www.bogorodsk-noginsk.ru

Богородск-Ногинск. Богородское краеведение / Богородский атлас

Богородск-Ногинск. Богородское краеведение

Богородск-Ногинск. Богородское краеведение

К вопросу о названиях Коровицино и Стромынь

В.В. Щёголев

Происхождение названия села Коровицыно и Стромынского Успенского монастыря интересовало многих исследователей. Все варианты перечислять не будем, а предложим своё видение этой проблемы.

Обратим внимание на наиболее древние упоминания этих топонимов.

В писцовой книге 1585-86 гг. читаем:

«У с п е н ь я П р е ч и с т ы е Стромынского монастыря: с. Коровьицыно, а в нем церковь Никола чюдотоворец, а в селе дв. попов, да 10 дв. служних, а живут в них монастырские слуги, и крестьянские дворы, а в нем пашни паханые сер. земли 41 четв., да пер. 43 четьи в поле, а в дву потомуж, сена 100 коп., лесу рощи бору 10 дес. (Н.В. Калачов. Писцовые книги XVI века. С-Пб., 1872, т.1., с.264).

 

В материалах Генерального межевания так:

«Коровицыно, село Московского уезда, Шеренского Отъезжего стана, владение Коллегии экономии, ранее Святотроицкой Сергиевой лавры приписного Стромынского монастыря, межевал 4 октября 1768 г. Нагель. Пашня 848 д 982 с, лес и мелкая поросль 5917 д 157 с, сенной покос 304 д 1510 с, селение 34 д 972 с, по болоту мелкий лес 122 д 1965 с, пруд 4 д 1360 с, всего 7234 д 1311 с, душ в селе 189, в дер. Ботовой 82, деревне Щековцевой 55 (Кусов. 2004).

 

Обратимся к мнению специалистов:

«Название села представляет собой обычное для русской топонимии того времени притяжательное образование от антропонима Коровицын (Поспелов Е.М. Топонимический словарь Московской области. М., 2000)

 

Мы присоединяемся к данному определению названия села. Коровицын был либо первым владельцем поселения, или крупным, если их было несколько. Известно, что около 80% названий сел и деревень означают принадлежность поселения или земли (пустоши) и образованы от имён, прозвищ и фамилий владельцев.

Фамилия Коровицын довольно редкая. В XV-XVI веках известен Коровицын из новгородского духовенства. На присутствие здесь новгородцев указывают находки новгородских печатей в соседнем Могутовском городище. К такому выводу приходит Чернов С.З. «Могутовский сфрагистический комплекс, в котором преобладают печати Мстислава Великого и Всеволода Мстиславича, со всей остротой ставит проблему новгородского политического присутствия в районе Шерны в период правления Мстислава Великого (1088–1117), Всеволода Мстиславича (в 1126–1136 г.) и Святослава Ростиславича (1158–1167), а возможно, и прямой принадлежности Шерны Новгороду в тот или иной период в пределах этого времени (полностью или на правах совладения)» (С.З. Чернов. Сфрагистический комплекс из Могутова и его значение для изучения предыстории Московской земли в первой половине XII века. Первые опыты интерпретации // Древняя Русь. М., 2003. №2, 3).

Добавим к этому аргументу обычай празднования на девятую пятницу новгородского святого Варлаама Хутынского и др. (Глазунова О.Н. Цикл местночтимых пятничных праздников в округе Шерны //АП, вып.2, М., 2005).

Название Стромынь известно с конца XIV века.

«Того же лета (6887) 1379 г. повелением В.К. Дмитрия Ивановича преподобный игумен Сергий возда монастырь на реце на Дубенке на Стромыни, и постави в нём церковь Успения Пречистыя Богородицы, и игумена приведе из своего монастыря, от св. Троицы, именем Леонтия и священа бысть церковь декабря в 1 день, к иноки совокупи и монастырь устрои со всем. Обогати и удоволи князь Великий Дмитрий всеми потребами, во славу Христу Богу и Пречистой Богородицы, на спасение души своея» (Никон. летоп. ч. IV, стр. 83,84).

