«История делает человека гражданином». В.М.Фалин, советский дипломат

9 июня 2022 года

Наша библиотека Щёлково

следующая »

Тайны усадьбы Лукино-Варино

(пос. Свердловский)

М.Писанов, Г.Ровенский

Михаил Писанов, Георгий Ровенский. Тайны усадьбы Лукино-Варино (пос. Свердловский). Щелково-Фрязино. 2022 

Вторая книга по истории подмосковной усадьбы Одоевских-Ланских Лукино-Варино в Богородском уезде (Щелковский край) посвящена исторически малоизвестным подробностям жизни старинной усадьбы Измайловых-Одоевских-Ланских-купцов Шишовых, и трудкоммуне им. Дзержинского (завод №5) в ХХ веке. Авторы представили разгадки 7 тайн этого милого уголка России, оставив остальные тайны для будущих исследователей.

 

Публикуется с сокращениями

Содержание. Тайны Лукино-Варино

Об авторах

Замечательные люди усадьбы Варино и их гости

Тайна первая

«Некая леди с дочерьми» переводит на английский язык роман Загоскина «Юрий Милославский или Русские в 1612 г.» и отсылает его Вальтеру Скотту с просьбой из-дать книгу. Так мир узнал о русских исторических рома-нах. Вот такая тайна для англичан о леди. Но мы знаем - это была Варвара Ивановна Ланская (усадьба Лукино-Варино).

Тайна вторая

Что предугадал Владимир Одоевский при телепортации в 4338-й год?

Тайна третья

Был ли Пушкин в гостях в усадьбе Лукино-Варино и что означает в Альбоме Варвары его стихотворение «Стансы»?

Тайна четвертая

Масонский кабинет в Лукине-Варине и тайна коллекции более 300 рукописей масонов у Ланского С.С. Дневник Сергея Ланского 1821 о поездке в Москву к «братьям-масонам». Граф М. Бутурлин отмечает, что в 1830-х гг. он был в Варине, ему предложили для гостевания кабинет Сергея Степановича, и он был удивлен обилием масонских книг и знаков в нем».

Тайна пятая

«Педагогическая поэма» в Лукино и расстрелянные воспитатели» - новые материалы. ОГПУ НКВД занимает усадьбу Лукино для исправления юных правонарушителей. Детские дома и «коммуны» Щелковского края – 1920-30.

Тайна шестая

Рагадана тайна места крещения княжны Варвары Одоевской – Аристов погост.

Тайна седьмая

Мистика. Почему надгробье хозяйки Лукино Вар-вары Ланской никак не хочет возвращаться из Чеховской Лопасни на свое место к стенам церкви в Анискине на Стромынской (Щелковской) дороге?

Авторы

Писанов Михаил Михайлович

Писанов Михаил Михайлович, 1945 г.р., окончил Институт стран Азии и Африки при МГУ им. Ломоносова, востоковед-филолог и вьетнамист, библиотекарь и историк, журналист и эссеист, главный краевед пос. Свердловский и Лукино-Варино, создатель первых музеев г.п. Свердловский при ДК и виртуального исторического архива Свердловки, автор блогов "Свердловка. Любовь и боль моя" в нескольких социальных сетях, хранитель исторической экспозиции.

 

Ровенский Георгий Васильевич

Ровенский Георгий Васильевич, 1937 г.р., краевед, к.т.н. («Исток»), разработчик электронных приборов СВЧ (1959-1991). Его историческое краеведение занимает более 40 лет. Автор и соавтор 125 исторических брошюр и книг о селениях Щелковского края, более 300 статей в газетах, журналах и сборниках. Член Союза возрождения родословных традиций (М.).

Контакт - тел. 8(496)56-4-32-41,. 8(916)631-68-79. E-mail:

 

Это вторая книга по истории усадьбы Лукино-Варино княжны Варвары Ивановны Одоевской (1790-1845),
в замужестве Ланской.

Первая книга об этой усадьбе близ Стромынской дороги издана нами в 2016 г.; в ней мы привели первые большие подробности жизни усадьбы и её владельцев.

