Богородск-Ногинск. Богородское краеведение

«Если мы не будем беречь святых страниц своей родной истории,
то похороним Русь своими собственными руками»
Епископ Каширский Евдоким. 1909 г.

Мы в социальных сетях:
 facebook.com/bogorodsk1781
 vk.com/bogorodsk1781

Досье: Павловский Посад и Павлово-Посадский район / Виктор Ситнов. Вохонский край № 5

Виктор Ситнов. Вохонский край № 5

Комитет по культуре, спорту и туризму

администрации Павлово-Посадского

муниципального района

Московской области

Виктор Ситнов

ВОХОНСКИЙ  КРАЙ

 

Краеведческий калейдоскоп

Вохонский край  

  Павловский Посад

2007 г .

БОЛЬШАЯ ИСТОРИЯ МАЛОЙ РОДИНЫ

По убеждению автора – Каждый Человек, приходящий в этот прекрасный уникальный мир, уже одним только фактом своего рождения может считаться избранным, ибо удостоен наследовать главный дар и образ Всевышнего Творца. Своим бытием, своей жизнью – длинной, короткой или мгновенной, яркой или незаметной – Каждый Человек неминуемо участвует в изменении мира и поэтому имеет право на историческую память Человечества.

***

Краеведческий калейдоскоп «Вохонский край» является

авторским тематическим сборником материалов

по вопросам истории родного края.

Выпуск №5

 

Старый и новый Гербы Павловского Посада Старый и новый Гербы Павловского Посада

 

Старый и новый Гербы Павловского Посада

 

В оформлении обложки использованы фотографии автора. Фото на 1 стр. «Воскресенский собор в 1940-х годах» – из архива В.П.Пустова.

 

© В.Ф. Ситнов, проект, материалы, макет, оформление, фото, 2007 г .

Книга издана в авторской редакции

При использовании любой части книги в печати ссылка на источник обязательна.

Вохонский край в старых справочниках

 

У всех краеведов Восточного Подмосковья одним из самых популярных и востребованных справочных изданий по селениям Богородского уезда середины XIX в. вот уже полтора столетия является книга «Указатель селений и жителей уездов Московской губернии». Этот указатель, был «составлен по официальным сведениям и документам» и напечатан в 1852 году издателем московских справочников-календарей Карлом Михайловичем Нистремом (в типографии «Ведомостей Московской городской полиции»).

Поскольку это издание является редким и его можно найти только в специальных исторических библиотеках, есть смысл опубликовать из данной книги ту часть информации, которая может оказаться полезной для начинающих местных краеведов и всех, кого интересует прошлое малой родины.

СЕЛЕНИЯ
Богородского уезда

 

( Пояснение публикатора . В списке приведены лишь селения, расположенные ныне на территории Павлово-Посадского района. После названия селения указана его территориальная принадлежность к стану и владельцу (государственных имуществ или владельческая), указано количество дворов, душ мужского и женского пола, расстояние от Москвы и от уездного города Богородска, а также местоположение селения относительно основных трактов. Орфография подлинника в основном сохранена – отсюда устаревшие названия деревень, например: Загары, Бывальня и т. п.).

 

Аверкиева, деревня 1-го стана. Самарина Федора Васильевича, действительного статского советника ( далее везде – д.с.с. ), крестьян 169 душ м.п., 174 ж., 49 дворов, 55 верст от столицы и 34 от уездн. гор., между Касимовским и Коломенским трактами.

Алферова , деревня 1-го стана, Самарина Федора Васильевича, д. с. с., крестьян 219 душ м.п., 226 ж., 58 дворов, 59 верст от столицы и 29 от уездн. гор., близ Коломенского тракта.

Андроново , деревня 2-го стана, Рюмина Николая Гавриловича, д. с. с., крестьян 176 душ м.п., 181 ж., 41 двор. 62 версты от столицы и 14 от уезд. гор., по Владимирской дороге.

Андреево , деревня 1-го стана. Самарина Федора Васильевича, д. с. с., крестьян 142 души м.п., 130 ж., 34 двора, 66 верст от столицы, 33 от уездн. гор., на Коломенском тракте.

Афанасово , деревня 1-го стана, Госуд. Имущ., 11 душ м.п., 20 ж,, 68 верст от столицы и 14 от уездн. гор., на Бронницком тракте.

Богородице-Рождественский , что в Уполозах, погост. 1-го стана, 1 церковь. 4 двора, ярмарка 8 сентября, 75 верст от стол., 24 от уездн. гор., между Коломенским и Нижегородским трактами.

 

Вид на храм во имя Рождества Богородицы в Саурове (на Уполозах)

Вид на храм во имя Рождества Богородицы в Саурове (на Уполозах)

 

Большой Двор , деревня 2-го стана. Рюмина Никол. Гавр., д. с. с., крестьян 267 душ м.п., 258 ж., 72 двора, 61 верста от столицы и 13 от уездн. гор., по Владим. дор., вправо.

Борисово , деревня 2-го стана, Рюмина, Николая Гавр., д. с. с., крестьян 61 душа м.п., 95 ж., 27 двор., 61 верста от столицы и 13 от уездн. гор., по Владимирскому тракту.

Бразуново , деревня 1-го стана, Самарина Федора Васил., д. с. с., крестьян 75 душ м.п., 102 ж., 26 дворов. 58 верст от столицы и 33 от уездн. гор., между Касимовским и Коломенским трактами.

Буньково , большое, деревня 2-го стана, Рюмина Николая Гавр., д. с. с., крестьян 425 душ м.п., 449 ж., 93 двора, шелковая фабрика куп. Миронова. 58 верст от столицы и 10 от уездн. гор., по Владимирскому тракту.

Бывальня, деревня 1-го стана. Госуд. Имущ., 82 души м.п., 86 ж., 28 дворов. 81 верста от столицы и 28 верст от уездн, гор., близ Колом. тракта.

Быково , деревня 1-го стана, Госуд. Имущ., 93 м.п., 90 ж., 26 дворов, 79 верст от столицы и 23 от уездн, гор., близ Коломенского тракта.

Васютино , деревня 2-го стана. Рюмина Николая Гаврилов., д. с. с., крестьян 92 души м.п., 111 ж., 24 двора, 68 верст от столицы и 20 от уездного гор., по Владимирскому тракту влево.

Власово, деревня 1-го стана, Госуд. Имущ., 81 душа м.п., 79 ж., 22 двора, 70 верст от столицы и 24 от уездн. гор., близ Бронницкого тракта.

Вострикова, деревня 2-го стана, Рюмина Николая Гавр., д. с. с., крестьян 58 душ м.п., 49 ж., 15 дворов, 62 версты от столицы и 14 от уездного гор., по Владимирскому тракту, вправо.

Гаврина , деревня 2-го стана, Рюмина Николая Гавр., д. с. с., крестьян 70 душ м.п., 83 ж,. 27 дворов. 68 верст от столицы и 20 от уездн. гор., близ Владимирского тракта.

Гора, деревня 1-го спита, Госуд. Имущ., 56 душ м.п., 77 ж., 19 дворов, 68 верст от столицы и 22 от уездн. гор., на Коломен. тракте.

Городок , деревня 1-го стана, госуд. имущ., 147 душ м.п., 186 ж., 42 двора, 76 верст от столицы и 14 от уездн. гор., близ Нижегор. тракта.

Грибнино , деревня 2-го стана. Рюмина Николая Гавр., д. с. с., крестьян 91 душа м.п., 93 ж., 29 дворов. 63 версты от столицы и 15 от уездн. гор., близ Владимирского тракта.

Грибново , деревня 1-го стана, Госуд. Имущ., 77 душ м.п., 82 ж., 17 дворов, 66 верст от столицы и 24 от уездн. гор., близ Бронницкого тракта.

Грибово, деревня 1-го стана, Госуд. Имущ., 122 души м.п., 117 ж., 32 двора, 69 верст от столицы и 13 от уездн. гор., близ Коломенского тракта.

Дальняя , деревня 2-го стана. Заливской Александры Федор., губ. секр., крестьян 98 душ м.п., 100 ж., 23 двора. 72 версты от столицы и 24 от уездного гор., близ Владимирского тракта.

Данилова , деревня 1-го стана, Самарина Федора Васильев., д. с. с., крестьян 302 души м.п., 306 ж., 81 двор, 62 версты от столицы и 27 от уездного гор., на Коломенском тракте.

Демидово , деревня 2-го стана, Госуд, Имущ., 129 душ м.п., 164 ж., 42 двора, шелковая фабрика купца Фадеева. 78 верст от столицы и 28 от уездн. гор., между Коломенск. и Нижегород. трактами.

Дергаева , деревня 1-го стана, Самарина Федора Васильев., д. с. с., крестьян 136 душ м.п., 147 жен., 36 дворов. 60 верст от столицы и 35 от уездн. гор., близ Коломенского тракта.

Дмитрова , деревня 1-го стана. Государ. Имущ., 29 душ м.п., 31 ж., 10 дворов, 77 верст от столицы и 21 от уездн. гор., близ Бронницк. тракта.

Дуброва , деревня 2-го стана. Рюмина Никол. Гавр., д. с. с., крестьян 205 душ м.п., 235 ж., 61 двор, 74 версты от столицы и 27 от уездн. гор., близ Владимирского тракта.

Евсеево , деревня 1-го стана. Госуд. Имущ., 84 души м.п., 77 ж., 20 дворов. 69 верст от столицы, 22 от уездн. гор., на Коломенском тракте.

Ефимова , деревня 1-го стана, Госуд. Имущ., 51 душа м.п., 58 ж., 17 дворов, 83 версты от столицы, 37 от уездн. гор., при Коломенском тракте.

Заозерье, деревня 2-го стана , Рюмина Николая Гавр., д. с. с., крестьян 30 душ м.п., 43  ж., 65 верст от стол. и 17 от уездн. гор., близ Владимир. тракта.

Игнатьево, деревня 1-го стана , Госуд. Имущ., 176 душ м.п., 178 ж., 64 двора, 75  верст от столицы и 20 от уездн. гор., между Бронницк. и Коломенским трактами.

Игнатово, деревня 2-го стана , Госуд. Имущ., 42 души м.п., 45 ж., 13 дворов, 7 верст от столицы и 22 от уездн. гор., близ Касимовского тракта.

Ковригино, деревня 1-го стана , Госуд. Имущ., 166 душ м.п., 188 ж., 43 двора, 78 верст от столицы, 22 от уездн. гор., близ Нижегор. тракта.

Козлово, деревня 2-го стана , Госуд. Имущ., 176 душ м.п., 167 ж., 42 двора, 85 верст от столицы и 28 от уездн. гор., близ Коломен. тракта.

Корнево, деревня 1-го стана , Госуд. Имущ., 50 душ м.п., 53 ж., 14 дворов, 77 верст от столицы и 20 от уездн. гор., близ Коломенского тракта.

 

Современное Корнево (Корневская улица), вид с реки, фото 2005 г.

Современное Корнево (Корневская улица), вид с реки, фото 2005 г.

 

Криулино, деревня 1-го стана , Госуд. Имущ., 79 душ м.п., 78 ж., 24 двора, шелковая фабрика купца Иванова, 64 версты от столицы, 22 от уездн. гор., близ Бронницкого тракта.

Крупино, деревня 1-го стана , Самарина Федор. Вас., д. с. с., крестьян 209 душ м.п., 229 ж., 24 двора, 64 версты от столицы, 30 от уездн. гор., близ Коломенского тракта.

Кузнецы, деревня 2-го стана , Рюмина Николая Гавриловича, д. с. с., крестьян 238 душ муж.п., 284 ж., 77 дворов, 62 версты от столицы, 14 от уездн. гор., по Владимирскому тракту.

Курово, деревня 1-го стана , Госуд. Имущ., 75 душ м.п., 80 ж., 24 двора, 79 верст от столицы, 22 от уездн. гор., близ Коломенск. тракта.

Левкина, деревня 1-го стана , Самарина Федора Васильевича, д. с. с., крестьян 78  душ м.п., 88  ж., 23 двора, 64 версты от столицы и 35 от уездн. гор., близ Коломенского тракта.

Логиново, деревня 1-го стана , Госуд. Имущ., 171 душа м.п., 179 ж., 46 дворов, 80 верст от столицы и 36 от уездн. гор., на Коломенском тракте.

Малыгино, деревня 1-го стана Госуд. Имущ., 61 душа м.п., 55 ж., 18 дворов, 68 верст от столицы и 26 от уездн. гор., близ Бронниц. тракта.

Меря, деревня 1-го стана , Госуд. Имущ., 146 душ м.п., 145 ж., 36 дворов, пять шелковых фабрик купцов Вшивкина, Рудакова, Салтыкова, 67 верст от столицы и 22 от уездн. гор., на Бронницком тракте.

Митино, деревня 1-го стана , Самарина Федора Васил., д. с. с., крестьян 99 душ м.п., 91 ж., 23 двора, 68 верст от столицы, 30 от уездн. гор., на Коломенском тракте.

Михалево, деревня 2-го стана , Рюмина Никол. Гавр., д. с. с., крестьян 58 душ м.п., 61 ж., 15 дворов, 66 верст от столицы, 18 от уездн. гор., близ Владимирского тракта.

Мишутино, деревня 1-го стана , Госуд. Имущ., 78 душ м.п., 77 ж., 25 дворов, 79 верст от столицы и 20 от уездн. гор., на Коломенском тракте.

Назарово, деревня 1-го стана , Госуд. Имущ., 43 души м.п., 41 ж., 14 дворов, 69 верст от столицы и 14 от уездн. гор., на Бронницк. тракте.

Назарьево, деревня 1-го стана , Госуд. Имущ., 185 душ м.п., 185 ж., 50 дворов, гончарный завод куп. Резанкина и химический завод куп. Урина, 79 верст от столицы и 38 от уездн. гор., близ Коломенского тракта.

Насырево, деревня 2-го стана , Рюмина Николая Гавр., д. с. с., крестьян 94 души м.п., 111 ж., 34 двора, 75 верст от столицы и 27 от уездн. гор., на Владимирской дороге.

Никитский погост, 1-го стана , что при речке Дроздны, 1 церковь, 5 дворов, ярмарка 5 сентября, 82 версты от столицы и 29 от уездн. гор., близ Коломенского тракта.

Николаевский п огост, 2-го стана , что на Мху, 18 верст от заставы уездн. гор., по проселоч. дороге.

Никольское, Загары, село 1-го стана , Самарина Федора Вас., д. с. с., ярмарка 6 декабря, 31 верста от уездн. гор., близ Коломенского тракта.

Перхурово, деревня 1-го стана , Самарина Федора Васил., д.с.с., крестьян 119 душ м.п., 128 ж., 33 двора, 64 версты от столицы, 36 от уездного гор., близ Коломенского тракта.

Пестово, деревня 1-го стана , Самарина Федора Васильев., д.с.с., крестьян 58 душ м.п., 63 ж., 16 дворов, 62 версты от столицы, 34 от уездн. гор., близ Коломенского тракта.

Прокунино, деревня 1-го стана , Госуд. Имущ., 68 душ м.п., 77 ж., 23 двора, 70 верст от столицы и 15 от уездн. гор., на Коломен. тракте.

Рахманова, деревня 1-го стана , Госуд. Имущ., 191 душа м.п., 201 ж., 46 дворов, шелковая фабрика Иванова и два химических завода купцов Гладкова и Кукушкина, 74 версты от столицы, 21 от уездн. гор., близ Бронницкого тракта.

Саурово, деревня 2-го стана , Госуд. Имущ., 108 душ м.п., 90 ж., 26 дворов, 82 версты от столицы, 20 от уездн. гор., близ Носовихского тракта.

Семеново, деревня 1-го стана , Госуд. Имущ., 85 душ м.п., 97 ж., 24 двора, 78 верст от столицы, 23 от уездн. гор., близ Бронницкого тракта.

Сонино, деревня 1-го стана , Госуд. Имущ., 83 души м.п., 68 ж., 20 дворов, 68 верст от столицы и 23 от уездн. гор., близ Бронницкого тракта.

Степурино, деревня 1-го стана , Госуд. Имущ., 106 душ м.п., 125 ж., 37 дворов, 69 верст от столицы, 15 от уездн. гор., близ Бронницк. тракта.

Стремянниково, деревня 1-го стана , Госуд. Имущ., 79 душ м.п., 76 ж., 20 дворов, 81 верста от столицы, 23 от уездн. гор., близ Коломенск. тракта.

Суботино, деревня 1-го стана , Госуд. Имущ., 120 душ м.п., 128 ж., 31 двор, 68 верст от столицы, 14 от уездн. гор., близ Бронницкого тракта.

Сумино, деревня 1-го стана , Самарина Федора Вас., д.с.с., крестьян 70 душ м.п., 71 ж., 17 дворов, 67 верст от столицы, 34 от уездн. гор., на Коломенском тракте.

Тарасово, деревня 2-го стана , Рюмина Николая Гавр., д.с.с., крестьян 63 души м.п., 75 ж., 21 двор, 62 версты от столицы, 14 от уездн. гор., близ Владимирского тракта.

Теренино, деревня 2-го стана , Госуд. Имущ., 178 душ м.п., 170 ж., 47 дворов, 81 верста от столицы, 37 от уездн. гор., близ Коломенского тракта.

Троицкий погост, 1-го стана , что в Чижах, 1 церковь, 3 двора, 77 верст от столицы и 24 от уездн. гор., близ Бронницкого тракта.

Трубицыно, деревня 2-го стана , Госуд. Имущ., 102 души м.п., 120 ж., 31 двор, 65 верст от столицы и 23 от уездн. гор., на Бронницк. тракте.

Улитино, деревня 1-го стана , Госуд. Имущ., 128 душ м.п., 130 ж., 34 двора, 81 верста от столицы и 23 от уездн. гор., близ Коломен. тракта.

Фатеево, деревня 1-го стана , Госуд. Имущ., 112 душ м.п., 107 ж., 40 дворов, 7 верст от столицы и 21 от уездн. гор., близ Коломенск. тракта.

Филимоново, деревня 1-го стана , Госуд. Имущ., 116 душ м.п., 123 ж., 38 дворов, 70 верст от столицы и 15 от уездн. гор., близ Бронницк. тракта.

Христорождественский погост, 2-го стана , у озера Данилищева, 13 верст от уездн. гор., по Владимирскому тракту.

Часовня, деревня 1-го стана , Самарина Федора Вас., д.с.с., крестьян 110 душ м.п., 119 ж., 21 двор, 72 версты от столицы и 32 от уездн. гор., между Касимов. и Коломенским трак­тами.

Шебаново, деревня 1-го стана , Самарина Федора Васильев., д.с.с., крестьян 226 душ м.п., 255 ж., 63 двора, 64 версты от столицы, 37 от уездного гор., близ Коломенского тракта.

Щекутово, деревня 1-го стана , Госуд. Имущ., 179 душ м.п., 192 ж., 45 дворов, 80 верст от столицы и 25 от уездн. гор., близ Коломен. тракта.

Юдино, деревня 1-го стана , Госуд. Имущ., 69 душ м.п., 63 ж., 23 двора, 76 верст от столицы и 20 от уездн. гор., близ Коломенского тракта.

Фомино, деревня 1-го стана , Госуд. Имущ., 56 душ м.п., 68 ж., 19 дворов, шелковая фабрика куп. Карасева, 68 верст от столицы и 20 верст от уездн. гор., близ Бронницкого тракта.

