Богородск-Ногинск. Богородское краеведение

«Если мы не будем беречь святых страниц своей родной истории,
то похороним Русь своими собственными руками»
Епископ Каширский Евдоким. 1909 г.

Мы в социальных сетях:
 facebook.com/bogorodsk1781
 vk.com/bogorodsk1781
Дата публикации:
20 февраля 2008 года

Досье: Павловский Посад и Павлово-Посадский район / Виктор Ситнов. Вохонский край № 4 / О школьных спектаклях на Царской и не только… (Из истории местных школьных театральных кружков)

Архивы рассказывают

О школьных спектаклях на Царской и не только… (Из истории местных школьных театральных кружков)

О школьных спектаклях на Царской

и не только…

(Из истории местных школьных театральных кружков)

Для краеведения значимо абсолютно все, что касается истории малой родины – и материальные свидетельства прежних времен (недвижимость, движимость и вообще весть предметный мир), и духовная культура, и судьбы человеческие, и история местных предприятий, учреждений, организаций, и все документальные свидетельства о прошлой жизни – общественной и частной (мемуары, письма, открытки, дневники, фотографии, деловые записи и т.д.). Значимо все, что позволяет нам умом и сердцем понять и почувствовать предшествующее бытие, его смысл и содержание, жизнь своих предков – понять, что изменилось за век или полвека: что мы утратили, и что приобрели – достойно ли мы продолжаем эстафету жизни…

Краевед порою похож на археолога или реставратора, который из мозаики мельчайших частиц и осколков прошлого пытается по возможности восстановить понятную, наглядную картину (или хотя бы картинку, а то и фрагмент) минувшего, чтобы заглянуть в отдаленное, но милое сердцу родное пространство и время, наследниками которого мы затем «народились», услышать его далекие-близкие голоса… Духовная потребность эта неизбывна, пока существует СВЯЗЬ ВРЕМЕН.

Местная история, не смотря на ряд крупных и малых, старых и новых публикаций, изучена слабо. Тому несколько причин, и главная состоит в том, что минувший век диктовал историкам свой социальный заказ, который исправно выполнялся. Однако всякое заказное «летописание» неизбежно грешит субъективными самоотражениями. Так было всегда, особенно во времена тоталитарных и самодержавных режимов. Самой яркой и убедительной иллюстрацией сказанному являлась, в первую очередь, деятельность средств массовой информации, традиционно формирующих общественное мнение.

Наше краеведение не было исключением. Например, всегда актуальная религиозная тема представлялась не иначе, как в атеистическом освещении. В печати доминировали темы развития местного революционного движения и победного шествия советской власти. В этом же патриотическом контексте как оптимистическая трагедия подавался факт сожжения местного совета 12 мая 1918 года, где погибло несколько человек. При этом замалчивался факт карательной операции, в результате которой были показательно расстреляны многие десятки «контры», т.е. безвинного местного населения, в основном из «благородных».

Говоря о «мизерной» зарплате местных пролетариев, мы никогда не поясняли, что на зарплату одного квалифицированного рабочего (например, той же Лабзинской мануфактуры) можно было содержать многодетную семью, да еще посещать платные культурно-развлекательные мероприятия. Например, представления и спектакли местных театральных коллективов и кружков, которые существовали практически при всех крупных фабриках и учебных заведениях посада.

Вот и подошли мы к конкретной теме нашего сегодняшнего разговора – малоизученной теме – о школьных спектаклях, популярность которых выходила далеко за пределы школьных стен. Кому-то эта узкая тема может показаться малозначительной в социальном плане. Однако, в истории культурной жизни старого посада (которая также мало изучена) школьные художественные кружки занимали далеко не последнее место. Следует помнить, что в выпускных классах реального училища и женской гимназии учились совершеннолетние парни и девушки, представлявшие передовую, лучшую часть местной молодежи, авторитетное влияние которой на сверстников было неоспоримо.

Как известно, нынче в Павловском Посаде, в отличие от некоторых соседних городов, к сожалению, нет своего профессионального театра. Не было его и сто лет назад, но об актуальности этой темы даже в те времена можно судить хотя бы по заметке в уездной газете «Богородская речь» за 1912 год, где местный корреспондент констатирует, что в посаде «образовалась довольно обширная публика, желающая и могущая посещать театр». Далее автор, говоря о «развивающем значении» театра, подчеркивает, что «особенно театр ценен именно для Павлова, где… имеются лишь слабые зачатки духовной культуры… Неужели у нас, наконец, не появится свой меценат, поклонник Мельпомены, и не поставит на ноги какой-нибудь театрик? Доколе звон золота и шелест кредиток будет всецело владеть слухом здешних капиталистов?».

Сказано 95 лет назад, а звучит современно, не правда ли? Таким образом, театральная тема актуальности не потеряла. Кто бы отказался свободным вечерком сходить на хороший спектакль, поставленный пусть даже местными творческими силами. Увы…

Но мы все же вернемся к малознакомой теме школьных театральных спектаклей в дореволюционном посаде и с помощью краеведческих разысканий, а также архивных документов, попробуем хотя бы приоткрыть одну из страничек истории местного реального училища, рассказывающую про здешний театральный кружок. Заодно, на примере нашего рассказа, постараемся проиллюстрировать полезную краеведческую роль, казалось бы, совсем никчемных исписанных старых бумажек, которые могут заговорить или погибнуть в макулатурном хламе…

… Дело было года три назад. Однажды, зайдя к директору ДК «Павлово-Покровский» В.В.Чушкину, изучающему историю театрального дела в Павловском Посаде, я застал его разбирающим какие-то старые бумаги. Вячеслав Викторович готовил очередную публикацию для районной газеты. Просматривая свой архив, он обратил мое внимание на несколько любопытных старинных листочков, переданных ему когда-то одной из павловских старожилок. На этих обветшавших и пожелтевших от времени, тетрадных листочках (в линейку) значились списки неизвестных нам людей, живших предположительно в посаде почти век назад. На дореволюционный возраст документа указывали старинные коричневые «орешковые» чернила, а также его специфическая орфография «с ерами и ятями».

Списки фамилий распределялись по классам, поэтому можно было предположить, что документ, скорее всего, был школьного происхождения. Вячеслав Викторович попросил меня исследовать эти листочки на досуге и по возможности определить их принадлежность, то есть провести как бы краеведческий анализ.

(В скобках замечу, что и сам В.В.Чушкин мог бы стать достойным «объектом» для краеведческого исследования – и не только как бессменный четырехкратный депутат районного совета по своему округу (не считая троекратного избрания «при социализме» – рекордное депутатское долгожительство!), или как «Заслуженный работник культуры Московской области», но, прежде всего, как один из прямых кровных потомков народного героя Вохонского сражения 1812 года – сотского Ивана Яковлевича Чушкина (1765-1832), соратника и помощника Герасима Курина и Егора Стулова, вместе с которыми он был награжден Георгиевским крестом и медалью «За любовь к Отечеству». Как известно, в решающем сражении 1 октября 1812 года Иван Чушкин командовал тысячным отрядом пеших дружинников, скрытым до времени в Юдинском овражке. Кстати, легендарный и та инственный овражек этот сохранился в первозданном виде и до сего дня, занимая «стрелку» между Чапаевской и Привокзальной улицами – в заросшей лощине, спускающейся на бывшую «мойкинскую» фабрику.

(На снимке: вид с Привокзальной улицы на «ворота» в Юдинский овражек).

(На снимке: вид с Привокзальной улицы на «ворота» в Юдинский овражек).

Однако экскурсии сюда не водятся, и на мои предложения – отметить знаменитое место памятным знаком или стелой – в инстанциях хранится оптимистичное или сочувственное тридца-тилетнее молчание. Не до того и нынче… Угли от старинных посадских домов некогда разгребать… Но это – так, к слову. Однако, пора вернуться к основной теме нашего повествования – к загадке старинных листков. Я пообещал Вячеславу Викторовичу разобраться с находкой, но, в свою очередь, взял обещание с Чушкина, что он, наконец, закончит и опубликует свою, ценную в краеведческом плане, книгу очерков об истории Павлово-Покровского ДК и когда-то знаменитого Народного театра).