Замечательные люди усадьбы Варино и их гости

 

Ланская Варвара Ивановна. Родилась 26 июля 1790 г. в сельце Лукино Богородского уезда. В замужестве с 1811 г. Скончалась 9 апреля 1845 г. в СПб. Похоронена у стены алтаря Богородице-Рождественского храма с. Анискино, приходской церкви сельца Лукино-Варино

Варвара Ивановна в энциклопедиях и словарях

Очень редко встретите в энциклопедиях статьи о русских женщинах. Но никак нельзя было не найти место для небольшой статьи о нашей Варваре Ивановне, как замечательной женщине «грибоедовской» эпохи. Здесь многое недосказано, есть погрешности во всех датах ее жизни, но мы все поправим.

Ланская, Варвара Ивановна, род. около 1800 г., ум. въ 1844 г.; дочь кн. Ив. Ив. Одоевскаго; рано лишившись своихъ родителей, жила и воспитывалась въ Москвѣ у своего опекуна Дмитрія Сергѣевича Ланского, женатаго также на кн. Одоевской. Въ 1816 году она переселилась въ Петербургъ, гдѣ вступила въ бракъ съ Сергѣемъ Степановичемъ Ланскимъ въ 1825 году. Находясь въ Петербургѣ В. И. Ланская вела съ своею подругою Маріею Аполлоновною Волковою переписку на французскомъ языкѣ, которая позднѣе была переведена и напечатана О. М. Свистуновою въ «Вѣстникѣ Европы» въ 1874 и 1875 годахъ. Письма эти даютъ яркую картину московскаго общества Грибоѣдовскаго времени. Кромѣ этого В. И. Ланская перевела на французскій языкъ «Бесѣды митрополита Филарета по освященіи храма Пресв. Богородицы «Взыскательницы погибшихъ», устроеннаго при замкѣ пересыльныхъ арестантовъ 23 декабря 1843 г. въ Москвѣ», подъ заглавіемъ: «Discours prononcé après la consacration de l’Eglise de la très St. Mère de Dieu qui est á la recherche de ceux qui périssent (Notre Dame de bon secours), fondée dans la prison des détenus condamnés à l'exil, sur la montagne des Moineaux à Moscou le 23 décembre 1843 par le membre du Synode. Philarète, Métropolitain de Moscou.— Moscou, 1847. B. И. Ланская скончалась въ началѣ апрѣля 1844 года въ Петербургѣ.
Источники: «Вѣстникъ Европы - 1874 г., августъ-сентябрь, октябрь и декабрь и также 1873 г. январь. мартъ и августъ; Сѣверная Пчела - 1845 г. № 85: Геннади. Справочный словарь.

Биографический словарь Половцева

 

«По утверждению современника (граф Бутурлин), в её натуре преобладали три сильные разносвойственные страсти: чадолюбие - она сама, без гувернанток, воспитывала своих дочерей; живопись - ею были написаны огромные копии картин масляными красками, акварелью, тушью и пастелью на стенах большой залы в её имении «Варино»; садоводство - маленькое поле в имении было усыпано великолепными розами».

Википедия

 

«…её литературный салон В Петербурге посещали В.Л. Пушкин, И.И. Дмитриев, В.А. Жуковский, П.А. Вяземский, А.С. Пушкин, В.Ф. Одоевский, С.А. Соболевский.

В альбоме В.И. Ланской, хранящемся в РГАЛИ в Москве, записаны стихотворения В.А. Жуковского, П.А. Вяземского, Пушкиных А.С. и В.Л., В.Ф. Одоевского и др., некоторые с припиской «Варино», её усадьбы в Богородском уезде Московской губернии».

Википедия

Письма к ней кузины М. Волковой в 1812-18 гг. – это живая публикация о событиях тех лет, метко названные поколением 1880-х «Грибоедовской Москвой». Но где собственные письма Варвары к кузине? Они не найдены.