 

 

К 100-летию школы №2 (1907 – 2007)

 

Про экскурсии наших прабабушек

(По маршрутам дореволюционных походов

павловских школьников)

 

2007 год является промежуточным юбилеем Отечественной войны 1812 года. С тех знаменательных для истории России событий прошло 195 лет. Кто-то, будучи или считая себя гражданином великой страны (не государства), об этом помнит, а кто-то (увязший в будничной суете нашего больного времени) живет исключительно заботами и проблемами своего семейства или ближнего окружения. Может, кто-то старается изо всех сил выжить…

Однако в исторической памяти русского народа 1812 год навечно вписан и впитан как знаменательный и славный момент сплочения нации в борьбе против инородного вражеского нашествия, разбившегося о мощь и твердыню гражданского патриотического единения. Тот же исторический феномен повторился и через 130 лет. «Вставай, страна огромная!» И страна (невзирая на свое не всегда совершенное государственное устройство) встает и, защищая священное право на жизнь и суверенность, побеждает любого врага. На том стояла и стоит Русь-Россия.

Трудно отмахнуться от мысли, что сегодня патриотические настроения у нашего утомленного (катаклизмами государственного переустройства) народа потеряли прежний накал и «градус». Бесспорно, общество болеет. И, возможно, для постепенного выздоровления, особенно духовно-нравственного исцеления, как раз сейчас нам не хватает оживления, «освежения» нашей дремлющей или затуманенной национальной (генетической) исторической памяти. Откуда мы? Что с Нами было сто и больше лет назад? Чем жили наши предки, чем дышали, во что верили, к чему стремились, что завещали?

Несомненно, вопросы, связанные с тысячелетней духовной основой русской нации – православием – ключевые. Но рядом, к примеру, стоят и вопросы патриотического воспитания молодого поколения граждан, принимающего эстафету созидания жизни на родной земле. Вот как раз в связи с этим стоит, на мой взгляд, среди прочего внимательнее изучать или вспоминать, в частности, и лучшие традиции нашей старой дореволюционной школы. Это было время наших дедов, а для кого-то пра- и прапра-… И порой кажется, что в духовном плане то время было «натуральнее» и гармоничнее нашего. По крайней мере, нынешнего непочитания старших и старых не было на Руси никогда.

Но тема сегодняшней нашей публикации достаточно скромна и конкретна. Это школьные экскурсии в дореволюционном Павловском Посаде и, в частности, в женской гимназии (ныне школа №2). Экскурсионные маршруты гимназисток распространялись и на вохонские окрестности, и на Москву с губернией, и даже на… Крым.

Сегодня же, в связи с вышеозначенной темой 1812 года, мы расскажем всего об одной экскурсии, совершенной школьницами весной 1912 года на Бородинское поле в канун 100-летнего юбилея Отечественной войны. Вниманию читателей предлагается сохранившийся отчет о состоявшейся экскурсии, представленный 29 мая гимназическому педсовету преподавателем истории Александром Алексеевичем Зарудиным, который и был главным организатором поездки в Бородино. На наш взгляд, интересный отчет этот имеет как познавательное, так и воспитательное значение.

(Текст основного отчета приводится полностью, но частично адаптирован к современной орфографии и пунктуации):

 

Заслушано в заседании педсовета от 29 мая 1912 г.

Проект экскурсии в Бородино,

составленный преподавателем Ал. Ал.Зарудиным

(приводится в сокращении)

Экскурсия в Бородино должна преследовать, прежде всего, исторические цели: 1. Ознакомить учащихся на месте с расположением наших и неприятельских войск как в знаменательный день 26 августа, так и в предшествующие дни 24 и 25 авг. 1812 г.;

2. Ознакомить учащихся с историческими памятниками, оставшимися от 1812 г. или же построенными после на Бородинском поле и, следовательно, помочь ученицам нагляднее представить события, совершавшиеся в августе 1812 г.

Помимо исторического интереса поездка на Бородинское поле может удовлетворить и эстетическое чувство и преследовать эстетическую цель – дать возможность ученицам насладиться красотою весенней природы, провести несколько часов на открытом воздухе и подышать свежим воздухом, не пропитанном чадом фабрик. (Вопросы экологии были актуальны уже тогда! – В.С .)

Для решения 2-х намеченных целей желательно устроить экскурсию не ранее конца апреля, когда природа принимает весеннюю красоту: деревья распускают свои листья, поля одеваются зеленой травой и разнообразными цветами. К тому же Бородинское поле изрезано множеством ручьев и речек, которые к концу апреля настолько обмелеют, что через них легко будет перебираться.

(Далее рассказывается о теоретической подготовке учениц, знакомстве с картами и материалами исторической и художественной литературы. Примечательно, что среди прочих исторических материалов почему-то нет ни одного упоминания о местных событиях в 1812 году (?) – В.С .)

… Из Москвы удобнее выехать ночью с товаро-пассажирским поездом, прибывающим в Бородино в шестом часу утра, а обратно возвратиться с поездом из Вязьмы, приходящем в Москву в 8 с половиной вечера.

Каждая экскурсантка должна иметь: легкое пальто, одеяло, подушку, обязательно калоши, желательно зонт, обуться в хорошо разношенную обувь (рекомендуются высокие ботинки) и захватить с собой небольшой запас провизии; всю провизию можно оставить в вагоне, который в Бородине будет отцеплен.

Стоимость экскурсии с человека:

Билет до Москвы и обратно – 48 коп.

От Москвы до Бородина и обратно – 88 коп.

Чай и закуска в чайной – 25 коп.

Обед в монастыре – 30 коп.

Трамвай в Москве – 16 коп.

Итого: 2 руб. 07 коп. Преподаватель Ал. Зарудин.

Экскурсия на Бородинское поле

(краткий отчет)

24-25 апреля 1912 года ученицами 4 и 5 классов Павлово-посадской женской гимназии (в количестве 30-ти человек) была совершена экскурсия в Бородино для осмотра места расположения наших и неприятельских войск в знаменательные дни 24,25 и 26 авг. 1812 г., а также для знакомства с находящимися на Бородинском поле историческими памятниками.

Экскурсию сопровождали: Председ. Педаг. Совета М.Д. Папаянов, и г.г. преподавательницы: В.В. Белоусова, М.Г. Сорокина, классная надзирательница Е.Г. Каменская и преподаватель истории Ал.Ал. Зарудин, который принял на себя руководство экскурсией и подготовку к ней учащихся.

 

Готовились к экскурсии довольно долго и внимательно. Для этой цели было выписано 15 экземпляров изданий экскурсионной комиссии при Моск. Уч. Окр. под заглавием: «Спутник экскурсанта, ч. 1-ая. Бородино» и целый ряд других книг, в которых изображается война 1812 г. и, в частности, Бородинский бой. Попутно ученицами было выяснено, что такое полк, дивизия, корпус, флешь, редут и т.д. Обращено было внимание на более детальное знакомство учениц с картой Бородинского поля и расположением наших и неприятельских войск 24 и 26 авг. 1812 г. Только после такой фундаментальной подготовки решено было поехать вечером 24-го апреля.

До Бородина доехали благополучно, но там нас постиг целый ряд неудач, которые дурно повлияли на настроение учениц и обесценили экскурсию. Во-первых, в ночь на 25-е выпал снег и покрыл землю пушистой белой пеленой, придавая всему Бородинскому полю однообразный вид. Дул сильный порывистый ветер. Небольшой мороз только сверху сковал влажную весеннюю почву. При первом прикосновении наших ног тонкий ледок проламывался, и мы попадали в воду, отчего уже вначале некоторые ученицы промочили ноги. Это обстоятельство побудило нас поскорее добраться до Монастыря, где мы надеялись найти теплый приют и обсушиться.

В виду этого мы остановились на первом попавшемся холмике, представлявшем из себя остаток нашего древнего укрепления, и, бегло осмотрев место расположения наших войск, особенно левого, так называемого Багратионова крыла, быстро двинулись к Монастырю, до которого оказалось около полуверсты. В монастырь мы пришли около 10 ч. Там нас встретили очень радушно, отвели нам 2 комнаты, где мы обогрелись, обсушились и закусили. Здесь же мы наметили дальнейший план осмотра. Прежде всего, решено было осмотреть знаменитый Шевардинский редут – наш передовой пост 24-го августа, перешедший потом после кровопролитного сражения к Наполеону.

От монастыря до Шевардинского редута немного более версты. Еще не уставшие ученицы с радостью вышли из монастыря и быстро двинулись к редуту, но не успели мы пройти половину пути, как пошел столь сильный снег, что, как говорится, не видно было свету Божьего. Дальше двигаться было невозможно, и мы повернули назад к монастырю.

 

Вид на Спасо-Бородинский монастырь, рисунок 1820-х годов

Вид на Спасо-Бородинский монастырь, рисунок 1820-х годов

Чтобы не терять напрасно времени мы решили осмотреть монастырь. Для этой цели, по распоряженью игуменьи, нам дана была проводница-монахиня, которая показала нам все достопримечательности монастыря и давала соответствующие объяснения.

Во дворе монастыря нами был осмотрен домик, в котором жила основательница монастыря, жена одного из убитых в Бородинском бою генералов – Тучкова. В домике хранится вся та обстановка, которая была при жизни Тучковой; на стене висят несколько портретов: самой Тучковой, митрополита Филарета с его собственноручной надписью и др.

игуменья монастыря М.М.Тучкова (1781-1852), портрет 1850-х гг.  

Генерал А.А.Тучков, портрет 1810-х гг., игуменья монастыря М.М.Тучкова (1781-1852), портрет 1850-х гг.

 Осмотрев домик, пошли в древний храм, построенный Тучковой на том месте, где был убит ее муж. Потом мы осмотрели новый роскошный храм, построенный в виде креста. Отсюда мы прошли в рукодельную комнату, где осмотрели работы монахинь. Этим и окончился осмотр монастырских строений, но так как до обеда оставалось еще около часу, то мы решили осмотреть остатки укреплений, находящихся во дворе монастыря и вблизи него.

Монастырь построен на месте знаменитых Семеновских флешей, которые несколько раз 28-го августа переходили из рук в руки. Здесь были ранены и убиты наши генералы: Тучков 1-ый, Багратион и др. Здесь же получил рану знаменитый французский генерал Даву.

Семеновские флеши составляли левое крыло, и на них был направлен первый натиск Наполеона. Флеши хорошо сохранились. Одна флешь находится, как я уже сказал выше, во дворе монастыря, а другая на запад от нее. На этой последней мы остановились дольше. Отсюда хорошо был виден Шевардинский редут, с которого Наполеон наблюдал 26-го августа за ходом битвы. Между Семеновскими флешами и Шевардинским редутом находится небольшой ручей и лесок – этот ручей и лесок отделяли наши и неприятельские войска 26-го августа. Говорят, что солдаты, и наши и неприятельские, бегали в ручей за водой и нередко перебранивались между собой.

Стоя на Семеновской флеши, мы припомнили все подробности атаки Наполеоном нашего левого крыла, все те схватки, о которых так красноречиво говорит Лермонтов. Нас поражала незначительность пространства, отделявшего наши укрепления от неприятельских. Немудрено, что в бородинской битве смешались в кучу кони и люди.

На Семеновской флеши мы простояли около 20 минут. В 2 часа нас пригласили в трапезную обедать. После обеда, поблагодарив игуменью за радушный приют, мы распростились с монастырем и направились за деревню Семеновскую к тому месту, где находился 26-го августа центр наших войск и укреплений, так называемая батарея Раевского, и где в настоящее время стоит памятник павшим в битве воинам.

До памятника от монастыря полторы версты, и идти приходилось по грязной, топкой дороге, глинистая масса прилипала к калошам и затрудняла нам ход, но мы продолжали идти все дальше и дальше; стремление увидеть памятник, центр наших позиций, осмотреть с центральной возвышенности близлежащие окрестности придавало нам сил и удваивало нашу энергию.

Но вот мы и возле памятника, на высоком холме. Осмотрев памятник со всех сторон и прочитав все, находящиеся на нем надписи, мы окинули своим взором окружающую памятник местность, и перед нами открылась роскошная картина.

Недалеко от памятника, внизу на юго-западе расположилось село с величественною белою церковью, в нескольких местах простреленною гранатами в Бородинский бой; недалеко от церкви ближе к памятнику сквозь волнистые деревья виднеется царский дворец. На юго-восток от села, находится несколько деревень, и между ними – дер. Горки, откуда Кутузов наблюдал за ходом битвы, а на северо-запад от села красиво возвышается монастырь. Немного западнее монастыря, вдали – Шевардинский редут. По моему мнению, это самое красивое место на Бородинском поле, недаром же оно было центром наших позиций. Укреплением Раевского закончился наш осмотр, и мы отправились обратно через дер. Семеновскую на станцию, до которой было около 2 верст.

Не успели мы пройти и полпути, как опять пошел очень сильный мокрый снег, который буквально залеплял наши глаза. Но делать было нечего, приходилось идти дальше, так как на пути не было никакого строения, и так как до отхода поезда оставалось не более часа. С большим трудом добрались мы до станции.

Грязные и мокрые мы поспешно заняли наш теплый вагон. Здесь были приняты все меры предосторожности, чтобы предохранить учениц от заболевания. Уч. попросили снять мокрую обувь и просушить ее на теплых трубах вагона, а тех, кто сильно промочил ноги – растереть их водкой. В то же время было приготовлен горячий чай. Скоро мы обогрелись и повеселели, чувствовалась только небольшая усталость. В 5-30 подошел поезд, к которому прицепили наш вагон. Мы отправились в путь и в 11 ч. 30 мин. благополучно прибыли в Павлово.

Преподаватель Ал. Зарудин »

На снимке 1912 г.: торжества на Бородинском поле, посвященные 100-летию Отечественной войны 1812 года

На снимке 1912 г.: торжества на Бородинском поле, посвященные 100-летию Отечественной войны 1812 года

 

«Экскурсия в Москву с ученицами 4 и 5 классов

Павлово-посадской женской гимназии

(краткое описание)

 

23 февраля 1912 г. под руководством учителя истории А.Зарудина и в сопровождении законоучителя о. С.Сахарова, препод. В.В.Белоусовой, старшей классной надзирательницы Е.Г.Каменской была совершена ученицами 5 и 4 класса гимназии в количестве 45 чел. экскурсия в Москву для осмотра Исторического музея и попутно других памятников русской старины.

Из Павлова экскурсанты выехали в 8 ч. 25 мин (поезд опоздал), поместившись все в одном вагоне, любезно предоставленном в распоряжение экскурсии железнодорожным начальством. В вагоне экскурсанты вели оживленные разговоры на разные темы – говорили о Москве и ее достопримечательностях, спрашивали о том, что мы будем осматривать в Москве кроме исторического музея и т.д. Особенно интересовались Москвой ученицы, которые приехали в нее первый раз. Нередко мирные беседы учениц прерывались дружным смехом – вообще было видно, что полтора часа пребывания в вагоне не утомило участников экскурсии и не давило своим однообразием.

В Москву приехали около 10 часов, попили чаю, закусили и партиями стали переправляться в вагоны трамвая на Лубянскую площадь, которая была избрана сборным пунктом.

Лубянская площадь, нач. ХХ в. 

С Лубянской площади все экскурсанты парами прошли по Никольской улице и свернули в переулок к памятнику первопечатнику Ивану Федорову.

В переулке ученицам была показана с внешней стороны церковь, в которой служил Иван Федоров. Подойдя к памятнику, экскурсанты построились вокруг него, образуя две группы. Здесь одной группе Зарудиным, а другой Сахаровым были сообщены краткие сведения о начале книгопечатания вообще и у нас в частности, а также на некоторые биографические сведения о первопечатнике.

Отсюда мы прошли Лубянским проездом на Театральную площадь, где экскурсантам были показаны здания Большого, Малого и нового театров, а также роскошное здание гостиницы «Метрополь». Далее мы пошли Китай-городом мимо здания Городской управы к Иверской часовне. В пути было обращено внимание экскурсантов на остаток старинной стены, на здание Городской управы и т.д.

В Иверской часовне все мы приложились к чудотворной иконе Божией Матери

В Иверской часовне все мы приложились к чудотворной иконе Божией Матери.

Далее, желая познакомить экскурсантов с центром московской торговли, мы прошли по новым рядам и вышли прямо к памятнику Минину и Пожарскому. Здесь г. Зарудин напомнил экскурсантам о заслугах Козьмы Минина и Дмитрия Пожарского, а также указал на некоторые художествен-ные достоинства и недостатки памятника.

Отсюда же была осмотрена, конечно, с внешней стороны церковь Покрова Пр. Богородицы, причем Заруди ным был разрешен особенно интересовавший экскурсантов вопрос – почему эта церковь называется «Храм Василия Блаженного». Было также обращено внимание экскурсантов и на особенность стиля этого храма.

Памятник    Минину и Пожарскому на                     первоначальном месте,                      середина  ХIХ в.

Памятник Минину и Пожарскому на первоначальном месте, середина ХIХ в. 

Далее, через Спасские ворота, мы прошли в Кремль; попутно было сообщено, почему и с какого времени установился обычай снимать фуражки при проходе через Спасские ворота. В Кремле, прежде всего, мы зашли в Вознесенский монастырь, где покоятся прахи наших цариц и царевен до Петра Великого. Тут же (во дворе) мы осмотрели внешнюю сторону церкви, построенной в подражание готическому стилю. Отсюда мы пошли к памятнику Александру II .

Памятник Александру II в Кремле, 1910-е гг.

Памятник Александру II в Кремле, 1910-е гг.

Так как колоннада этого памятника очень напоминает колоннаду греческих и римских домов, то здесь было сообщено Зарудиным об устройстве этих домов. От памятника Александру II было обращено внимание экскурсантов на прекрасный вид на Москву-реку и Замоскворечье.

Достаточно уже уставшие экскурсанты разместились на лавочках возле памятника и с удовольствием рассматривали открывшуюся перед ними панораму. Затем, осмотрев Царь-колокол, мы прошли в Успенский собор, но так как там шло богослужение, то мы отложили подробный осмотр его, а пошли в соборы Архангельский и Благовещенский.

Благовещенский и Архангельский соборы на гравюрах конца XIX в. Благовещенский и Архангельский соборы на гравюрах конца XIX в.

Благовещенский и Архангельский соборы на гравюрах конца XIX в.

В Архангельском соборе осмотрели гробницы царей и внутренний вид храма. Из соборов мы прошли в Чудов монастырь, в подземелье, где был заключен патриарх Гермоген.

Чудов монастырь 

 

В пещере экскурсанты прослушали краткую литию, совершенную по нашей просьбе местным священником.

Отсюда мы пошли мимо Царь-пушки и пушек, отнятых у Наполеона. Направились в Исторический музей. По дороге экскурсанты осмотрели памятник-крест, поставленный на месте убиения Вел. Князя Сергея Александровича. (Как удивились и ужаснулись бы юные экскурсанты, узнав, что одна из улиц их родного посада в будущем будет названа именем террориста И.П.Каляева – убийцы Московского генерал-губернатора Великого Князя Сергея Александровича Романова! – В.С. )

В Историческом музее нас встретил и давал объяснения руководитель музея Городцов, который популярным изложением доисторического быта сумел заинтересовать экскурсантов. Они подробно осматривали как остатки каменного века, так и бронзового, но к концу заметно устали и менее внимательно следили за лектором; разошлись отдельными группами и самостоятельно знакомились с музеем, но все-таки лектора до конца окружало довольно густое кольцо. Следует признать, что большое количество экскурсантов (36 чел.), а также усталость их вследствие долгого осмотра памятников Кремля была причиной некоторой рассеянности учениц при осмотре музея.

Исторический музей на гравюре начала ХХ в.

Исторический музей на гравюре начала ХХ в.