…Стоящая передо мной задача была не из простых, учитывая возраст и авторскую «анонимность» этого фрагмента тетрадки. Не было ни титульного (начального) листа, который мог бы прояснить назначение и авторскую принадлежность тетради, ни последнего листа, где также могли быть некие итоговые записи типа резюме. Получить комментарии о происхождении бумаг у когда-то принесшего их человека также не представлялось возможным…

Фрагмент  записей

Фрагмент записей

Однако при подробном исследовании страниц и расшифровке рукописного текста удалось обнаружить тематическую принадлежность его содержания. На верхнем крае одного листа была обнаружена едва проступающая надпись (привожу с сохранением орфографии): «Члены Л.-Х.К. павлово-посадскаго реальнаго училища». И над каждым столбцом фамилий угадывалась римская нумерация по классам – с IV по VII . Всего 78 фамилий. Все – мужского рода. Теперь стали более понятными и отдельные подобные списки, помещенные в конце под заголовочками, а именно: «Члены, участвующие в художественной секции» (36 человек по классам) и «Члены, участвующие в декламационной секции» (46 человек, также по классам: с четвертого по седьмой).

Наше исследование сдвинулось с мертвой точки. Стало ясно, что мы имеем дело со списками учеников Павлово-Посадского Реального училища, которые числились в некоем творческом коллективе под аббре-виатурой «Л.-Х.К.». Однако слово «коллектив» тогда было редко употребляемым, поэтому логичнее было предположить, что мы имеем дело со школьным кружком (что потом и подтвердилось). И судя по его секциям, это был, скорее всего, «Литературно-художественный кружок». Замечательно.

Итак, мы установили, что в предреволюционные годы в городском реальном училище был свой литературно-художественный кружок, в котором занималось (по крайней мере, числилось) около восьмидесяти учеников-реалистов! Просто здорово! Сейчас ни в одной школе города или района, кажется, нет таких многочисленных (почти 80 парней и пацанов!) художественных кружков какого-либо направления. Если ошибаюсь – буду только рад.

Однако это был только первичный этап нашего краеведческого исследования. Теперь предстояло датировать документ, чтобы он действительно обрел таковой статус (исторического документального свидетельства).

Помимо списков участников кружка в середине сохранившегося фрагмента тетради содержались короткие записи, похожие на протоколы собраний кружка, датированные 1, 8, 15, 22 ноября, а также 11 и 20 января (надо полагать, следующего года). Далее записи обрывались. Итак, числа были обозначены, а год оставался неизвестным. Впрочем, он тоже скоро «проявился».

В одном из протоколов собрания (от 1 ноября) обсуждались правила кружка, которыми устанавливалась периодичность его работы, а именно: еженедельно по вторникам в 7 часов. Правилами, между прочим, оговаривалось, что «преподаватели реального училища, желающие поступить членами в литературно-художественный кружок, будут приняты. Но преподаватели женской гимназии – только по баллотировке. Члены должны внести 50 копеек вступительных и, кроме того, каждый месяц по 15 копеек». Далее в протоколе отмечалось, что «остальные правила будут взяты из правил литературно-художественного кружка 1915 года».

Таким образом, прояснилось, что данные записи сделаны, скорее всего, в 1916-1917 учебном году, что и подтвердилось дальнейшими исследованиями по другим источникам. Стало также понятно, откуда в списке участников Л.Х.К. появились женские имена – Е.В.Федоровой и О.И.Ивановской. С помощью «Словаря обывателей Павловского Посада до 1917 года» выяснилось, что Евгения Васильевна Федорова была преподавательницей в Реальном училище, а Ольга Игнатьевна Ивановская преподавала в Женской гимназии.

Характерно, что в списках членов Л.Х.К. имена преподавателей значились хотя и не первыми, но с полными инициалами, а фамилии учеников – все без инициалов. Благодаря краеведу Владимиру Бабурину, сегодня мы можем увидеть фотографии некоторых преподавателей реального училища – участников литературно-художественного кружка.

Любопытно также отметить, что в списке членов Л.Х.К. «реалистов» 1916 года числятся и предки нынешних юных «звезд» театрального кружка в ДК «Павлово-Покровский» – Максима Керина и Ани Деевой (Заглодины). Здесь уже можно говорить о возможном наследовании таланта и творческой преемственности поколений…

В.В.Чушкин с Максимом Кериным и Анной Деевой на Дне города в 2005 г.  

В.В.Чушкин с Максимом Кериным и Анной Деевой на Дне города в 2005 г.

***

…В жизни человечества, устроенной и существующей по Высшему промыслу, случайностей не бывает. Вы не задумывались, что каждый человек, приходящий в этот мир, значим, ибо несет в себе некую проявленную или непроявленную миссию, должен выполнить, сыграть только ему отведенную роль. Ну, например, на поле брани в атаке один воин погибает от стрелы или пули, уже не долетающей до другого, который затем совершает подвиг, решающий успех всего сражения. Или кто-то, «случайно» оказавшись в нужный момент в нужном месте, подает стакан воды (или лекарство) больному человеку, спасая его, как потом окажется, для великих благих деяний. Кто-то в некий решающий момент произнесет всего одно слово, от которого, бывает, изменяется жизнь целого государства (или другого человека – пример признания в любви). Кто-то теряет хлебные карточки, а кто-то их находит… и т.д., и т.п. Возможно, подобными мгновениями (в результате непостижимых причинно-следственных связей или все по тому же Высшему промыслу) оправдывается рождение людей, не говоря уже о ежедневных творческих усилиях по созиданию собственной или общественной жизни. Однако порой «позитив» и «негатив» или «объективное» и «субъективное» различаются и определяются лишь через поколения, века и эпохи…

В живом организме под названием Человечество нет (и не может быть) ни одной случайной из всех миллиардов составляющих его живых клеток. Любая из клеток, взаимодействуя с другими, может изменить организм, спасти или погубить его.

Исходя из вышесказанного, автор этих строк глубоко убежден, что (как ни высоко это звучит) планетарная миссия каждого человека при желании могла бы быть «расшифрована» (хотя бы в «первом приближении», в контексте бытия конкретного исторического социального пространства, начиная с семьи, рода, родного селения, города и т.д.). Ничего более ценного, чем Человек (созданный Всевышним по своему образу и подобию) на Земле не существует. Он – мера всех вещей. Поэтому, вне всякого сомнения, каждый приходивший в этот мир человек, с его личной и социальной судьбой, имеет право на ИСТОРИЧЕСКУЮ ПАМЯТЬ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА.

***

…Вот такое философское отступление. Кому-то оно может показаться чересчур глобальным или «навороченным». Прошу прощения, но не так уж часто мы философствуем, тем более, что именно эта преамбула объясняет авторскую позицию в отношении формы и содержания излагаемого материала. Попутно замечу, что именно с этими убеждениями и мыслями создавался автором и «Словарь-справочник имен обывателей Павловского Посада до 1917 года», который, кстати, уже начал активно работать, помогая местному населению в поисках предков.

Итак, в свете вышесказанного, становится понятно – почему краеведы так внимательно и трепетно относятся к каждому имени, открываемому в старых документах, особенно имеющих отношение к местной истории (абсолютно всех сторон жизни).

Вот и из наших листочков 1916 года, непредсказуемым ветром времени занесенных в двадцать первый век, мы также постараемся извлечь и «озвучить» максимальную информацию, которая однажды может оказаться востребованной и неожиданно осветить некие неизвестные, неясные и, казалось, уже утраченные вместе с ушедшим поколением реалии столетнего прошлого.

И, понятно, что самая доступная, лежащая «на поверхности» информация – это, конечно же, имена, которые могут быть узнаны потомками, заинтересованными в любых биографических сведениях о своих предках (а иногда о профессиональных, творческих или идейных предшественниках).