 

Владения предков Варвары Ивановны - Измайловых

Сельцо Лукино известно с далеких времен владения князьями Волконскими. Их сменили Измайловы - владельцы здесь при Генеральном межевания 1767 г. многими землями, на схеме они отмечены желтым (серым) цветом:

Итак, Тайна первая

 

В 1830 г. вышел первый роман Михаила Загоскина (в трех томах – частях) и открыл эру российских исторических романов.

Роман был хорошо принят современниками. А.С. Пушкин написал рецензию, в заключение которой он отметил «блистательный, вполне заслуженный» успех «Юрия Милославского». В.А. Жуковский, С.Т. Аксаков, Н.И. Греч отмечали, что «…наконец, словесность наша обогатилась первым историческим романом, первым творением в этом роде, которое имеет народную физиономию: характеры, обычаи, нравы, костюм, язык».

В.Г. Белинский отмечал, что романы Загоскина "были фактами эстетического и нравственного образования русского общества", "мы... уважаем этот роман, - говорил он о "Юрии Милославском", - за благородное чувство любви к отечеству".

Да, энтузиазм охватил почти всех читающих.

 

Через время «некая леди с дочерьми» переводит на английский язык роман Загоскина «Юрий Милославский или Русские в 1612 г.» и отсылает его к Вальтеру Скотту с просьбой издать роман.

Так писали английские издатели в предисловии к книге «Молодой московит или Поляки в России». Роман был издан и в Голландии.

Так мир узнал о русских исторических романах. 

А. Я. Булгаков 28 июля 1831 г. в письме к брату уже выдал тайну «леди»: «Ланская, губернаторша костромская, милая, добрая бабенка, перевела „Милославского” по-аглицки и послала Вальтер Скотту, коему посвятила труд свой».

Да, В 1830-32 гг. Ланские жили в Костроме, где Сергей Степанович был губернатором. Здесь же были и дочери Анастасия – 17 лет, Варвара - 16 лет, Мария - 15 лет. Вся семья хорошо знала французский и английский языки и потому была знакома со многими книжными новинками Европы, и особенно Вальтера Скотта. 

И с удовольствием принялись они за перевод вышедшего недавно «Юрия Милославского» М. Загоскина, чтобы преподнести знаменитому шотландцу первый российский исторический роман. Роман этот касался сложных событий Смутного времени, и множество интригующих моментов позволило создать художественный портрет эпохи.

А перевести для английского читателя этот роман было совсем непросто, особенно разговоры да пересуды.

Попробуйте перевести вот эти два отрывка

  1. «…- Эк с чем подъехала, старая хреновка! Смотри, пожалуй! уж не хочешь ли со мной потягаться!

- И, что ты, кормилец! Выше лба уши не растут.

Что велишь, то и буду делать.

- Ой, ли?

- Видит господь, Архип Кудимович! что б со мной ни было, а из твоей воли не выступлю.

- Ну, ну, быть так! рожа-та у тебя бредет: тебя и так все величают старою ведьмой... Да точно ли ты не выступишь из моей воли?»

  1. «Вот, как гроза поунялась, боярыня вылезла из колымаги, подошла к старухе и начала с нею говорить шепотом. Но тут набежала новая туча, загремел опять гром, и сделалась такая темнять, что хоть глаз выколи, а когда прочистилось, то старухи уж не было. Как она ушла, куда девалась, бог весть!

А такими иносказаниями полон весь роман. Да и отдельные слова надо было объяснять английскому читателю…

Но многообразие ярко отражённых участников сюжета, колоритность крестьянского, запорожского, польского языка создавала прелесть для русского читателя, но влекло особые трудности для перевода и передачи англичанам.

 

Сюжет «Юрия Милославского»

Да, главное, мы не упомянули о сюжете.

Это был совсем неизвестный англичанам мир событий Смутного времени: после смерти Бориса Годунова в Московии царствовали и бояре и ряд самозванцев, явившихся неизвестно откуда, и быстро пропадавших; польские войска захватили после долгих боев Смоленск, бояре упросили на царство польского королевича и вся Московия присягнула всей народной массой ему с условием, что он, юный Владислав, примет православную веру.