Осмотр музея мы закончили в 3 ч. 40 мин. До отхода поезда было еще более 3-х часов, поэтому мы решили воспользоваться свободным временем и, по предложению о.Сахарова, пошли в Успенский собор, который нам не пришлось осмотреть утром. В Успенском соборе экскурсанты осмотрели гробницы митрополитов Петра и Филиппа, приложились к иконе Владимирской Божией Матери.

Отсюда, осмотрев бегло внутри Чудов монастырь, пошли на Лубянскую площадь, где по просьбе Зарудина Управлением городских железных дорог для нас был приготовлен отдельный вагон (за 75 коп.), в котором мы благополучно добрались до вокзала.

 

Курско*Нижегородский вокзал в начале 20 века

 

На вокзале экскурсанты закусили и разместились в зале 1-го класса, так как до отхода поезда было еще около часу. Наконец, после долгих хлопот, г-ну Зарудину удалось получить проездной билет для экскурсантов и отдельный вагон, в котором мы и доехали до Павлова.

 

Руководитель экскурсии Александр Зарудин».

 

***

Список учениц Женской гимназии - участниц экскурсии в Бородино (июль 1912 г.)


5 класс

 

Байдак Анна

Бородинская Зинаида

Балашева Мария

Головина Екатерина

Кокова Зинаида

Кудина Мария

Тунина Мария

Семенова Мария

Русинова Серафима

Кондратьева Любовь

Шевелкина Вера

 

4 класс

 

Бодина Нина

Жирнова Клавдия

Манаева Елизавета

Молчанова Мария

Румянцева Мария

Шумилова Мария

Юрова Наталья

Юрова Ольга

Зыкова Александра

Трифоновская Зинаида

Хазова Мария

Ширина Александра

Колонина Нина

Зайцева Татьяна

Зайцева Анфиса

Шевелкина Клавдия

Чечулина Ольга

Вигдорчик Вера

Угарова Зинаида

Щелканова Ольга

Тихонова Татьяна

Калякина Наталья

Кукушкина Екатерина

 

3 класс

 

Ландина Елизавета

Константинова Параскева

Левинская Янина

Кондратьева Мария

Задонина Антонина

Никулина Параскева

Сучкова Агриппина

Россельс Елизавета

Керина Клавдия

Кобылина Нина

Касаткина Надежда

Касаткина Нина

Ключарева Александра

Иванова Анна

Воскресенская София

Тетенко Феодосия

 

6 класс

Болдина Параскева

Валер Ольга

Кудина Мария

Горелова Татьяна

Масленникова Ал.

Васильева Мария

Обрезкова Анастасия

Колонина Клавдия

Козловская Анастасия

 

7 класс

Исаева Нина

 

Лица желающие

сопровождать экскурсию:

С. В. Любимова (2)

А. И. Воскресенская (2)

В. В. Белоусова

И. Г. Сорокина

Е. Г. Каменская (2)

Л. А. Казанская (2).


Проект « Родословная Книга Павловского Посада »

 

Отправная мысль

 

По убеждению автора – Каждый Человек, приходящий в этот прекрасный уникальный мир, уже одним только фактом своего рождения может считаться избранным, ибо удостоен наследовать главный дар и образ Всевышнего Творца. Своим бытием, своей жизнью – длинной, короткой или мгновенной, яркой или незаметной – Каждый Человек неминуемо участвует в изменении мира и поэтому имеет право на историческую память Человечества.

Корни и ветви

 

Начиная размышлять на эту тему, невольно поражаешься и проникаешься ее общечеловеческой значимостью – как философской, так и практической, ибо данная (почти полуметафизическая) сфера нашего духовного бытия, пожалуй, как ничто иное, высвечивает на фоне вечного вопроса о смысле жизни такую изначальную данность и ключевое социально-историческое явление, как СВЯЗЬ ВРЕМЕН.

Я говорю «полуметафизическая» сфера – поскольку трудно представить себе некий универсальный алгоритм определения человеческой ценности на земле – т.е. заслуг, достоинств или деяний человека, оправдывающих (с точки зрения социума) его рождение и жизнь. Только Создателю ведом высший смысл явления каждого из нас в Его, Божий мир. И только Его непостижимый Промысел определяет отведенную роль и задачи (кроме общеизвестных, прописных истин, как-то: построить дом, родить ребенка, посадить дерево, написать книгу своей жизни и т.д.) для каждого индивидуума.

Ни один разумный человек не возьмется внятно и однозначно объяснить – для Чего (помимо программы размножения) он появился на этот свет. Мы можем только догадываться об этом в некие «судьбоносные», просветленные моменты своей жизни.

Философы, мыслители либо другие «человековеды», конечно, могут подсказать нам, что мы рождены для любви и творчества, для созидания жизни и совершенствования цивилизации, для улучшения человеческой породы, в конце концов…

Видимо, доля истины есть в каждом из этих тезисов, и все же, все же, все же… Вечный вопрос о смысле жизни всегда остается открытым. И, пожалуй, только богословы с завидной неколебимой убежденностью в какой угодно раз терпеливо озвучат нам истину, что смысл земной жизни есть подготовка к жизни вечной. Стало быть, «Программа» для всех одна, несмотря на нашу изначальную разность и возможность свободного выбора земного пути…

Следовательно, устремленное в Вечность непостижимо чудесное планетарное «Древо жизни», посаженное и взращиваемое по Промыслу Всевышнего Творца, подпитывается каждой новорожденной человеческой жизнью, в чем проявляется и заключается ее благословенная Свыше избранность, д рагоценность и неповторимость.

В контексте этих наших рассуждений естественно приходишь к мысли, что вся история человеческой цивилизации – есть ничто иное, как история взаимоотношений человека с Богом. Отступление от Его Замысла неотвратимо сопровождалось периодами государственных кризисов и опустошительных войн либо трагических природных катаклизмов, правильный же вектор развития общества отмечался (увы, столь нечастыми) периодами благоденствия…

Независимо от нашего личного (субъективного) выбора земного пути, все мы – наследники и участники всемирной истории, и, в первую очередь, истории отечественной, спроецированной и явственно отражающейся на нашем конкретном историческом пространстве. А каждый из нас как гражданин – есть носитель исторического наследия, передаваемого ему, в первую очередь, собственной семьей, по определению изначально являющейся «ячейкой общества».

Каждый новорожденный листик неизбежно через ветви и ствол Древа связан с его корневой системой. И это не просто «кровная» связь, а нечто большее, живущее и развивающееся по Мудрым (до конца непостижимым) Божественным Законам Природы, мировой Гармонии. Речь идет, конечно же, о планетарном Древе человеческой жизни.

Прозвучит несколько непривычно, но на всемирной исторической арене мы, коренные жители посада, не просто представляем это «конкретное биосоциальное пространство», но и отвечаем за его судьбу, за сохранение и увековечивание его исторической памяти.

Увековечивая память предков

 

Именно с этими мыслями автор приступил к реализации предложенного им долгосрочного краеведческого проекта по созданию «Родословной Книги Павловского Посада», в которой будут зафиксированы все коренные жители (с момента открытия посада в 1845 году и, по меньшей мере, до 1917 г.), их семейные и родственные связи, сословная принадлежность, род занятий, их дела и деяния, сохранившиеся в памяти земляков и потомков или в архивных документах.

Первым шагом в реализации проекта стала вышедшая в 2006 году книга «Обыватели Павловского Посада. Словарь-справочник фамилий до 1917 года». Эта книга представляет собой первый опыт составления подобных аннотированных справочников по дореволюционному периоду местной истории. Для знакомства читателей с изданием публикуем вступительную главу из этого словаря-справочника.

Новинка в нашей краеведческой библиотеке

 

Свой труд автор посвятил памяти наших предков и предшественников, основавших и созидавших Павловский Посад.

 

Свой труд автор посвятил памяти наших предков и предшественников, основавших и созидавших Павловский Посад.

Они жили в Павловском Посаде

(Землякам от составителя)

Обыватели – полузабытое слово. А между тем, оно обозначает главных, основных и постоянных жителей данного поселения. Они составляют его социально-экономическую основу, являются живыми носителями, хранителями и продолжателями местной истории и культурно-бытовых традиций. Они – знатоки и ревностные блюстители исконных родовых устоев и обычаев своей местности, духовных, морально-этических и нравственных норм, порядков, правил и обрядов.

Именно они всем укладом и содержанием своего бытия придают особый и неповторимый колорит тому конкретному историческому пространству, в котором живут. Ценное качество это называется самобытностью, которая и определяет в конечном итоге наши отличительные, характерные национальные черты и признаки. Все мы с вами, уважаемые сограждане, по сути, являемся обывателями Павловского Посада, как и наши предки, жившие здесь до нас. Но сегодня нам более привычны слова: «граждане» или «сограждане», обозначающие жителей данного города, а в расширительном смысле – государства. Это его основа.

Посадами в России назывались торгово-промышленные селения городского типа. Таковым был и Павловский Посад, торжественно открывшийся в Богородском уезде Московской губернии 13 мая 1845 года согласно императорскому указу от 2 июня 1844 года о переименовании села Вохна (Павлово) и смежных с ним четырех деревень (Дуброво, Меленки, Захарово, Усово) в посад под общим названием Павловский. Жителям названных селений была предоставлена возможность «вступить, кто пожелает, в мещанское звание или объявить купеческий капитал». После объявления царского указа (13.05.1845 г.) 58 домохозяев сразу же объявили купеческие капиталы (по др. данным 66), а 280 записались в сословие мещан. Присоединенные к Павлову деревни назывались сначала слободами, а позднее улицами посада.

 

Перед учреждением посада (по статистическим данным 1842 года) в селе Павлове, находившемся в 67 верстах от Москвы при речке Вохонке, было: 4 улицы, 5 переулков, одна площадь (немощеные), одна церковь, одна каменная часовня, 11 домов каменных и 280 деревянных, из которых 231 принадлежал крестьянам, 21 – купцам, 18 – мещанам, 11 – духовенству, 9 – обывателям других сословий. В 150 домах могли размещаться от 5 до 10 человек, в 109 д. – от 10 до 20 чел., в 20 д. – 20-40 чел., в 14 д. – 40-50 чел. Лучшие каменные двухэтажные дома принадлежали купцам Широкову, Ныркову, Быковскому и крестьянину Морову. Лиц духовного сословия проживало в селе 60 чел., купеческого – 101, мещан – 66, крестьян – 1113, прочих – 26, а всего 1356 (658 м. и 698 ж.).

В селе Вохне (Павлове) в 1842 году насчитывалось 25 мучных лавок, 10 овощных, 20 с красным товаром, 4 железных, 2 посудных, 3 столярных, 4 калашни. Ежедневно торговало до 30 лавок, один трактир и один питейный дом. По воскресеньям и понедельникам проводились базары и, кроме того, 9 ежегодных праздничных ярмарок с большим количеством приезжих иногородних торговцев.

Основная торговля в селе принадлежала купцам и фабрикантам: Широкову, Лабзину, Быковским, Симагиным, Нырковым, Ушакову, Щепетильникову и Кукушкиным. Годовой оборот торговли составлял 2500000 руб., из которых 800000 руб. приходилось на долю Д.И.Широкова.

В селе было 10 шелковых фабрик, 5 бумажных, 5 красильных предприятий, 3 кирпичных завода и разные мелкие мастерские. На фабриках в основном трудились приезжие крестьяне, а местные жители и окрестные крестьяне брали у фабрикантов работу на дом. Среди павловских обывателей насчитывалось 75 портных, 30 сапожников, 40 столяров, 26 кузнецов, 8 слесарей, 2 живописца. (Данные ЦИАМ: ф.16, оп.12, д. 662). Естественно, что большое село с таким значительным и растущим торгово-промышленным потенциалом вскоре обрело статус посада и получило дополнительные возможности для дальнейшего всестороннего развития.

Население Павловского Посада, как и все население России до 1917 года, традиционно делилось на имущественно-правовые сословия: дворянство, духовенство, купечество, мещанство, крестьянство.

Дворянство и духовенство (в отличие от почетных граждан) формально обывателями не считались, однако зачастую постепенно становились таковыми по сути, живя десятилетиями в провинциальной обывательской среде, имевшей свойство ассимилировать в себя любые сословия, особенно разночинцев и мелкое служилое дворянство.

Духовное и мирское искони благополучно сосуществовали на посадской земле. Большинство церквей и все благотворительные учреждения строились и содержались на пожертвования местных купцов и промышленников (Лабзины, Барановы, Соколиковы, Кудины, Грязновы, Широков, Манаев, Ширины и др.). Очевидно, из поколения в поколение передавалась и проявлялась в богоугодных делах духовная прививка, полученная вохонцами от Троице-Сергиевого монастыря (с 1744 г. – лавра), вотчиной которого Вохонская земля была почти два века (1571-1764).

Дворян и духовенства в самом Павлове (это старое название бытует и по сей день), по сравнению с купечеством и мещанами, поначалу было довольно немного. Например, в 1858 году в посаде проживало 20 дворян (с членами семей: 16 потомственных, 4 личных), 53 лиц духовного звания, 964 чел. купеч. сословия (всего жителей 3490 чел.). В 1880 году (включая членов семей) 66 дворян и 67 лиц духовного звания, а купеческого сословия – 481 чел. при общем числе жителей 7123 человека. В 1901 году – соответственно: 64, 28 (без черного духовенства), 220, 12810; в 1907 году: 60, 191 (с монастырем), 95, 14399; в 1911 году: 105, 230, 115, 17630; в 1913 году: 125, 230, 99, 19162; в 1916 году: 73, 262, 58, 18327 (снижение в связи с призывом на германский фронт). (Данные ЦИАМ: ф. 199, оп. 2, д. №№: 107, 599, 686, 803, 852, 977).

Торговая площадь с десятками лавок исконно была главным, излюбленным и привычным местом встречи обывателей посада, которые, неторопливо прохаживаясь между длинными торговыми рядами, могли не только отовариться, но и познакомиться, пообщаться между собой, обсудить последние посадские новости. Многих обывателей объединяли общественные, деловые либо профессиональные интересы, а также духовные, хозяйственные, родственные или просто добрососедские связи. Если учесть, что за день мимо каждого торговца проходили десятки, а то и сотни людей, то любая новость за один день становилась достоянием всего посада. В разделе «Приложения» настоящего словаря приводится список 54 лавочников, торговавших на площади в 1892 году.

Некоторые из приведенных в справочнике персоналий не жили в самом посаде, но служили здесь, имели свое торговое дело или промышленное предприятие, регулярно посещали местные храмы, благотворительствовали и поэтому были широко известны и популярны в обывательской среде.

Необходимо подчеркнуть, что, помимо удовлетворения познавательного интереса читателей, автор данной работы видит в ней и более глубокий смысл, важный философский аспект исторического увековечивания памяти своих земляков.

Сегодня уже не только верующие люди понимают, что на свете ничего случайно не происходит, тем более рождение или смерть Человека – самого разумного и творческого существа в обозримой Вселенной. А потому каждый член нашей Цивилизации значим и имеет право остаться в исторической памяти Человечества. Миссия каждого приходившего в этот Мир человека однажды (по воле Божией) может быть «расшифрована» и оценена по-достоинству…

***

Для тех, кто пожелает использовать настоящий словарь-справочник как пособие для составления своих родословных древ или поиска и восстановления наследственных связей, следует иметь в виду, что опубликованные сведения носят только общий информационно-ознакомительный характер без гарантии абсолютной фактической достоверности, поскольку порой взяты из источников, «грешащих» не только орфографическими ошибками… Например, при оформлении различных документов фамилии и возраст сельских да и посадских жителей из простолюдинов нередко записывались со слов самих крестьян, мещан или их родственников (отсюда разночтения). Поэтому приведенные в книге данные не имеют юридической силы, для обретения которой требуются их перепроверка, уточнение и документальное подтверждение в государственных архивных учреждениях с выдачей официального заверенного подтвердительного документа.

Но в любом случае, знакомство с населением Павловского Посада вековой и даже полуторавековой давности откроет нам немало не просто интересного и познавательного, но и поучительного из жизни наших предков и предшественников. Возможно, некоторые имена и факты заставят нас внимательнее, с большим уважением, любовью и заботой относиться друг к другу, к своей малой родине, научат ценить и уважать землю, завещанную нам предками. Земля эта освящена жертвенным и прекрасным созиданием на ней жизни бесконечной чередой поколений. Достойно и бережно продолжать эту созидательную традицию, приумножать добрыми делами жизненную силу, красоту и славу родной земли – есть наш гражданский и просто человеческий долг.

Понятно, что в настоящий Словарь вошли далеко не все фамилии павловских обывателей, которых перед революцией проживало в посаде более 19 тысяч. Основу Словаря составили лишь имена обывателей (свыше 6 тыс., исключая сельское население), которые были зафиксированы автором за двенадцать лет исследовательской работы по разным темам в Центральном историческом архиве Москвы, где, к счастью, сохранилось огромное количество документального материала по дореволюционному (до 1917 г.) Павловскому Посаду. Допускаем, что какие-то известные личности по разным причинам могли не попасть в это издание, а по некоторым представленным персоналиям информация мала или не совсем точна. Поэтому составитель и издатель настоящего справочника будет благодарен всем полезным замечаниям, важным дополнениям и ценным предложениям, которые могут быть использованы при выпуске второго, расширенного и исправленного, (а возможно, и иллюстрированного) издания книги. Работа над словарем-справочником продолжается! Для расширения его объема у нас в резерве еще есть Богородский биографический интернет-словарь (см.: www.bogorodsk-noginsk.ru), обширная дореволюционная периодика, а также масса неизученных документов городского, областного и центральных столичных архивов.

Отзывы и предложения можно присылать по адресу: 142500, Московская обл., г. Павловский Посад, пл. Революции, дом 9, Выставочный зал «Дом Широкова », или: ул. Ленина дом 4, Комитет по культуре спорту и туризму (для В.Ф.Ситнова).

Автор искренне благодарит замечательного человека и краеведа, соратника в исторических изысканиях – Евгения Николаевича Маслова , предложившего идею создания подобного словаря-справочника фамилий с перспективой дальнейшего расширения и включения его в фундаментальную энциклопедию жителей Богородского уезда. Уже в данном словаре присутствуют имена многих окрестных предпринимателей, промышленников, служащих, учителей и т.д.

Всех, кто приобрел книгу, поздравляем с благородным делом приобщения к исторической памяти нашей родины.

Родная земля и жизнь на ней – это Божий Дар и священное наследство предков. Будем же достойны этого бесценного наследства!

***

Дополнение

Как было сказано во вступительной статье справочника, в него вошла далеко не вся информация, которая должна в нем присутствовать. Многие статистические списки (достаточно интересные и ценные в познавательном плане) продолжают оставаться в процессе авторской проверки и обработки. В частности, в словарь не попали списки учащихся Павлово-Посадского Реального училища (в отличие от учащихся Женской гимназии). Эта и другая обработанная информация по мере готовности будет выходить отдельными брошюрами-дополнениями. Первый выпуск готовится к изданию в 2007 году. В качестве анонса представляем один из многих материалов этого выпуска.

Список учеников Павлово-Посадского

Реального училища

на 1915-1916 учебный год.

(Утверждено на заседании Педсовета училища 8 декабря 1915 года).

 

Приготовительный класс.