Поэтому, исходя из этих соображений, для начала приведем фамилии всех членов Л.Х.К. (по сути, театрального кружка) реалистов за 1916 год. Возможно, кто-то еще из наших земляков, помимо юных театралов Максима Керина и Ани Деевой, узнает своих предков.

Напомню, что члены кружка переписаны без инициалов (кроме педагогов). Но, благодаря нашему краеведу-энтузиасту Владимиру Александровичу Бабурину, сохранилась старинная фотография, сделанная в известной мастерской Н.В.Бажанова, на которой запечатлен выпуск Реального училища за 1917 год.

 

Краевед В.А. Бабурин и фото выпускников Реального училища за 1917 г. Краевед В.А. Бабурин и фото выпускников Реального училища за 1917 г.

Краевед В.А. Бабурин и фото выпускников Реального училища за 1917 г.

И вот сейчас эта коллективная фотография (подаренная краеведом школе №1, переименованной в лицей №2) помогла нам в сравнительном анализе: во-первых, точно датировать наш документ; во-вторых, уточнить инициалы некоторых (фото попорчено) учеников 7 класса, членов Л.Х.К.; в-третьих, увидеть портреты наших реалистов и их педагогов, записанных в кружок. Поначалу эта невероятная, казалось, возможность стала реальностью.

Видите, как из разных и разрозненных кусочков прошлого складывается наша краеведческая мозаика. Тема оживает. Один документ дополняет другой, и вместе они обретают, казалось бы, утраченный «голос». Нам только нужно научиться внимательно и терпеливо присматриваться и прислушиваться. Важно подчеркнуть, что это относится не только к старым документам, но и к пожилым людям…

 

Итак, знакомимся со списком членов Литературно-художественного кружка Павлово-Посадского Реального училища за 1916-1917 годы. Выявленные нами (по фотографии) инициалы учеников даны курсивом.

7 класс (выпускной): П.Н .Алексеев, Г.А. Воскресенский, Н.М. Голубев, А.Н .Исаев, Б.В. Лапшин, М.И. Ансеров, Н.П. Титов, М.Н .Князев, А.В .Проханов, Н.С. Соков, С.Н .Ронжин, А.С. Новиков, В.В .Федоровский, Д.А. Мухин (последние 3 фамилии зачеркнуты, возможно, впоследствии выбыли), здесь же – педагоги: Э.Ю. Гелин, Н.Е. Сынгаевский, И.И. Суходеев, М.В. Сычев-Михайлов, И.А. Лапин, Е.В. Федорова, О.И. Ивановская. (В декламационную секцию кружка записан также уч. 7 кл. Г.И .Павлов).

6 класс : Батов, Башкин, Глинков, Голубков, Гришин, Гурович, Булычев, Байдак, Керин, Кремер, Заглодин, Лапшин, Мушинский, Масляников, Павлов, Розенберг, Соколов, Спирин, Сысоев, Талаев, Трубкин, Цви, Филонов, Шорин.

5 класс : Андреев, Антошин, Власов, Васильев, Дукор, Завалов, Краснов, Константинов, Костин, Куделин, Никифоров, Попов, Сачков, Хейкер, Дмитриев, Шварц, Шевелкин, Ширин, Чаусов, Чечулин (зачеркнуто).

4 класс: Баранов, Брусникин, Бутаев, Галкин, Елисеев, Крылов, Лабзин, Лашков, Новоселов, Овечкин, Розанов, Симонов, Титов, Ансеров, Телепин.

Бросается в глаза, что, несмотря на сложность и напряженность учебы в ответственном выпускном 7 классе, более половины его состава было записано в школьный театральный кружок! Вызывает уважение тот факт, что и педагоги активно участвовали в работе Л.Х.К.

Учителя, принимавшие участие в деятельности кружка

Теперь самое время познакомится с деятельностью кружка. Короткие протоколы его заседаний дают нам такую возможность, хотя и в ограниченном объеме (фрагментарно). Думается, что прекращение деятельности Л.Х.К. (последняя запись датирована, как мы выяснили, 20 января 1917 года) связано, скорее всего, с обострением общей политической обстановки в стране на фоне драматических событий Первой мировой войны. Известно, что в это напряженное время во многих образовательных учреждениях России (разумеется, и у нас) развлекательно-увеселительные мероприятия, если и не были совсем запрещаемы, то и не рекомендовались «сверху»...

 

Итак, на первом собрании кружка 1 ноября 1916 года (где, помимо 13 учеников, присутствовало 4 педагога) в основном решались организационные вопросы. «Председателем был выбран И.Глинков (6 кл.), товарищем председателя и казначеем Гришин (6 кл.), секретарем А.Голубков (6 кл.) – на неопределенное время». Обсуждались правила кружка (см. выше). Кроме того, был поднят вопрос о постановке спектакля, но решение отложено до следующего заседания. Глинков прочитал доклад «Об исторической интуиции Пушкина».

(Можно предположить, что когда-то данная тетрадь и принадлежала Ивану Глинкову как председателю кружка, или Алексею Голубкову как секретарю – В.С .)

Далее – дословно: «Было чтение по ролям «Борис Годунов» А.С.Пушкина до заглавия «Красная площадь». В следующее заседание будет чтение по ролям «Борис Годунов» от кремлевских палат до ограды монастырской». Роли из Бориса Годунова распределены так: Борис Годунов – Глинков, Пимен – Гришин, Григорий Отрепьев – Лашков, Воротынский – Баранов, Патриарх Иов – Васильев, Василий Щелканов – Голубков, Мисаил – Чаусов, Варлаам – Соколов, Пристав – Антошин, Царевич – Батов, Марина – Васильев, Басманов – Андреев; против ролей Василия Шуйского и Царевны – фамилий нет.

«В конце заседания члены пели русские песни: «Не осенний мелкий дождичек», «Солнце всходит и заходит», «Умер бедняга» и «Стеньку Разина».

На собрании 15 ноября постановили выпускать свой журнал. Редакторами выбраны Соков, Проханов и Цви, «и с 9 часов 15-го ноября вступили в исполнение своих обязанностей». Казначея Гришина, «занимавшего две должности», заменили на Булычева.

На собрании 22 ноября педагог Сергей Алексеевич Щербаков читал интересный доклад о логике и психологии, предлагал членам кружка логические задачи, которые успешно решались. Принято решение прочитать по ролям и разобрать «Недоросль» Фонвизина.

 


Члены литературно-  художественного  кружка   Реального училища.   (см. список)  С фотографии 1917 г.

 

 

С.А. Щербаков

11 января (1917 г.) С.А. Щербаков продолжал беседу о логике, после чего о. Александр (Воскресенский, законоучитель – В.С .) «делился с членами кружка новогодними мыслями. Речь его произвела глубокое впечатление». Обсуждались взносы для желающих вступить в какую-либо секцию Л.Х.К. … «Г.А. (Георгий Александрович Смирнов, директор училища – В.С .) обещал дать денег художественной секции».

На собрании 20 января «Голубков прочел реферат о истории искусств. Затем Сысоев читал реферат о истории выразительного чтения. Во время чтения этих рефератов некоторые члены производили беспорядок и мешали Голубкову и Сысоеву читать их». На следующем заседании решено поднять вопрос об учениках 4 класса, которые «не интересуются делами Л.Х.К.». Составлена программа на следующее заседание, однако записи на этом обрываются…

 

***

Как же организовывались и проводились школьные театральные спектакли в городском Реальном училище и Женской гимназии? Хотя и частичное, но достаточно наглядное общее представление об этом нам помогают получить документы, обнаруженные автором в фондах Центрального исторического архива Москвы.

Следует сказать, что актовые (старое название «рекреационные», т.е. помещения для отдыха) залы Реального училища (построенного в 1910 г.) и Женской гимназии (1907 г.) были весьма вместительны и удобны для проведения культурных публичных мероприятий с большим числом зрителей. Например, зал реального училища мог вместить около трехсот человек. Недостающие стулья для массовых представлений при необходимости привозились из соседней гимназии или других учреждений.