Итак, юный боярин Юрий Милославский едет с письмом от польских начальников гарнизона Кремля в лагерь поляков, пробираясь сквозь нападения всех сторон и добавленных Смутой многих разбойников. Любовная линия помогает разбавить эти страсти новыми гранями событий.

Он участвует в решающей битве ополчения с гетманом Хотчевичем 22 августа 1612 г., отбивая его атаки и стремление пробиться в Кремль на помощь осажденному уже более года польскому гарнизону.

Юрий ранен. Его выздоровление совпадает с капитуляцией гарнизона Кремля более года бывшего в осаде и голоде. В Спасе на Бору Юрий встречается с Авраамием Палициным, который освобождает его от данной при спасении клятвы стать монахом….

Прошло тридцать лет. У стен Троицкого монастыря встретились спутники Юрия казацкий старшина Кирша и Алексей - он теперь слуга молодого боярина Владимира Милославского, сына Юрия и Анастасии, похороненных в стенах монастыря, они умерли в 1622 г. в один день.

… Да такой сюжет, сдобренный острыми словцами русских, украинцев и поляков, должен был понравиться публике, воспитанной романами Вальтера Скотта. И Варвара Ивановна приняла на себя миссию познакомить англичан с ним.

 

Письма А. Курбатова Варваре Ивановне 1830 г.

Нам посчастливилось обнаружить в прошлом году в Отделе рукописей Российской Государственной Библиотеки в описи масонских рукописей коллекции Ланского Сергея Степановича письма из Москвы к Варваре Ивановне её консультанта по переводу «Юрия» Александра Курбатова[1]:

«12 июля 1830 Спб.

Милостивая государыня Варвара Ивановна!

Я до бесконечности виноват перед Вами, что так замедлил исполнение взятых мною поручений…

До сих пор не могу начать записывать текстов, потому что никто из знакомых не мог дать Юрия Милославского, у книготорговцев прежние издания все вышли, а новое ещё печатается.

Даже у самого автора нет ни одного экземпляра; однакож я постараюсь достать от него корректурные листы и тогда немедленно доставлю Вам обещанную выписку.

О слове кликуша я нашел в одной книге объяснение, но недовольно удовлетворительное, и потому хочется отыскать что-нибудь получше.

О вновь приписанных словах, которых нет у Успенского, также постараюсь, сколько мне будет возможно.

Для переписывания[2] перевода у меня есть один человек, который может за это взяться, но как он занят должностью, то не знаю, будет ли он в состоянии так скоро окончить, как Вы желаете.

Впрочем, я помогу ему и сам, и моя рука, хотя некрасива, но при усердном старании надеюсь написать так, что всякому можно будет читать без труда.

Я готов всеми зависящими от меня средствами способствовать вашему переводу, как потому, что мне воспользоваться случаем, сделать приятное Вам, потому что принимал юольшое участие и в сочинении и в сочинителе.[3]

Загоскин дал мне краткую свою биографию, которую при сем прилагаю. Мне кажется, что она была бы еще интереснее, если б её перевести точно так, как она есть и сказать в примечании, что она по желанию переводивших была написана самим автором, если же вам будет неугодно так сделать, то, по крайней мере, Вы найдете в оной всё нужное для составления другого изложения об авторе от себя.

Петр Александрович уже другая неделя как уехал, и по последним известиям они все здоровы.

Покорнейше прошу Вас принять на себя труд при случае засвидетельствовать мое почтение Серегею Степановичу.

С истинным почтением и преданностию имею честь быть

Милостивой государыни

Москва Ваш покорный слуга

12 июля Александр Курбатов

19 июля Курбатов посылает Варваре Ивановне примеры переписываемого текста.

30 июля. … Я постараюсь на этих днях увидеться с Загоскиным и объявляю ему ваше намерение напечатать в Англии перевод его роману и посвятить оный Вальтеру Скотту, то для автора, конечно, будет лестно и приятно.

Теперь, наконец, достал себе Юрия и примусь за приискивание в английской Библии помещенных там[4] текстов.