а). Младшее отделение:

•  Гутман Симон

•  Гутман Яков

•  Лапшин Анатолий

•  Леонтьев Константин

•  Шохин Борис

б). Старшее отделение:

•  Берман Юлиан

•  Воскресенский Сергей

•  Грушецкий Ирений

•  Гусев Виктор

•  Гутман Соломон

•  Задонин Аким

•  Кастеллаз Генрих

•  Куделин Федор

•  Кудин Алексей

•  Кудин Николай

•  Максимов Сергей

•  Миронов Михаил

•  Павлов Евгений

•  Рябцев Александр

•  Рязанкин Михаил

•  Смирнов Виктор

•  Титов Федор

•  Трещалин Василий

•  Хахалин Константин

•  Шевелкин Анатолий

•  Шевелкин Леонид

•  Шевелкин Серафим

•  Шохин Алексей

•  Портной Моисей

 

1 класс

•  Аксенов Николай

•  Андреев Анатолий

•  Антошин Кирилл

•  Баранов Иван

•  Бодин Иван

•  Васильев Александр

•  Генерозов Дмитрий

•  Геннисаретский Михаил

•  Гостев Виктор

•  Грушецкий Хугон

•  Демидов Николай

•  Доброклонский Николай

•  Дридзе Файвит

•  Карпов Владимир

•  Керин Алексей

•  Клоповский Константин

•  Коков Константин

•  Колонин Герман

•  Курочкин Феодосий

•  Морозов Василий

•  Недумов Сергей

•  Павлов Николай

•  Сачков Константин

•  Симагин Борис

•  Симонов Николай

•  Смирнов Михаил

•  Соколов Василий

•  Титов Константин

•  Трусов Дмитрий

•  Трушин Георгий

•  Тунин Николай

•  Фетисов Михаил

•  Шевелкин Федор

•  Ширин Иван

•  Ширин Сергей

•  Феоктистов Сергей


2 класс

•  Башашин Николай

•  Бутаев Николай

•  Варфоломеев Владимир

•  Володин Павел

•  Воскресенский Вениамин

•  Горячев Александр

•  Гостев Борис

•  Григорьев Федор

•  Демидов Леонид

•  Демидов Петр

•  Демидов Серафим

•  Жилинский Борис

•  Заглодин Николай

•  Ильин Павел

•  Климов Николай

•  Ключарев Вячеслав

•  Козырев Василий

•  Королев Дмитрий

•  Кукушкин Виктор

•  Лучшев Николай

•  Новиков Ной

•  Орлов Арсений

•  Полторацкий Николай

•  Попов Михаил

•  Попов Петр

•  Пустовалов Федор

•  Розенберг Арон

•  Сергеев Василий

•  Смирнов Александр

•  Спирин Николай

•  Суворов Андрей

•  Уткин Александр

•  Храменко Леонид

•  Чесноков Николай

•  Шестаков Николай

•  Ширин Алексей


3 класс

•  Баранов Аркадий

•  Брусникин Анатолий

•  Бутаев Константин

•  Галкин Сергей

•  Елисеев Петр

•  Заглодин Иллиодор (выбыл по болезни в марте 1916 г.)

•  Казаков Дмитрий

•  Козловский Яков

•  Колонин Павел

•  Крылов Владимир

•  Кукушкин Николай

•  Лабзин Иван

•  Лбов Валентин

•  Мухин Михаил

•  Овечкин Владимир

•  Розанов Иван

•  Ронжин Константин

•  Сизов Александр

•  Телепин Михаил

•  Шашин Иван

•  Шорин Роман


4 класс

•  Абрамов Георгий

•  Андреев Михаил

•  Антошин Вениамин

•  Баталин Виталий

•  Васильев Николай

•  Завалов Николай

•  Заглодин Василий

•  Звонилкин Иосиф

•  Звонилкин Михаил

•  Исаев Леонид

•  Константинов Константин

•  Краснов Николай

•  Куделин Иван

•  Кудин Яков

•  Никифоров Даниил

•  Попов Василий

•  Сачков Федор

•  Тимофеев Валентин

•  Титов Дмитрий

•  Фролов Сергей

•  Хейкер Михаил

•  Чечулин Николай

•  Шевелкин Владимир

•  Ширин Александр


 

5 класс

•  Байдак Владимир

•  Батов Николай

•  Бешкин Григорий

•  Глинков Иван

•  Голубков Алексей

•  Гришин Иван

•  Дружинин Борис

•  Костин Александр

•  Куделин Петр

•  Лапшин Сергей

•  Масляников Федор

•  Нестеров Михаил

•  Павлов Василий

•  Розенберг Авраам

•  Соколиков Владимир

•  Соколов Антон

•  Спирин Александр

•  Сысоев Виктор

•  Талаев Василий

•  Трубкин Николай

•  Филонов Дмитрий

•  Шевелкин Сергей

•  Шорин Владимир


 

6 класс

•  Агапов Иван

•  Агапов Николай, втор.

•  Алексеев Пантелеймон

•  Анохин Иван

•  Ансеров Михаил

•  Балашов Виктор

•  Вигдорчик Абрам

•  Воскресенский Георгий

•  Голубев Николай

•  Дмитриев Максим

•  Заглодин Иван, втор.

•  Звонилкин Никита

•  Исаев Александр

•  Карасов Василий

•  Керин Сергей, втор.

•  Кириллов Олег

•  Кружков Василий, втор.

•  Курин Леонид

•  Кутиков Александр, втор.

•  Лапшин Борис

•  Мухин Дмитрий

•  Новиков Александр

•  Овечкин Виктор

•  Павлов Григорий

•  Проханов Александр

•  Ронжин Сергей

•  Соколов Николай

•  Титов Николай

•  Федоровский Владимир


7 класс

 •  Бутаев Александр

•  Виноградов Петр

•  Воеводин Николай

•  Волков Георгий, втор.

•  Демидов Александр

•  Кудин Александр, втор.

•  Павлинов Александр

•  Павлов Василий

•  Проханов Павел

•  Россельс Ефим

•  Самбуров Павел

•  Строкин Анатолий

•  Туранов Григорий

•  Фролов Иван

•  Чиварзин Александр, втор.

•  Юрьев Николай

 

Зданию бывшего Реального училища на Царской (ныне Кирова) улице, где сейчас располагается Лицей №2, – 97 лет (1910-2007).

Зданию бывшего Реального училища на Царской (ныне Кирова) улице, где сейчас располагается Лицей №2, – 97 лет (1910-2007).

Мысли вслух О краеведении и не только…

 

ВСЕЛЕННАЯ – ЗА ПОРОГОМ

или соленые «капельки» нашей истории

( Отрывки из ненаписанной книги)

(Материал публиковался в газете «Павлово-Посадские известия»

№№ 6, 9, 21, 31, 35 за 2003 г.)

Некоторые отправные мысли автора

 

Мы, подмосковные провинциалы, живем в таком малом и тесном социальном пространстве, что «все тайное» очень скоро и неизбежно становится явным. При этом проступки людей удерживаются в обывательской памяти дольше, чем поступки, ибо добрые дела – есть норма бытия, а грешные – его патологическая аномалия, нередко формирующая у ближних и окружения долгосрочный защитный иммунитет. Характерно, что оба эти начала «симбиозно» соприсутствуют в земной человеческой природе. Так было со времен Адама и Евы, Авеля и Каина…

Прошлое, включая уже необратимый День Вчерашний, не может не интересовать нас как корневая система, из которой произрос День Сегодняшний, дающий побеги в День Завтрашний.

Наша жизнь представляется автору как конечное пространство бесконечных вариантов. Вариантов чего? Способов существования.

Опыт прошлого помогает человеку и человечеству в выборе вариантов сегодняшнего существования, от чего зависит судьба – как отдельного человека, так и целого социума, а в итоге и всей планеты.

От нашего ежемоментного выбора зависит наш Мир.

***

Автор этого материала, как и в первом своем сборнике, предупреждает уважаемого читателя, что является адептом публицистического краеведения, а не просто описательного, информационно-просветительского (школьного), и поэтому просит принимать публикуемые материалы не как «истину в последней инстанции», а как информацию к размышлению.

***

В разных формах, обличиях и под разными названиями Краеведение и Краеведы были, есть и будут всегда. Не стоит думать, что краевед – это тот, кто закопался в архивной пыли и, забивая ею легкие и необратимо теряя зрение, как крот, неутомимо рас­капывает необъятные залежи свидетельств прошлой жизни. Ну да, бесспорно, есть и категория именно таких хрестоматийных исследователей старины. При этом подчеркнем, что всевозможные архивы, безусловно, и, вне всякого сомнения, важны и необходимы как хранилища документальных свидетельств.

Но дело в том, что далеко не все свидетельства прошлой жизни хранятся только в архивах. Разве столетняя изба с такими же по возрасту обитателями или трехсотлетний дуб у нас на задворках, или тысячелетний холм-курган, или вечная река, пересекающая город либо огибающая деревню, не говорю уже о храмах, памятниках и просто улицах, о произведениях искусства и прочих творениях рук и души человеческой – разве они не яв­ляются прямыми свидетелями, очевидцами, носителями и хранителями истории нашего духовного и материального бытия? Чего стоят одни только семейные (фамильные) фотоальбомы…

И еще. На мой взгляд, было бы ошибкой полагать, что краеведение должно заниматься только прошлым. Это самое распространенное и укоренившееся заблуждение. Ведать свой край нужно не только в его прошлом, но обязательно еще и в настоящем, и, желательно, в будущем. Я называю это высоковероятным футурологическим прогнозом, о практической пользе которого мы поговорим как-нибудь отдельно.

…Дикарь, оставивший в пещере дубину, вышел посмотреть: как велика его поляна, как глубок ручей, каков лес за ручьем, что за растительность вокруг, и почему не тает снег на дальнем холме, и что за следы вокруг, и почему молния бьет в одно и то же дерево, и что это за красивые кусочки жел­того металла на берегу и ослепительно сверкающие прозрачные камушки в разломе скалы, и еще масса всяких «что? где? почему?». Пытаясь узнать и понять все это, наш любознательный древний чудак становится краеведом.

Я уверен, потому что знаю, что ваши и мои прадеды, жившие в сельской местности, были прекрасными краеведами. Иначе и быть не могло, поскольку, не зная родной земли, благополучно и счастливо жить на ней было невозможно. Они наизусть знали достаточно сложный народный календарь со всеми его тонкостями и особенностями применительно к собственной местности. Географию и историю родной земли они учивали не по общим на всю страну школьным пособиям.

С помощью «лозы» они могли безошибочно определять наличие и глубину грунтовых вод, что было необходимо для сооружения колодцев. Они с осени знали: на каком поле какая культура даст наилучший урожай. Они знали и почитали заслуги каждого односельчанина, не говоря уже о своих пред­ках. Наши пращуры безошибочно (на зависть нынешним экстрасенсам) выбирали благодатные места для храмов и исцеления различных недугов. Они знали все целебные травы, минералы и источники.

Они свято соблюдали вековые традиции и обряды, передавая их вместе с фольклором из поколения в поколение, что, безусловно, украшало жизнь, придавало ей стабильность и воспитывало уважение к предкам. Поразительным примером такого уважения и почитания являлось то, что любой благочестивый христианин мог на своем сельском кладбище свободно ориентироваться среди сотни с виду «безымянных» могил и при этом абсолютно точно и поимен­но указать десяток-другой могил своих не­посредственных предков и сродников до седьмого колена. Это почитание воспитыва­лось с детства и проносилось через всю жизнь. Напомню, что на старых сельских кладбищах не было надгробных скульптур, фотографий и витиеватых эпитафий. Вмес­то мишуры была вековая память...

Я еще застал стариков, которые «в сле­пую» указывали мне даже уже не могилы моих и своих предков, а почти или совсем сравнявшиеся с землей места старинных захоронений на закрытых советской властью (силовым «законодательным» порядком) древлеправославных кладбищах у Филимонова и Прокунина. А в Корневе на месте закрытого и снесенного кладбища нынче – гаражи бывших «камвольщиков». И – никакого памятного знака …

Гаражи на месте закрытого старообрядческого кладбища в Корневе

Гаражи на месте закрытого старообрядческого кладбища в Корневе

Помните мудрость? «Кто выстрелит в прошлое из пистолета – в того будущее выстрелит из пушки!» Однако, где она теперь – эта советская власть?.. Нынешние дети и подростки про нее уже ничего или почти ничего не знают. Будут «проходить» по школьным учебникам истории и недоумевать – за что миллионы «советских людей» (еще и помимо войны) жизни положили…

Зато однажды меня до слез взволнова­ла и на всю жизнь запомнилась такая потрясающая картина: когда на Пасхальной неделе или в Радоницу (Радуницу) луг за филимоновским стадионом, по-весеннему изумрудный и чуть в cxo лмленный от бывших могилок, вдруг весь «расцвел» великим множеством ярких красных и алых цветов. Как оказалось, это были самодельные бумажные розы и гвоздики.

Не знаю, какая добрая душа это сделала, но со­вершенно ясно, что это был светлый акт христи­анской и просто челове­ческой памяти, благодарно­сти и, возможно, покаяния – что всегда возвращает нас к Богу, а значит и к самим себе. Такое дорогого стоит и «впеча­тывается» в память сердца ярче, нежели огромные гранитные «пирамиды» над могилами разной «брат­вы» и всяких «новых русских и нерусских»...

Еще, глядя на ту повеселевшую солнеч­ную луговинку, цветущую бумажными цве­тами, я с грустной улыбкой припомнил, как такие же цветки когда-то давным-давно, лет сорок (а то и пятьдесят) назад, с удивительной любовью и тща­нием делала моя одноглазая полусвятая и полублаженная тетка Липа – человек вели­кой веры и чистейшей души. Царствие ей небесное!

С 1923 года Тетя Липа (Олимпиада Алексеевна Сизо­ва, урожд. Тимакова 1905-1967) жила с семьей на Рождественской (ныне Урицкого) улице, в том са­мом знаменитом доме № 47, который незадолго до революции облюбовали для себя большевики в качестве явочной квартиры и подпольного штаба.

Липа Тимакова в 1925 году и ее дом на ул. Урицкого Липа Тимакова в 1925 году и ее дом на ул. Урицкого

Липа Тимакова в 1925 году и ее дом на ул. Урицкого

Сюда «квартирантам» Мушкевичам (бежавшим в посад из Прибалтики в начале Первой мировой) из Москвы доставлялась нелегальная литература и оружие. Здесь выстраивались планы свержения законной власти в посаде, что и произошло в октябре 1917 года…

В советские времена «легендарный» дом постоянно представлялся в местной прессе как своеобразный «памятник Революции» в Павловском Посаде. Так получилось, что Хранителем этого памятника была жившая в нем семья Тимаковых, где у набожной тети Липы была своя крохотная «келейка».

Судьба у тети Липы была трудная. С детства она, будучи самой старшей в многодетной семье, помогала отцу с матерью добывать кусок хлеба («хождением по людям») и нянчить остальных семерых братиков и сестренок. Даже обижалась порой на мать – чего та так часто рожает…

В голодные годы гражданской войны отец Липы Алексей Иванович в поисках хлеба и работы увез свою многодетную семью в Саратовскую губернию, где работал кузнецом в одной артели. Когда отца взяли на фронт, то вместо него 12-летняя Липа с матерью вынуждены были заменить отца, чтоб не потерять кузницу.

На село случались набеги белых банд Антонова, Краснова, Деникина и др. Они искали любое оружие, расстреливая жителей за его укрывательство. Однажды белоказаки по чьей-то наводке нагрянули к Тимаковым и пригрозили расстрелять всю семью, если найдут что-нибудь… Липа по подсказке матери (пока та открывала ворота незваным гостям), спрятала отцово охотничье ружье в кучу угля возле кузницы. В жуткие минуты, когда казаки в поисках оружия штыками прощупывали уголь, девочка непрестанно творила молитву, прижимая к груди крохотную сестренку Машеньку (будущую маму автора этих строк). Ружье не нашли…

Божий Промысел спас Тимаковых, охранил чистую и непорочную душу 12-летней отроковицы с именем Олимпиада т.е. «воспевающая небо».

В 1923 году вернулись в Павловский Посад. Чтоб младшие сестренки и братишки могли учиться, Липа пошла ткачихой на фабрику, а дома еще и обвязывала платки, обучая этому и младших.

Семейная жизнь у Олимпиады не заладилась, да тут еще испытание – болезнь и потеря глаза. Инвалидность. С мужем прожила она недолго, а после развода сначала с помощью доброй своей матери Марии Кузьминичны (вдовой с 1928 г.), растила да учила двух красавиц-дочерей Светлану и Валентину, а пришел срок – успела понянчить их деток – четырех своих внучат.

И почти все это время моя тетя Липа, набожная простодушная терпеливица, незаметная, но истинная гражданка своей страны (такая же, как миллионы других) жила в некогда знаменитом доме 47 на улице имени Урицкого Моисея Соломоновича. Была улица Рождественской, но новой властью была переименована в память одного из революционных соратников Ленина.

Властям, конечно, видней…

Но в обывательской среде посада к «рыцарям» революции изначально относились сдержанно, если не сказать больше . Достаточно вспомнить, что местный Совет был сожжен буквально через полгода после захвата большевиками власти в посаде.

Несколько «жертв революции» были захоронены в братской могиле в городском саду. В советское время памятник над могилой пару раз переделывался с увеличением размера, чего нельзя сказать о народной памяти, которая с годами убывала, пока не «дошла до минимума» в годы перестройки и реформ.

Разочарованный народ не заметил, как к началу XXI века на братской мо­гиле в городском парке стерлись и утратились имена жертв, погиб­ших «За власть Советов» 12 мая и в другие дни 1918 года. И это, думается, вовсе не потому, что они в своем большинстве не были уроженцами нашей земли... Как ни старалась партийная пресса напоминать о своих героях-больше­виках – «народ безмолвствовал»... «Свято место» годами оказывалось пусто.

По мере освобождения общественного сознания от красного «затмения» знаки оценки поменялись. Герои перестали быть героями и стали просто жертвами. Истинно: насилие всегда порождает еще большее ответное насилие неправых и потому наказуемо Свыше как грех. Ни спалившие Советы (и затем вместе с невинными вдесятеро расстрелянные красными карателями), ни потомки тех и других, ни в годы советской власти, ни теперь не купались и не купаются в Благодати, ибо грешны… ( Примечание. О событиях 12 мая 1918 г . подробнее будет рассказано в след. вып. «ВК»).

…А что же сталось с блаженно улыбавшейся единственным глазом инвалидкой тетей Липой, праведной жизнью своей хранившей посадскую «историческую цитадель» большевиков?

Советская власть в стране победившего социализма широким жестом назначила великой труженице и терпеливой страдалице Христа ради аж целых 23 рубля пенсии!

Если б тогда до моего отроческого сознания доходило, какой это мизер, я бы не стал так бесцеремонно уплетать ягоды и жареные грибы, собранные теткой с удовольствием, но с таким трудом в Логиновском лесничестве.

Спасибо тебе, тетя Липа! Я помню твои бесконечные паломнические походы и автобусные поездки по всем служившим тогда храмам нашего района и «Всея Московской области». Мы, трое братьев, росли безотцовщиной, и мать меня как младшего доверяла тебе, от­пуская в поездки. И мы с тобой на ночь гля­дя ехали куда-то на поезде, потом на авто­бусе, а потом шли пешком, ночевали у каких-то полузнакомых людей в какой-то «тьмутаракани», чтобы утром попасть на праздничное Богослужение в «откуда ни возьмись» дивный белокаменный храм, на­полненный, как мне казалось, рай­ским пением.

