Щелковская молодежь, недовольная вообще деятельностью правления и желавшая обновить его более энергичными и деловитыми лицами, потребовала поставить еще своего кандидата в лице М.М. Скоробогатова - молодого человека. Несмотря на протесты присутствовавших на сходе жителей Щелкова и представителей других отделений, требование о кандидатуре г. Скоробогатова повторено было категорически. При открытой баллотировке избранными оказались единогласно - представитель отряда ф-ки Полякова и, 66 против 27 - представитель Соколовского отряда.

Г. Скоробогатов был забаллотирован. Щелковская молодежь почувствовала себя оскорбленной, поснимала с себя мундиры и потребовала приема немедленно от нее пожарной амуниции, не желая более состоять активными членами дружины, и демонстративно покинула собрание. Выбыло более 50 человек, и главное Щелковское депо и его отделение остались почти совсем без дружинников, с одними машинами, трубами и рукавами.

Собрание закончилось выборами казначея на 1912 г .; избран Н.М. Дубинин, секретарем избран Ф.Ф. Васильев.

Ревизионную комиссию просили остаться в том же составе. Постановили просить Российское пожарное общество представить к награде шесть наиболее выдающихся дружинников.

По предложению г. Киселя-Загорянского записано в протоколе Общего схода, чтобы отряд фабрики Полякова выделить в отделение, дав ему район выезда в одну сторону от Щелкова - Потапово-2, Набережная, Байбаки, - и просить губернскую земскую управу признать этот отряд отделением и выдавать на его содержание ежегодно 100 руб., как и на все остальные. Надо полагать, что губернская управа справится предварительно с картой Щелковской местности и не нарушит своих правил о выдаче пособий пожарным дружинам.

Представитель дер. Чижева, сельский староста, просил принять их селение в члены дружины, обязуясь платить 10-копеечный сбор. 10 лет крестьяне пользовались бесплатно услугами Гребневского отделения дружины и, наконец, совесть заговорила в них от даровой работы на них соседей!

Очень жаль, что начало схода было назначено в 2 ч. дня - самое неудобное время для большинства Щелковских членов-торговцев, почему на собрании преобладали дружинники, не платящие взносов, но в силу каких-либо особенных прав имевшие право голоса.

Vox .

/«Богородская Речь», №38, воскресенье 16 сентября 1912 г ., стр. 6, 3-4 пол. /

 

 

СПОРТ

 

Второй день бегов на Дубровском ипподроме прошел так же оживленно, как и первый. Несмотря на юбилейные торжества на гулянье, на бег собралось очень много публики. Программа была интересная. Очень жаль, что отсутствовали лошади К.К. Смит. Его «Червленный» и «Плевел» восхищали публику 19 августа, и только полная неготовность их помешала им занять платные места. Зато появились новые: «Свет» Скачкова и «Нарзан» К.И. Маслова. Обе лошади замечательной породы. «Свет», маленькая лошадка, очень резво пошла и выиграла произвольно, «Нарзан» остался печально последним.

Победителем приза И.Д. Морозова оказался «Стамбул» А.А. Кононова, резво прошедший 1? в. (в 2 м . 26? с.).

Приз Московского о-ва выиграла «Люби-Меня» А.А. Кононова.

На бегах было много приезжих из Павлова и Дрезны.

/«Богородская Речь», №38, воскресенье 16 сентября 1912 г ., стр. 6, 4 пол. /

 

Закончился календарь игр местной лиги.

Победительницами вышли: в классе А команда «К.Л.С.», а в Б - «Нега».

В одном из следующих номеров мы дадим обзор матчей за сезон с фотографическими снимками победителей.

/«Богородская Речь», №38, воскресенье 16 сентября 1912 г ., стр. 6, 4 пол. /

 

8-го сентября на поле Спорт-Клуба играли команды: «Пушкино» со сборной. Сборная, несмотря на то, что оказалась нетренированной, играла недурно и сделала, что могла. Нападение было лучше, чем защита.

9-го сентября приехали играть на кубок Фульда «Новогиреевцы», новые фавориты московской публики. Спорт-Клуб играл замечательно. Все время тесня противников, «Морозовцы» забили 7 сухих голей. Такой успех ставит команду «Морозовцев» опять на первое место среди команд московской лиги.

Победа же над «Британцами» 5:2 является рекордом; такого поражения Британский клуб не имел ни от кого.

Из отдельных игроков особенно хороши были по обыкновению В. Чарнок, Т. Дикин, А. Акимов, В. Мишин.

/«Богородская Речь», №38, воскресенье 16 сентября 1912 г ., стр. 6, 4 пол. /

 

 

[ КОММЕРЧЕСКИЕ ОБЪЯВЛЕНИЯ ]

/«Богородская Речь», №38, воскресенье 16 сентября 1912 г ., стр. 6, 4 пол. /

 

 

Редактор-Издатель Г.А. Кобяков

 

 

 

 
При использовании материалов сайта ссылка категорически приветствуется.
© Богородск-Ногинск. Богородское краеведение. 2004-2018
Политика конфиденциальности
Яндекс цитирования Check PageRank