Павловский Посад. Реальное училище

Реальное училище и Женская гимназия, с открыток 1910-х гг.

Женская гимназия Павловского Посада

 

Именно вместительностью школьных залов и удобным расположением самих учебных заведений (на центральной – Царской улице) сделало их самым популярным в посаде местом проведения публичных праздничных представлений, спектаклей, концертов, литературных вечеров, лекториев и т.п. с участием не только самих школьников, но и известных заезжих артистов и лекторов.

Наиболее регулярными и особенно популярными были публичные лекции, читаемые лекторами Московского Общественного Народного Университета (вроде общества «Знание»), на темы естествознания, здравоохранения, а также о российской и мировой истории, литературе и искусстве.

Просматривая недавно архивные дела, содержащие сведения о павловском Реальном училище, я, к своей большой радости, наткнулся на финансовые отчеты о двух ученических спектаклях, устроенных в 1913 и 1916 годах. Есть даже программка одного представления, дающая нам редкую возможность познакомиться с некоторыми именами школьных актеров.

Не исключено, что из этой программки и других фрагментов отчета кто-то из павловских старожилов снова узнает фамилии своих предков. (В таком случае автор просит через газету по тел. 2-21-56 сообщить ему подробности для дальнейшей разработки темы). Приведу этот показательный документ полностью (поясню лишь, что женские роли в объединенных спектаклях исполнялись ученицами Женской гимназии, в выпускном 8 классе которой учились уже довольно взрослые девочки, порою старше 16 лет. «Недостаточными» учениками тогда назывались дети из бедных и малообеспеченных семей. Орфография документа в основном сохранена. Замечу, что в программке указаны только фамилии исполнителей ролей, а некоторые имена, восстановленные нами по «Словарю», даны курсивом ). Итак:

« Программа ученического спектакля 8 декабря 1913 года в пользу недостаточных учащихся Павлово-Посадских Женской гимназии и Реального училища (в помещении Реального училища).

Исполнено будет учащимися «Бедность не порок» – комедия в 3-х действиях, соч. А.Н.Островского.

Действующие лица:

Гордей Карпыч Торцов, богатый купец – ученик 7 кл. Тихомиров.

Пелагея Егоровна, его жена – ученица 6 кл. Георгиевская Нина .

Любовь Гордеевна, их дочь – уч. 8 кл. Болдина Параскева .

Любим Карпыч Торцов, его брат – уч. 5 кл. Александр Кудин.

Африкан Савич Коршунов, фабрикант – уч. 6 кл. Григорий Туранов.

Митя, прикащик Торцова – уч. 7 кл. Тихонов.

Яша Гуслин, племянник Торцова – уч. 6 кл. Анатолий Строкин.

Гриша Разлюляев, молодой купчик – уч. 6 кл. Павел Самбуров.

Анна Ивановна, молодая вдова – уч. 8 кл. Колонина Клавдия .

Маша и Лиза, подруги Любови Гордеевны – уч. 6 кл. Ширина (Александра) и уч. 8 кл. Горелова Татьяна.

Егорушка, мальчик, дальний родственник Торцова – уч. 4 кл. Воскресенский Георгий .

Арина, нянька Любови Гордеевны – уч. 6 кл. Бутаева.

Гости, гостьи, прислуга, ряженые и прочие.

Действие происходит в уездном городе, в доме купца Торцова во время святок.

Начало спектакля в 7 час. вечера.

По окончании спектакля – танцы».

Внизу рукописного экземпляра образца программки стоит виза: «Печатать разрешается, Богородский уездный начальник, декабря 3 дня 1913 года, № 517, Печать. Подпись». Без этой, установленной законом формы разрешения, программку нельзя было распечатывать в типографии достаточным для распространения тиражом. Все печатные заказы обычно выполнялись в местной типографии братьев Бутаевых, здание и назначение которой сохраняется и по сей день на бывшей Царской улице (ныне Кирова).

Типография братьев Бутаевых, здание и назначение которой сохраняется и по сей день на бывшей Царской улице (ныне Кирова).

Из исполнителей ролей спектакля 1913 года обращает на себя внимание реалист четвертого класса Георгий Воскресенский (роль Егорушки). Он оказался единственным из исполнителей, чья фотография сохранилась на общем снимке выпускников реального училища в 1917 году. Все остальные исполнители были старше, и поэтому покинули стены училища раньше, оставив по себе память, как о школьных артистах, только в театральной программке. Их фотографии нам пока неизвестны, хотя существует отличная от нуля вероятность, что в каких-то семейных архивах хранятся их снимки, и мы когда-нибудь с ними познакомимся.

А пока из всех участников школьного спектакля 1913 года мы располагаем фотографией только Георгия Воскресенского, которую и публикуем (снимок 1917 г.).

 

Как известно, подобные характерные фамилии (Троицкий, Вознесенский, Успенский и т.п.) обычно принадлежали людям духовного звания, семьям потомственных церковнослужителей. Не был исключением и Георгий, ибо являлся сыном известного и весьма популярного в Павловском Посаде священника Воскресенского и Никольского (на вокзале) храмов о.Александра Воскресенского, который, кстати, в то время преподавал Закон Божий в Реальном училище (и, как мы могли убедиться выше, регулярно выступал с беседами перед членами литературно-художественного кружка в канун больших православных праздников). У о. Александра и его жены Екатерины Вениаминовны было две дочери и четыре сына, из которых старшим был Георгий (род. 6 сент. 1900 г.), названный, видимо, в честь деда, как и младший его брат Вениамин, принятый в училище в 1913 году. По нашим данным, в 1919 году Георгий Воскресенский обучался в Высшем техническом училище, т.е. выбрал негуманитарное направление, хотя в реальном училище, особенно с 4 по 7 класс, был одним из самых активных участников театрального кружка. Впрочем, там ему на смену пришли младшие братья, что видно из других программок ученических представлений.

***

Изучая архивные документы можно сделать совершенно определенный вывод, что школьные спектакли всегда готовились серьезно и тщательно – возможно, еще и по той понятной причине (явствует из тех же документов), что на премьеру приглашались все «отцы» и почетные граждане посада, дети и внуки которых зачастую учились в этом заведении, а то и были участниками даваемых представлений. От именитых и состоятельных зрителей в значительной степени зависели и сборы со спектаклей (от продажи билетов и пожертвований), которые порой были весьма солидными.

Заблаговременно продумывались все организационные вопросы, включая, казалось бы, самые незначительные. Учитывались все мелочи, от которых порой зависел благополучный исход и успех всего мероприятия. Помимо репетиционной подготовки самих школьных артистов, необходимо было подготовить сцену, декорации, костюмы, бутафорию, грим, музыку, свет, посадочные места и т.д. Необходимо было напечатать и распространить афиши, билеты и программки. Поскольку после представления, как правило, устраивались танцы и игры, необходимо было заказать оркестр, организовать для многочисленной публики работу буфетов, раздевалки, туалетов.

Для руководства всем подготовительным процессом и учета приходно-расходных финансовых операций назначался опытный человек, называемый распорядителем представления. Обычно это ответственное дело поручалось преподавательнице Женской гимназии Александре Васильевне Хрустачевой, которая на протяжении многих лет безупречно добросовестно справлялась с обязанностями распорядительницы спектаклей.

В обнаруженном автором в ЦИАМе отчете об одном только спектакле в Реальном училище (за 8 декабря 1913 г.) было подшито несколько десятков отчетных («оправдательных») документов. По ним можно судить об объемах и пунктах проведенных подготовительных к спектаклю работ, затрат и выручки. Главным из этих документов (и весьма информативным для нас) является традиционный и обязательный итоговый финансовый отчет заведующего Реальным училищем (а с 1915 г. директора) Георгия Александровича Смирнова местному полицейскому надзирателю. Приведем этот замечательный документ полностью:

«От Заведующего частным реальным училищем с правами для учащихся Павлово-Посадского Общества распространения образования.

Января 10 дня 1914 г.