Я не умел молиться, но мог часами зачарованно смотреть на играющий золотыми бликами «дворец» иконостаса и в наполнен­ное таинственным светом подкуполье, от­куда сквозь полупрозрачную голубоватую дымку ладана смотрели на меня Лики Веч­ности. После службы нас с тобой пригла­шали в дом какие-то добрые люди и кормили, и ты никогда не жаловалась на свою тяжелую жизнь и только повторяла, крестясь: «Слава, Тебе, Господи! Слава, Тебе, Господи, за все!».

Еще я хорошо помню, как ты, чтобы вы­жить, научилась делать замечательные разноцветные бумажные цветы. Ты, находившись за день по лесам и весям, садилась под вечер за волшебную работу, и к утру твой уголок-келейка превращался в райский сад.

Сейчас я понимаю – чего стоила тебе эта красота. Я помню твой единственный покрасневший от перенапряжения, слезящийся глаз. Утром ты с блаженной улыбкой выносила рукотворную красоту на праздничный базар или к церкви, народ за копейки с радостью покупал твои чудесные цветы, но появлялись налоговики или милиция и отбирали у тебя все, грозясь арестовать «за спекуляцию». Ты приносила еще, и опять все отбирали и штрафовали, и вызывали в «органы», и заставляли покупать патент, и все равно продолжали отбирать и штрафовать.

Страна временно победившего социализма победила и тебя. Сердце твое многострадальное, в конце концов, не выдержало и остановилось. Но ты ушла с блаженной улыбкой, как бы прощая своих мучителей. Ты и сама отмучилась. Но тогда, в 1967-ом, прощаясь с тобой, я, комсомолец-активист, еще не мог постичь Высший смысл этого блаженного выражения, этого почти румя­ного и вдвое помолодевшего лица, у меня на глазах превращавшегося в Лик. Я понял это только через многие годы. Прости меня, Христа ради…

***

Я неслучайно поведал читателю историю этой, возможно, самой незаметной челове­ческой судьбы из бесконечной «мозаики» живой биографии Нашего Края, ибо в этой светлой и соленой, как слеза, «капельке» бытия отразилось все соленое «море» нашей с вами эпохи. Для настоящего краеведа каж­дая человеческая судьба – это главный и доступный живой «архив», надежное хранилище, свидетель, участник и зеркало нашей духовной и материальной Истории. Будем помнить об этом.

Еще на минуту вернусь в тот весен­ний пасхальный день на бывшее филимоновское кладбище, с которого начал свой рассказ. Тогда же, с душевным вол­нением и комом в горле, глядя на рас­цветшую рукотворными цветами луго­винку, я вдруг открыл для себя Истину: бывших кладбищ не бывает!

В самом деле, кладбище как место со­вершённых погребений не может быть бывшим. Если в данном месте действи­тельно было совершено погребение, то кладбище навсегда останется кладби­щем, даже если оно однажды будет зак­рыто и запрещено властью или, к наше­му стыду и позору, забыто и заброшено потомками, или даже срыто, а потом за­сажено чем-либо или застроено.

Можно разрушить или снести могилы, надгробия, курганы и даже пирамиды, но невозможно отменить совершенные здесь погребения, тем более, если они освящены религиозными обрядами.

Земля предков священна уже просто «по определению». Это очевидно и не требу­ет доказательств. Особенно для верую­щих людей. Мы говорим о местности, где наши предки появились на белый свет и, прожив свой век, передали нам, потомкам, эстафету жизни с родной землею в наследство. Что уж тогда говорить о земле, в которой наши предки упокои­лись, и которая веками бесчисленно ос­вящалась православным обрядом погре­бения христиан. Нам трудно даже пред­ставить себе – какие великие Небесные Силы охраняют этот Вечный покой...

Обо всем этом я размышлял, стоя однажды в Радоницу (День поминовения усопших предков) на заброшенном кладбище за филимоновским стадионом, которое в тот день неожиданно, по чьей-то доброй воле, «расцвело» рукотворными алыми цветами. И было похоже, что мысли о священности этой земли приходили здесь в голову не только ко мне. Я догадался об этом, глядя на тот плотный ряд небедных коттеджей, выстроившихся у южной кромки кладбища и отделённых от первых холмиков одной дорогой. Эта дорога напоминала стартовую линию, за которой выстроились «участники забега», из которых никто не решался первым переступить черту, хотя сзади напирают и подзадоривают другие многочисленные и активные участники...

На заброшенном филимоновском   кладбище, 2003 г.

Но пейзаж из окон нет-нет да и пробуждает в подсознании и генетической (наследственной) памяти здешних филимоновцев какие-то неясные, едва уловимые, туманные образы седой старины, зачастую сейчас уже непонятные потомкам красных атеистов, но все равно иногда волнующие и тревожащие живые добрые души с врожденным и неистребимым религиозным «инстинктом». А тут еще вековые замшелые надгробия предостерегающе выпирают из земли. А рядом через дорогу, вновь начала служить Никольская церковь, построенная в 1913 году местными фабрикантами Соколиковыми.

Не у этих ли Соколиковых служили и работали представители древнейших здешних фамилий из Филимонова и Степурина: Беловы, Кабановы, Лакутины, Крутовы, Королевы, Хреновы, Киларевы, Ремизовы, Орешкины, Ситновы, Тюмины, Шашины, Красновы, Сысоевы, Голубевы и многие другие. Не их ли косточки покоятся нынче на забытом филимоновском кладбище (кроме сотен погибших на войне и репрессированных)?

Не их ли потомки ежедневно пролетают мимо на иномарках, на «автолайнах», больших и малых автобусах, чертыхаясь на бесконечно дорожающие билеты и «отмену» льготных проездов для пенсионеров на большинстве городских автобусов? Вспоминают старые добрые време­на и пятикопеечные билеты, хлеб по 7 и 14 копеек, бесплатную медицину, гробы по 7 руб. и могилы задаром. А нынче – вон какие запредельные цены! Эти цены знают все наперечет и пересказывают их друг другу вместе со своими болячками и теле-ужастиками. Стращают и ахают, сетуют бесполезно, но неустанно, как старые скрипучие, заезженные пластинки или списанные провинциальные актеры, машинально декламирующие роли...

В тысячный раз вяло возмущаются: «Что же вокруг творится! Что за беспредел! Это все Запад! Страну потеряли, разграбили, продали! Грех-то какой! Бога не боятся! Куда идем?» А в самом деле, куда идут? Выходят из автобуса у Никольской церкви и идут в... «Вектор», забыв перекреститься и поклониться не только Православному Кресту, но и своим предкам, что покоятся тут же за забором стадиона. При этом не забывают еще раз проверить цены на красную икру, вырезку, сервелат, семгу, ветчину, сыры, кондитерку, торты и прикупить по случаю сладкой (условно съедобной) импортной «продукции» и без того диатезным детишкам, а заодно и себе мутогенных «ножек Буша» или сосисочек к обеду, «забыв» про пост... И правда, чего это нам Господь не благоволит?..

Люди, конечно, все разные. Вот одна добрая душа все древнее филимоновское кладбище уложила с любовью цветами, а другие недоуменно наблюдали за этим «странным» поступком из окон особнячков. А в это же самое время какой-то несчастный бегал по такому же закрытому прокунинскому кладбищу с рулеткой и сосредоточенно вымерял себе участок. Да нет, не под могилу, а под застройку – «чтоб всем на зависть!» Деловито вымеряет и сам себя похваливает: какой он все-таки хитрован, что первым сообразил застолбить такой классный живописный участочек. Как это другие не догадались и у себя под носом проморгали, почитай, четверть гектара полезной землицы, в которую аж с 1958 года ни одного нового «жмурика» не положили, а прежние-то давно в удобрение превратились. Тут тебе и дом, тут тебе и огород!

Одна вот только незадача: чего-то надо делать с этими оградками, да плитами надгробными. Да еще бы как-нибудь по-тихому отвадить этих «лохов», что за могилами следят. Как бы договориться с этими Курдиными, Минофьевыми, Демидовыми, Солдатенковыми, Карзановыми и прочими аборигенами? Да вот еще на старинном граните – Бунегин и Щепетильниковы какие-то... Видать, богатые были... А ну, как наследники припрутся землю делить... Тьфу ты! Тут, понимаешь, стережешь, душой болеешь, можно сказать, светлой надеждой живешь, планы строишь, а тут возьмут, да заявятся, нарисуются на готовенькое... мать их!..

Старинные надгробия на закрытом прокунинском кладбище. Старинные надгробия на закрытом прокунинском кладбище.

Старинные надгробия на закрытом прокунинском кладбище.

Заранее волнуется и ругается на потенциальных претендентов и конкурентов этот бедолага-землемер. И не­вдомек несчастному, на какой грех подбивает его лукавый, и куда ржавая рулетка (не играйте в рулетки, особенно в «русскую» B . C . ) вымеряет ему дорожку...

Спросил бы сначала у местных старцев – устоит ли его дом на фундаменте из косточек христианских, а если и устоит, то какой ценой для его обитателей?

А может, он и правда не ведает, что те, кто пробовал до него покушаться на местные святыни, не живут потом более года, хотя перед этим на здоровье не жаловались... И сие есть не «страшилка», а факт, причем не единичный. Подобных примеров достаточно и по другим сельским кладбищам…

А посему остановись, неразумный грешный человече, ибо не ведаешь, что творишь. Подними глаза свои от земли к небу и опомнись, вспомни о душе и не подписывай себе приговор, и не обрекай ближних... Лучше прислушайся: по ком так печально звонит монастырский колокол? Расслышь в этом голосе Вечности голоса своих предков и призыв к покаянию.

Услышит ли?..

А сами-то мы слышим? Если слышим, то, значит, душа не оглохла и можно даль­ше продолжать наш серьезный и важный разговор о краеведении. Ведь оно (Родиноведение) рождено, основано и строит­ся, прежде всего, на любви, уважении и почитании родной земли и предков, созидавших на этой земле жизнь. Нам следу­ет помнить и объяснить своим детям, что каждое новое поколение не возникает в данном времени ниоткуда, а является естественным и закономерным продолже­нием всех предыдущих поколений своих предков. И если на генетическом уровне мы их наследуем напрямую, «автоматически», то в плане материально-духовного наследования много зависит уже от нас: что примем и как распорядимся.

В дореволюционной России (и в Пав­ловском Посаде) вопросов и проблем с преемственностью поколений (и связью времен) почти не возникало. «Домостроевское» (христианское) воспита­ние делало вас к пятнадцати годам практически само­стоятельным, гото­вым к жизни челове­ком. Вы успевали унаследовать и ос­воить все умения, знания и навыки (включая духовную культуру), необходимые для построения собственной семьи. Патриотические, гражданские и христианские чувства гармонично и естественно дополняли друг друга в наших юных и зрелых душах. Какие идеалы и навыки у нынешних «тинэйджеров» – мы примерно знаем...

Речь идет о связи времен и о том, что по отношению к своим предкам, их делу, традициям, идеалам и т. д. мы можем стать памятью или беспамятством, со­зиданием или разрушением, развитием или деградацией, одобрением и приняти­ем или осуждением и отречением, воз­рождением или гибелью. Мы вообще мо­жем стать концом света...

Пока начинающий краевед собирает гербарий, зрелый краевед-социолог ищет факты-ключи для постижения исторической сути местных явлений. Факты эти предлагаются обществу для самоанализа и коррекции жизни.

Актуальность и ПРИКЛАДНОЙ характер краеведения заключается в прослеживании ЖИВЫХ взаимосвязей прошлого с настоящим опять же для анализа и коррекции последнего.

Поясню на живом примере. В годы вой­ны трудилась санитаркой в эвакогоспи­тале № 4857, а потом в ЭГ № 2911, что располагался у нас в больнице на ул. Фрунзе, молодая красивая девушка Маша Усачева (ныне Козырева). Поскольку была воспитана в патриотическом духе (на фильмах с Любовью Орловой), то, подобно киногероине, напевая с гордостью и оптимизмом «Широка стра­на моя родная!», трудилась Маша самоотверженно, отдавая все силы уходу за ранеными. И даже, упав со второго этажа при мытье окон и разбившись, она скоро вернулась «в строй» и продолжала свой трудовой подвиг до конца войны и после нее.

С помощью таких, как Маша, страна победила лютого врага, восстановилась, построила развитой социализм, покорила атом и космос и чуть было не построила коммунизм, который тогдашний руководитель страны Н.С. Хрущев клятвенно обещал народу к 1980 году! Мечтать не вредно, и Маша со всеми вместе мечтала – как хорошо будет при коммунизме! И видно, совсем немного оставалось, да вот не хватило государству денег на счетах доверчивых советских вкладчиков. Да и Никите Сергеевичу довести не дали...

А что же дали самой Маше, т. е. Марии Васильевне Козыревой, за ее трудовой вклад в Великую Победу и прочие доб­рые дела на благо Родины? За прошедшие с войны почти 60 лет (целая жизнь!) получила Козырева три-четыре медали, среди которых запомнилась только «Медаль Материнства» за пятерых выращен­ых детей. А еще, совсем недавно, после долгих «хождений по мукам», выдали-таки бабе Мане удостоверение ветерана-участника войны и сразу приподня­ли пенсию аж до 800 руб. (потом 900) в месяц. Это вам, дорогой ветеран, для оп­латы коммунальных услуг государству, а на хлебушек вам, извините, не полага­ется: дети прокормят. Нет, за труд и по­томство вам, конечно, спасибо, но при стаже 30 лет и невысокой тогда зарпла­те, вам, бабуля, больше не положено. Ну, не принят пока такой закон, чтобы ты доживала век в сытости. Извини и до свидания...

И пошла баба Маня послушно платить государству за коммунальные его услуги, а то, не дай Бог, отключит оно и свет, и воду, и тепло, и газ... а потом, гля­дишь, и воздух перекроют... Помнишь, бабуля, свою песню: «Я другой такой страны не знаю...»?

В магазин баба Маня почти не ходит и цен нынешних не знает. Потомки красных тимуровцев ее не навещают, т. к. нет на ее «хрущебе» звезды... А она любит ходить к внукам, которых восемь, а правнуков пока семь. Это ее зримое продолжение и вечный след на земле. А еще она любит слушать по радио и ТВ, как первые лица государства вовсю о ней заботятся. Спасибо, родненькие, дай Бог, чтоб и о вас так же заботились...

 

( Авторское примечание : Описанные факты относятся к 2003 году. После наших публикаций были долгие, но тщетные хлопоты на местном уровне, и только после двукратного обращения к Губернатору Московской области в 2004 году Марию Васильевну Козыреву все-таки «восстановили в правах» и назначили достойную пенсию).

***

Истинный краевед-социолог, исследуя конкретную человеческую судьбу, должен выявить ее взаимосвязь с судьбой конкретного исторического пространства, где «родился и пригодился» данный человек (деревня, село, город и т. д.).

Краевед должен увид?ть и по возможности проследить результат проекции истории всего общества (страны) на судьбу конкретного человека, данного посел?ния и местности в целом.

Ведь человек как существо биосоциальное отражает в себе (в своей судьбе) эпоху, как отдельная капля отражает весь океан.

В том, на наш взгляд, и заключается возрастающая значимость краеведения, что оно может реально и действенно на живом наглядном материале (судьбы людей и социума данной местности) помочь нам в выявлении конечного (или хотя бы этапного) смысла-результата исторических процессов, происходивших и происходящих в нашем государстве и за его пределами. По судьбе конкретного человека-«винтика» этой государственной «машины» определяется степень гуманности или антигуманности ее нынешнего устройства и целе-сообразности избираемого пути.

Судьба человека – капелька в океане истории. Историку-краеведу важно исследовать, осмыслить (или переосмыслить) факторы, условия и причины того – почему в данном конкретном историческом пространстве (селе, городе, крае) большинство «капелек» человеческих судеб солоны, как пот, кровь и слезы. Не потому ли, что всем этим изобиловала и на всем этом с самого начала была круто замешана наша красная история? Согласимся, что сладкая жизнь граждан и сейчас не является приметой нашего времени. К сожалению. И по-прежнему остается актуальным извечный вопрос: «Кому на Руси жить хорошо?» И в самом деле, кому – кроме олигархов, думовцев, братвы, пугачевых, киркоровых, басковых, петросянов, галкиных, зверевых, ксюш и прочих раскрученных «телепузиков»?..

Пролетарско-крестьянской России вместе с новой идеологией большевики в 1917 году внушили: «жизнь-борьба!» Просто жить стало преступлением. Всяк был обязан насмерть бороться с ближними и дальними «идейными врагами», невзирая на кровные узы. Павлики Морозовы, сдававшие отцов, объявлялись безбожной властью героями. Среди соседей вам необходимо было «обнаружить» и сдать власти кулаков и середняков, диверсантов и шпионов, белых и цветных, «бывших» и новых «мироедов», террористов, оппортунистов и ренегатов всех мастей, все несознательные элементы, спекулянтов, тунеядцев и просто честных, благородных и интеллигентных пюдей. Не заложишь ты – заложат тебя. Все боролись против всех, а заодно с голодом, разрухой, «вековыми предрассудками», церковью и т. д. Боролись «за», «против», «во имя» и т. п. Ведь «жизнь – борьба!»

Но где борьба – там неизбежны жертвы. Главная жертва – российский народ. Ему во имя новых коммунистических идеалов велено было забыть многовековую христианскую историю России (предков) и разрушить «старый мир до основанья, а затем»... Это печальное «затем» продолжается до сих пор и напоминает вечное рытье «котлована» под фундамент обещанного большевиками «светлого будущего». Героически преодолевая самим же создаваемые трудности, зомбироаанный красной идеей, красный пролетарий под флагом такого же цвета фанатически пел: «Умираю, но скоро наше солнце взойдет!», «И как один умрем в борьбе за это!» и т. п. Так и случилось: котлован-могила поглотил две трети лучшей крови страны. Одна треть осталась на нынешнем флаге, да и та продолжает бледнеть. Например, в нашем Павловопосадском районе показатель смертности населения втрое выше рождаемости. Этот краеведческий факт мы можем рассматривать как результат проекции общегосударственной политики на наше «конкретное историческое пространство».

У пролетариев не было прошлого, а настоящее растворилось в жертвенной борьбе за светлое будущее, которое (коммунизм к 1980 году!) так и не наступило. Нынче наши надежды на него похоронены вовсе. Драма обнищания материального усугубляется еще и горечью обманутых надежд. Мы, теперешние – это общество об­манутых надежд. «Не сотвори себе кумира…» – помните? Мы сотворяли. Пришло время каяться…

Той страны, кровавой когорты большевистских вожаков, того флага и партии больше нет, но народ-то остался. Кинутый (и неоднократно) народ. Постепенно прозревая, мы как-то вяло, невнятно и запоздало начинаем каяться. И не т олько за почти сто тысяч (трудно представить) разрушенных храмов, но и за многие другие жертвы и грехи стихии саморазрушения. Мы видим, что храмы восстанавливать легче, чем возрождать в больных и потухших душах поруганную веру , без которой нет ни пути, ни спасения. Это истина.

Один из читателей нашего краеведческого цикла заметил автору, что в публикациях маловато событийности. На это замечание могу ответить, что: во-первых, разговор пока ведется о философии, концепции и проблемах краеведения (рекомендации по методике были опубликованы ранее: см. «ВК» №2); во-вторых, наша жизнь заполнена событийностью ежедневно с утра до вечера (а иногда и ночью, в т. ч. взрывы, поджоги, выбросы) – только осмысляй; и в-третьих, любая событийность (даже планетарного масштаба) важка не сама по себе, а своим влиянием (проекцией) на жизнь общества и конкретного человека в частности.