 

В Троицкой летописи под 1379 г. записано:

«Того же лета игумен Сергии, преподобныи старец, постави церковь во имя святыя Богородица, честнаго ея успениа, и украси ю иконами и книгами и манастырь устрои, и кельи възгради на реце на Дубенке, на Стромыне, и мнихи съвъкупи, и единаго презвитера изведе из болшаго манастыря от великиа Лавры, именем Леонтиа, сего и нарече и постави, и быти игуменом в том манастыри; а священа бысть та церкви тое же осени месяца декабря в 1 день, на память святаго пророка Наума. Сии же монастырь въздвиже Сергии повелением князя великаго Дмитрее Ивановичя».

 

Название Стромынь – ландшафтное, речное. Амвросий Орнатский автор труда «История российской иерархии» пишет:

«Стромынский упраздненный мужеский монастырь, находившийся в Московском уезде на речке Стромынке от Москвы к востоку в 50 верстах, на большой дороге к Юрьев Польскому городу, между дорог к Троицкой Сергиевой Лавре и Владимиру лежащих, построен в 1379 году по повелению Великого Кн. Димитрия Ивановича Пр. Сергием Радонежским…» ( Амвросий Орнатский. История российской иерархии. М., 1815. Часть VI. С.333).

Рисунки взяты из книги Поспелова Е.М. Названия Подмосковных городов, сёл и рек. М., 1999

То, что слово Стромынь гидроним (т.е. монастырь назван по реке, а не наоборот), указывает и написание на Стромыни. Так в писцовых книгах обычно писали: «да село Тарутино, что на реке на Наре», «Дер. Ботово на рчк. на Гвозденке», «Николая, что на Пружках, погост» (здесь опущено слово река, как теперь говорят «по умолчанию»).

Со временем название речки «Стромынь» сменилось на «Гвозденку» – так написано в писцовой книге XVI века. Случай не редкий. Например, приток Нары сначала назывался «Левоновка», затем сменился на «Болохрыстовка» – все по фамилиям владельцев, ныне называется «Белохвостка». Другой приток Нары жители правого берега называли «Любаха», а левого – «Люба».

Название Стромынь – балтское. Гидронимов с формантом – нь в бассейне Оки около девяти десятков. В ближайшей округе есть такие: Чекень, Пыхань – в верховьях Клязьмы, Богань и Молодень – приток р. Киржач.

Из Подмосковной балтской гидронимики можно привести такие примеры: Сетунь, Незнань, Прогнань, Каржень, Плеснь. Наконец, в бассейне реки Нарев, притока Вислы, где жили западно-балтские племена, есть приток Туроснь.

Рассмотрим карту гидронимики Подмосковья. Из до славянских названий рек выделяются два массива: балтский и финно-угорский (См. карту). Так, например, верховья бассейна Клязьмы реки с балтскими названиями: Уча, Воря, Шерна, Дубна, Дрезна. Ниже по течению – финно-угорские: Киржач, Пекша, Колокша, Нерль, Уводь, Теза, Лух.

Стромынский край находится на стыке этих массивов. Так бассейн р. Шерны, в нижнем течении в основном с балтскими названиями, а в верхнем с финноугорскими. Обратимся к справочнику по топонимике:

Шерн'а, р., лп Клязьмы. Название неясное. В качестве гипотетических параллелей указываются литов. Зегпирё, Sirnupis [Топоров, 1972, 257]. Эти гидронимы могут быть объяснены из литов. Sernas – "дикий кабан, вепрь" и sirnas – "злой" [Vanagas, 329, 333].

Возможно, для понимания названия следует учесть, что река в верхнем течении, до впадения в нее р. Молокчи, называется Серая. Оба названия (Серая, Шерна) могут иметь связь с литов. Sirmas – "серый, сивый", реализованную в одном случае путем адаптации исходного балтийского названия в Шерна, а в другом – путем калькирования в Серая (Поспелов Е.М. 2000. Топонимический словарь Московской области)

 

Интересно то, что название Серая является более ранним и находится в массиве финно-угорских гидронимов, а название Шерна – среди балтских наименований рек.