3 августа …. В рассуждении перевода, если Вам угодно знать моё мнение, то с совершенною искренностию скажу Вам, что, сколько я могу судить, Вы как нельзя лучше умели соединить чистоту языка, на который вы переводили, с верностью и близостию к подлинникому и с возможным сохранением национальности, которое всего нужнее для того, чтобы иметь успех за границей…

18 августа … Сердечно радуюсь благополучному окончанию вашего труда и желаю успешного напечатания.

Автор (Загоскин) не только согласен на издание перевода, но почитает себя чрезвачайно Вам обязанным за оный и просит позволения, когда Вы изволите быть в Москве, лично засвидетельствовать Вам свою благодарность…

29 августа …. Объяснение слов (вероятно, запоздалое)

Романея – особое вино; юродивые, кунтуш…[5]

Желаю ему (переводу) счастливого пути и скорейшего возвращения к нам в печатном виде…»

Возможно, об этой работе есть и слова в Дневнике Варвары Ивановны, который из-за трудности чтения текста на французском пока переводится нашими помощниками медленно (см. Первую книгу).

 

* * *

 

Вероятно, в начале осени 1830 г. рукопись перевода прибыла в поместье Скотта в Эбботсфорд. Но знаменитый шоттландец серьезно болел и три инсульта 1830-1832 окончили его жизненный путь.

Рукопись из России заинтересовала литературных сотрудников Скотта, и они переслали её издателям.

Эбботсфорд (англ. Abbotsford House)— поместье на юге Шотландии, в районе Мелроуз области Скоттиш-Бордерс, построенное писателем и поэтом Вальтером Скоттом в 1811-1824 гг. В поместье располагается музей Вальтера Скотта.

Издатели его романов с интересом ознакомились с присланной рукописью и начали работу с ней. Но нужно было для редактирования найти знающего русскую среду.

Такой человек нашелся.

Это был капитан Королевского флота Фредерик Чемьер, пробывший осень и часть зимы 1828 г. в Москве и в Санкт-Петербурге, общаясь со многими литераторами в обеих столицах. Так начался второй этап зарубежной жизни романа.

 

В.И. Ланская была близка к литературному миру Москвы и Петербурга и лично знала многих русских писателей, в том числе и Загоскина.

Одна из сестер ее мужа, Ольга Степановна, была замужем за кн. В.Ф. Одоевским, другая, Зинаида Степановна, за Б.А. Вревским, впоследствии содержателем «Гуттенберговой типографии» (1836), с которым имел дело Пушкин, издавая «Современник».

В.И. Ланская находилась также в родстве с декабристом А.И. Одоевским (родной теткой приходилась ему двоюродная сестра Варвары Ивановны), поддерживала дружеские отношения с И.И. Дмитриевым и поэтами его круга, всегда была в курсе русских литературных новостей и журналов.

Хорошо зная французский и английский языки, Варвара Ивановна с юных лет интересовалась также иностранными литературами, в частности английской. В этом удостоверяют нас знаменитые письма к ней близкой ее приятельницы М.А. Волковой, эта живая летопись «грибоедовской Москвы», которые, как известно, с такой пользой для себя изучал по подлинникам еще до их опубликования Л.Н. Толстой в период создания «Войны и мира».

Не подлежит сомнению, что в 1820-х годах Ланская была ревностной почитательницей В. Скотта и что она могла читать его романы в оригинале. Таким образом, нет ничего удивительного в том, что она задумала перевести роман Загоскина и отправить рукопись прямо в Эбботсфорд, тем более что тогда этот русский исторический роман продолжал вызывать к себе всеобщее внимание и единодушное одобрение.

 

Издание "Юрия Милославского" в английском переводе В.И. Ланской было осуществлено в Лондоне в 1833 году. Оно имеет следующее заглавие: «Молодой московит, или Поляки в России. Первоначально написанное Михаилом Загоскиным; пересказано, дополнено и пояснено Фредериком Чемьером, капитаном к<оролевского> ф<лота>, автором „Жизни моряка”, и автором „Ключа к обеим палатам парламента”».