По большому счету, вся жизнь человека от рождения до смерти (а то и дольше) – это и есть самое главное и важное для него (и окружающих) Событие . Вот почему о чем бы мы ни говорили, мы, в конечном счете, говорим «о времени и о себе». Мы все – «зеркало» друг для друга: «отражаем» в себе ближнего и сами «отражаемся» в нем, рефлексируем, так сказать. Это к вопросу: «По ком звонит колокол?»

Говоря об обществе обманутых надежд и о том, как трудно возрождать веру и справедливость, когда страна продолжает тебя «кидать», мы можем снова наглядно увидеть и засвидетельство-вать результаты «проекции» общегосударственной политики на судьбе конкретного ч?ловека, который живет рядом с нами. Вот вам еще одна документальная «картинка», а также ин­формация к размышлению «о событийнос­ти» и проч. фактах краеведения.

Ветеран и инвалид Великой Отечественной войны, кавалер трех орденов и многих медалей Борис Григорьевич Козырев скопил лет пятнадцать назад деньги (2500 р.) в надежде купить хоть какую-нибудь легковушку для передвижения по родному городу и краю. Покуда ноги еще ходили, решил ветеран для надежности поместить свои сбережения в гос. облигации с надеждой, что еще и на гараж выиграет. И вот в январе нынешнего года (2003) пошатнувшееся здоровье заставило 77-летнего орденоносца востребовать свой доверенный государству капитал для исполнения заветной мечты. Поддержал он в свое время финансами родное государство, а теперь справедливо рассчитывал на щедрое вознаграждение.

Пришел Козырев в Сбербанк и там в обмен на его облигации положили в гордо протянутую ветераном руку аж целых 2 р. 50 коп.! Возможно, его еще и поблагодарили за сотрудничество, но он уже этого не слышал. Законопослушный гражда­нин был в шоке.

Вышел ошарашенный ветеран из денежного дворца (для многих «дом скорби»), совсем плохо ему стало. В подавленном состоянии опустился он на ступеньку, еле разжал судорожно сжатый кулак.

На бледной дрожащей ладони невесомо и сиротливо лежали маленькие монетки: одна желтенькая медяшечка и две беленькие с клювастым и когтистым символом новой власти, две главы которой смотрят не в одну, а в противоположные стороны. Хищно так смотрят, видимо, выискивая очередные жертвы...

Спутались мысли у старика, ком подступил к горлу: «За что?» И вдруг вырвался из-под сознания, загрохотал в мозгу нарастающей канонадой и звонким набатом отозвался в душе до дрожи и слез знакомый марш: «Этот День Победы!» И вспомнил поседевший сержант Козырев, как в сорок пятом вот так же держал он приятно тяжелую пригоршню своих боевых орденов и медалей, и тогда от радостного чувства затихали его раны. Это была высокая и достойная оценка боевых заслуг и славы израненного фронтовика. Такой оценкой спасенного им От?чества можно было открыто гордиться. И вот сейчас прямо у него на глазах эта высокая оценка таяла на ладо­ни Спасителя Отечества и превратилась, након?ц, в три невесомые кружочка мелочи. Непостижимо...

– Зря сидишь: тут не подают, раздался рядом чей-то знакомый голос. – Не много ты насбирал, старче, на рулон туалетной бумаги не хватит. Шел бы ты, батя, отсюда подобру-поздорову, пока вон те со стволами тебя не помели...

Подняв голову, Козырев в бородатом лохмаче робинзоновского вида (явно экономившего на парикмахерской) узнал своего сродника – бывшего интеллигента, а ныне инвалида, как и он сам.

– Здорово, Карломаркс...

– Привет ветеранам! О чем грустишь, Григорич, может подсоблю?

– Автомат бы сейчас – как вот у этих, в сером. Уж очень они мне кой-кого напоминают...

– Нет, старина, автомат тут не поможет и «Катюша» тоже. Да и проходили уже это: брат на брата. Лишится России последней крови и поднимет белый флаг. Нынче учат воевать цивилизованно: через прессу, митинги, выборы. Только все зря. Философы говорят, что у России историческая судь­ба такая – страдать. К тому же скоро все равно конец света – вот тогда наши «новые» попрыгают, жаль, не доживу – поглядеть...

– А что, и у тебя проблемы?

– Не то слово. Помнишь, я тебе говорил, что у меня квартплата на 700 рублей больше пенсии, а не платить нельзя: через полгода выселят. На детей надежды нет, им самим не хватает. Покумекал я и решил заняться бизнесом, как все. Оформил разрешение на торговлю. Не до жиру: лишь бы с государством расплатиться. Снял со сберкнижки последние 500 р., что на черный день накопил. Вишь, черный-то день раньше времени пришел. Купил я на Измайловской оптовке шнурков и веревки, вышел в воскресенье на рынок и перепродаю вдвое. Раньше это спекуляцией называлось (помнишь, как сажали?), а нынче, представь себе –предпринимательство!

– Ну, и как? Шибко разбогател?

– Сначала нормально пошло. Я веревку нахваливаю: дескать, 120 кг выдерживает – не то, что белье, а и человека выдержит! И, знаешь, стали брать, особенно бомжи. Иные по бедности вместо денег пустые бутылки приносили. Дело идет! День торгую, два, три и почти уж набрал, чтоб за квартиру доплатить к пенсии-то. Стою счастливый, и тут подходят «проверяльщики». Заметь, не к шубам, не к обуви, не к хрусталю и коврам, а к инвалиду со шнурками. Показывают с важным видом красные корочки и требуют документы торговые. Сразу выудили сертификаты и объявили, что они ненастоящие: печати, вишь, не того цвета и не там стоят. Искушенные, видать, эксперты... Короче, пригрозили астрономическим штрафом, но смилостивились: согласились принять отступной – недельную мою выручку. Добрые ребята оказались, – можно сказать, легко отделался. Главное – на свободе...

– Шакалы твои проверяльщики, чтоб у них яйца полопались!

– Если ты о мега-яйцах, то-бишь, сферических антеннах «Глобал-Стар» – то это, Григорич, другое ведомство. Кстати, на «яичную» тему я недавно стих сочинил, оцени:

Не привыкнем ты и я

К новому порядку:

От того, что часть – «крутые»,

Остальные – всмятку!

– Частушка твоя про нас – в точку. Как жить-то, «бизнесмен»?

– Ума не приложу, старина. С меня еще в налоговой 900 р. требуют за месяц торговли, а я и неделю не торговал. Да и со шнурков не наварить столько: ведь не шубы. В общем, только что перевел им всю пенсию до копейки: не осталось ни на жизнь, ни на квартплату. Я вот что вепомнил: у меня еще моток шнура остался – 120 кг. выдерживает, а обмылки я еще с советских времен храню. Пойдем, батя...

И они пошли. Что стало с «робинзоном» неизвестно – история умалчивает. А вете­ран Козырев слег в больницу, но перед этим прислал в газету горькое письмо, адресованное обидчикам. Вот фрагмент из него:

«...Есть ли в мире еще такое государ­ство, чтобы так грабило свой народ? Сум­ма с нас наберется немалая, ибо нас мил­лионы. Берите, жрите на наши трудовые рубли, современные буржуи! Нет нормы и предела дикому и ненасытному российскому капитализму. Придет время, и терпение народное кончится, и так даванем на ваши жирные пуза, что поплывет из вашего брюха все награбленное вместе со зловонной жижей, и неповадно будет впредь обирать граждан».

Такой вот краеведческий факт и инфор­мация к размышлению.

 

***

Поскольку теория краеведения разработана недостаточно, попробуем сами определить для себя некоторые понятия. Ну, например, разберемся – в чем заключа­ются философия и смысл краеведения, и на чем основывается последнее. Как видно из самого названия нашего предме­та, его философия и смысл заключаются в ВЕДЕНИИ – т. е. в познании истины применительно к истории конкретного края (местности). Главный смысл краеведе ния – в восстановлении полной и подлинной (что самое трудное и важное) истории данного биосоциального пространства с выявлением закономерностей, объективных и субъективных факторов, определяющих ИСТОРИЧЕСКУЮ СУДЬБУ дан­ной местности.

Получая объективную картину бытия в нашем конкретном историческом пространстве (имеется в виду Богородский край и, в частности, Вохонская земля), мы начинаем понимать – почему те или иные явления (природа, общество, отдельные населенные пункты и даже семейства) на протяжении веков развивались так, а не иначе, становится понятным – почему они живут и развиваются так сейчас, и можно предположить (сделать высоковероятностный футурологический прогноз), что может быть дальше (в обозримом будущем).

Взяв за основу подобный подход к краеведению, можно выстраивать концепцию (системный взгляд) для изучения и анализа любой стороны и сферы бытия в нашем биосоциальном пространстве (объективный уровень), а также любого конкретного явления или судьбы отдельного рода, семейства, человека, включая и себя (субъективный уровень). Причем, краеведческие «проекции» могут быть сделаны как в одну, так и в другую сторону, поскольку существует (между уровнями) вековая, неразрывная взаимосвязь и взаимовлияние (как у живого организма – с каждой клеточкой).

Уровень «погружения» в историческую истину может быть разным. Например, школьное краеведение – это только азбука краеведения подлинного. Ибо школьников знакомят с уже давно известными (растиражированными) фактами, как-то: размеры и географическое положение их деревни или города, расстояние от сто­лицы, флора, климат местности (края), сообщаются краткие сведения о количе­стве и профиле объектов местной про­мышленности, транспорта, медицины, об­разования, культуры и т.д. Сообщается стандартный набор из исторических дат, цифр, фактов и событий, как правило, без их анализа, но с общей положительной окраской, т.к. это – «наша малая роди­на». Эта информация, полученная школь­никами на краеведческом «ликбезе», быст­ро выветривается из памяти, не находя практического (прикладного) применения.

Подлинное же краеведение предполага­ет из «букв» составлять «слова», и из слов – предложения, пока не получится зримый живой рассказ об истинной истории края. Ведь каждая власть заново писала свои учебники и «летописи» для законопослуш­ного народа, «отменяя» подобные труды предыдущей власти. Понятно, что в офи­циальных газетах отражалась одна жизнь, а в цехах, колхозах, магазинах, на базарах и на кухнях жизнь была другой.

Большинство публикаций, политических и отчетных документов при любом тоталитарном режиме являются субъективным самоотражением жизни социума. Так было всегда, и это надо учитывать при восстановлении подлинной картины бытия в ту или иную эпоху. Здесь (при восстановлении истины) особо ценны живые свидетельства и факты из самой жизни.

Серьезное краеведение основывается на поиске, сборе, фиксации, хранении и осмыслении краеведческих фактов. А что же является именно краеведческим фактом ? Это любой факт явления или события, формирующего историю (судьбу) данного конкретного биосоциального пространства. Почему социального – по­нятно: это общество (мы). А «био» – это среда нашего обитания. Не только флора и фауна, а вся природа (деление природы на живую и неживую относительно, т. к. у всего сущего на планете свои законы и «скорость» жизни).

Является ли, например, пожар фактом краеведения? Да, если он изменяет среду и условия нашего обитания и тем самым заставляет нас корректировать свое бы­тие. Все упирается в человека. Ведь имен­но человек (его судьба) – мера всего суще­го, без (и вне) которой все остальное теря­ет смысл. (Весь мир обретает смысл и оценку только через сознание Человека – Божия отражения на Земле).

В этом же ряду (краеведческих фактов) можно поставить ураганы, бури, наводнения и прочие проявления стихии. Медведь, забредший в город, огромная стая бродячих собак, которые пугают и кусают население – это тоже краеведческие факты.

Открытие или банкротство предприятия, закрытие стадиона или рынка, постройка храма или часовни, скачок цен на товары и услуги, платная (или условно бесплатная) медицина и образование, незаконные поборы, предвыборные «атт­ракционы» кандидатов, открытие выста­вок, музеев, клубов (и их закрытие), установка мега-яиц «Глобал-Стар» в городе (против воли населения), выбросы ядовитых кислотных облаков по ночам (и не только), радиоактивные могильники (или непобедимые свалки) и т. п. – все это, безусловно, факты краеведения, ибо пря­мо или косвенно влияют на жизнь и человеческие судьбы в данной местности.

Кстати, еще раз о ядовитых азотных облаках с Городка, зафиксированных про­шлым летом прямо днем. Один ответственный дяденька, успокаивая местное население, вещал через СМИ, что от этих бурых облаков от испаряющихся выбросов хорошего количества азотной кислоты никакого вреда населению нет: живите спокойно! Но мне почему-то по этому поводу вспомнился куплет из филатовского «Федота-стрельца» про один сомнительный «продукт»:

«Он на вкус хотя и крут,

И с него, бывает, мрут,

Но какие выживают –

Те до старости живут...»

А вот вам и факт-свидетельство о неядо­витости и безвредности бурых городковских «облаков». Дело было днем на Ленинградском переулке, что выходит прямо к Клязьме. У гаража возле частного дома двое молодых парней (20 и 23 лет) копались с машиной, готовясь к выезду. Вдруг старший заметил, как на огород накатило цветное «облако» преимущественно оранжевых оттенков. Приняв это цвето-представление за «конец радуги», ребята обрадовались такому везению и поспешили им воспользоваться: кинулись в центр оранжевой мути, чтобы вдоволь (на халяву!) надышаться озоном – слышали, что полезно для здоровья. Старший еще позвал из дома молодую беремен­ную жену, чтоб «подпитала» плод.

Вдыхали «озон» жадно, полной грудью, чтоб хватило про запас. Но радовались парни недолго. Уже минут через пять они пе­рестали чувствовать свои легкие. Была пекущая боль при вдохе, безостановочный приступ рефлекторного кашля и спазмы верхнедыхательных путей от химического ожога носоглотки, трахеи и бронхов. До­сталось бы и молодой беременной женщи­не, если бы она вовремя не убежала в дом, инстинктивно почуяв что-то неладное. Му­чения парней продолжались больше часа, а легкие болели до вечера. В больницу не обратились только потому, что нужно было выехать по срочному делу.

За достоверность данного факта я отвечаю полностью, поскольку участниками описанного эпизода был близкий мне человек, его жена и друг (девушка которого, к счастью, осталась сидеть в машине). Поэтому ответственному дяденьке вещавшему нам по СМИ о безвредности паров азота, рекомендую приготовиться к серьезному разговору с другими, еще более ответственными дяденьками из не менее серьезного ведомства. Еще я предлагаю ему опыт-эксперимент из своей армейской службы. Зайдем с ним в герметичный бокс для испытания противогазов (в маске буду только я) и посмотрим – через сколько минут дядя выскочит из бокса после того, как я выплесну на пол всего стаканчик азотной кислоты. Приглашенные свидетели тоже смогут убедиться в «безвредности» паров...

Чтобы завершить данную тему, напом­ню о видеосюжете, прошедшем относительно недавно то TV . Когда в Новосибирской области случился разлив известной азотной смеси из цистерны на железнодорожных путях, то в срочном порядке эвакуи­рованы были не только жители ближней деревни, но и даже всего соседнего поселка. А в Павлово-Посадском районе мы с радостью и неистребимым оптимизмом вдыхаем бурые пары полной грудью! Вот такой краеведческий факт.

Тот ли еще будет. Кто-то начал смако­вать идею о постройке в городе лакокра­сочного импортного заводика гектара на два. Дело, конечно, житейское, но когда не­давно в Давыдове французы запустили не­что подобное и от предприятия пошел запах, начался аллергический кашель у детей и слабых здоровьем. Прогноз отнюдь не оп­тимистический. Место же для своего жило­го поселка французы выбрали не у завода, а за одной из окрестных деревень. Отгоро­дились живым щитом, так сказать...

Все, конечно, будет, как будет. Однако мне как краеведу следует предупредить, что наша местность низинная, проветривается плохо и предрасположена к разного рода отстоям, застоям и скопле­ниям. Думайте, господа... Лакокрасочный завод у нас пока еще не стал краеведческим фактом (на сегодня – 2007 г. – уже стал – прим автора ), но ведь и мега-яйца «Глобал-Стар» когда-то тоже не были, и много чего еще. А вот то, что общеизвестная районная статистика смертности у нас втрое (а иногда и впятеро) выше рождаемо­сти – это бесспорный краеведческий факт с совершенно предсказуе­мыми демографическими последствиями.

Зная цифру убыли населения, можно точно рассчитать, когда коренные павловопосадцы освободят территорию для стесненных народов с иным коэффициентом размножения, и когда древняя Вохонская земля превратится в сплошную «Чуркину поляну». Так, что задумай­тесь о рождаемости, господа…

 

А есть ли у нас хоть один положитель­ный краеведческий факт с оптимистической перспективой? Думаю, что есть, особенно для людей верующих, заботящихся о спасении своей души. Вот у нас на глазах возродился Покровско-Васильевский монастырь, выстроена новая древлеправославная церковь, восстанавливаются разрушенные большевистским лихолеть­ем и человеческой глупостью многие хри­стианские святыни, в частности, главное украшение города – Воскресенский собор. Мы видим это воочию и по местной теле­программе «Православный Павловский Посад», которую вот уже более десяти лет готовит подвижник своего дела Юрий Таенков.

Хорошо, что храмов становится больше: есть где людям покаяться, очистить душу, помолиться Всевышнему о ниспослании милос­ти, мудрости, отпущения грехов, которые множатся и множатся с преобладанием в нас материального начала над духовным. За непрестанное нарушение Божественной гар­монии мира и несем мы разные наказания.

Одним из таких наказаний (точнее, са­монаказаний) стали у нас пожары. То весь район в дыму от торфяных поджогов, то на Чапаевской дом сгорел, то в Филимоново, то рынок на вокзале сожгли, то целый квар­тал сараев в Больших домах. А недавно сго­рела крыша на доме № 89 по ул. Кирова. Кстати, на ее восстановление попросили, кажется, шесть миллионов рублей. Хоро­шая сумма. Наверное, позолотить хотят к 160-летию города. Красиво будет – вроде питерского Исакия или Петропавловки... Все это, безусловно – краеведческие факты, поскольку влияют на жизнь (и судьбу) десятков и сотен людей, сосуще­ствующих в местном социуме.

Кроме того, пожар с точки зрения краеведа-аналити­ка – событие знаковое, а не просто быто­вое несчастье. В этом, казалось бы, част­ном факте просматривается проекция не только издержек экономической политики государ­ства, но и определенного планетарного про­цесса. Поясняю. Развитие частной соб­ственности и капитализации общества – на сегодня объективный планетарный про­цесс. Обусловленная этим процессом эко­номическая политика нашего государства естественно и неотвратимо спроецирова­на и на наше конкретное историческое про­странство.

Патологические проявления хищной сущности дикого капитализма мы и наблюдаем вокруг. Поджоги домов, палаток, са­раев, рынков и т. п. – неприкрытый бес­предел зверолюдей, начинающих жить по закону джунглей. Именно джунглей, по­скольку даже «на зоне» правила общежи­тия более «благородные»: там есть свой закон и своя определенная «справедли­вость». Там, по крайней мере, понятно: кто есть «ху». А на дикой и для многих пока еще непривычной «свободе» открылась свобо­да для коррупции, временщиков, беспредельщиков, обо­ротней и т.д. и т.п. Сплошной соблазн и неоднократно «обкатанная» практика и возможность безнаказанно ободрать, «ки­нуть» и обездолить ближнего – это с одной стороны, а с другой – как примета времени – непредсказуемость и незащищенность, потеря веры и идеалов.