Финно-угорские притоки Шерны: Нюньга, Вондога, (-га формант неизвестного происхождения) Молокча, Махра, Пешурка.

Балтские притоки Шерны: Мелёжа, Пажа, Дубенка. Пажа – также пр. приток соседней реки Вори, название которой тоже балтское. Реки с формантом –жа встречаются в балтском окружении. Так в бассейне Протвы, где жило племя голядь, есть реки с таким формантом: Лужа, Аложа, Сурожа, Карижа.

Вопросы вызывает приток Мелёжи Ширенка. «В Писцовых книгах 1585 года указывается как Шеренка, которая в устье именовалась Малая Шеренка. Возможно, название произошло от названия соседней реки Шерны, намного большей, чем Шеренка, и, вероятно, при образовании имя реки получило уменьшительный суффикс, а буква «е» в названии была изменена на «и» в связи с народной этимологией».

Объективности ради, заметим, что в той же Писцовой книге есть и финно-угорская форма написания – Ширенга, но так называется река в Ростовском уезде в Савине стане. Можно обойтись и без народной этимологии?

Из притоков Дубенки известны: Хомутовка, Бродак, Лубянка, Гвозденка. Два последние – балтские.

 

Наконец, есть близкий аналог нашей Стромыни, это река Струмень – рукав реки Припяти, начинающийся от озера Нобель (в Пинском уезде Минской губернии), направляющийся сперва на СВ до слияния с протоком Простырнь (ниже дер. Хвойна), поворачивающий отсюда (со многими излучинами) прямо к С до г. Пинска.

Cтру?мень м. "ручей", укр. стру?мiнь, род. п. стру?меню, струмо?к, род. п. –мка?, словен. stru?men, род. п. strume??nа "поток, рукав реки", др.-чеш. strumen?, чеш. strumen, польск. Strumien? "ручей, поток", strumyk – то же, в.-луж. trum?en?, н.-луж. tšum?en?, полаб. sträumen.

Праслав. *strumy, род. п. –еnеродственно лит. диал. straumuo "поток, ручей", sriaume? – то же, лтш. stra?umе "течение", греч. ?ε?μα, род. п. –ατος ср. р. "поток. струя; течение", фрак. Στρυμ?ν, род. п. –?νος, др.-ирл. sru?aim "поток", др.-исл. straumr "поток, река", д.-в.-н. stroum, далее связано с др.-инд. sra?vati "течет", греч. ??ω "теку", лит. srave??ti "медленно течь" (Траутман, ВSW 279 и сл.; Педерсен, Kelt. Gr. 1, 82; М.–Э. 3, 1082; Мух, IF 8, 288; Буга, РФВ 75, 147; Торп 502; Хольтхаузен, Awn. Wb. 284).

 

Здешние балты – это, наверное, выходцы из племени голядь. Об этом свидетельствуют такие названия как Пажа (бассейн Протвы), и особенно Нары: Дубенка, Ворсинка, Лощуха, Вздериношка. Есть даже речка Гвоздня около Нарофоминска, Хомутененка у села Покров,

В бассейне Оки есть две Нары (название тоже балтское). Одна приток Оки, вторая – приток р. Дубны, притока в верховье Волги

 

Возможно движение балтов из междуречья Протвы и Нары, было после захватнических экспедиций сначала Изяслава Ярославича в 1058 году, затем Новгрод-Северского и Черниговского князя Святослава Ольговича в 1147 году. «Весной 1147 года Святослав пошел на смоленскую волость, взял голядь в верховьях Протвы и обогатил дружину свою полоном, после чего получил зов от Юрия приехать к нему в Москву» (ПСРЛ. 1962, с. 114).

Очевидно, не всех удалось взять в плен. Кто спрятался в густых лесах (в 1941 году здесь прятались партизаны), кто ушёл вглубь страны.

Археология бассейна Дубенки и близких к ней мест, на сегодняшний день, описывает артефакты 11-13 веков (домонгольский период) – Могутово, Беседы, Новосергиево, Следово, Жилино-Горки. 14-17 веков – Калитино, Стромынь.