Хотя имя переводчицы было не названо, да и, вероятно, рукопись была анонимно прислана, но из предисловия, как мы полагаем, явствует, что в основу этого издания положен был именно перевод В.И. Ланской, подвергшийся, впрочем, весьма основательной переделке. 

Английские издатели «Юрия Милославского» рассказывают в «предисловии» к роману, что «рукопись перевода его, выполненного одной русской леди из высшего круга и двумя ее милыми дочерьми, прислана была из Москвы года два тому назад вместе с настоятельной просьбой издать его в нашей стране.

Рукопись эта была посвящена нашему бессмертному романисту и поэту, ныне покойному сэру Вальтеру Скотту, баронету, в следующих словах:

A Russian Lady and her daughters

the translators of this work

from their own language into English

(the first of the kind ever written in Russia)

dedicate it by the author's desire as well as their own

to S_i_r W_a_l_t_e_r S_c_o_t_t,

hoping that this production will not appear quite unworthy

in the eyes of the English reader

if placed under the protection of the Jenius of Waverley.

Русская леди и ее дочери, переводчицы со своего родного языка на английский этого произведения (первого в таком роде, написанного в России), посвящают его, по желанию автора, а также и по своему собственному, сэру Вальтеру Скотту в надежде, что это сочинение не окажется недостойным в глазах английских читателей, являясь под покровительством творца «Веверлея».

С особым удовлетворением издатели отмечают далее, что произведения В. Скотта, «несмотря на все сокращения, сделанные в них русской цензурой», давно уже нашли доступ в дома всех образованных читателей этого обширного государства, что «ни в одной другой стране нет такого большого числа почитателей Вальтера Скотта, как в России», и что одним из лучших доказательств этого может служить наблюдаемая в настоящее время популярность в России исторического романа как жанра.

Написанное «русской леди» посвящение, поясняют далее издатели, пришлось поместить не в самом начале книги, а внутри предисловия, потому что жизнь Скотта оборвалась прежде, чем закончена была работа над присланным текстом, которую они считали необходимой для того, чтобы представить роман Загоскина английским читателям.

В самом деле, «Юрий Милославский» появился на английском языке в сильно переделанном виде, «пересказанный, расширенный и поясненный» (paraphrased, enlarged and illus-trated), как означено было в подзаголовке титульного листа.

Изменения коснулись не только английского перевода, который был исправлен, потому что в нем нашлись «русские идиоматические выражения» и другие следы его иноземного происхождения; к роману прибавлены новые эпизоды, «из-за отсутствия которых повествование Загоскина кажется порою несовершенным», изменены или «усилены» характеристики персонажей. При этом издателям перевода серьезно кажется, что весь сочиненный ими «underplot» (underplot - побочная, второстепенная интрига (в пьесе, романе) - ред.) «идет на пользу русскому роману, ибо его „основная” сюжетная нить остается неповрежденной, но характеры главных действующих лиц получают дальнейшее развитие, а интерес к ним (на что мы скромно, но твердо надеемся) значительно увеличивается».

Вводя в текст перевода свои «усовершенствования», издатели были уверены, что в переменах «нет ничего британского, здесь все русское»; более того, они полагали, что если бы исправленное таким образом произведение было бы вновь переведено на русский язык, то и русские читатели «полностью оценили бы выгоды всех трудолюбиво сделанных ими изменений».

Даже имя не было указано издателями на обложке.

"The young Muscovite, or the Poles in Russia.

Внизу чернилами на этом экземпляре настоящее имя автора Mikhail Nikolaevich Zagoskin

Ниже сообщено о переделках капитана Чемьера.

 

Адаптация романов была в обычае эпохи: подобные же операции с английскими романами производил О.И. Сенковский в своей «Библиотеке для чтения».

В общем, это была типичная адаптация иностранного романа. В 1834 в книге уже указаны два имени, а потом оставляли только одно – Загоскина.

Обложка голландского издания в 1835 г. романа М. Загоскина «Юрий Милославский или Русские в 1612 г.»