Г-ну Полицейскому Надзирателю Павловского Посада.

Имею честь препроводить вам нижеследующий отчет об ученическом спектакле 8 декабря 1913 г. в пользу недостаточных учащихся Павлово-Посадской Женской гимназии и Реального училища, с приложением оправдательных документов и 2 книжек билетов.

I . Выручено от спектакля.

От продажи билетов:

16 билетов 1 ряда – 32 руб.

18 билетов 2 ряда – 31 руб. 50 коп.

40 билетов 3 и 4 рядов – 60 руб.

80 бил. 5 - 8 рядов – 100 руб.

80 бил. 9-12 рядов – 80 руб.

40 бил. 13, 14, рядов – 30 руб.

40 бил. 15, 16 рядов – 20 руб.

4 входных билета – 2 руб.

Итого – 355 руб. 50 коп.

Пожертвовано сверх платы за билеты – 58 руб. 33 коп.

Пожертвовано учениками Реального училища – 11 руб. 40 коп.

Пожертвовано ученицами Женской гимназии – 21 руб. 30 коп.

Выручено за программы – 87 руб. 98 коп.

Выручено от чайного буфета – 96 руб. 40 коп.

Всего выручено – 630 руб. 83 коп.

II . Израсходовано:

Пылкову за малярные работы – 8 руб. 65 коп.

Бодину за материал для декораций – 13 руб. 20 коп.

Шарову за картон – 1 руб. 50 коп.

Коженкову за плотничные работы – 18 руб.

Павлову за марлю – 56 коп.

Коковым за муку для клея – 49 коп.

Всего по устройству сцены и декораций – 42 руб. 40 коп.

Коковым за керосин, спички и свечи – 2 руб. 20 коп.

Прокат костюмов – 2 руб. 50 коп.

Поездка за ними в Москву – 1 руб. 93 коп.

Парикмахеру – 15 руб.

Авторский сбор – 3 руб.

Печатание билетов – 1 руб. 40 коп.

Поездка в Богородск за разрешением – 60 коп.

Музыка для танцев – 20 руб.

Прислуга для дамской уборной – 1 руб.

Купцову за сетки для ламп – 70 коп.

Спирт для ламп – 2 руб. 19 коп.

Бумага для программ 1 руб.

Материал для грима – 67 коп.

На чай возчикам стульев – 70 коп.

Разговоры по телефону с Москвой (парикмахер и костюмерная) и с Богородском (Полицейское управление) – 1 руб.

Благотворительный сбор – 22 руб. 28 коп.

Всего израсходовано – 118 руб. 57 коп.

Чистый доход от спектакля – 512 руб. 26 коп.

Баланс – 630 руб. 83 коп.

Доход разделен пополам для обоих вышеупомянутых учебных заведений. Во взносе этих денег при сем прилагаются квитанции. Оправдательные документы и книжки прошу вернуть по миновании надобности для проверки ревизионной комиссией.

Заведующий училищем – Г. Смирнов».

У современного неискушенного в исторических нюансах (сравнительный масштаб цен 1913 года) читателя может возникнуть естественный вопрос – велика ли по тем временам была общая сумма выручки от школьного спектакля – 512 руб. 26 коп? Для сравнения и примера (а также для удовлетворения нашей естественной любознательности в плане ознакомления с экономическими условиями жизни предков) приведем ряд цен и расценок того времени.

Итак, в 1913 году средняя месячная зарплата местных фабричных рабочих составляла около 20 руб., мастер-рисовальщик на фабрике Лабзина мог получать 30 руб. и больше. За 300-500 руб. можно было купить вполне приличный деревянный дом, а двухэтажный каменный за 3-5 тыс. руб., крупные особняки стоили по 10-15 тыс. рублей. Жалованье врача составляло 40 руб. в месяц, учителя – 400-500 руб. в год, жалованье начальницы гимназии в 1913 г. – 720 руб. Вообще, годовое жалованье в 300 руб. считалось в посаде уже приличным. Плата за обучение в начальных классах павловской женской гимназии составляла 5 руб., а в средних и старших – 10-15 руб. в год для местных девочек (поэтому там учились в основном дети состоятельных обывателей). Корова стоила 15 руб., английский костюм 6 руб., ботинки или простые сапоги – 5 руб., яловые – 7 руб., парусиновые брюки или рубашка – 1 руб., книги – от нескольких копеек до нескольких рублей, годовая подписка на журнал с приложениями – 3-5 руб., швейная машина "Зингер" – 60 руб., импортный автомобиль – от 2 тыс. руб.

Цены на продукты за 1 кг (плюс-минус 10%): мука ржаная 6 коп., пшеничная – 12 коп., хлеб ржаной – 7 коп., пшеничный – 12 коп., пшено – 10 коп., гречневая крупа – 18 коп., перловая – 13 коп., рис – 20 коп., горох – 10 коп., картофель, свекла – 2 коп., говядина – 40 коп., свинина – 35 коп., баранина – ок. 30 коп., масло сливочное – 1 руб. 30 коп., сельдь – 25 коп., рыба свежая – 50-60 коп., сахар-рафинад – 30-35 коп., соль – 2 коп., творог – 20 коп., 1 литр молока 7-10 коп. 1 дес. яиц – 20-30 коп., 1 л. масла растительного 35 коп., сметаны – 40 коп., бутылка водки – 30 коп., коньяк – 1 р. 50 коп. 1 метр ситца – 18 коп., 1 метр полотна – 46 коп., 1 м. сукна – 3 руб. 20 коп., 1 коробок спичек – 1 коп., 1 кг мыла – 25 коп; 1 газета 3-5 коп., 1 билет в кино – от 18 коп., 1 поездка в трамвае (где он был) 5 коп., на извозчике по городу – 3-5 коп., квартплата за 1 кв. м. – 17 коп.

Приведенные выше примеры дают нам общее представление об уровне цен 1913 года. Применительно же к нашему случаю, по отчету о школьном спектакле, можно еще более конкретизировать местную стоимость некоторых товаров и услуг, которыми воспользовались устроители представления. В этом отношении весьма наглядны и иллюстративны сохранившиеся расписки и счета за товары, услуги и выполненные работы. Приведем несколько примеров.

Вот – на печатном «фирменном» бланке: «Счет от 10 декабря 1913 г. В Реальное училище Общества распространения образования Павловского Посада от Василия Семеновича Пылкова с С-м (подрядчика кровельных, малярных и стекольных работ). Что сделано:

Обтянуты серпянкою (легкая бумажная ткань очень редкого плетения – В.С. ) щиты для сцены: 3 штуки новых с обеих сторон и 5 старых с одной стороны, из них другая сторона обтянута холстом, каковой исправлен, где был оборван – 3 руб. 50 коп. Оклеены бумагою щиты – 2 руб. 00 коп. Окрашены щиты за один раз – 1 руб. 65 коп. Ремонтированы щиты после постановки их на сцену и окрашен карниз на сцене, обтянуты рамы марлей, окрашены рамы и наличники – 1 руб. 50 коп. Итого 8 руб. 65 коп.

За Василия Семеновича Пылкова по сему счету получил деньги сполна его сын Дмитрий Пылков, 12 дек. 1913 г.» (Заметим, что сыном последнего был известный в Павловском Посаде (во второй половине минувшего века) редактор городского радиовещания уважаемый Александр Дмитриевич Пылков (1911-2000).

А вот – «Счет из магазина Константина Алексеевича Масляникова (бывший Надежды Федоровны Кулаковой).

Отпущено (продано): 88 листов бумаги для цветов – 2 руб. 20 коп. 10 листов гофриной бумаги – 2 руб. 00 коп. 6 листов золотой бумаги – 0 руб. 30 коп. Зеленой проволоки – 2 руб. 45 коп. Слоновой бумаги – 0 руб. 40 коп. (это односторонняя лощеная, тисненая или глянцевая бумага для художественных работ – В.С .) Всего 7 руб. 35 коп. 8 декабря 1913 г.»