Трудность обнаружения археологических следов балтов заключается в том, что материальная культура в значительной степени ославянилась. То есть, говорили ещё на родном балтском языке, песни пели на ломаном славянском, а айфоны, смартфоны и пр. были все исключительно славянские.

Приложение

 

Балтские гидронимы

 

Шерн'а, р., лп Клязьмы. Название неясное. В качестве гипотетических параллелей указываются литов. Зегпирё, Sirnupis [Топоров, 1972, 257]. Эти гидронимы могут быть объяснены из литов. Sernas – "дикий кабан, вепрь" и sirnas – "злой" [Vanagas, 329, 333]. Возможно, для понимания названия следует учесть, что река в верхнем течении, до впадения в нее р. Молокчи, называется Серая. Оба названия (Серая, Шерна) могут иметь связь с литов. Sirmas – "серый, сивый", реализованную в одном случае путем адаптации исходного балтийского названия в Шерна, а в другом – путем калькирования в Серая.

Шир'енка, р., пп Мележи. Упоминается в писцовых книгах XVI в. как р. Шеренка; так же и в материалах Генерального межевания XVIII в. Первичная форма Шеренка свидетельствует, что гидроним представляет собой уменьш. форму на –енка от названия р. Шерна, которая ранее, вероятно, считалась принимающей ее рекой, а Мележа была притоком Шеренки; ныне устье Ширенки (так на совр. картах) находится в 10 км по прямой от р. Шерны. Форма Ширенка появилась, по-видимому, в результате народной этимологии непонятного гидронима Шеренка от русской основы шир-; "ширина, широкий".

Др'езна, р., пп Клязьмы. В писцовых книгах XVI в. упоминается в формах Дрозна, Дрожна, на плане Генерального межевания XVIII в. Дрозна. Вероятнее всего, в основе названия какой-то балтийский географический термин, ср. латышек, dregzna – "влажное место" (Невская, 23]. В пользу этой гипотезы говорит гидронимическое окружение, среди которого ряд гидронимов также находит объяснение на балтийской основе: Шерна (Серая), Дубна, Гжель и другие. Но нельзя отрицать возможность и более позднего образования названия Дрезна на базе славянской географической лексики, ср.: дрязна, дрязга – "лес", чрязда – "болото (?)" [Срезн., 1, 736, 737].

Д'уба, р., лп Рузы; Дуб'енка, pp.: 1) лп Нары, 2) лп Клязьмы; Дуб'еченка, р., лп Лопасни; Дуб'ешня, р., лп Москвы; Дуб – н'а, pp.: 1) пп Волги, 2) лп Клязьмы, 3) пп Издетель; Дуб'овец, р., пп Рузы. Для гидронимов с основой дуб – кажется очевидным происхождение от слав, дуб ("род деревьев"). Несомненно, что в ряде случаев это действительно так. Но в то же время необходимо учитывать наличие балтийской основы dub-, довольно распространенной в гидронимии [Топоров и Трубачев, 1962, 184; Топоров, 1972, 236]. От этой основы в балтийских языках образован ряд географических терминов, ср. литов. dubin6 – "углубление"; dube – "долина, впадина, котловина"; dubuma – "яма, впадина, углубление"; dubuo – "яма, впадина, котловина" [Невская, 23]. Значение этих терминов позволяет считать весьма вероятным их участие в образовании гидронимов. Созданные на их основе речные названия в процессе длительного употребления славянским населением подверглись русификации и стали неотличимы по форме от исконно русских названий.

Мел'ежа, р., пп Шерны. во многих раз – » иременных источниках название указывается в формах Мележа, Мележ, Меляжа, п материалах Генерального межевания «VIII в. зафиксировано также Милока, Пилок. Последние варианты сопоставимы с jv'ck. милый, что согласно словарю М. Фасмера этимологически связано с литов. nldas – "милый", "любезный", meile –

любовь". Все это позволяет говорить о балтийском происхождении гидронима Мележа, причем в конце XVIII в. население еще помнило смысд названия и иногда переводило его на русский как Милока, Милок.