 

Текст «Юрия Милославского" редакционной обработке подверг Фредерик Чемьер (Frederick Chamier – 1787-1870), тогда еще капитан британского королевского флота и начинающий романист - автор приключенческих книг, написанных в стиле капитана Мариетта, «морских» романов «Бен Брас» (1836), «Аретуза» (1837) и других).

Несмотря на допущенные им переделки, он все же хвалит роман Загоскина; довольно подробно рассказывает биографию его автора, вдаваясь при этом и в общую сочувственную характеристику русской литературы, и в частности той ее «новой школы» (new school of writing in Russia), которая, по его словам, в России, как и в Англии, возникла под воздействием В. Скотта.

Как мы отмечали, позднюю осень и начало зимы 1828 г. Фредерик Чемьер провел в Москве и Петербурге, общаясь с литераторами обеих столиц. «Недавно, писал я тебе с твоим англичанином, теперь пишу со своим Chamier, морским капитаном; он прожил с нами несколько недель и расскажет тебе о Москве», - сообщал П.А. Вяземский А.И. Тургеневу из Москвы 14 ноября 1828 г., а на следующий день (15 ноября 1828 г.) Жуковскому: «Я писал тебе третьего дня ответ на твою копию с английским капитаном Chamier».

Очень вероятно поэтому, что Чемьер лично знал В.И. Ланскую, но не как будущую переводчицу «Юрия Милославского» (в это время Ланские жили в Москве на Тверской).

Рассказывают, что некоторые английские исследователи, упоминавшие указанный выше перевод и ничего не знавшие об этой «знатной русской леди» (Russian Lady of high rank), считали ссылку на нее мистификацией издателя (иногда это было принято) и без всяких оснований называли предполагаемых подлинных переводчиков "Милославского".

Мы же отмечаем героизм Варвары Ивановны Ланской, прорубившей окно русской книге в Англию.

 

А вот и первый русский портрет Вальтера Скотта.

«На сих днях мне случилось нарисовать маленький портрет с Вальтера Скотта самым необыкновенным образом, - с гордостью писал архитектор А. Брюллов отцу. - Для него княгиня Голицына сделала вечер (в Париже), и пригласила меня воспользоваться случаем, если можно, сделать его портрет так, чтобы он этого не знал; я попробовал и, как все говорят, успел совершенно, даже говорят, что ни один из существующих портретов так не похож, как мой».

Портрет Вальтер Скотта. 1826. рис. архитектора Брюллова А.П. Бристольский картон, карандаш. ВМП

[1] Отдел рукописей РГБ ф. 147 оп. 88 ед. хр. 69. Печатается впервые.
Курбатов Александр Дмитриевич (1800-1858) - выпускник Благородного пансиона при Московском университете, в 1831-1833 титулярный советник, затем колл. асессор, жил в Москве на Тверской с матерью и сестрой, на Тверской же жила и Варвара Ивановна в доме на Газетном (Камергерском), отошедшем ей от дяди - князе Петра Ивановича Одоевского. (см. нашу книгу 2016 г. об усадьбе)

[2] Переписывания начисто.

[3] Помогал Загоскину ранее.

[4] В тексте «Юрия Милославского» есть несколько цитат из Библии, например: «Что сказано в Екклесиасте? "Не буди правдив вельми и не мудрися излишне, да некогда изумишися". Или "Прещение его подобно рыканию львову, - перервал Опалев, - и яко же роса злаку, тако тихость его". Курбатов хотел найти точное правописание в английском варианте Библии.

[5] Отдельными листиками 3 и 4 Курбатовым даны объяснения слов кликуша, келарь, безталанный, брага, толокно («род муки, делаемый из овса, которую крестьяне употребляют в пищу, преимущественно по постным дням, разводя оную водою или квасом. Толокно едят также с молоком»).

следующая »

Поделитесь с друзьями

Отправка письма в техническую поддержку сайта

Ваше имя:

E-mail:

Сообщение:

Все поля обязательны для заполнения.