Сохранился еще один счет из лавочки Масляникова, который, помимо стоимости товаров, очень хорошо иллюстрирует рекламную роль фирменного бланка магазина. Заметим, что подобные «фирменные» бланки счетов и прейскуранты, напечатанные в местной типографии Бутаевых, были почти у всех павловских торговцев. Полагаем, этот пример особенно будет любопытен для нынешних предпринимателей посада. Итак, в деталях:

«Шапка» бланка: «Павловский Посад, декабря 8 дня 1913 г.

Счет (от) Константина Алексеевича Масляникова .

Вверху слева – в вертикальной рамочке уведомление-рекламка – столбиком и разными шрифтами: «Ренсковый погреб русских и иностранных виноградных вин, ликеры, коньяк, ром и проч. водочные изделия, пиво и фруктовые воды. Агентство страхования от огня и страхование выигрышных билетов».

Вверху справа – в такой же рамочке, разными шрифтами: «Аптекарский магазин: минеральные воды, хирургические инструменты, резиновые и перевязочные предметы, фармацевтические препараты. Писчебумажн., фотограф., велосипедн. и электрическ. принадл. Велосипеды. Состав для истребления насекомых и пр.»

По левому краю бланка – одной мелкой вертикальной строчкой: «Торговля производится с 7 ч. утра до 7 веч., в праздничные дни – с 11 ч. до 4 ч. веч.»

Посредине – печатная форма: «Госпо… Месяц, число, количество. Продано и отпущено Вам… Вес (пуд, фунт)… Цена (руб. к.)… Сумма (руб. коп.)…

В данную форму столбцом вписан отпущенный товар, а именно: «16 бутылок ситро по 10 коп – 1 р. 60 к. 2 фруктовой по 13 коп. – 26 коп. 6 фруктовой по 30 коп. – 1 р. 80 к. 4 сельт. и содовой – 32 коп. (сельтерская – минеральная вода – В.С .). 1 нарзану – 17 коп. 12 лимонной – 1 р. 20 коп. 100 салфеток – 60 коп. Итого 5 р. 95 к.»

Ниже: «По сему счету деньги получил сполна К.Масляников». К счету приклеена гербовая проштемпелеванная марка в 5 коп.

В архиве автора хранится образец фирменного бланка магазина Алексея Никаноровича Купцова, идентичный тому, который подшит к отчету о спектакле (см. выше: оплата за три сетки для ламп – 70 коп.). Публикуем этот довольно скромный бланк в качестве примера и иллюстрации к вышесказанному (сам счет заполнялся на обратной стороне). Обращает на себя внимание маленькая деталь, что Купцов напечатал бланки почему-то не в местной типографии, а в московской («Тип. Алмазовой, Москва»).

Практически на всех отчетных документах о спектакле стоят печати, штемпели и грифы учреждений, заведений и магазинов, имевших отношение к мероприятию. Вот, например, под грифом Женской гимназии – расписка о получении половины доли дохода от общей выручки (такая же сумма с распиской заведующего осталась в реальном училище):

«Из сбора спектакля 8 декабря 1913 г. получено в пользу недостаточных учениц Павлово-Посадской Женской гимназии двести пятьдесят шесть (256) рублей 13 коп. 28 декабря 1913 года. Начальница гимназии Ек. Кроткова». Сумма для одного раза достаточно солидная. Примечательно, что 54 рубля в общем доходе составляла сумма, полученная от продажи ученических работ (рукоделий).

Теперь – о стоимости билетов, которые, надо сказать, были не слишком дешевыми: от 50 коп. до 2-х руб. (в зависимости от ряда). Лучшие (почетные) зрительские места в первых рядах предназначались для известных персон. Предполагалось, что, будучи состоятельными гражданами посада, «вип-персоны» могут не просто раскошелиться на дорогой билет, а еще и пожертвовать устроителям спектакля сверх установленной цены некую дополнительную сумму – на благотворительные цели, а именно «в пользу недостаточных учащихся». В нашем спектакле, как мы видели выше, эта дополнительная благотворительная сумма составила свыше 50 рублей. Только этих денег хватило бы на годовую оплату десяти учениц начальных классов женской гимназии.

Вместо двух рублей зрители первых рядов часто платили за билеты по пять. Любопытно узнать – кому же были проданы билеты в первые ряды на наш спектакль 8 декабря 1913 года? Это известно благодаря подробным учетным записям. В первом ряду, как и следовало ожидать, оказались самые известные и важные павловские персоналии (большинство из которых к тому же были членами Попечительных советов училища и гимназии): Ф.Г.Краснов (Почетный попечитель РУ, купец и фабрикант – 2 билета), Т.М.Ключенкова (купчиха, крупная домовладелица, попечительница), Н.С.Кобылин (зав. фабричной больницей и врач гимназии – 2 бил.), М.Д.Папаянов (председатель Педсовета гимназии), В.В.Болдин (председатель Попечит. совета гимназии,), А.Н.Андреев и М.Н.Андреев (потомств. почетные граждане), О.Я.Лабзина (совладелица Т-ва мануфактур Я.Лабзина и В.Грязнова, попечительница – 2 бил.), В.Н.Грязнов (крупный фабрикант), В.А.Щепетильников (купец, фабрикант, попечитель гор. больницы – 2 бил.), Мойкины (фабриканты).

 

Зрители школьного спектакля 8 декабря 1913 года:

Супруги Красновы: Федор Григорьевич и Клавдия Федоровна,

Супруги Красновы: Федор Григорьевич и Клавдия Федоровна,

(из семейного архива Якушиной А.Л.)

 

Щепетильниковы: Василий Андреевич и Мария Сидоровна

Щепетильниковы: Василий Андреевич и Мария Сидоровна

На снимке: супруги Пелёвины: Павел Федорович и Таисия Евстропиевна (Из семейного архива Яшиных)

На снимке: супруги Пелёвины: Павел Федорович и Таисия Евстропиевна (Из семейного архива Яшиных)

 

Во втором ряду сидели: А.Е. и Ф.И. Соколиковы (фабриканты), Д.Г.Куделин (фабрикант), И.Я.Кулаков (городской староста), П.М.Вахмистров (директор ткацкой ф-ки Русско-Франц. Анонимного Общества), Елагины (фабриканты). Третий ряд занимали также фабриканты, купцы, торговцы, трактирщики: Абрамовы, Кудины, Шевелкины, Фантовы, В.С. Воеводин, И.В. Анохин, А.Н.Лапшин (бухгалтер Т-ва мануфактур Я.Лабзина и В. Грязнова). Среди них оказался и преподаватель реального училища Н.Н.Виноградов, и городской врач П.Ф. Пелевин.

Примерно такая же публика занимала и 4 ряд: И.Г.Куделин (фабрикант), Заглодины (фабриканты), В.И.Коков (крупный торговец), Керины (торговцы), Ширины (заводчики и торговцы), Голубковы (служащие телеграфа), А.П.Быстров (член правления пожарного общества), С.Н.Георгиевский (надворный советник, инспектор Уездного податного присутствия, чл. Попеч. совета РУ), К.И.Постников (служащий на «французской» фабрике), В.И.Глинков (торговец), И.И.Звонилкин (зав. фабрикой).

 

Помощник начальника почтово-телеграфной конторы коллежский асессор Голубков Петр Александрович пришел на спектакль с супругой Ольгой Алексеевной и детьми – реалистом Алешей и гимназисткой Капитолиной.

 

Помощник начальника почтово-телеграфной конторы коллежский асессор Голубков Петр Александрович пришел на спектакль с супругой Ольгой Алексеевной и детьми – реалистом Алешей и гимназисткой Капитолиной.

Весьма уважаемый в посаде инспектор Павловского 4-кл. мужского училища, надворный советник Матвей Петрович Смирнов также сидел в 4 ряду среди промышленников и торговцев. Впрочем, были здесь и чиновники средней руки.