В деревне Ерёмино принято называть Мележу – «Четверня». (Глазунова О.Н. Цикл местночтимых пятничных праздников в округе Шерна. //АП №2, с.336)

Гв'оздня, р., басс. Цны. В Духовной грамоте вел. кн. Ивана Даниловича Калиты 1336 г. упоминается Гвоздна, одна из Коломенских волостей. Память об этой волости сохраняется в названии р. Гвоздня, которое неоднократно упоминается в писцовой книге 1577 г. в форме Гвоздна и один раз Гваздна. Преобладание написания Гвоздна позволяет видеть в названии раннеславян – ское прилагательное от основы гвозд – "лес", а не гвазд – "грязь, слякоть" [СРНГ, 6, 156]. Через слово гвозд – "лес" объяснял название волости Гвоздна A.M. Селищев [1968а, 64], но в Словаре русского языка XI –XVII вв. и в Словаре русских народных говоров слова гвозд нет, а в словаре М. Фасмера [1, 399] приведены: сербо-хорв. гвозд – "лес", словен. gozd – "лес, бор", др.-чешек, hvozd –"лесистые горы", др.-польск. gwozd – "лес в гористой местности". Это позволяет предполагать существование в языке вятичей, селившихся по берегам Оки и нижнему течению Москвы, термина гвозд – "лес", который отразился в рассматриваемом гидрониме. См. также р. Гвоздня, басс. Нудоли. 

Луб'янка, р., лп Мочи. В основе русск. луб – "подкорье, внутренняя кора вообще, но особенно липовая" [Даль, 2, 270}. Луб широко использовался в хозяйстве: на кровли под тес, на мочала, а с молодых лип на лыко, что обусловило широкое распространение гидронимов от луб, – только в бассейне Оки учтено 10 рек с таким названием [Смолицкая, 1976].

Но В.Н.Топоров [1972, 247] приводит ряд балтийских названий на lub-: прусск. Luben, ли – тов. Lubinis, латыш. Lubeni и ряд других, позволяющих видеть в Лубянка результат русского освоения исходного балтийского названия. A.Vanagas [1981, 198] приводит также литов. гидронимы Lubelis (оз.),

Lubone (p.), Lub (р.), считая возможным значение основы lub – "сдирать, обдирать, соскабливать, очищать, обламывать, повреждать".

Бер'езинка, р., лп Осетра; Берёзка, р., лп Десны; Бер'езня, р., пп Каширки; Берёзовка – 10 рек в басс. Каширки, Клязьмы, Нары, Осетра, Яузы; Берез'ань, р., лп Осетра. Смысл названий прозрачен – все они связаны со словом береза и производными от него. Эти названия могут иметь как славянское, так и более раннее балто-славянс – кое происхождение. По мнению В.Н. Топорова и О.Н. Трубачева [1962, 159, 160], исследовавших аналогичные названия в зоне балто-славянских контактов в Верхнем Поднепровье, для названий балтийского происхождения более характерен суффикс –in (ср. berSynas – "березовый лес", Ьеггупё – "березняк"), а для имеющих славянское происхождение –ов (ср. русск. березовый). Рассматриваемые названия относятся к рекам, находящимся преимущественно в западной части области, поэтому вероятность их балтийского или славянского происхождения одинакова. Различение названий того или иного происхождения затрудняется тем, что, будучи близкими по звучанию с самого начала, в процессе длительного славянского употребления балтийские названия были еще более славянизированы. Видимо, наложение на балтийские названия от berz, bSrzu, berzas – "береза" славянских, имеющих основу береза, обусловило то, что из всех видов деревьев береза по частоте употребления в географических названиях находится на первом месте. См. также дд. Березенки и др., Березино, Березкино, Березниково.

 

Финно-угорские гидронимы

 

 Т'ельма, д., Шат. Название известно с XVIII в. В источниках встречается в двух чередующихся написаниях: Телема на карте Генерального межевания 1790 г., Тельма на карте межевой съемки 1850 г., Телема в списке 1862 г., Тельма в источнике XX в. Смысл и происхождение названия не установлены. Единственная известная параллель с. Тельма на речке Телемка в Иркутской обл. Название может быть связано с каким-то микротопонимом (названием ручья, болота), имеющим дорусское происхождение.