Одни в поте трудятся под солнцем, а другие «в тени» делят и бесцеремонно переделивают плоды чужого труда и варвар­ски выживают с нужной им территории бывших добропорядочных владельцев. Вот вам и методично организованные пожары, и прочие (отнюдь не мелкие) пакости. Од­нако грех остается грехом, и тайное ста­новится явным. Известно, что наши тене­вые авторитеты в силу избранного образа жизни не могут безмятежно наслаждать­ся настриженной с чужих огородов «зеле­нью» и нередко обделены простым чело­веческим счастьем. Не зря же ныне почти вымершие, но некогда умудренные горьким опытом авторитетные криминальные «мамонты», сами ставили на себе вечное «тавро»-приговор: «Нет в жизни счастья». Как свидетель уверяю вас, что раньше эти, часто кривые и неэстетичные, серо-синие каракули на хилых чахоточных грудях и плечах не имели ничего общего с нынешними разовыми попсовыми «тату», дискредитирующими изначальную идею...

Характерно, что внешние атрибуты криминальной составляющей нового капитализма в России (и в посаде, конечно) приняты TV -зомбированной молодежью (ведомой за кольца не только в ноздрях) и вошли в моду: стриженые головы, одежда («прикид», «упаковка»), жаргон, походка, жесты, интонации, отно­шения, песни, развлечения, украшения, татуировки... Гримасы больного, лишенного идеалов, общества. Это «социальное клише», к сожалению, стало приметой нашего времени и в про­екции на местную («окольцованную») молодежь может рассматриваться как краеведческий факт.

Одна павловская улица – из лачуг, дру­гая – из коттеджей: это тоже краеведческий факт. Кто-то из «новых» по зако­нам жанра покупает очередную «тачку» за десятки тысяч «баксов», а нашему талантливому поэту Николаю Кружкову негде было взять даже несколько тысяч «деревянных» чтобы к своему 50-летнему юбилею из­дать мизерным тиражом уже набранный сборничек замечательных стихов «В начале было Слово» – из религиозной лирики, так необходимой для духовного исцеления, просветления и утешения униженных и оскорбленных. (Характерно, что дело, как нынче часто бывает, успешно решилось только в предвыборную кампанию – В.С. ). Это тоже еще один краеведческий факт...

***

Итак, мы определили, что краеведение основано на работе с краеведческими фактами – т.е. с теми явлениями и событиями, которые формируют или отражают историю (если глубже – судьбу ) конкретного биосоциального пространства (в данном случае нашей местности).

Казалось бы, не всё происходившее и происходящее в природе и социуме на нашей территории можно отнести к разряду краеведческих фактов, ибо в нашей жизни (наряду с важными событиями) происходит много всяких незначительных мелочей. Однако при ближайшем рассмотрении оказывается, что некоторые в будничной суете незаметные «мелочи провинциальной жизни» обретают определенный смысл и значение, выходящие за рамки обыденной повседневности.

Возьмем, к примеру, цветы, возлагаемые к историческим памятникам в городе. Эти венки, букеты, букетики и просто цветы в любом количестве (даже один) являются знаками нашего внимания, уважения, памяти или благодарности к увековеченным в камне, бронзе или гипсе (материал не важен) знаменательным событиям или выдающимся людям. Судя по наличию или отсутствию цветов у памятника или бюста, можно судить об отношении местных жителей к означенному объекту, претендующему на историческую значимость.

Заметим, что с изменением социальной системы, общественных идеалов и ориентиров меняется и отношение людей к знакам и символам бывших идеалов, кумиров, идолов. Бывшие святыни или отвергаются вовсе, или девальвируются, замещаясь более актуальными на текущий момент приоритетами. Наша история изобилует такими примерами. И как океан отражается в капле, так глобальные и общегосударственные процессы проецируются на наше конкретное историческое пространство (местность, где мы живем). Примеры мы наблюдаем на каждом шагу.

Раньше, лет пятнадцать назад, к черному памятнику Ленину на центральной площади города каждая свадебная пара возлагала букет цветов, приезжая сюда прямо из ЗАГСа. Счастливые новобрачные как бы делились своей благодарной радостью с бывшим вождем мирового пролетариата. Была такая народная традиция, рожденная в рамках коммунистической идеологии (иные идеологии в СССР категорически исключались).

Но вот СССР (по инициативе Б.Ельцина) приказал долго жить. Идеология изменилась. В буреломе ельцинских реформаций умерли (или вышли из моды) многие старые традиции. При диком российском капитализме формируются иные «новомодные» традиции, как-то: «пир во время чумы», предвыборные «аттракционы» соискателей народной популярности, незаконные поборы с «торгашей», освящение алкогольных магазинов, и много чего еще пока непривычного для инерции нашего провинциального обывательского сознания.

Теперь свадебные пары (не только в Павловском Посаде) практически перестали возлагать цветы к черному памятнику создателя первого в мире безбожного государства, просуществовавшего более семи десятков лет и потерявшего (или преступно погубившего) большинство своих лучших граждан. Но кое-кто все же по инерции заезжает к Ильичу из ЗАГСа с цветами. Прежний кумир разжалован, а нового-то нет. (О Создателе почему-то забывают). Ну, и с кем же, скажите на милость, теперь поделиться своей радостью счастливым новобрачным? Кого отблагодарить? У их родителей такой проблемы не было, ибо раньше «свято место» было обозначено четко.

Здесь следует подметить, что к прочим памятникам в городе население (не считая инициированных сверху акций по знаменательным датам и воинского кладбища) за редкими исключениями цветы практически не приносит: как-то не вошло в традицию, не стало нравственной нормой жизни. И это не случайно. У данного явления есть свои внутренние, но при ближайшем рассмотрении вполне понятные причины. Так, например, советская власть отменила заслуги и идеалы (включая религиозно-духовные) предыдущей эпохи, объявив ее «миром насилья», который надлежало разрушить «до основанья», что и было успешно выполнено (ломать – не строить). В Павловском Посаде явочным порядком даже были переименованы все улицы, исконно носившие духовные названия, как-то: Рождественская, Спасская, Вознесенская, Успенская, Соборная, Всесвятская, Преображенская, Благовещенская, Троицкая и др., а также улицы, отражавшие приметы и реалии прошлого в названиях: Царская, Николаевская, Александровская, Дмитровская, Купеческая, Монастырская, Лабзинская, Широковская и т.п.

Отдельные улицы посада переименовывались властью по два-три раза, поэтому названия их перестали быть знаковыми историческими символами в сознании обывателя, занятого проблемами выживания в ходе грандиозного социального эксперимента, проводимого в государстве. Бюсты и памятники выдающимся деятелям (не имеющим прямого отношения к местному населению) со временем стали восприниматься как декоративное украшение и некий непременный атрибут городского пейзажа. Значение и статус гражданских святынь памятники в большинстве своем утратили. Подобное «нейтральное» к ним отношение со стороны обывательского сознания, утомленного социальными потрясениями, перешло по инерции и к более «молодым» памятникам и монументам.

Наглядный тому пример – бюст космонавта №5 В.Ф.Быковского. Не знаю, как в День космонавтики (12 апреля), а через два дня там цветов точно не было. Не было их и в 40-летний юбилей полета в космос «Востока-5». Бюст выглядел так же привычно одиноко и буднично, как на фото в нашей газете два номера назад. Свадебных (и не только) пар с цветами здесь тоже не встретишь. Это иллюстрация весьма «спокойного» (если не безразличного) отношения павловских обывателей к бронзовому портрету В.Ф.Быковского, у которого, к тому же, в городе должны оставаться какие-то родственники…

Объяснение у данного явления довольно простое. С краеведческой точки зрения, полет Быковского судьбоносным для павловопосадцев не стал, т.е. никак не изменил их жизнь. А первоначальный подъем патриотических чувств и гордость за земляка за сорок прошедших лет постепенно ослабли, не подкрепляемые, кроме памятника, ничем. Приезды космонавта в город в качестве «свадебного генерала» можно пересчитать по пальцам (хотя мы не на Камчатке). Несколько его ранних подарков (костюм и кресло космонавта, немного личных вещей) десятилетиями прилежно сохраняются в экспозиции краеведческого музея (сейчас уже историко-художественного).

Живой, активной и плодотворной дружбы с земляками (не считая коротких юбилейных и эпизодических контактов) у Валерия Федоровича не сложилось. Так бывает. Однажды в госпитале он сам откровенно признался одному из местных летчиков (вместе лечились), что особых патриотических чувств к Павловскому Посаду не испытывает, поскольку только родился здесь и был через несколько дней увезен родителями в Москву. Подобное признание человека со звездной, но драматичной судьбой, можно отнести к разряду достойных мужских поступков, заслуживающих уважения за то, что честный человек принципиально не пытается (в отличие от некоторых) театрально выражать тех чувств, которых не испытывает. Таков характер у космонавта Быковского.

Как к нему сегодня относиться – личное дело каждого. Но в любом случае все же приятно осознавать, что древняя вохонская земля способна рождать даже космонавтов. Правда, эту родную землю, к сожалению, нужно покинуть, если хочешь достигнуть вершин и известности в государственном масштабе, что неоднократно было доказано нашими знаменитыми земляками. Останься Быковский в посаде – вполне возможно стал бы моряком, о чем мечтал с детства. А вот уехал – и добился редчайшей возможности – свидания с Вселенной. «Запланированность» и подготовленность подвига не снижает заслуг космического первопроходца перед человечеством. Отсюда и бюст – при жизни.

Однако, посадская часть человечества попривыкла к знаменательному факту и утратила к нему первоначальный интерес за отсутствием для себя конкретной пользы и подпитывающей информации. Если спросить на улице какого-нибудь школьника (или случайного прохожего) о датах рождения космонавта и его полетов, о фактах биографии и нынешней жизни Быковского, чем он сейчас занимается, какие дела и узы связывают его с Павловским Посадом - мало вероятно, что мы услышим вразумительный ответ. По нему можно судить о реальном уровне нынешней популярности космонавта №5 в нашем городе. И это грустно, хотя и понятно. Грустно смотреть на бюст с непременными «визитными карточками» галок на голове и висках, на непонятные дырки (как от пуль) в верхней лицевой части постамента (когда-то здесь были бронзовые звезды героя), на затертые и залепленные буквы текста, на отсутствие даже искусственных цветов (чего, например, нельзя сказать о памятнике А.С.Потапову), а бледная, хилая растительность у постамента никак не претендует на статус клумбы или цветника…

… А ведь в следующем году (2004 г.) у космонавта – 70-летний юбилей. А ну, как приедет в посад посмотреть на свой бронзовый портрет? Неудобно будет… И как тут не вспомнить про былое и подзабытое пионерское шефство над историческими памятниками и пожилыми заслуженными земляками? Где ты, тимуровское движение… Может, школьникам приплатить надо? Нынче ведь всё на коммерческую основу переводится. Или не всё?

Бюст Серго Орджоникидзе

Летом прошлого года один Богом и людьми забытый (и забитый) памятник покинул свое место, отправившись на хранение в будущий пантеон-галерею старых памятников (хорошая идея) в нашем историко-художественном музее. Фабричной цементно-бетонной отливки бюст Серго Орджоникидзе простоял на одноименной улице (напротив ближнего угла Павлово-Покровского стадиона) несколько десятилетий. Вместе с приземистым кирпичным постаментом под черной масляной краской конструкция выглядела, прямо скажем, неказисто, тяжеловесно и пасмурно. Трудно сказать, кого сегодня вдохновлял этот памятник, но при его демонтаже все же один из пожилых жильцов соседнего подъезда на всякий случай вызвал милицию, ибо нарушался устоявшийся «порядок вещей».

Замечу, что «порядок» этот в последние годы выглядел довольно печально. Глядя на несчастный памятник, можно было подумать, что его использовали в качестве мишени в тире или для тренировки городошников – так он был побит, особенно в лицевой части. Ну, настоящий «федя» – как в боевых секциях называют тренировочные манекены. А может, кто-то вымещал на нем свое разочарование относительно несбывшихся надежд по поводу обещанного большевиками «светлого будущего», которое так и не наступило. Интересно, что бы нынче сотворили с бюстом террориста Каляева – будь он установлен на улице своего имени в посаде?..

Бедный товарищ Серго (по документам Григорий Константинович): из всей когорты ленинского окружения ему в посаде досталось, пожалуй, больше всех (филимоновский Свердлов установлен повыше), и это несправедливо. Ведь бывший нарком тяжелой промышленности к нашему городу никакого отношения не имел (как, впрочем, и Володарский (Гольдштейн) Моисей Маркович, Урицкий Моисей Соломонович, Фрунзе, Щорс, Чапаев и т.п. деятели и герои революции и гражданской братоубийственной войны, чьими именами названы наши улицы). При нем, Орджоникидзе, в посаде не было построено (слава Богу!) ни одного объекта тяжелой промышленности, и Советскую власть он устанавливал не у нас, а в Азербайджане, Армении и Грузии, где полно населенных пунктов и объектов с его именем. Но в посаде наркому не повезло: пострадал за товарищей… Но кто сегодня вспомнит о тысячах несчастных, сгинувших в лагерях за случайно разбитые бюсты вождей? Им тоже не повезло…

Историю с бюстами Быковского, Орджоникидзе и прочими историческими памятниками (та же безымянная ныне братская могила в городском парке) можно рассматривать как краеведческие факты в плане иллюстрации изменения массового обывательского сознания в эпоху безвременья и крушения прежних идеалов. (Неизбежная местная проекция государственных процессов).

Безусловно, негативное воздействие на психику и сознание местного населения оказывают и «памятники» минувшего постсоветского десятилетия – беспощадных разрушительных реформаций. Один наш «парижский» стадион с его «входом» чего стоит!

«Парижский» стадион в год своего 100-летнего юбилея, 2007 г.

«Парижский» стадион в год своего 100-летнего юбилея, 2007 г. А скелет знаменитого страдальца-дома (в народе – интерната), что напротив ниже по улице? Это вообще – шедевр и символ перестройки! Киношники уже присматриваются к нему как к идеальной иллюстративной декорации атомной войны.

А скелет знаменитого страдальца-дома (в народе – интерната), что напротив ниже по улице? Это вообще – шедевр и символ перестройки! Киношники уже присматриваются к нему как к идеальной иллюстративной декорации атомной войны. При грамотном коммерческом подходе можно деньги брать за аренду. (Эйфелева башня ведь тоже поначалу уродством Парижа считалась). Тогда пусть себе стоит еще этот дом «терпимости» – хоть до второго пришествия… ( Примеч. автора : ровно через неделю после этой газетной публикации «интернат», погибавший несколько лет, видимо, чтобы не доставаться «киношникам», вдруг исчез в один день, нынче там популярная роскошная … помойка ).

Тогда и декорацию Хиросимы в квартале Больших домов убирать не стоит: это ведь почти готовый павильон ужасов. По сравнению с ним привозные импортные «павильоны» – отдыхают… Пора продавать билеты за проход – такое зрелище даром пропадает!

На наших глазах (но не всегда с нашего согласия) возникают на древней посадской земле пока ещё непривычные, но поражающие дерзкой смелостью замысла своеобразные памятники-символы эпохи постсоветского технического прогресса. И не только… Буквально знаковым и без преувеличения судьбоносным событием для павловопосадцев стало сооружение сразу четырех грандиозных сферических антенн «Глобал-Стар», «украсивших» Южный микрорайон . Странно, что к этому потрясшему местных жителей и поражающему воображение гостей супер-символу современности еще никто не догадался возложить цветы. Впрочем, и гости любуются диковинкой почему-то все больше из окон пролетающих мимо автомобилей, стараясь не задерживаться…

Похоже, что эти шарики (в народе – «мега-яйца») стали «первыми ласточками» в грядущем архитектурно-техногенном преображении Павловского Посада.  

Похоже, что эти шарики (в народе – «мега-яйца») стали «первыми ласточками» в грядущем архитектурно-техногенном преображении Павловского Посада. Совсем скоро посреди зеленого массива за ПАТП на шести гектарах поднимется «гордость» местных депутатов и немецких инвесторов – лакокрасочный красавец-завод. А если кому повезет дожить, сподобятся воочию узреть воплощение самого дерзновенного за всю историю посада эпохального проекта – индустриального парка (промзоны) на 200 гектарах! (см. ППИ №33 за 2003 г.). Реализация означенных проектов призвана значительно увеличить количество памятников на вохонской земле. Мечты сбываются: «светлое будущее» не за горами. Готовьте цветочки, господа…

И ещё несколько слов об уходящем… Разные бывают памятники времени. Некоторые из них с молчаливым укором, но каким-то скрытым достоинством хранят в себе отсветы былой известности и внимания людей. Морально-нравственные, гражданские и ностальгические моменты, связывающие нас с этими памятниками, не позволяют (даже за ветхостью последних) разрушить их окончательно. Пока. Таков бывший дом Тихоновых-Алексеевых на улице Володарского. Автору посчастливилось неоднократно бывать в этом доме в 50-60-х годах, что заслуживает отдельного рассказа. Думается, что при другом отношении и судьба у этого дома была бы иной. Он этого заслуживает. Комментировать это обстоятельство не уполномочен, но отмечаю его как потенциальный краеведческий факт. Напомню лишь грустную пословицу: «Что имеем – не храним, потерявши – плачем»…

Бывший дом В.В.Тихонова на ул. Володарского, 2007 г.

Бывший дом В.В.Тихонова на ул. Володарского, 2007 г.

 

Прощание со старым посадом

«И грустно мне. Каких искать примет?

Я этот город знал не понаслышке,

а он другой…» О.Чухонцев

 

По старым улицам брожу

Как по застроенным кладбищам:

Родных домов не нахожу –

Средь чуждых замков – пепелища…

 

Хоть множится церковный звон –

Посад, увы, не процветает,

Варягами приговорен –

Чужеет безнадежно он

И безвозвратно тает, тает…

 

Увы, пророчество сбылось –

Об уходящем в небыль граде:

Посад спасти не удалось.

Спасти б хоть память о посаде…

В.С.

 

Вохна древлеправославная   

ВОХНА ДРЕВЛЕПРАВОСЛАВНАЯ

 

 

КАК ОТКРЫВАЛИСЬ МОЛЕННЫЕ ДОМА

К 100-летию образования первой старообрядческой общины в Павловском Посаде

(Начало темы см. в предыдущем сборнике)

 

Как открывались моленные дома

(Материал публиковался в газете «Колокольня» №26 за 2002 г.)

 

Как известно, в нашем Богородском уезде к концу Х I Х века проживало более трети всех старообрядцев Московской губернии. Немало их было и в Павловском Посаде. После утверждения узаконения от 3 мая 1883 года "О даровании раскольникам некоторых прав гражданских и по отправлению духовных треб" в самом посаде и окрестных деревнях стали активно открываться старообрядческие моленные до­ма и часовни. Уже в 1883 году они (помимо прежних) начали служить древлеправославным христианам в Рахманове, Прокунине, Барской Дуброве, Степурине, Назарьеве, Большом Дворе, Андронове и других селениях (полный список см. в предыдущем сборнике «Вохонский край» №4).

Но далеко не всегда открытие моленных происходило беспрепятственно со стороны официальных церковных и светских вла­стей. Острые конфликтные ситуации возникли при устройстве старообрядческих моленных в домах посадских ревнителей древлего благо­честия В.И. Чернышева, Д.Д. Морозовой, Д.Г. Ананьева, Д.А.Морозова. Сохранившийся архив Московской Духовной Консистории того времени позволяет нам познакомиться с документами по некоторым подобным конфликтным делам в старом посаде. Вот - одно из них.

Благочинный Воскресенской церкви Павловского Посада священник Павел Доброклонский 15 октября 1887 года направляет "по­корнейшее донесение … Его Преосвященству Преосвященнейшему Александру Епископу Можайскому, Викарию Московскому и Кавалеру" о том, что " В Павловском посаде мещанин ... Василий Иванов Чернышев без разрешения, как говорят, начальства самовольно построил раскольническую моленную, в которую раскольники стали собираться на молитву, о чем всенижайше честь имею донести…".