Директор училища  Г.А.Смирнов

В основном же мелкие чиновники, служащие и учителя сидели, как правило, в пятом ряду и дальше. Вот фамилии зрителей 5 и 6 ряда: Н.И.Добролюбов, А.А.Павлова, В.Ф.Баранов, К.К.Попов (надворный советник, лесничий Павловского Посада), С.В.Певницкий (инженер), Мухин, Демидов, Кружков, Ансеров, Хазов, Новиков, Ключарев и др.

Известный в городе инженер-путеец Сергей Викторович Певницкий (организатор постройки при вокзале церкви и школы) приобрел сразу 5 билетов, видимо, для коллег-сослуживцев с местной железнодорожной станции «Павлово». Начальница гимназии Екатерина Петровна Кроткова и зав. реальным училищем статский советник Георгий Александрович Смирнов обычно занимали места среди коллег в 5 ряду. Так выдерживалась этика и субординация…

Последние ряды (а всего их было 16) занимала самая многочисленная категория зрителей, т.е. сами ученики – реалисты и гимназистки, которые заплатили за билеты по 50 коп. Эта публика получала удовольствие не только от спектакля, но и после него, оставаясь на танцы с аттракционами и играми. Старшеклассниками и выпускниками эта часть вечера была всегда ожидаема с понятным волнением и трепетом. Ведь многим молодым людям было уже шестнадцать, а то и семнадцать лет… (А в 1915 году отдельным выпускникам – 1895-96 г.р. – было даже под двадцать).

Для танцев и музыкальных номеров в антрактах за 20 рублей (а в 1916 г. уже за 80 руб.) нанимался оркестр. Как видно из счетов, для танцев и игр (чаще всего в фанты) заранее (частью в Московском «Универсальном Базаре» на Лубянке) закупались мелкие призы, «пробные духи и вещицы», серпантин, бубенчики, котильонные значки, ордена, открытки, секретки. Все тонкости использования этих «бальных аксессуаров» были предметом тайной гордости у наиболее искушенных и понимающих в этом толк старших гимназисток. Да и то сказать, для будущих невест знание бальных правил и формул очарования куда важнее и привлекательнее алгебраических формул или тригонометрии. Для чего же использовались, к примеру, так называемые котильонные значки?

***

В первые десятилетия XX в., как и в конце XIX -го, на балах танцевали вальс, мазурку, польку кадриль, а также старинного французского происхождения, но весьма популярный – котильон , который в игровой форме объединял в себе все вышеназванные и некоторые другие танцы. Игровой момент состоял в том, что все участники котильона повторяли вослед за первой парой фигуры из разных танцев. Разнообразие и порядок задаваемых па и фигур, а также общая веселость и оживленность танца, зависели исключительно от фантазии ведущей пары (кавалером в ней обычно был распорядитель бала), которая придумывала движения практически под любую музыку. Котильон как танец, завершающий бал, мог длиться и час, и два. Вспомним пушкинские строки из "Евгения Онегина":

«...И бесконечный котильон
Ее томил, как тяжкий сон.
Но кончен он. Идут за ужин...»

Вторым игровым и привлекательным моментом в котильоне был выбор партнера. Интересные детали и подробности этого узнаем из энциклопедии танцев. К примеру, ведущие совершали по залу тур вальса, после чего кавалер оставлял даму в центре зала, выбирал среди танцоров еще двух кавалеров, вместе с которыми составлял круг возле дамы. Дама должна была выбрать из них партнера для следующей фигуры, а остальные танцующие пары друг за другом проделывали то же самое. Часто такой выбор происходил в игровой форме.

    Танцующие могли прятаться за ширмами, выставляя выбирающему только руку или даже один палец, либо подбрасывали вверх платки: поймавший его становился партнером. Иногда дамам и кавалерам раздавались карты, и пары составляли те, у кого совпадали масти. Порой несколько кавалеров или дам брали себе имена цветов, месяцев, человеческих качеств (гордость, нежность, веселость и т.п.), и выбирающий наугад называл качество, цветок или месяц. Придумывались всевозможные нагрудные котильонные ордена и значки (два одинаковых составляли пару), а также специальные игрушки-сюрпризы. Например, на большое картонное сердце прикреплялось множество (по числу танцующих пар) маленьких сердечек. Если проколоть такое сердечко, оно раскрывалось, и в нем обнаруживались изображение цветка, эмблема или какое-либо слово. Карточки с изображением подобных цветов, эмблем или слов заранее раздавались кавалерам. Стоило даме специальной стрелой пронзить сердечко, как она обретала пару по открывшемуся изображению. Всевозможные котильонные игрушки: разноцветные бумажные трубочки, ленточки, банты, букетики искусственных цветов, картонные ордена, рыбки (вроде елочных игрушек), шляпки, веера и многое другое (все, что помогало сделать котильон оживленнее) делалось в Европе в специальных мастерских.

Котильон предоставлял участникам танца возможности для проявления по отношению к выбираемому партнеру (партнерше) желанных знаков внимания, что могло являться полускрытым элементом ухаживания... Поэтому некоторые и являлись на бал только за тем, чтобы поучаствовать в котильоне.

 

Теперь нам понятно назначение значков и прочих котильонных принадлежностей, закупленных гимназистками на 60 руб. 95 коп. (частью в местной лавке М.Д.Тенцовой, частью в столичном магазине «Торгово-промышленного Т-ва Мюр и Мерилиз» на Петровке (4 ордена по 46 коп. и др.), а также в «Универсальном Базаре» и в парфюмерном магазине «О-бонер-де-дам-парфюм» в Лубянском пассаже).

Москва начала ХХ в. Справа – здание «Лубянского пассажа». В 1957 г. на его месте построен «Детский мир».

Москва начала ХХ в. Справа – здание «Лубянского пассажа».

В 1957 г. на его месте построен «Детский мир».

Вообще, ученицы гимназии (как более старого учебного заведения) по активности не уступали реалистам в организации разнообразных интересных вечеров, концертов и театральных постановок. В ЦИАМе сохранилось «Дело Павловской Женской Гимназии. Материалы по устройству школьных развлечений в гимназии», где представлены программы гимназических литературных вечеров и отчеты по школьным спектаклям.

Интересно отметить, что Ёлки и праздничные танцевальные вечера разрешалось (Попечителем Московского Учебного Округа) проводить в гимназии не раньше 8 января, т.е. только после встречи Рождества.

Гимназистки с удовольствием играли популярную и по сей день в театрах страны веселую музыкальную любовную комедию Джерома К. Джерома «Мисс Гоббс». Сохранилась программка от этой постановки, из которой видно, что даже все мужские роли исполняли сами гимназистки. Например, в реальном училище мальчики не отваживались в солидных пьесах играть представительниц противоположного пола. Приведем здесь текст сохранившейся программки, чтобы узнать имена девушек, отличавшихся драматическими способностями (орфография подлинника сохранена, имена гимназисток и их классы, восстановленные нами по «Словарю фамилий до 1917 г.», даны курсивом):

«Программа спектакля 17 февраля 1913 года.

«Мисс Гоббс» Комедия в 4 действиях.

Джером К. Джером. Перевод Л.А.Гельмерсен.

Действующие лица:

Вольф Кингсерл – Нина Исаева, 8 кл.

Персиваль Кингсерл – Клавдия Гришина, 8 кл .

Бесси, жена Персиваля – Мария Нефедова, 8 кл .

Жорж Джессоп – В.Пантелеева, 7 кл.

Мисс Миллицент Фэрей – Параскева Болдина, 7 кл.

Мисс Сусанна Эббей, тетка Бесси, – Ольга Шевелкина, 8 кл.

Мисс Генриетта Гоббс – Ольга Валлер, 7 кл.

Капитан Сэндс – М.Пантелеева, 7 кл.

Чарлс, лакей – Екатерина Головина, 6 кл.

Горничная – Татьяна Горелова, 7 кл.

Действие происходит в Нью-Хэвне близ Нью-Йорка. 1 и 4 действия – в доме Персиваля Кингсерл, 2-е у Мисс Гоббс, 3-е в каюте яхты, стоящей на якоре».