В'ондога, р., пп Молокчи. Упоминается в актах XVI в. как Вондога, позже встречается также в формах Вондега, Вондига. Название дано мерянским населением волго-окского междуречья. В нем отчетливо выделяются два структурных элемента: основа вонд и топоформант –ога. Основа вонд широко представлена в гидронимии Севера: Бонда, (басс. Печоры), Вонд (басс. Белого Духа), Вондонга (басс. оз. Воже), Вондожь (басс. Сити), Вондух (басс. Кол – пи) и другие, однако значение этого древнего слова пока не установлено. Топоформант –ога (-era, –ига, –юга) также широко распространен на пространстве от Подмосковья до побережья Белого моря и правобережья Мезени, где он встречается в составе множества названий. В этом форманте исследователи обычно видят термин, который в языках древнего населения Севера имел значение "река". См. также Вондюга.

В'ондюга, р., басс. Торгоши. Мерянское название, в котором сочетаются основа вонд-, распространенная в финно-угорской гидронимии Севера европейской части России, но значение которой не установлено, и формант –юга – "река". См. также р. Вондога.

Мол'окча, р., пп Шерны. Упоминаеп и в купчей, датируемой 1450– 1467 гг., р. Молокча, в писцовых книгах XVI в. Малахча, Молахча, Молохча, в межевых материалах XVIII в. Молохча, в списке 1862 г. Молохта Молохта и Молохча. М.И. Смирнов (1929) называет эту реку Молокша (Молохьц Мологча). В каталоге 1926 г. и позже Молокча. Варианты Молохта и Молокша содержащие форманты –охта и –окша – "небольшая река, приток, рукав реки», четко указывают на принадлежность гидронима древним финно-уграм. Подтверждением служит распространенность на форматов в финно-угорской гидронимии Русского Севера; там же представлена основа –мол (реки Мола, Молога, Moлонга и др.)

П'ещур, п., Ег. Поселок возник при сторожке лесника, где в начале XX в. был открыт лесопильный цех. Название получил по расположению на речке Пещур (она же Пещур, Пешурка). Ее название входит в ряд распространенных в Среднем Поочье названий с окончанием –ур, например: Шатур и Алексино-Шатур, оз. Кендур, реки Чащур и Вишнур в Шатурском и Егорьевском районах, а всего подобных названий в Поочье насчитывается свыше 40 [Смолицкая, 1988]. Эти названия обычно приписывают древнему финно-угорскому населению, родственному мере, мещере, муроме. Ойконим Пещур своим появлением, вероятнее всего, обязан какому-то микротопониму (названию ручья, урочища).

Махра, р. СПос. Гидроним имеет древнее финно-угорское происхождение и распространено в басс. Оки и на Русском Севере.

Литература

Амвросий Орнатский. 1815. История российской иерархии. М., Часть VI. С.333.

Глазунова О.Н. 2005. Цикл местночтимых пятничных праздников в округе Шерны //АП, вып.2, М.

Кусов В.С. 2004. Земли Московской губернии в XVIII: Карты уездов. М.

Калачов Н.В. 1872. Писцовые книги XVI века. С-Пб., т.1, с.264.

Русская летопись по Никоновому списку. Ч. IV, СПб., 1788, стр. 83,84.

Поспелов Е.М. 2000. Топонимический словарь Московской области.

ПСРЛ. 1962, Том двадцать седьмой. Никоновская летопись. Сокращенные летописные своды конца XV века. М., Л., с. 114.

Смолицкая, 1988. Гидронимия бассейна Оки.

Чернов С.З. 2003. Сфрагистический комплекс из Могутова и его значение для изучения предыстории Московской земли в первой половине XII века. Первые опыты интерпретации // Древняя Русь. М., №2, 3.

 

При использовании материалов сайта ссылка категорически приветствуется.

© Богородск-Ногинск. Богородское краеведение. 2004-2017 Система Orphus Яндекс цитирования Check PageRank