7 декабря донос был направлен московскому губернатору, а 27 декабря консистория вновь заслушивала вопрос. В справке значилось, что "проживающие в Павловском посаде раскольники-противоокружники обратились в июле месяце с.г. через г-на Московского Генерал-Губернатора к г-ну Министру Внутренних Дел с ходатайст­вом о дозволении им открыть моленную в доме мещанина Чернышева. Ходатайство это Г-м Обер-Прокурором Святейшего Синода было сообщено Московскому Епархиальному начальству... Решением Епархиального начальства, сост. 2 декабря №531 постановлено: т.к. по собранным сведениям оказалось, что проживающих в Павловском посаде раскольников поповщинского толка числится муж. пола 131, жен. пола 137... раскольники-противоокружники уже имеют в посаде свой мо­литвенный дом и что удовлетворение их ходатайства будет служить сильным соблазном для православных жителей посада, коих значится 1318 м. п. и 1495 ж. п. и может повлечь за собой неблагоприятные последствия в ущерб православия, положено... просьбу ... отклонить".

Полицейский надзиратель Павловского Посада произвел осмотр дома Чернышева и в присутствии понятых засвидетельствовал, что "дом построен и в нем поставлен иконостас, но без икон и церков­ных принадлежностей, почему совершать богослужение старообрядцы там не могут". По требованию надзирателя иконостас был 20 декабря снят, "приказано не собираться и не молиться".

Однако дело этим не закончилось, поскольку Василий Иванович Чернышев как Почетный гражданин Павловского Посада и управляющий фабриками "фар­форового короля" в Дулеве М. С. Кузнецова был человеком грамотным, целеустремленным и уважаемым. От задуманного он не отступал. Поэтому 13 августа 1890 года Московская Духовная Консистория уже рассматривала очередной донос на Чернышева с протоколом полицейского надзирателя Павловского Посада, подписанного четырьмя свидетелями.

Надзиратель в протоколе от 28 июля сообщал, что он "…прибыл на Царскую улицу в дом мещанина Павловского посада Василия Иванова Чернышева, где и нашел, что в одной части жилого дома на­ходится моленная, а именно: Алтарь, имеющий Царские Врата, се­верные и западные двери, подсвечников – 8, икон – 12, аналоев – 6; в алтаре престол со всеми принадлежностями, жертвенник с сосудами для Даров, запрестольных икон – 10, кадило одно, одно облачение для Священника. Находившийся при сем Чернышев объяснил, что в его доме не молельня, а находится походная церковь, устроенная Обществом Старообрядцев во главе со старообрядческим Священником Сергием Бадаевым, службу правит по праздничным дням Бадаев, на каковую службу и собираются старообрядцы. Описанные вышепоименова­нные предметы приняты на хранение Чернышевым с обязательством не допускать ни собраний, ни службы...".

Консистория направила дело Прокурору Московского Окружного Суда на его распоряжение 13 августа.

В ответе Прокурора Московского Окружного Суда от 13 сентября 1890 года значилось, что "…Обращение же части частного жилого строения в молельню для богослужения по раскольническому обряду не наказуемо. В виду сего возбуждение в данном случае уго­ловного преследования против мещанина Чернышева не может иметь места. О чем имею честь уведомить Московскую Духовную Консисторию. Прокурор".

На снимке: дом В.И.Чернышева в мае 2005 г., вид с ул. Свердлова

На снимке: дом В.И.Чернышева в мае 2005 г., вид с ул. Свердлова

Так у хранителей древлего благочестия в Павловском Посаде на Царской (ныне Кирова) улице появилась еще одна старообрядческая моленная, которая позднее (в 1908 г.) была переведена в новый древлеправославный Свято-Димитриевский храм на соседней Рождественской (ныне Урицкого) улице.

Священные камни

Возвращение Благодати

 

(Материал в сокращении был опубликован в газете «Истоки» от 28.07.2007 г.)

 

В начале XX века в старообрядчестве всего Богородского уезда, пожалуй, не было фигуры более популярной, чем директор компании Богородско-Глуховской мануфактуры коммерции советник Арсений Иванович Морозов. (Поясним, что это почетное звание было введено с 1800 года для преуспевающих купцов, занимающихся промыш­ленным предпринимательством. Титул этот давал права чиновника VIII класса, в том числе право на личное дворянство.)

 

(Фото из архива Е.Н.Маслова)

(Фото из архива Е.Н.Маслова)

А.И.Морозов как грамотный и рачительный хозяин пользовался доброй и заслуженной славой в торгово-промышленных кругах Московской губернии, но еще большую славу и популярность он приобрел как неутомимый старообрядческий дея­тель и благотворитель. На этом достойном попри­ще он как бы соревновался со своей именитой родственницей М.Ф.Морозовой, потратившей на «богоугодные дела» не менее десяти миллионов рублей.

Арсений Иванович щедро жертвовал деньги на приобретение земельных участков и стройматери­алов для новых храмов, школ, больниц, приютов, ночлежных домов и т. п., дарил старообрядческим общинам походные церкви, колокола («звоны»), иконы, книги, необходимую утварь, содержал на свои средства учебные заведения.

В частности, полным или частичным иждивением Морозова были построены старообрядческие храмы в Богородске (1911), в дер. Большой Двор (1908), в Кузнецах (1909), Тимкове (1911), Никулине (1915), Корнееве (1916) и др. местах.

Корневская церковь во имя Рождества Богородицы ( не сохр.) Фото 1916 г. (журнал «Церковь»).

Корневская церковь во имя Рождества Богородицы ( не сохр.) Фото 1916 г. (журнал «Церковь»).

Христорождественская церковь в Большом Дворе ( не сохр.) 1930-е гг., снимок М.Б.Топольского

Христорождественская церковь в Большом Дворе ( не сохр.) 1930-е гг., снимок М.Б.Топольского

В полную собственность Куреневского женского монастыря добродетельный коммерции советник в 1912 году жертвует 13 десятин земли (из них 3 десятины леса) и походную церковь, за что получает в знак благодарности образ тезоименинного ему святи­теля Христова Арсения и памятный адрес с до­брым пожеланием: «Да усугубит Господь лета Ваши на благо святой церкви и на общую радость всего старообрядчества». Арсения Ивановича очень трогали подобные подношения...

В 1909 году Морозов намеревается построить старообрядческий храм в богородской тюрьме, однако предводитель дворянства воспротивился этому. Кстати, при строительстве первой тюрем­ной церкви во имя св. великомученицы Татианы (1898 г.) старообрядцы также приняли непосред­ственное участие: П.И. Милованова пожертвовала кирпич, а А.И. Морозов – иконы, исполненные в древнерусском стиле.

Будучи истинным сторонником просвещения, Арсений Иванович на собственные средства в 1908 году строит и 16 ноября открывает первое в Богородском уезде земское училище специально для детей старообрядцев (дер. Тимково). Его же иждивением подобные школы были построены затем в Кузнецах, Куровском и других деревнях.

Как почетный блюститель и постоянный попе­читель старообрядческих училищ Глухова и Богородска Морозов заботится о подборе для них достойных преподавателей. Его иждивением в 1908 году издается «Старообрядческий учебный часовник», а в следующем – «Катехизис древлеправославной русской церкви», составленный старообрядческим законоучителем Богородского реального училища священником Михаилом Васильеви­чем Сторожевым. Книга эта, не утратившая актуальности и сейчас, переиздана (репринтно) в 1991 году с сохранением авторского посвящения: «Глубокочтимому и деятельному работнику на ниве духовного просвещения старообрядцев Арсению Ивановичу Морозову».

Открытие старообрядческих школ всегда становилось праздником и сопровождалось торжественным молебном с водосвятием, который закан­чивался, как правило, «возглашением многолетия Государю, Государыне и всему Царствующему дому, о чем не лишенный честолюбия Морозов имел обыкновение сообщать в телеграммах «на Высочайшее имя» с благодарностью «за дарованную свободу молиться и учиться по древнему чину». Любопытно, что и Николай II , в свою очередь, тоже «милостиво благодарил» коммерции советника и местных старообрядцев «за вознесение молитв и выражение верноподданнических чувств».

В 1912 году, после смерти настоятеля московской старообрядческой общины Рогожского кладбища Елисея Тимофеевича Мелехина (родом из Богород­ского уезда), Морозов за 5 000 рублей покупает обширную библиотеку покойного (47 ящиков) и жертвует ее старообрядческому богословско-учительскому институту, который был открыт 10 сентября того же года.

У наследников Мелехина Арсений Иванович приобретает также ценный в историческом и художественном отношении походный храм, некогда принадлежавший известному старообрядческому деятелю, книгоиздателю, меценату и благотворителю К. Т. Солдатенкову (предки которого происходили из местной деревни Прокунино). Как историческую реликвию, Морозов устанавливает этот храм в специально построенном и освященном (в 1915 году) приделе церкви во имя св. пророка Захария в Богородске. О церкви этой, являвшейся настоящей архитектурной жемчужиной нашего края и возведенной также на средства Морозова (в 1911 г.), следует как-нибудь рассказать отдельно.

 

А.И.Морозов с участниками своего хора на фоне Захарьинской церкви. (Фото из архива Е.Н.Маслова)

А.И.Морозов с участниками своего хора на фоне Захарьинской церкви. (Фото из архива Е.Н.Маслова)

Но даже если бы Арсений Иванович не просла­вился созданием этого зодческого шедевра или своим знаменитым хором и широкой благотворительной деятельностью, имя его было бы вписано в историю старообрядчества одним лишь фактом постройки первого во всей православной России храма во имя св. благоверной великой княгини инокини-схимницы Анны Кашинской.

Анна Кашинская (дочь ростовского князя Димитрия Борисовича и правнучка святого благоверного князя Василия Ростовского ) в 1294 г. вступила в брак с князем Михаилом Ярославовичем Тверским, страдаль­чески скончавшимся в Орде в 1318 г. (позже причисленного к лику святых, память 22 ноября). После смерти мужа Анна добровольно приняла монашес­тво, проведя 50 лет в духовном подвиге самоотверженного служения Богу. Многострадаль­ной инокине пришлось пережить еще гибель двух своих сыновей и внука, также убитых в Орде. (Сыновья святой Анны повторили исповеднический подвиг отца: Димитрий Михайлович (Грозные Очи) был убит в Орде 15 сентября 1325 года, а Александр Михайлович, князь Тверской, вместе с сыном Феодором – 29 октября 1339 года: им отрубили головы и тела их разняли по суставам.).

Скончалась Анна схимницей в Кашинском женском монастыре 2 октября 1368 года, была погребена в Успенском монастырском храме и почиталась местно.

Мощи ее были открыты в 1649 году и оказались нетленны, обладая при этом великой целительной силой. Кашинцы помнили, как в польское лихолетье св. Анна незримо сохраняла их осажденный город от захвата и разорения. В 1649 году по благословению патриарха Иосифа на Соборе русских святителей было постановлено открыть ее мощи для всеобщего почитания и причислить благоверную княгиню Анну к лику святых Русской Церкви. 12(25) июня 1650 года при личном участии царя Алексея Михайловича мощи святой были перенесены из старого деревянного Успенского собора в каменный Воскресенский собор для поклонения.

Однако уже в 1677 году (во времена главного гонителя старообрядцев – патриарха Иоакима) княгиня Анна была изгнана из сонма русских святых только за то, что «святые мощи ее почивают с рукой, сложенной двуперстно». Случай с деканонизацией святой благоверной княгини Анны Кашинской чудотворицы в истории русского православия беспрецедентный!..

Но, несмотря на строгий запрет и угрозу анафемы, правоверные русские христиане продолжали почитать св. Анну Кашинскую, получая от нее духовное утешение и исцеление. И лишь через 232 года церковное почитание св. Анны было торжественно восстановлено с согласия Николая II , внявшего народному волеизъявлению.

 

Своеобразным восклицательным знаком, завершающим это большое православное торжество (12 июня 1909 года) явилось решение известного всем богородского благотворителя А.И.Морозова – воздвигнуть каменный храм во имя св. благоверной княгини Анны Кашинской. (Вообще, подобные эффектные поступки были в духе Арсения Ивановича...)

Красивый каменный храм был построен на земле, пожертвованной крестьянами дер. Кузнецы в невиданно короткий срок – за три месяца! Уже 15 ноября состоялся праздник, посвящен­ный окончанию строительства. Крестный ход, а также редкое зрелище водружения крестов и поднятия колоколов собрали многочисленные толпы любопытствующих, завернувших сюда с Владимирского шоссе. Об этом знаменательном событии старообрядческая периодика того времени с радостью сообщала как о большой духовной победе русской древлеправославной церкви.

Храм св. благоверной княгини-инокини Анны Кашинской, 1910 г.

Храм св. благоверной княгини-инокини Анны Кашинской, 1910 г.

 

Предметом особой гордости создателя храма и его общины были роскошный резной иконостас из мореного черного дерева , образа и фрески, выполненные в стиле мастеров Древней Руси. Популярность нового храма была столь велика, что в праздничные дни он едва вмещал всех приходящих на богомолье или приезжающих специально послушать пение морозовского хора, часто бываю­щего здесь. Практически все старообрядческие епископы, заезжавшие в наш уезд, считали своим долгом непременно посетить первый и единственный в России храм св. Анны Кашинской. А в июне 1911 года кузнецовскую общину удостоил своим посещением первый иерарх русской древлеправос­лавной церкви – архиепископ Иоанн.

(Заметим, что храм, посвященный русской святой, был первым и единственным не только в нашем Богородском уезде, но и во всей Московской губернии, да и ближайших тоже. Только в Петербурге на Б.Сампсониевском проспекте в новостроящейся двухэтажной церкви , возводимой в память рождения Цесаревича Алексия, лишь после восстановления церковного почитания благоверной княгини , и возможно, «в противовес» кузнецовскому древлеправославному храму, вскоре главный придел был освящен во имя св. Анны Кашинской. И по сей день подобных храмов в России всего два).

Для местного старообрядчества новый храм в Кузнецах скоро стал настоящим центром духовно­го просвещения. Здесь была сформирована заме­чательная библиотека. Иждивением А.И. Морозова и заботами председателя общины Ф.А. Детинова в 1912 году открыта частная школа для детей старо­обрядцев. Конторщиком здешней фабрики М.Е. Осетровым были организованы прекрасный церковный хор и детская школа древнерусского знаменного пения.

Увы, но этот духовный центр, одно из любимей­ших детищ Арсения Ивановича, разделил в совет­ское время печальную участь всех остальных ста­рообрядческих святынь нашего края – он прекра­тил свое существование. Был там и клуб и разные производства, а в начале 1990-х годов в изуродованном до неузнаваемости здании бывшего храма цех филиала МПО «Красная лента» шил солдатские гал­стуки...

Изначальный и современный виды храма св. Анны Кашинской в Кузнецах Изначальный и современный виды храма св. Анны Кашинской в Кузнецах    

Изначальный и современный виды храма св. Анны Кашинской в Кузнецах

Мечта местных старообрядцев – возродить свою знаменитую святыню долго разбивалась о нашу жестокую действительность, в которой материальное все больше доминирует над духовным, и до начала нового, третьего тысячелетия, не находилось места храму во имя святой Анны. А ведь Анна означает Благодать...

Но, наконец, подвигнутый Божиим промыслом и патриотическими чувствами, один из самых заметных предпринимателей-благотворителей нашего района Владимир Викторович Ковшутин, в собственности которого было бывшее церковное строение, принял достойное (в духе лучших традиций старого российского предпринимательства) решение о передачи здания старообрядческой Митрополии.

Уже в 2001 году старообрядческим священником Михаилом Егоровым с помощью прихожан корневского храма во имя Рождества Богородицы в помещении был наведен порядок и даже отслужен молебен в день прославления св. Анны Кашинской – 25 июня .

Фотоснимки с молебна в храме св. Анны Кашинской 25 июня 2001 г. Фотоснимки с молебна в храме св. Анны Кашинской 25 июня 2001 г.    

  Фотоснимки с молебна в храме св. Анны Кашинской 25 июня 2001 г.

Однако юридическая бумажная волокита, дополнительно осложненная другими субъективными обстоятельствами, на целых шесть лет задержала процесс передачи здания.

И вот, к радости местных древлеправославных христиан, в понедельник, 25 июня 2007 года, в день 98 годовщины возобновления прославления св. Анны Кашинской, в здании посвященного ей храма вновь состоялось торжественное богослужение.

Торжественный молебен с водосвятием совершил первый иерарх Русской Православной Старообрядческой Церкви митрополит Московский и всея Руси преосвященнейший Корнилий в сослужении со священниками: о. Константином Лукичевым (Орехово-Зуево), Михаилом Егоровым (Павловский Посад) и Димитрием Коклеевым (Большие Дворы), а также чтецом Михаилом и свещеносцем Антонием Егоровыми.

Икона святой Анны Кашинской 

После торжественного молебна у храма св. Анны Кашинской 25.06.07 г.

После торжественного молебна у храма св. Анны Кашинской 25.06.07 г.

 

После окончания службы митрополит Корнилий, обратился к собравшимся со словами поздравления, духовного наставления и напутствия. Первые лица и гости обменялись мнениями по поводу происходящего события. Огромная благодарность и единодушная признательность была высказана в адрес В.В. Ковшутина с пожеланием, чтобы он и дальше продолжал деятельно участвовать в восстановлении православной святыни, (закрепленной за корневской старообрядческой общиной Павловского Посада).

Было высказано мнение, что в нынешнее трудное и больное для России время (или безвременье) возрождение на нашей земле древлеправославного храма, посвященного именно русской святой Анне Кашинской, почитаемой в народе как чудотворицы, имеет особый смысл и звучание.

 

Участники торжества (слева направо): В.В. Ковшутин, митрополит Корнилий, священник о. Михаил Егоров, глава Кузнецовского сельского поселения В.М.Суслов, настоятель андроновского Христорождественского храма о. Димитрий Коклеев.  

Участники торжества (слева направо): В.В. Ковшутин, митрополит Корнилий, священник о. Михаил Егоров, глава Кузнецовского сельского поселения В.М.Суслов, настоятель андроновского Христорождественского храма о. Димитрий Коклеев.

 

 

Дай Бог, чтобы с возрождением этой православной святыни на павловопосадской земле прибавилось Благодати.

 

«Святая благоверная преподобная великая княгиня инокиня Анна, моли Бога о нас!».

 

Содержание

 

 

Вохонский край в старых справочниках

Селения Богородского уезда ………..……………… 3

 

К 100-летию школы №2

Про экскурсии наших прабабушек

(По маршрутам дореволюционных походов павловских

школьников) ……………………………………….….. 9

 

Родословная Книга Павловского Посада ………….. 22

Новые книги

Увековечивая память предков

Они жили в Павловском Посаде ……….………… 26

Список учеников реального училища, 1915 г. …. 32

 

О краеведении и не только

Вселенная – за порогом , или соленые «капельки»

нашей истории. Отрывки из ненаписанной книги … 36

Прощание со старым посадом .……………………. 70

Вохна древлеправославная

Как открывались моленные дома …..…………… 71

Священные камни

Возвращение благодати .………………….………. 74

На последней странице обложки – картинки старого и нового посада.

Фотоснимки автора.

Москва, 2007.

 

 

 
При использовании материалов сайта ссылка категорически приветствуется.
© Богородск-Ногинск. Богородское краеведение. 2004-2018
Политика конфиденциальности
Яндекс цитирования Check PageRank