Отчеты о гимназических вечерах показывают, что на февраль 1913 года их пришлось особенно много. Видимо, это было связано с подготовкой и празднованием 300-летия Дома Романовых, которое широко отмечалось по всей России (21 февраля).

Об обеспечении надлежащего порядка на гимназических мероприятиях самими учащимися свидетельствует подшитая к отчету «Программа распорядителей на вечер в женской гимназии 19 февраля 1913 г.». Вот ее пункты: «Контролеры: Ширин – Болдина, Глинков – Семенова, Алексеев – Колонина, контроль должен производиться до 10 ч. вечера. Правая половина билета отрывается, левая с № возвращается. Заведывание вентиляцией: Алексеев Колонина, Шевелкин – Карташева. Заведывание указанием мест: Викулов – Бородинская, Россельс – Горелова. Наблюдение за тишиной: Анохин – Головина, Шевелкин – Горелова. Помощь в буфете: Самбуров – Зыкова. Наблюдение порядка в зале во время танцев (увеличение круга для танцующих, распределение стульев и пр.): Ансеров, Кудин, Маслянникова. Помощь на сцене (в распоряжении заведующих постановкой): Тихонов, Маркелов, Васильева».

Судя по отчетам количество развлекательных мероприятий в военное время сократилось, но они все равно проводились. Сохранился отчет о спектакле, устроенном 10 января 1916 года кружком любителей драматического искусства в пользу недостаточных учеников Павлово-Посадского Реального училища. Название спектакля в отчетных документах, к сожалению, не зафиксировано, но есть часть напечатанной программки с именами учеников-исполнителей ролей. Как всегда, указаны только фамилии. Некоторые восстановленные по «Словарю» имена или инициалы мы даем курсивом. Вот этот список:

« Действующие лица.

Коркин Парфен Семенович, богатый вотчинник – ученик 7 кл. Павел Проханов

Василий, сын его, молодой сокольник – уч. 6 кл. Анатолий Строкин

Бородавка Иван Силыч, небогатый помещик, сосед Коркина – уч. 7 кл. Николай Юрьев

Савушка, однодворец – ученик 7 кл. Петр Виноградов

Абрам, двоюрный брат Савушки – уч. 6 кл. Павел Самбуров

Живуля, подъячий – уч. 7 кл. Григорий Туранов

Петрушка – уч. 6 кл. Михаил Ансеров

Пелепелихин сынишка – уч. 1 кл. Сергей Воскресенский

Коркина дворецкий, слуги, гости, мужики – ученики и ученицы 5-7 классов.

Дарьица – жена Ивана Силыча – уч. 8 кл. Мария Семенова

Марьица – дочь Бородавки – 8 кл Екатерина Головина

Глаша, подруга Марьицы – 8 кл. Зинаида Бородинская

Пелепелиха, ключница Коркина – уч. 7 кл Бутаева

Дунька, сенная девушка Коркина – уч. 7 кл Клавдия Кружкова

Между 3 и 4 действиями больше полугода.

Цена билетов от 3 руб. и до 50 коп.

Печатать разрешается, тип. М.С. Бутаева в Павловском Посаде »

Из всех участников спектакля 10 января 1916 г. в нашем архиве имеется фото лишь исполнителя роли Петрушки – Михаила Ансерова (1897 г.р.), сына священника Иоанна Михайловича Ансерова, препода-вавшего Закон Божий в этом же Реальном училище, а также в 3-клас-сной церковно-приходской школе.

На выпускной фотографии 1917 года Михаилу Ансерову более 19 лет.

С началом войны цены на товары и услуги постоянно росли. Например, оплата оркестра для школьного представления увеличилась в четыре раза, о чем свидетельствует следующая расписка: «Я, нижеподписавшийся, получил от распорядительницы спектакля 10 января 1916 года в помещении Павлово-Посадского Реального училища Александры Васильевны Хрустачевой за исполнение оркестром музыкальных номеров в антрактах и танцах – восемьдесят рублей (80 руб.). 19 января 1916 г. В.Савинов».

***

Спектакли «в пользу недостаточных учеников реального училища» устраивались не только самими учащимися, но и заезжими артистами. Например, 15 августа 1916 года такой спектакль был показан «Богородским кружком любителей драматического искусства». В сохранившимся отчете название пьесы и имена исполнителей не указаны, но осталась достаточно подробная роспись расходных и приходных сумм по пунктам. Из этой росписи мы узнаем цену билетов, а также расценки работ и услуг, связанных с постановкой спектакля (что само по себе уже важно для сравнительного ознакомления с материальными условиями того времени). Приведем несколько пунктов и статей расхода:

«Уплачено по счетам: авторского сбора – 6 р. 50 к.; за провоз декораций из Богородска – 30 р.; суфлирование спектакля – 15 р.; парики и грим – 30 р.; проезд артистов-любителей 15 чел. – 30 р.; прокат костюмов – 20 р.; афиши, билеты, программы – 25 р.; прокат декораций – 25 р.; постановка декораций – 26 р.; игра на рояле – 8 р.; уплачено рабочим на спектакле – 23 р.; сборка и разборка сцены – 25 р.; уплачено за марки Ведомства Императрицы Марии – 108 р. 90 к. (обязательный благотворительный сбор, эти т.н. «зрелищные марки» наклеивались на билеты в синематограф, цирк, театр и погашались при надрыве билета – В.С .). Итого: 292 р. 25 к.».

Приход от продажи билетов составил 489 р., а от программок и открыток – 82 р. 20 к. Общая выручка составила 571 р. 20 к. Цена билетов была от 5 р. (в первом ряду) до 50 копеек в трех последних рядах (а всего их было 17). За вычетом статей расхода «сдано под расписку Директора Павлово-Посадского Реального училища 170 р. 05 к.» – такова была сумма, полученная «в пользу недостаточных учеников». Надо полагать, что удовольствие, полученное юными зрителями от хорошего спектакля, превышало его материальную пользу. Подлинное искусство всегда привлекало молодые романтические души, оказывая на них благотворное влияние…

 

Завершая наш рассказ о дореволюционных школьных театральных кружках и постановках в главных учебных заведениях Павловского Посада, мы можем сказать, что лишь приоткрыли эту малоизвестную, но интересную тему. И предпосылкой к этому явились несколько чудом сохранившихся тетрадных листочков со списками членов литературно-художественного кружка реального училища. Кто знает, сколько еще подобных пока безвестных документов затеряно в старых сараях, забытых бабушкиных сундуках и на пыльных чердаках старинных павловских домов, приговоренных к огненной казни… Надеемся, что юные (и не очень) краеведы, осознав историческую ценность всех документальных свидетельств прошлых времен, еще смогут спасти и постараются «оживить и озвучить» драгоценные странички памяти о наших полузабытых предках и предшественниках, передавших нам эстафету жизни.

 

Послесловие. После революции Реальное училище было переименовано в школу второй ступени им. А.В.Луначарского, а затем в среднюю школу №1. Но независимо от названия учебного заведения, здесь всегда продолжалась традиция организации школьных театральных кружков, в которых увлеченно занимались и развивались юные дарования, многие из которых затем сохраняли любовь к театральному искусству на всю жизнь подобно автору этих строк.

А некоторые наиболее талантливые и преданные Мельпомене выпускники этой школы стали впоследствии профессиональными актерами, известными не только в родном городе, но и на всю страну. Среди них создатель Народного театра в Павловском Посаде Заслуженный деятель искусств РСФСР Михаил Михайлович Тадэ, Народный артист СССР Вячеслав Васильевич Тихонов, Народный артист Грузинской ССР Иван Николаевич Русинов, память о котором увековечена мемориальной доской и книгой воспоминаний.

Школа всегда будет гордиться именами своих выпускников, которые принесли славу российскому искусству. Будем надеяться, что со временем таких имен будет еще больше.

 

 
При использовании материалов сайта ссылка категорически приветствуется.
© Богородск-Ногинск. Богородское краеведение. 2004-2019
Политика конфиденциальности
Яндекс цитирования Check PageRank